Глава 7

Входящий вызов? Но в этом гаджете у нее было всего два контакта, один Жарова, другой она сама забила. Это был номер Тоськи, получалось, звонит она. Что-то случилось?

Там было шумно, Ника отошла немного в сторону и вытащила смартфон. Номер, который высвечивался на дисплее, был хорошо ей знаком. Виталик, ее бывший жених. Сначала она не хотела отвечать, но вызов шел и шел, она все-таки ответила:

— Да, слушаю тебя.

Прикрыла гаджет ладонью и отвернулась.

— Это теперь твой номер? — тон у бывшего жениха был странный, с издевкой и пропитанный ядом, но просительный.

После всего, что произошло, Нике неприятно было с ним говорить. Теперь их ничего не связывало. Кроме долга, в который вроде бы влез он, а ей пришлось расплачиваться.

— Да, это мой номер, — сказала она.

Виталик натужно рассмеялся, секунду молчал, а после как-то противно хмыкнул:

— Понятно.

Хотелось спросить: что тебе понятно? А еще лучше оборвать этот разговор, но тут он внезапно начал:

— Слушай!..

Она застыла.

— Раз уж ты теперь спишь с Жаровым! — заговорил быстро. — Уговори его, пусть срежет хотя бы часть. В идеале весь!

— Что? — она ахнула. — Ты вообще о чем?

— Что ты строишь из себя целку? Раз уж ты добровольно раздвинула ноги, так давай, постарайся. Что тебе стоит⁈ Я видел, он на тебя запал. Будь с ним поласковее, сделай ему приятно. Бл***! Ника! Мне что, учить тебя надо⁈

Ей казалось, на нее вылилось ведро дерьма. В первый момент задохнулась просто, потом стало ужасно больно. За что⁈ Он же сам ее предал и продал.

— Как ты можешь? — у нее в голове не укладывалось.

Это тот парень, которого она любила, должна была выйти за него замуж?..

— Так ты теперь, да⁈ — кричал в трубку Виталик. — Сама хорошо устроилась, а мне разгребать⁈ Тварь, с*ка, из-за тебя все! Из-за тебя! Нах*** мне надо было с тобой связываться! Тихоня, гадина!

В первый момент от обиды она просто оцепенела. Потом сказала:

— Не звони мне больше.

Сбросила вызов и заблокировала этот контакт.

Но теперь ее трясло, зуб на зуб не попадал. Холодно стало, как в ознобе, хотелось закрыться от всех, спрятаться. Все это время она держалась, а сейчас сухие, раздирающие грудь, судорожные рыдания стали накатывать волнами. Ее просто согнуло пополам.

— Что с тобой, Ника⁈ — резкий голос Жарова совсем рядом. — Тебе плохо⁈

— Ничего, — выдохнула через силу. — Я… в порядке.

— Я же вижу, что тебя трясет! — зарычал он.

Страшно выругался и вдруг подхватил ее на руки и быстро понес куда-то.

* * *

Как ей было плохо… Кругом же люди, этого только не хватало.

— Нет… — Ника попыталась оттолкнуть его, уперлась рукой в грудь. — Отпустите меня.

— Тихо! — его взгляд страшно сверкнул, а руки еще сильнее сжались.

Он и не думал ее выпустить, резко выкрикнув на ходу:

— Машину! — и двинулся еще быстрее.

Ей поневоле пришлось прижаться к его напряженному, словно стальному телу. И это на глазах у всех! Кто теперь поверит, что она не спит с ним? Кому она что пытается доказать⁈ Пытаться спасти остатки самоуважения. Все же ясно, всем все ясно.

Истерика снова начала накатывать, Ника стала задыхаться, хотелось закрыть глаза.

— Не отключайся! — прорычал он. — Ника!

Такая зверина сила, власть, которой невозможно не подчиниться. Она затихла и больше не всхлипывала. Казалось, вечность, но на самом деле, Жаров нес ее на руках недолго,

Машину подогнали максимально близко. Водитель ухитрился втиснуться почти между конструкциями, тут же выскочил и открыл дверь. А Жаров с ходу, как был, с ней на руках сел на заднее сидение и рявкнул:

— В больницу!

Она все-таки попыталась высвободиться.

— Пустите… те. Пожалуйста.

Мужчина сначала смотрел, словно не понимая, Потом медленно ссадил ее на сидение рядом, но окончательно из рук не выпустил. Ника хотела отодвинуться.

