Глава 9

В этот раз Жаров действительно взял ее на деловую встречу. Но не как непонятный придаток, принеси-подай, а посадил рядом с собой за стол. Его партнеры и собеседники незаметно косились на нее, но никто слова не сказал и не посмел задать ни одного вопроса. Достаточно было взглянуть в ледяные глаза невозмутимо сидевшего за столом Жарова.

А он провел встречу, когда все закончилось, повернулся к ней и спросил:

— Что ты запомнила?

В первый момент Ника растерялась, но он смотрел на нее своим немигающим взглядом, и она заставила себя собраться. Перечислила все, что ей показалось важным, он слушал молча, потом кивнул:

— Молодец.

Она только выдохнула, испытав невольное облегчение, как Жаров сказал:

— Теперь ресторан. Я голоден.

И вдруг бросил на нее взгляд и добавил:

— И не трясись как заячий хвост и не отставай. Ты должна быть рядом.

Ника просто выпала в осадок.

С тех пор она сопровождала его постоянно.

И что удивительно, на нее давно уже перестали коситься, когда она появлялась где-то рядом с Жаровым. Или, может быть, она просто привыкла?

Во всяком случае, когда Жаров говорил, что они идут куда-то на деловую встречу, в ресторан или еще куда-нибудь, она уже воспринимала это как должное. И да, эта новая сторона жизни ей нравилась.

Но были нюансы.

Никогда бы она не подумала, что Жаров может оказаться интересным собеседником. А он был. И у него были довольно необычные увлечения для монстра, который только и занят, что выбиванием из должников денег. Впрочем, Ника давно уже поняла, что Жаров не монстр.

Он просто такой. Властный и жесткий мужик, который живет по своим правилам. И да, он решала. Но еще он бизнесмен, крупный, увлеченный своим делом. Настолько увлеченный, что ему не западло снять дорогой костюм и месить под дождем грязь вместе с работягами, если это нужно, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки.

А потом он мог легко сменить костюм и пойти с ней на художественную выставку.

Ника не знала, что чувствует. Точнее, она просто не хотела даже думать об этом. Да, он ей нравился, но она бы никогда не призналась. Наверное, она ему тоже. В его глазах, когда он смотрел на нее, горело что-то такое горячее, что ей просто становилось трудно дышать.

Но он ничего лишнего себе не позволял. Несколько случайных прикосновений, какое-то подчеркнутое отношение, что позволяло ей считать себя особенной. Больше ничего. Ах да, они по-прежнему собирались в столовой его дома на «семейные» завтраки и ужины.

Старший сын Антон жил в доме отца постоянно, с ним у Ники сложились неплохие дружеские отношения. По выходным к отцу приезжал Коля. И вот с ним… Нет, он не проявлял открытой враждебности, Коля вообще был молчалив. Но Ника ведь понимала, что обмануть подростка с обостренной чувствительностью к ситуации невозможно.

Пусть между ею и его отцом не было ничего такого, но между ними однозначно происходило что-то. Отрицать теперь это было невозможно. И это было, наверное, гораздо опаснее, чем если бы Жаров просто уложил ее в постель.

Но они не поднимали эту тему, и все оставалось в зыбком равновесии. Которое хотелось бы продлить как можно дольше. Однако все оборвалось в один день.

* * *

Это был выходной. Суббота. Этот день Коля проводил с отцом. И так как «семья» собралась вместе, старший сын Жарова Антон предложил всем вместе сходить вечером в клуб.

— Кольке нет еще восемнадцати, — спокойно проговорил Жаров, попивая из кружки кофе.

— Псс? — хмыкнул Антон. — Колька уже с меня ростом. Кто скажет, что он альфа*, если он выдернет голову из телефона и перестанет одеваться в свои ботанские шмотки?

— Сам ты ботан! — вспылил Коля и покраснел.

— А что? Оденешься нормально, а не вот это вот все, и сходим. Ну? Что ты? — старший брат троллил, но безобидно. — Развеешься.

Жаров слушал сыновей молча, потом поставил на стол кружку, оглядел обоих и выдал:

— Только не допоздна.

Коля не сказал ни слова, но взгляд у него был горячий. Ника могла поклясться, что парнишка выдохнул с облегчением.

Этот разговор состоялся утром, а в клуб они собирались вечером.

И да, ее уже ждало новое платье.

Такое льдисто-серое, прилегающий лиф и широкая юбка ниже колена. Мягкая струящаяся, чуть поблескивающая ткань, широкий вырез, небольшие рукавчики, плечи при желании можно было приспустить и оставить открытыми. Под платье еще были широкий белый браслет и серебристые туфли.

Образ получился корректный и романтичный. Элегантно и ничего лишнего.

