Глава 23

Милена

Пропел петух — значит, ведьмам пора домой. Я проморгалась, плеснула себе в лицо ещё раз воды из ковшика, чтобы не заснуть, зевнула и вышла из дома. Холод так взбодрил, что умные часы подвисли на секунду, не понимая, что мне нужно в такое время вне кровати. Божечки, неужели я в здравом уме и трезвой памяти согласилась на такое?!

Правда, будем честны, не очень трезвой, хоть девчонки и возмущались: «Пипетка ты и есть! Капельку да капельку! Это не серьёзно!» Вечером у меня были все поводы, чтобы не отказываться от сливовой настойки. Я тут же простила себе её, как и хлеб с салом, пусть от такого ужина мой веган-диетолог казнил бы меня, несмотря на все принципы ненасильственности. Девчонки сказали, что хлеб чёрный, а лук зелёный — чем не здоровое питание? Да простит меня убиенная свинья!

Засунув руки в карманы короткой соболиной куртки и натянув повыше ворот-стойку свитера, я направилась в условленное место. Шуршание подошв моих кроссовок по тырсе казалось слишком громким в предрассветной тишине. Небо не торопилось терять ночную синеву. Я встала у переезда и, вглядываясь в тёмно-сизую степь, замерла. Ни души!

Да, я никогда так рано добровольно не вставала. Тишина была пронизывающей и лезла с прохладой под куртку и в самую душу. Кусты сирени зашевелились, как живые, под дуновением лёгкого ветра, и моего носа коснулся тонкий, волшебный аромат цветов. По ранним сумеркам, как жемчуг по бархату, разлилась звонкая птичья трель. Соловьи?!

Как красиво! Сердце наполнилось неоправданной, почти детской радостью. Несколько вздохов спустя песни соловьев подхватили другие пичуги. Казалось, их здесь сотни-тысячи, целый щебечущий оркестр. И звучало это куда круче, чем концерт Леди Гаги на улицах Лондона.

Я услышала шаги издалека. Кто это? Лера? Марина? Из темноты вынырнула с фонариком Надежда.

— Ну шо там?

— Жду.

Тут же из-за куста показалась Марина в тёплой куртке:

— И где наша прынцесса на чёрном коне? Прынца на белом ещё не прытащила волоком?

С другого боку подошла Лера и кивнула в степь:

— Да вон же она! Я слышу, как Бумер фыркает.

Я не слышала ничего, кроме птичьих спевок, но вскоре действительно из темноты вынырнула Оксана, больше похожая не на принцессу, а на сторожиху в длинном стёганом пальто с поднятым воротником.

— Ксю! Оксанка! Ну как?! — обступили её девчонки, ну и я для приличия, ведь я же как бы главная по легендам.

Оксана выставила вверх большой палец и передала поводья Бумера его владелице:

— Годится!

— Загадала желание? — спросила её Лера.

— А то! — важно кивнула Оксана и взглянула на контур замка вдалеке.

В груди у меня нехорошо кольнуло. Что за ерунда?! Я же не суеверная, легенду сама придумала и место в степи выбрала наугад. А ревновать там не к кому. Но мне вдруг захотелось, чтобы это круглолицая водонапорная башня с косицей в руку толщиной споткнулась и полетела носом в коровью лепешку. Главное, чтобы перестала сиять, как начищенный самовар. Бесит!

Однако понимая, что сейчас не время разбрасываться соратниками, я выдавила из себя дружественную улыбку.

— Оксана, ты же помнишь, что по легенде нужно не конкретного человека заказывать, а просить любви, ну или счастья в личной жизни? Или везения? Мы не всё можем предугадать, — напомнила я.

— Та ты не боись! — гордо выпятила грудь Оксана. — Заказала, шо надоть! И усё сделала в лучшем виде! Коня напоила, ящерок покормила, цвыточек сорвала! И вообще усё буде хорошо — мине знак был!

— Какой знак?! — подхватились девчонки.

— Коняка на дыбы встал да заржал якось! И филин ночной над нами пролетел — аккурат, когда я желание загадала, — заявила Оксана и, хитро взглянув на меня, сжала кулак: — Вот он у нас хде буде! Усе крошки от плюшки ящерки растаскали.

— А крошки-то зачем? — удивилась я.

— Так вернее! Ещё прабабка говаривала, как в незнакомое место пойдёшь, в лес или на речку, угости хозяина, хозяйку в нашем случае. Укусное-то все любят! — расхохоталась трубно Оксана и подмигнула мне.

В эту минуту я очень поняла Отелло. Иногда просто невозможно совладать с желанием задушить! Глянув на девчонок, я поглубже сунула руки в карманы, чтобы не закрыть гештальт прямо тут и сразу.

