Глава 50. Незнакомка с трагической судьбой
В обморок я все-таки не падаю. Мое золотое ядро не позволяет телу поддаться слабости. Оно стабилизирует, выравнивает, возвращает контроль над дрожащими коленями.
Инстинкт диктует только одно - бежать. Вырвать руку, развернуться и умчаться прочь, подальше от этого красивого, смертельно опасного парня. Но я вовремя вспоминаю, как устроены эти истории. Протагонист - как охотничья собака: чем отчаяннее добыча пытается скрыться, тем азартнее он пускается в погоню. Бегство только разожжет его интерес.
А потому я заставляю себя остаться. Погружаюсь в образ спасенной благодарной девицы еще глубже. Единственный выход из этой ситуации - доиграть нелепую роль до конца.
- Я… я просто так испугалась, - бормочу я, делая вид, что прихожу в себя. - Прошу вас, не отказывайте мне в возможности отблагодарить. Ресторан «Небесные Врата» совсем рядом, я как раз искала его.
Он смотрит на меня с мягкой, слегка снисходительной улыбкой, какой смотрят на испуганного ребенка. И соглашается.
Небесные Врата оказываются роскошным заведением, но я не чувствую ни вкуса знаменитой утки, ни аромата дорогого чая. Весь мой внутренний ресурс уходит на поддержание дурацкой маски: широко раскрытые глаза, восхищенный вздох при каждой его банальной фразе, легкий румянец, который я силой воли заставляю выступать на щеках. Это невероятно изматывает. Оказывается, быть влюбленной дурой - титанический труд.
- Вы так скромны, господин Лу! Победить трех бандитов одним движением руки! Это же высшее мастерство!
Мышцы лица затекают от постоянной, восторженной улыбки. Я ловлю каждое его слово, поддакиваю, восхищаюсь его незначительными историями о тренировках и путешествиях.
«Ах, как интересно!», «Неужели?», «Вы такой удивительный!».
Мои собственные мозги медленно превращаются в кашу от этой слащавой псевдо-романтики. Я ем утку, а на вкус она как пепел, потому что все мое внимание сосредоточено на поддержании маски.
И вот беда - Лу Чэн, как истинный джентльмен, настаивает на том, чтобы проводить меня до гостиницы. Я пытаюсь отказаться, заикаясь о том, что не хочу его утруждать, но он непреклонен. Рыцарь, доводящий свое дело до конца.
Подойдя к «Нефритовому Дракону», я снова чувствую желание упасть в обморок. Конечно же мне не повезло, и мы сталкивается у входа с Минфэном и Сюэ. Брат только что вернулся с осмотра оружейных лавок, а сестра, видимо, с неудачной охоты.
Я ловлю их взгляд и пытаюсь передать вселенский ужас одним выражением лица, глазами, полными паники, легким подергиванием щеки. «Осторожно! Это ОН!»
Но они не понимают. Лань Сюэ, зависнув в воздухе, с интересом оглядывает Лу Чэна с ног до головы и весело восклицает:
- Ого, сестренка! А ты не теряла времени. Такого красавчика подцепила! И правда, видный мужчина.
Воздух застывает. Лу Чэн поворачивается к тому месту, откуда раздался голос. Его взгляд фокусируется на парящем прозрачном силуэте Лань Сюэ. Лицо становится серьезным, почти суровым. Я с еще большим ужасом понимаю, что он видит Лань Сюэ даже под маскировкой.
- Призрак, - произносит он, и в его голосе слышатся стальные нотки. - Госпожа, отойдите. Нежити не место среди живых. Ее надлежит изгнать.
У меня внутри все обрывается. И тогда я пускаю в ход свой последний козырь. Мои глаза наполняются слезами, что не так уж трудно после всех сегодняшних испытаний. Сначала одна тяжелая капля скатывается по щеке, потом вторая. Я не рыдаю, я просто тихо плачу, глядя на него с бездонной печалью.
- Нет… пожалуйста, не трогайте ее, - мой голос прерывается. - Это… это моя сестра-близнец. Ее жестоко убили, как и всех остальных моих родственников. Она и брат - это все, что у меня осталось.
Локоть героя я при этом все так же крепко держу, чтобы он точно не бросился устраивать экзорцизм прямо тут. К счастью, женские слезы на протагониста все-таки действуют, и его взгляд смягчается, а ладонь перестает стискивать рукоять меча.
- Прошу вас, - всхлипываю я, - пойдемте в комнаты. Я все объясню. Только не причиняйте ей вреда.
Лу Чэн, сраженный этим водопадом слез, соглашается. Да и вряд ли ему хочется привлекать всеобщее внимание тем, что довел девушку до слез, ведь на нас уже начинают поглядывать. Мы поднимаемся в мой номер. Минфэн молча следует за нами, и я ловлю его хмурый взгляд. Он, слава богам, сообразил, что к чему, и садится так, чтобы между ним и протагонистом была Лань Сюэ. Исходящая от нее Ци перекроет чувствительность Лу Чэна, и тот не заметит, что Минфэн тоже не человек.
Я рассказываю жалобную, но очень невнятную историю о предательстве и убийствах, щедро сдабривая ее слезами и всхлипами. Сестра тоже присоединяется и говорит о том, как сильно ей хотелось жить, и пусть она теперь призрак, но все равно желает исполнить свою мечту - путешествовать по всему миру. Я замечаю, как суровая маска протагониста понемногу тает, сменяясь растерянностью и сочувствием. Он видит перед собой не заклинательницу, потворствующую нечисти, а бедную, несчастную девушку, всем сердцем привязанную к погибшей сестре.
Но в его глазах, полных сочувствия, я читаю и нечто другое - интерес. К сожалению, загадочная незнакомка с трагической судьбой - очень притягательный для мужчин образ. Я понимаю, что, пытаясь избежать одной ловушки сюжета, с размаху влипла в другую.