Когда Ника выбралась в холл, все трое Жаровых уже были там, ждали ее. Коля, кстати, надел-таки модную рубашку и джинсы, немного краснел, но смотрелся очень неплохо, почти по-взрослому.

В общем, они, в конце концов, выбрались.

* * *

Было немного шумно, но в целом — Нике все нравилось. Может, она уже просто устала видеть во всем засаду. Но да, просто жить здесь и сейчас, было совсем неплохо. Да что там, было здорово.

В вип-зоне, где они сидели, музыка не так грохотала. Слушая, как беззлобно перешучиваются между собой сыновья Жарова, а он иногда вставляет реплики, Ника чувствовала себя… в безопасности. Кто бы мог подумать, что она скажет это, если вспомнить, как все начиналось.

Ника отвернулась и хмыкнула, пряча улыбку. Когда повернулась снова, Жаров смотрел на нее. И такой огонь в глазах, что она просто застыла, захваченная врасплох. Потом смутилась и опустила взгляд.

Это было нелепо и неуместно. Она вовсе не собиралась позволять себе такого, тем более при его сыновьях. Но момент, кажется, забылся, во всяком случае, за столом никакого напряжения не наблюдалось. Они посидели еще некоторое время, но когда было уже больше двадцати двух, Жаров сказал, обращаясь к старшему сыну:

— Отвези Колю домой. Ему пора.

— Отец! — буркнул Коля, глядя на него исподлобья.

А тот сказал просто:

— Если твоя мама узнает, что я привел тебя в клуб, затаскает меня по судам.

— Я не ребенок.

— Я знаю.

Коля отвернулся, всем своим видом выражая протест. Потом медленно выдохнул и поднялся из-за стола, бросив старшему брату:

— Идешь?

Антон молча встал, ткнул брата в плечо, а тот только отмахнулся и первым двинулся по проходу.

— Мы приедем следом за вами, — громко сказал Жаров.

Парень застыл на мгновение, спина напряглась, потом двинулся дальше по проходу. Антон обернулся, поморщился и дернул головой, но сразу отправился догонять брата. Жаров смотрел на них и молчал.

Ника не могла не ощущать всей неправильности происходящего. Но Антон уже взрослый, его семейные распри особо не затрагивают. А Коле всего четырнадцать, и его буквально рвут на части. Она осторожно начала:

— Нельзя как-то урегулировать этот вопрос…

Ей хотелось сказать: чтобы это не так болезненно было для Коли. Жаров перевел взгляд на нее и мрачно усмехнулся:

— Думаешь, если бы можно было что урегулировать, я бы этого не сделал?

Мрачно усмехнулся, а потом встал из-за стола.

— Танцевать? — и протянул ей руку.

Ника руку приняла, но качнула головой.

— Лучше домой.

— Домой? — он погладил ее ладонь большим пальцем, а в глазах на миг промелькнуло что-то очень горячее. — Хорошо, как скажешь.

Жаров давно забыл, каково это, вот так ощущать. Но с этой девочкой…

«Домой»

То, как она сказала это.

Для него очень много значило.

— Идем? — проговорил и повел ее за руку.

* * *

Пока они двигались по проходу, Ника все время искала взглядом его сыновей. Они были впереди, но не должны были уйти слишком далеко. И вдруг увидела их.

Стояли в широком проходе.

А рядом с ними Алена, бывшая жена Жарова.

Ника сразу напряглась, момент был неприятный, хотелось бы всего этого избежать, но теперь у них просто не осталось выбора. Встреча состоится. Жаров крепче сжал ее руку и двинулся быстрее.

Что Алена говорила, было не разобрать, но когда они подошли ближе, Ника услышала конец фразы:

— И ты за это еще заплатишь!

Старший сын Антон, видимо, пытался что-то объяснить, а младший Коля молча стоял и напряженно сжимал кулаки.

— Но мы действительно…

Алена взмахнула рукой, обрывая старшего сына:

— Замолчи! Тебя вообще не хочу знать. Слизняк!

А после этого она обернулась, кого-то высматривая, и увидела их. Злобная улыбка расцвела на лице, она оскалилась и тут же повернулась к сыновьям.

— Я так и знала! Одни они здесь, конечно! — и затрясла головой. — Зна-а-ала! Догадывалась. А вы, значит, с ней? С ней заодно. Обалдеть. Вот это я воспитала детей, да-а-а.

— Мама, не надо, — попытался одернуть ее Коля.

— Молчи! Как ты мог⁈ Предатель! — рявкнула на него Алена.

И вдруг повернулась к ним. Смерила Нику взглядом и едко расхохоталась, глядя на то, как Жаров, крепко держит ее за руку:

— Какой же ты все-таки идиот.

