Глава 21
Глава 21
Леха
Утро сложное.
Точнее…
Это все тот же вечер, который сам собой перешел в ночь, а ночь плавно перетекла в день, без всякого «доброго утра». Словно просто устала сопротивляться.
Тимоха спит тут, у меня в кабинете. Я уложил его на диван, укрыл пледом. Он подпер щечку кулачком, ротик чуть приоткрыт, реснички подрагивают. Личико такое мирное и безмятежное, что аж дышать рядом с ним страшно.
Я должен. Я обязан. Нет. Не так. Я сделаю все, чтобы он мог вот так вот спокойно спать все свое детство. Точка.
На полу наш с ним микро апокалипсис: разбросаны карандаши, диван немного измазан клеем, рядом кучка бумажных обрезков, а на самом почетном месте – в центре стола – наша поделка: голубое небо, к нему приклеено ярко-желтое солнце, и будто летит красный шарик в виде сердечка.
Норм так вышло. Даже мне нравится.
Я сижу тут же, среди карандашей и обрезков. Уперся спиной в диван, уложил ноутбук на колени. Работаю. Точнее… Проверяю чужую работу! Как делал последние пять лет почти каждую ночь.
И мне очень не нравится, что я не нахожу подвоха.
Было бы полной глупостью бросить дела фирмы на самотек. Ну… Точнее я действительно сглупил и первые месяцев восемь или десять в отчеты не лез.
А потом…
А потом решил посмотреть.
И встретил бурное сопротивление, красиво замаскированное под заботу.
«Да что ты, Лешенька? Да после такого-то. Ты ж восстановись. Ты переживи. Мы справимся. Кирилл делает все, как ты сказал!»
Подано было так, что я чуть ли не благодарить их должен был, что они выдавили меня из моего кресла.
Я поулыбался, грустно покивал и… В тот же вечер поехал к нашему начальнику службы безопасности. С удивлением узнал, что в фирме, оказывается, много кадровых перестановок. СБ, к счастью, пока не тронули, просто потому что ее создавали еще при отце. Кир, похоже, просто побаивался.
Мне повезло.
Я успел.
На следующий день мне оформили служебный доступ по маске «А», то есть мне открыли абсолютно все каталоги. Я видел все счета, все договора, все отчеты абсолютно всех отделов. От АХО до международных отношений.
Кир, конечно, вел себя как полнейший придурок. Слил два золотых контракта, встал не на ту сторону при разборе спора на заводе. Но все это было не критично. Подхватить можно было.
После потока елея из уст матери я стал умнее, я не шел напрямую. У нее была подруга – старая вдова отцовского компаньона.
Дружбой это было сложно назвать, потому что старая вдова откровенно посмеивалась над моей мамашей. По доброму, но посмеивалась. Но маман ей в рот заглядывала. Следила за ней, как за иконой стиля, тенденций и остроумия.
Мадам Риэр. Ее так звали. Анжелика Риэр. Французов там не было, ни в крови, ни в паспорте, но старушке нравилось, когда ее так называли.
Так вот именно эта мадам Риэр и стала моим рупором. Остроумие ее не было напускным. И дружили ее муж и мой отец на самом деле. Не для галочки.
Когда я приехал к ней поговорить, она аж выдохнула с облегчением.
«Леша, я давно ждала!»
С той поры важные стратегические решения сообщались моей матери за чашечкой неизменного файв о клок. Как уж старушка Риэр их преподносила, я не знаю, но скорее всего моя маман считала, что это именно она додумалась до гениального бизнес хода.
Ну да… Мне было все равно. Главным было то, что Кир стал управляемым, а я мог быть в относительном покое. Вернуться в город не мог. Заставить себя выйти в люди не мог. Втиснуться в дорогой костюм, протягивать всем руку и пусть фальшиво, но улыбаться… Не мог. Мне казалось, что я просто выжжен изнутри. И от моего взгляда люди ежились, будто тоже боялись сгореть.
И вот сейчас я осознал, что меня нагревали гораздо сильнее, чем я вообще мог предположить.
Но в чем?
Я перелистываю отчетность, смотрю контракты, допсоглашения, протоколы, особые условия… Черт! Не вижу! Не уж что я такой хреновый аналитик?
Вроде ниче так… Отец хвалил…
Блин… Где же собака зарыта?!
Пялюсь в монитор до красных глаз, а их схемы не пойму.
Да, большинство решений бездарны и в целом посредственны. Фирма уверенно стоит на ногах, но в полушаге от стагнации… Но… Все средства на своих счетах, все активы на своих владельцах… То есть на мне…
В чем подвох?
Мысль о том, что родственники на самом деле не хотели меня подставить, отметаю сразу.
К черту.
Не верю. Вся эта игра с Маринкой и подменой анализов была разработана не просто так…
Стоп!
Подмена?
А подмены-то не было!
И тут меня прошибает холодный пот. Липкий, мерзкий. резкий, как удар по затылку. Почему я не додумался сразу? Вот уж точно: сознание блокирует самое страшное.
Я медленно поднимаюсь с пола. Опираюсь на диван, стараясь не потревожить Тима, тянусь за телефоном…
Время семь. Заседание акционеров в три часа. Имеет ли смысл?
И тут же сам себе отвечаю: имеет! В любом случае имеет.
Нахожу в списке избранных любимую старушку, нажимаю ее номер. Она не спит. Скорее всего уже даже выпила стакан теплой воды с лимоном, йогой своей позанималась и отчихвостила домработницу. Не важно за что. Такая традиция.
Побеспокоить не боюсь.
Гудок, второй, и вместо третьего звонкое:
– Алло - алло, Алешенька!
Каламбурит. Настроение хорошее… Прекрасно.
– Мадам Риэр? – спрашиваю тихо.
– С утра была она! – кокетливо хихикает женщина, годящаяся мне в бабушки.
– Мадам Риэр, у меня к вам есть разговор. Я могу приехать?
– Леша, ты ко мне можешь приехать всегда! Поговорить, помолчать, поесть, поспать… В хорошем смысле этого слова! – хохочет старушка, – Что у тебя случилось, мой дорогой.
– Мадам Риэр, – вздыхаю, – Я бы вас хотел спросить о своей матери.
– Что еще натворила эта красотка?! – тон старой подруги семьи становится утомленно-ироничным.
– Не знаю, – мой голос срывается, – Я не о ней… Я… – набираюсь смелости, и словно со скалы прыгаю - выдыхаю, – О своей настоящей матери.
И тут в трубке повисает гробовая тишина.