— Тихо, — опять ей чудился инфразвук, опасные нотки предупреждающего рычания в его голосе. — Не дергайся.

Что сейчас заставляло ее чувствовать, что зверь не причинит ей вред?

— Не надо в больницу, — проговорила она. — Я в порядке.

Молчание. И нечитаемый взгляд, какой-то странный. Он же слышит только себя, имеют значение только его приказы. А она — вещь, залог, полностью в его власти.

Те слова Виталика:

«Раз уж ты теперь спишь с Жаровым! Уговори его, пусть срежет хотя бы часть».

Горечь страшная. Она не выдержала, тихонько проговорила:

— Это ты ему сказал?

Жаров перевел на нее взгляд, нахмурился не понимая. Велел водителю:

— Гони быстрее!

А после повернулся к ней:

— Что сказал, кому? Говори яснее.

— Ты… — она едва смогла выдавить. — Сказал моему бывшему, что спишь со мной?

У него кожа на лбу собралась в крупные складки, как у разъяренного зверя. И ледяной холод в светло-серых глазах. Пугающий контраст и завораживающий. Невозможно было отвести взгляд.

Наконец он произнес:

— А нах мне это надо? — и, глядя ей в глаза уничижительно усмехнулся. — Если бы я хотел с тобой спать, давно бы уже сделал это.

Она почувствовала себя дурой. Эти его слова… Сама не понимала, чего сейчас было больше, облегчения или обиды.

— Это он тебе сейчас звонил? — опасно спокойно спросил Жаров.

Ника кивнула и хотела все-таки отодвинуться, но Жаров только сильнее притянул ее к себе и вдруг как рявкнул:

— Я этого урода наизнанку выверну!

* * *

Так неожиданно, странно и просто дико. Отношение этого опасного мужчины, его непредсказуемые поступки. Ника не знала, что чувствовать. Ее как будто несло по льду юзом.

Одно она точно знала — из уст Жарова это не пустой звук. Он вполне способен был выполнить свою угрозу буквально. Сквозь оцепенение прорвался страх.

— Не надо, прошу! — вскинулась она, рискнув поднять на мужчину взгляд.

А он нехорошо прищурился и медленно произнес отодвигаясь.

— За женишка своего боишься?

От его усмешки мороз по коже. Ника невольно сглотнула и сказала, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Нет. Я просто не хочу, чтобы вы об это пачкались.

Это касается только ее. Ей не стоило звонить подруге, не стоило пытаться доказывать что-то кому-то другому или себе. Ее ошибки, ее ответственность.

Густое молчание повисло. Густое, тяжелое. Жаров долго смотрел на нее, потом выпустил наконец из объятий и отодвинулся. Выпрямился, глядя строго перед собой, большие, сильные руки застыли на коленях. Потом проговорил:

— Сейчас поедем в больницу. Тебя осмотрят.

— Не надо, я в порядке.

— Ты можешь быть беременна, — он резко перевел на нее странно горящий взгляд.

Ника просто задохнулась.

— Нет, я…

Но кто б ее слушал. Он просто пресек все разговоры.

* * *

В больницу Жаров ее все-таки отвез. И там ждал, ходил в холле, пока Ника проходила осмотр у нескольких врачей. Вообще-то, она и так знала, что никакой беременности нет. Просто, все это было ужасно неловко, Ника не привыкла к такому, она всегда заботилась о себе сама.

В итоге ей сказали, что все в порядке, есть переутомление и нервное перенапряжение. Выписали кучу лекарств, в основном витаминных добавок, которые Жаров тут же купил. Клиника была частная, все это стоило там втридорога, но он даже не заметил. А ей опять было неловко.

Уже потом, когда он вез ее домой (в офис они в тот день так и не поехали), Ника все же спросила:

— Антон, зачем вы это делаете?

Мужчина странно, очень по-волчьи посмотрел на нее, а после проговорил:

— Ты живешь в моем доме. Я за тебя отвечаю.

Она на мгновение просто выпала.

Почему она должна была услышать это не от жениха или от друзей, а от монстра, который… Просто взял ее как залог в уплату долга.

Потом до самого дома она ушла в себя и молчала. И даже не заметила, что машина уже остановилась, пока Жаров не сказал ей:

— Приехали.

И смотрел на нее так странно, видимо, она сидела в прострации долго.

Ника тут же вышла, Жаров за ней и медленно пошел следом.

Но когда вошли в холл, там стоял его младший сын Коля, о чем-то горячо говорил по телефону. Увидев их, сразу оборвал вызов.

