Глава 48

Лев Полина так забавно таращит глаза, когда пытается откашляться и одновременно с этим переварить сказанное мной. Похлопываю ее по спине, а потом глажу, когда Поля успокаивается. – Что это значит? – спрашивает хриплым голосом. А у меня от него аж привстал. Как будто она сорвала его, пока я ее трахал. Легко пожав плечом, рассказываю историю, опуская некоторые детали, чтобы не шокировать мою нежную девочку. – Больше так не делай, – нахмурившись, говорит Полина, когда я заканчиваю свой рассказ. – Это еще почему? – забавляясь, спрашиваю я. – Потому что ты подвергаешь себя опасности. Не хочу я уже ту квартиру. Я с ней давно попрощалась. – Поль, а как так вышло, что родители записали эту квартиру на тетку, а не на тебя? – Не знаю, – вздыхает она. – Самое странное, что мама со своей семьей почти не общалась. Они ее не любили и не принимали, и она просто оборвала с ними связь. Так, созванивалась периодически. Ну, это насколько я знаю. А как было на самом деле, сказать не могу. Но итог вот такой. – А кто сказал тебе, что это твоя квартира? – Мы ее вместе с родителями выбирали. Потом, когда делали ремонт, мама все время советовалась со мной. Она же и говорила, что это будет мое жилье. Ой, ладно, давай закроем тему. Почему и как мы теперь уже не узнаем, потому что… ну, потому что. – Ты наелась? – спрашиваю, когда вижу, что Полина уже даже не пьет сок, который я перед ней поставил. – До отвала, – отзывается с улыбкой. – Тогда идем посмотрим какой-нибудь фильм, – тяну ее за руку и сам встаю. – Уже поздно, – упирается Поля. – И надо убрать со стола. – Завтра уберем. – Завтра оно уже будет вонять и отвратительно выглядеть. Надо убрать в холодильник. – Ты что, собираешься еще это есть? – спрашиваю, глядя на последний несъеденный кусочек пиццы. – А ты собрался выбросить это? – удивленно вскидывает брови. И тут Полина делает то, что повергает меня в шок. Берет оставшийся кусок и, откусив, начинает жевать. Я наблюдаю за этим, нахмурившись. – Ты же сказала, что наелась. – Нельзя выбрасывать еду, – бубнит с набитым ртом, а я обтекаю от ее поступка. Это ж какой пиздец ей довелось пережить, если она так относится к еде? И что у нее за родители такие были? Они разве не оставили ей хоть какое-то наследство? Если у них была возможность купить квартиру, то почему после их смерти Полина нуждается в деньгах? Блядь, да она на тачке ездит! Что-то у меня в голове не складывается картинка. – Поль? – М? – Это, может, не мое дело, но тебе родители оставили какое-то наследство? – Угу, – отвечает и снова откусывает. – Но ты нуждаешься в деньгах, – аккуратно произношу, чтобы не обидеть мою гордячку. Она качает головой. – Тогда почему такое отношение к еде? Она стреляет в меня взглядом, а потом отводит его. Я жду, пока прожует и соберется с мыслями, чтобы ответить. Буквально могу прочитать по ее лицу, как она скисает, и мой вопрос, похоже, окунает девочку в не самое радужное прошлое. – В детстве родители на два дня забыли меня дома, – тихо говорит она, а меня бросает в жар. – Они уехали на какой-то фестиваль. – В смысле – забыли? – охереваю и буквально оседаю на стул. – Ну так, – она легко пожимает плечами. – Папа был на работе. Мама должна была завезти меня к своей подруге, потом забрать папу и поехать с ним на этот фестиваль. Но забыла это сделать. Мне приходится прикусить язык, чтобы не сказать об умершей женщине, насколько она была ебанутая. – Сколько тебе было лет? – Три, – отвечает Поля и в последний раз откусывает от пиццы. – Я тогда от голода ела все, что видела. – Пиздец, – выдаю ошарашенно. – Я проработала эту травму с психологом. – Так проработала, что теперь не можешь выбрасывать еду. Поль, а правда. Что за наследство тебе такое оставили, что ты не можешь снять нормальную квартиру? – Почти все наследство пошло на погашение долгов родителей. Ипотеки за квартиру тетки, кредита, который родители зачем-то взяли. В общем, почти все ушло туда. Не знаю, зачем мы вообще обсуждаем мои деньги. – Просто стало интересно. Прости, если обидел тебя. Доела? – решаю перевести тему. Потом обдумаю это все и пойму, как относиться к такой информации. – Ага, – радостно заключает Полина, а потом делает нарочито грустные глазки. – Только я теперь не встану со стула. Мне кажется, я сейчас лопну. Я со смехом беру ее на руки и несу в спальню. – Я куплю тебе миллиард пицц, – обещаю. – Или целую пиццерию. Хочешь? Будешь топтать пиццу каждый день. Полина хохочет, потом икает и снова хохочет. Укладываю свою девочку в постель, укрываю одеялом. Сам ложусь рядом и притягиваю Полю к своему боку. Включаю на телеке канал с фильмами, выбираю самый нейтральный и целую Полину в макушку. Блядь, как же переварить ту херню, которую мне Полина рассказала? У нее реально какие-то ебанутые родители были. Заперли ребенка одного дома на два дня. Квартиру оформили на тетку. Просто родители года. Мои по сравнению с этими просто нереально крутые и любящие. Даю себе обещание обеспечить свою девочку всем необходимым и даже большим. Хочу, чтобы она чувствовала себя значимой для меня. Чтобы осознавала, как сильно я забочусь о ней. И чтобы больше никогда не парилась насчет еды. И нормального психолога ей стоит найти. Я не особо верю в этих мозгоправов, но даже такой скептик может поверить, глядя на то, какой перекос в мозгах может быть у девочки, о которой в детстве забыли родители. Мы так и засыпаем под фильм, а среди ночи я открываю один глаз только для того, чтобы не промахнуться мимо кнопки выключения на пульте. Вырубив телек, прижимаю Полинку ближе к себе и снова засыпаю. А утром, пока мы завтракаем, звонит отец. – Лев, я тут пообщался с парой людей, – говорит он. – Кажется, квартиру твоей девушки все же можно забрать, но это будет не быстро. Есть подозрение, что ее мать не очень дружила с головой. Если это так, и где-то сохранились документальные подтверждения, то можно через суд доказать, что она была не в состоянии принимать взвешенные решения. – Пап, забей. Я все сделаю сам. Но спасибо, что поузнавал. – В смысле – сам? – рычит отец. – Вчера ты тоже сам пытался! – Спокойно, – усмехаюсь. – Ничего такого, обещаю. Я… – бросаю взгляд на Полину. – После днюхи приду к тебе на работу. – Ты можешь и домой прийти. Заодно познакомишь меня со своей девочкой. – Ты не понял. Я устраиваться к тебе на работу приду.