Так стало неприятно. Да, Ника не ждала от этой встречи ничего хорошего, но все же. А вокруг них сразу образовалась пустота, хотя посетителей в широком проходе было много, а вдали маячила охрана клуба. Все как-то зависло, но никто не уходил. Ибо назревал скандал, а скандалы всегда привлекательны. Ника видела, как люди достают гаджеты.

Воистину, если чему-то суждено произойти, оно произойдет. Сейчас уже не имело смысла пытаться как-то избежать столкновения, все уже случилось. Алена, кстати, здесь была не одна, рядом с ней стоял какой-то мужчина и чуть поодаль еще один. Похоже, охранник.

Жаров скользнул по ним взглядом, потом медленно проговорил:

— И тебе здравствуй.

Если он пытался напомнить бывшей жене про вежливость, зря старался. Потому что она с ходу влепила:

— Я тебя засужу. За то, что ты притащил сюда сына!

— Мама, прекрати! — глухо прорычал Коля. — Сейчас совсем не поздно, и я уже уходил.

Жаров качнул головой, мол, не надо, сын, и спокойно сказал бывшей жене:

— Попробуй.

Его непробиваемое спокойствие просто выводило ее из себя.

— Это тебе с рук не сойдет! — взорвалась она криком.

И вдруг, словно вмиг забыв о сыне, мгновенно переключилась. Показала на Нику пальцем и едко бросила:

— Знаешь что? Мне смешно! Думаешь, завел молодую шалаву, и теперь тебе все завидуют? Нет, все понимают, что она с тобой только ради твоих бабок. Раздвинула ноги, чтобы больше денег содрать, а ты и рад. Что она тебе в уши нассала, что ты притащил ее в наш дом⁈

— В мой дом, Алена, — спокойно проговорил он.

— Плевать! В этом доме бывают мои дети. Наши дети! Но ты же идиот. Тебе же плевать на детей, ты готов этой поганой присоске все отдать!

Неизвестно, что Жаров собирался ей ответить, но Нике внезапно надоело.

Возможно, она с этим человеком и из-за денег. Которые кто-то украл, а ей пришлось расплачиваться. У всего этого причудливая история, и Ника ничего никому не собиралась объяснять. Тем более что в толпе давно уже светились экраны смартфонов, их снимали. И вся эта грязь, вероятно, выкладывается в сеть прямо сейчас. Неважно.

Ей просто по-человечески хотелось защитить Жарова. Да, он, конечно, монстр и полукриминальный тип. Но он определенно не заслуживал этих обвинений. Да и вообще. Это несправедливо, когда вот так, в одни ворота.

Она чуть крепче пожала его руку, а потом шагнула вперед и сказала:

— Утверждаете, что я делаю это из-за его денег. Но вы ведь тоже сейчас делаете все это из-за его денег, не правда ли?

— Ты! — Алена презрительно оскалилась. — Кто тебе вообще слово давал⁈ Подстилка, проститутка. Легла под него, надеешься, что родишь и будешь в шоколаде⁈ Даже не мечтай, что тебе достанется хоть что-то! Не будет этого! Не для того я столько лет с этим уродом жила, чтобы теперь тебе отдать! Я — жена, а ты ни копейки не получишь! Я заберу у него все. Все отсужу. Без штанов останется.

Жаров некоторое время молча слушал истерику бывшей жены. Потом обнял Нику за плечи, притянул к себе и сказал, глядя на Алену:

— А знаешь, ты подала мне идею. Давай. Флаг тебе в руки.

Алена мгновенно осеклась, пальцы скрючились. А в следующую секунду повернулась к сыну Коле.

— Домой! — рявкнула. — Сейчас же!

— Я не хочу, — огрызнулся он и бросил быстрый взгляд на отца.

— Я сказала — домой!

Видно было, что парень не хочет подчиняться. Но Жаров кивнул сыну, между ними произошел молчаливый разговор, после чего парень первым двинулся к выходу. Алена повернулась к бывшему мужу.

— Ты еще пожалеешь! — бросила, тут же развернулась и ушла догонять младшего сына.

Некоторое они так и стояли, переваривая осадок. Старший сын Антон подошел к Жарову. Заложил руки в карманы и начал, морщась от неловкости:

— Наверное, надо было уходить раньше. Теперь она сожрет Кольку…

— Не сожрет.

Жаров обвел холодным немигающим взглядом зрителей, толпа в проходе мгновенно рассосалась. Тогда он обронил:

— Уходим.

И первым двинулся вперед, но по-прежнему держал Нику за руку. Так до самого дома и не выпустил.

* * *

Сын Антон был на своей машине, он уехал раньше. Когда добрались до дома, его машина уже стояла во дворе, но самого Антона не было в холле, очевидно, сразу поднялся к себе.

Жаров мельком взглянул в сторону лестницы, потом повернулся к ней.

— Пойдем со мной.

И повел ее туда, где Ника уже была однажды, в ту комнату, с креслом в центре.