Глава 12

На следующий день проснулась без всякого энтузиазма на счет премьеры.

Если до вчерашнего вечера ещё вертелись мысли — вот, я пойду, хоть и страшно, зато буду не одна, рядом Филипп… теперь смешно.

Как я могла вообще на это рассчитывать? Поддержка? От него-то…

Собралась кое-как. По привычке нацепила свой кардиган, и уже в институте превратилась в партизанку: из одной аудитории — сразу в другую, держась ближе к стенам, стараясь не попасться никому на глаза. Ловила себя на том, что даже шаги делаю тише. Глупо, конечно, но идея встретиться с ним в коридоре казалась просто кошмаром.

Так и текло всё до пары у Вячеслава Сергеевича. Как всегда, уверенный, сдержанный, от него веяло такой спокойной силой, что в аудитории даже самые болтуны затихали. Но именно после пары я и попалась.

— Карина, задержись на минуту, — его голос не терпел возражений.

Сердце бухнуло — я уже вообразила, что он о вчерашнем как-то узнал. Подошла, нервно поглядывая по сторонам.

— Завтра премьера, — напомнил он. — Ты ведь придёшь?

Сглотнула и выдавила:

— Скорее всего нет…

Он чуть нахмурился, покачал головой.

— Так не делают, Карина. Ты же приехала сюда не просто лекции посещать. Хочешь быть актрисой? Придётся стараться. Выходить из зоны комфорта, а не прятаться в ней.

Слова прозвучали жёстко, но не обидно. Просто… по-взрослому.

Пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной:

— Я даже не знаю… куда и во сколько нужно явиться.

Он чуть приподнял брови, открыл портфель, быстро порылся и достал плотный конверт. Протянул его мне:

— Вот. Пригласительный. Я думал, Филипп тебе всё пояснил.

Сердце сжалось, будто он нарочно ткнул в самое больное место. Отвела взгляд:

— Нет.

Преподаватель нахмурился, но ничего не добавил на эту тему.

— Значит, ориентируйся сама. И запомни, Карина, такое мероприятие пропускать нельзя. Ты приехала сюда пробиваться.

Кивнула, забрав конверт, и пошла по коридору, чувствуя его взгляд в спину. Пригласительный жёг пальцы. Казалось, в нём был не просто адрес и время, а чёткая линия: шагнула — и дороги назад уже нет.

На выходе из института замедлилась. Внутри всё спорило.

Идти? Зачем? Там будет он. Его круг. Его мир, в который мне явно не место.

Не идти? Тогда я струсила, причем в самом начале своего пути во взрослую жизнь. И, самое главное — может, я сама потом пожалею, что не вышла из этой своей клетки.

Тяжелые мысли. Прижала конверт к груди и проговорила про себя, прикрыв веки:

— Ну и зачем я согласилась вообще приезжать сюда?..

В общагу вернулась уже после обеда. В руках пригласительный, а в душе тяжесть такая, будто подписалась на что-то необратимое. Толком не помню, как поднялась по лестнице, но стоило захлопнуть за собой дверь комнаты, как Анжелика, развалившаяся на своей кровати с ноутбуком, сразу насторожилась.

— Ну? — она щёлкнула тачпадом, закрыла крышку и приподнялась. — Что за траурный вид?

Покачала головой и швырнула конверт на стол.

— Завтра премьера.

— О! — воскликнула с неподдельным восторгом. — Так это же здорово!

Я закатила глаза.

— Здорово? Ты серьёзно? Я не хочу идти.

— Стоп, — соседка моментально подалась ко мне вперёд. — Это твой дебют. Твоя роль. Пусть даже не главная — тебя там увидят! Карина, это шанс.

Я отмахнулась:

— Да я там буду белой вороной! Ничего подходящего нет.

Анжелика выпрямилась и хитро прищурилась.

— Так, а вот это уже не аргумент. У тебя есть я.

— Ага, спасибо, но у меня совсем ничего нет, — попыталась оправдаться, выделяя слово «совсем», чтоб на корню стало понятно, насколько все запущено. — Ни вещей подходящих, ни аксессуаров, ни обуви.

Она театрально вздохнула:

— Господи, бедное дитя. Все я дам. Тебе только выйти — и все ахнут.

Прикусила губу, пытаясь сопротивляться, но внутри уже теплился огонёк благодарности.

— Так… Платьями уже никого не удивишь. Пойдешь в брючном костюме.

— Да ну… костюм.

— Да-да! — перебила она и полезла в шкаф. — Не спорь! Примеряй сейчас же.

Через пару минут я уже стояла у зеркала в её тёмно-синем костюме. Брюки сели чуть свободно, но в целом выглядело достойно.

Анжелика хлопнула в ладоши:

— Вот! Совсем другое дело! Осталось обувь и сумочку.

— Я же сказала, у меня туфель нет.

А в голове сразу звоночек: «А с Филиппом как собралась идти? Шмотки сами собой тоже б не появились…»

— Так у меня есть.

