Глава 30

Майя

— Майя! — зовет бабушка из кухни, — Твой телефон звонит!

— Иду!..

Залетаю, забираю мобильник из ее рук и вижу на экране тот же неизвестный номер. С него уже звонили, когда я была на тренировке.

— Слушаю, — говорю в трубку, придав голосу уверенности.

Я всегда так стараюсь отвечать, когда не знаю, с кем разговариваю, с мошенниками, если это они, только так и нужно.

В динамике раздается покашливание, а потом возрастной мужской голос спрашивает:

— Теряева Майя?

— Да.

— До вас не дозвониться, Теряева Майя, — продолжает с намеком на усмешку.

— С кем я разговариваю? — спрашиваю, почувствовав, как в желудке тяжелеет от страха.

— Полковник внутренних дел Цариев Олег Александрович...

— У меня нет никаких банковских карт и счетов, — перебиваю поспешно.

Но мужчина этого словно не замечает и негромко добавляет:

— Твой отец.

В первое мгновение мне кажется, что я ослышалась. Потом на голову обрушивается снежная лавина, а затем становится нечем дышать.

— Что, простите?..

— Я твой отец, — повторяет незнакомец с достоинством, — Нам нужно встретится.

— У меня нет отца.

— Есть. Нам нужно встретиться и кое-что обсудить. Пришло время.

— Зачем?.. Мне не...

— Завтра... — продолжает, вообще не слыша моих возражений, — Жду тебя к двум часам в управлении МВД по Кировскому округу.

— Мне некогда...

— Улица Касыгина, дом семьдесят один. Сохрани мой номер. Наберешь его, когда приедешь. Я распоряжусь, чтобы тебя пропустили.

— Но у меня, вообще-то...

— И не опаздывай... Майя, — проговаривает он жестко и кладет трубку.

Мне требуется почти полчаса на то, чтобы прийти в себя и вернуться в мою прежнюю действительность. Та же комната, те же занавески на окне, та же доносящаяся из комнаты ба ленинградская симфония Шостаковича. Та же я в отражении зеркала на дверце шкафа, но теперь уже с отцом.

Я о нем вообще ничего не знаю. Пробел не только в свидетельстве о рождении, но и в моей голове. Ни кто он, ни как его зовут, ни почему они расстались с мамой еще до моего появления на свет, ни почему он никогда не интересовался мною. Даже отчество я носила по дедушке — Михайловна.

И вот один телефонный звонок, и пустующее место в моей жизни занимается вполне реальным человеком с реальным именем.

Цариев Олег Александрович.

О, боже...

Не разжимая пальцев, держу мобильник у груди и иду к бабушке.

— Ба!..

Она открывает сонные глаза и без интереса смотрит на меня.

— Ба, мне только что мой отец звонил.

— Кто?..

— Мой отец! — прозношу громче, — Выключи музыку, пожалуйста.

Она вяло машет рукой, дескать, выключи сама. Я нажимаю кнопку и еще раз повторяю:

— Только что звонил мой отец.

— Какой отец, Майя? Разве у тебя есть отец? Ты что-то путаешь, детка.

— Цариев Олег Александрович, полковник МВД, — произношу дрожащим от неверия голосом, — Он говорит, что он мой отец.

Взгляд ба тут же проясняется и становится острым, словно я попала в точку, отвечающую за ее дееспособность и сознательность.

— Этот?.. Этот мерзавец посмел позвонить тебе? Что он хотел?..

Подавшись вперед, они упирается худыми ладонями в подлокотники кресла, но так и остается в нем сидеть.

— Встретиться. Назначил встречу завтра на два часа.

— Ты пойдешь?..

— Я не знаю. Я не хочу.

— Но он сказал, зачем ты ему?..

— Нет, — мотаю головой.

— Не вспоминал столько лет, а тут соизволил объявиться?! Безобразие!.. Каков подлец!

— Почему вы мне никогда не говорили о нем?

— А что он нем говорить?! — всплескивает бабушка одной рукой, — Все пустое!

— Нужно маме позвонить, наверное?

— Да — да!.. — восклицает ба, — Конечно, немедленно позвони Ирине!

Я возвращаюсь в свою комнату и, забравшись с ногами на кровать, набираю маму. Кончики холодных пальцев покалывает.

— Мама?.. — выпаливаю, едва на том конце снимают трубку, — Привет!

— Что случилось, Майя?! Не пугай меня!

— Ничего! То есть... не совсем...

— Не томи, ну!..

— Мне отец позвонил, — выдыхаю я.

— Какой отец? — уточняет спустя недолгую паузу.

— Мой отец. Цариев Олег Александрович, — проговариваю по слогам, — Это мой отец, мама?

— Вот черт! — выдает раздраженно, — К-козел! Что ему нужно от тебя?

— Я не знаю! — восклицаю с отчаянием, — Сказал, что хочет поговорить.

— Скотина.

— Мама, почему ты никогда не рассказывала о нем? Я же спрашивала!.. Ты сказала, он умер!

— А что я могла тебе рассказать?! — шипит в трубку, затем отвлекается, чтобы с кем-то приглушенно поздороваться, и продолжает уже тише, — Уж лучше бы умер!.. Он же сам запретил о нем говорить! Пригрозил, что если начнем доставать его или болтать, кто твой отец, он с нами церемониться не станет!

— Почему?..

— Вот ты у него и спроси сама!

— Я не пойду!

Мама замолкает на несколько мгновений, а потом говорит уже более спокойный тоном:

— Сходи, Майя. Узнай, что ему от тебя надо.

— Зачем?..

— Сходи, он шишка в ментуре. Таким людям не отказывают.

— Я не знаю...

— Хочешь, чтобы он тебя повесткой вызвал? — спрашивает негромко, — Сходи к нему, только...

— Что?..

— Только про меня ничего не рассказывай. Уехала, где и с кем живет, не знаю, — дает наставления вкрадчивым голосом, — Я с ним пересекаться больше не хочу.

— Он тебя обидел?

— Ты... — вздыхает мама прерывисто, — Ты сначала поговори с ним, а потом я, может, и расскажу, как все было.

— Ладно.

Мы на связи еще некоторое время, интересуемся делами друг друга, а потом разъединяемся.

Я сижу на кровати, не шевелясь, жду когда развяжется плотный узел страха в животе, и пытаюсь представить, какой он, мой отец. Высокий, худощавый, или низкий и плотного телосложения?.. Похожа я на него, как однажды обронила бабушка, или нет? Если да, то чем?

Мои размышления прерывает короткий сигнал входящего на телефон сообщения от Левши.

«Купи себе удобную форму для занятий и нормальную обувь»

Что?.. Нахмурившись, я перечитываю сообщение несколько раз, и только потом догадываюсь заглянуть в уведомления от банка.

Он перевел мне деньги!!! Деньги, чтоб его! Больше половины того, что я получаю за месяц!

Совсем больной?!

«Спасибо большое» — яростно отбиваю пальцем, — «Но я не нуждаюсь! У меня есть деньги, чтобы купить себе все, что я захочу!»

«И у меня нормальная форма!»

«И обувь»

Я строчу, что сейчас же верну ему их, но от него приходит ответное сообщение.

«Делаешь то, что я тебе говорю. Без вариантов»