* * *

Сын явно занервничал, хоть и старался не показать. Жаров не стал заострять внимание на этом, просто спросил:

— Ты сегодня дома?

— Да, я, — Коля замялся и сглотнул, но после уверенно сказал. — Дома, да. Занятия раньше закончились, два урока пропало: физ-ра и дополнительный. Математичка заболела, а физрука мы уломали, чтобы отпустил.

— А, — понимающе кивнул он. — Тренировки не пропускай. Ты сейчас в рост идешь, формируется костяк.

— За это не волнуйся, папа, — тут же горделиво ответил пацан.

Волноваться действительно было не о чем, парню четырнадцать, но уже видно, что он крепкий, а дальше только будет набирать силу. Жаров оглядел сына со скрытым удовлетворением, а вслух сказал:

— А с математикой что?

— То, что она нам по ОГЭ вдалбливает, для меня слишком просто. Это я разберу и сам.

— Ммм, — он усмехнулся. — Рад слышать.

Потом добавил:

— Кстати, маме можешь звонить, когда захочешь. Не стесняйся.

— Отец, я… — Коля стал густо краснеть.

Он хлопнул его по плечу, подмигнул:

— Нормально.

И двинулся дальше в холл. Коля нагнал его и пошел рядом.

— А ты сегодня почему рано?

Жаров проследил взглядом, как скрылась на лестнице девушка, а после обернулся к сыну и сказал обыденным тоном:

— Турбину сегодня запускали.

— Турбину? — у Коли загорелись глаза внезапным мальчишеским интересом. — И как?

Он кивнул.

— Штатно. Если хочешь, возьму тебя на пуск второй очереди.

— Хочу, да! — с готовностью выпалил тот.

— Тогда иди заниматься.

— Ну, — сын уклончиво повел бровями. — Мы с ребятами сегодня встречаемся.

— Хорошо, — кивнул Жаров. — Не опаздывать. И забудь предупредить мать.

Свою первую жену он хорошо знал и не сомневался, что Алена использует любую возможность, чтобы спустить на него всех собак. Ей для этого причина не нужна.

Сын кивнул и тут же убежал.

А его так и подмывало пойти за девушкой, но он решил дать ей время.

* * *

Ника опять прислушивалась к разговору внизу и не могла поверить. ОГЭ, физ-ра… Тот Жаров, который явился на ее свадьбу выбивать долги, просто не мог быть таким. В ее представлении это не соответствовало, не вязалось. Казалось, нельзя совместить.

Но оказалось — можно.

«Ты живешь в моем доме. Я за тебя отвечаю». Это вообще выбивало из колеи. Его уже не получалось ненавидеть. Страшный диссонанс.

Об этом не стоило думать. Не сейчас.

В конце концов, Ника убежала в свою комнату и плотно закрыла дверь. Ей нужно было привести мысли в порядок. И после осмотра в клике хотелось помыться. Там все было стерильно, да, но ей казалось, на ней остался налет от взглядов, которыми ее провожали.

Но не успела она уйти в ванную, зазвонил ее гаджет.

На сей раз она подходила с опаской. Бывшего жениха она уже отправила в черный список, но мало ли. Но это звонила Тося. Увидев контакт подруги, Ника не хотела отвечать. Гудки все шли и шли, она все же пересилила себя и приняла вызов.

— Да, Тось, — проговорила устало.

А из трубки полилось такое преувеличенно радостное:

— Ой, как хорошо, что ты ответила! Как ты?

— Нормально.

— Слушай, — теперь голос подруги звучал немного неуверенно и заискивающе. — Ты же не сердишься, что я дала твой номер Виталику?

Ника сцепила зубы и ответила:

— Нет.

— Правда? Ой, хорошо! Тогда ты же не против, что Виталя поживет у меня? Ты же понимаешь, ему сейчас некуда деваться, а тебе все равно есть, где жить. Не против, да?

А она слушала и не понимала, как могла быть до такой степени слепа.

— Не против, — сказала наконец. — И не звони мне больше.

Оборвала вызов и убрала гаджет подальше от глаз.

После этого несколько минут стояла в прострации, потом очнулась и пошла мыться. Мылась долго, пока не покраснела кожа, только после этого вышла. Оделась, походила по комнате, постояла у окна, настроение, конечно, было подавленное.

И вдруг раздался уверенный стук, а потом дверь открылась. На пороге стоял Жаров.

— Одевайся, — проговорил. — Едешь со мной. Сейчас.