— Ну и хорошо, что всё хорошо, — улыбнулась я. — Проверили ещё раз и супер!

— Я тоже хочу, — сказала Лера.

— Ты после меня. По старшинству будем, — погрозила пальцем продавщица Марина.

Надежда покачала головой:

— И надо жы, столько лет живём в Маломишкино, а шо тако сокровище под носом не знали! Теперича вся деревня гудит, интересуется, да только нужное место кроме Мылы нихто и не знае!

— Спасибо бабе Тосе, — натянуто улыбнулась я и, взглянув на бескрайнее море синих трав, над которым понемногу начала подниматься белесая дымка, подумала не о сокровище, а о кладе.

Мда, искать его тут можно только квадратно-гнездовым методом, если кроты и ящерки откажутся сдать места, где татарский хан золотого коня зарыл. Впрочем, ищут его, как Кирилл рассказывал, уже лет тысячу, и скорее всего это была месть потомкам от великого шутника из Золотой орды. Или способ заставить молодёжь быстро вскапывать дикие угодья. Но мне версия с шуткой нравится больше…

— Эх, — покачала головой Надежда, — сказала бы баб Тося мне по молодости про легенду, можа и я бы за своего охламона не вышла бы! Сколько он мне крови попил-то, алкоголик! В общем, коли по старшинству, моя теперь очередь.

— Все успеете, — уже нормально улыбнулась я. — Но позже. Сегодня после обеда Тамара прилетает с подружками из Москвы, так что пока продолжим экспериментировать на кошках. Платёжеспособных, напомню, кошках.

Девчонки рассмеялись, и я тоже. Даже удивительно, как объединяет общее желание любви и халявы!

— Да, девчонки, с завтрашнего дня трёх девиц подряд будем отправлять в ночное! — добавила я. — Не выспимся и намаемся, дамы к нам летят капризные.

— Разберёмси! — заверила Надежда, и Марина подтвердила.

— Папка с нас угорает! — хихикнула Лера.

— Вот купишь себе что-нибудь крутое за аренду коня, перестанет угорать, — ответила я и раздала последние указания: — Надежда, напоминаю, с тебя борщ и прочие деликатесы. Ване напомни про гусей и кур. Лера, с тебя конь на ночь и уроки коневождения. Запасись терпением, наши клиентки не особо одарённые.

— Не привыкать, — хихикнула Лера. — Городские все такие… Ой, прости, Мил!

Я махнула рукой.

— Марина, ты ответственна за козу, тракториста и баню у Олифиренок.

— Уже всё договорено! — отрапортовала продавщица. — Экстрим-село обеспечим в лучшем виде!

Я глянула в электронный блокнот, чтобы ничего не забыть. Почувствовала волнение и азарт. Это вам не свадьбу в средневековом стиле на сто персон организовать, и это не дворец, а Маломишкино. Боюсь, что все подводные камни учесть не удастся, даже если год проект разрабатывать, так что нет смысла тянуть. Я мысленно махнула рукой и положилась на удачу. В любом случае я ничего не теряю, всё уже потеряно до нас.

— На мине только особо не рассчитывайте, с гостьями вашими мине некогда будет возиться! Чупа-чупс просто так денег не плотит, — снова зевнула Оксана.

— Не будем, — сказала я. — У тебя только одна роль, и та вечерняя.

— Та помню! Ладно, я спать, — потянулась, зычно скрипнув позвонками, Оксана. — Бабовозу-то моему с утра сырники подавай. Ровно в восемь. Еще поспею вздрымнуть, а то в поле не больно-то поспишь, я ж не лошадь!

«Я б не говорила это так уверенно», — чуть не вырвалось у меня, еле поймала на вылете.

— Сладких снов, — сказала я и зевнула, чтобы не так уж недобро звучать. — И вообще давайте все пойдём отдыхать! Дел предстоит много!

* * *

Однако поспать мне не удалось. Едва я подошла к своей калитке, из-за кустов акации вынырнула мужская фигура. Я сглотнула и щёлкнула фонарём в смартфоне. Ночной гость закрылся руками от яркого луча света, но я узнала его мгновенно.

— Володя?! — опешила я. — Что ты тут делаешь?

Прозвучал знакомый голос, от которого в сердце затрепетала незнакомая мне струнка.

— Милена! Не надо в глаза. Ты где ходишь? Мы же договорились.

— О чём? — удивилась я.

— Летать.

— Ты договорился, — поправила я.

— Мы. Я сказал, на рассвете, ты не возразила. Нам надо торопиться, солнце вот-вот взойдёт. Самолёт готов к взлёту. Идём?

Володя взял мои замёрзшие пальцы в горячую руку и посмотрел так, что несмотря на то, что я планировала отказаться, из моих губ вылетело:

— Да…