Тут же вытащила из-под кровати коробку, достала лакированные лодочки на каблуке и сунула мне.

Осторожно надела на ногу, и тут же чуть не вывалилась обратно.

— Они велики, — растерянно выдохнула. — На размер, точно. Я и так-то на каблуках не хожу, а тут ещё нога выскальзывает.

Соседка фыркнула и упёрла руки в бока:

— Так, пока покрасуйся перед зеркалом, а я пошла на охоту. В конце концов, мы живём в женском общежитии! Найду тебе туфли и всё, что угодно. Будешь блистать, как положено.

Я усмехнулась, глядя на её решимость.

А она тут же ускакала в коридор с таким азартом, будто ей предстояло не туфли добывать, а на штурм замка идти. Вздохнула, опустилась на кровать и снова покрутила на пальце кольцо.

«Блистать», сказала она… смешно. Я — блистать. Мне бы просто выжить на этой премьере.

Минут через десять дверь распахнулась, и соседка буквально ввалилась в комнату со стопкой коробок в руках, и ещё парой туфель, болтающихся за ремешки.

— Та-дам! — торжественно объявила и свалила всё это «богатство» прямо на мою кровать. — Говорила же: женское общежитие — это сила.

Не без интереса разглядывала все это добро.

— Ты что, у всех подряд клянчила?

— Конечно, — пожала плечами. — Тут половина девчонок только рада, что хоть кто-то выгуляет их туфли. Так что, не благодари, начинай примерку.

Я обречённо встала, глядя на эту обувную гору.

— Ты серьёзно думаешь, что я смогу пройти на каблуках хотя бы десять метров, не свернув себе шею?

— Сможешь, — отрезала Анжелика. — Главное, выбрать удобные.

Мы устроили целый марафон: я садилась на край кровати, натягивала очередную пару и пыталась сделать несколько шагов. В одних нога утопала, в других ремешки впивались так, что хотелось закричать. В третьих каблук был таким тонким, что я едва не рухнула, зацепившись за коврик.

Анжелика ржала до слёз:

— Кари, это не показ мод, а «битва на выживание»!

Я закатила глаза:

— Очень смешно.

Но наконец нашлась пара — классические чёрные лодочки на устойчивом каблуке. Да, они были всё равно непривычны, но хотя бы не грозили убийством при каждом шаге.

— Во-оот, — протянула соседка, довольно оглядывая меня сверху вниз. — Брючный костюм, лодочки, волосы подберём — и ты сама элегантность.

Посмотрела на своё отражение и вздохнула. Слишком взросло, слишком не я. Но… именно этого, кажется, и требовало событие.

Анжелика заметила мою нерешительность и присела рядом:

— Кааари, пойми: завтра не просто премьера. Это твоя возможность показать, что ты не случайная девочка с улицы, а потенциальная актриса.

Кивнула, соглашаясь, хотя внутри свивались сомнения: а не будет ли эта премьера напоминать мне совсем другие моменты, о которых думать больно?

— Ладно, — согласилась в итоге. — Уговорила.

Моя новая подруга радостно хлопнула в ладоши:

— Вот это настрой! Всё, завтра будешь блистать, обещаю.

А я в который раз поймала себя на мысли, что если бы не она, я бы уже давно сдалась и спряталась в своей раковине.

На утро субботы я была готова. Волосы Анжелика собрала в стильный пучок, выпустив пару прядей у лица. Лёгкий макияж сделал глаза ярче, а щеки — живыми, не такими бледными, как обычно.

Я смотрела в зеркало и не могла до конца поверить: это я?

Мой комнатный стилист встала рядом, поправила мне лацкан и хмыкнула:

— Вот и всё, звезда готова к выходу.

— Прямо звезда… — пробормотала, чувствуя, как в животе заворочался нервный ком.

— Ну а что? — соседка подмигнула. — Такая красота пропадать зря не должна. Может, ещё и парня там себе присмотришь.

Я усмехнулась, но внутри неприятно кольнуло. Конечно, она сказала это в шутку, но в голове сразу всплыл Филипп. Его ухмылка, его глаза, его вечные колкости и нетипичные фразеологизмы. И мысль, что он точно там будет. Не один. Наверняка с какой-нибудь эффектной спутницей, которая идеально вписывается в его мир.

А я? Я буду стоять в уголке, с бокалом минералки, пытаясь не воспринимать себя лишней.

Анжелика, заметив мою тень сомнения, приобняла за плечи:

— Эй, только не кисни. Усвой: сегодня ты не серый кардиган. Ты — актриса, пусть и эпизодической роли.

Улыбнулась.

— Актриса, говоришь?

— Ага, — подмигнула. — И притом красивая. Взгляды многих будут на тебе.

Но я-то знала: один взгляд будет особенно опасным. И как бы я ни убеждала себя, что мне всё равно, сердце стучало быстрее именно из-за мысли, что встречусь с ним.