Глава 14. Добавь огня

Если бы взглядом можно было убить, Дэмиан уже был бы мертв.

Глаза Рианы горели ненавистью, а палитра эмоций искрила так, что было почти больно. Бурный гнев сменялся отчаянием, гасли всполохи надежды и под всем этим тлело еле ощутимое возбуждение.

Демон залюбовался принцессой — такой невозможно прекрасной она была, когда стояла тяжело дыша, вжимаясь в стену. И снова, в тысячи раз сильнее чем прежде, захотел завладеть ею — присвоить это ладное изящное тело и мятежную душу. Познать все оттенки ее чувств, довести до экстаза, услышать признание с ее стороны. Раскрыть для нее радость подчинения, добровольной и полной передачи контроля, стать господином ее слов и мыслей.

Жаль, что пришлось пойти на шантаж, но иначе Риана никогда не согласилась бы, что между ними есть влечение. Сладкая, милая анхелос слишком цепляется за маску крутой демоницы, не в силах даже самой себе признаться в том, чего хочет в действительности. И не замечает, как маска то и дело сползает, обнажая ранимую и уязвимую сердцевину.

Что же, если ей нужно, чтобы ее заставляли, Дэмиан не прочь. Ему нравится заставлять хороших девочек заниматься всякими непристойностями. От одной мысли о том, что он сейчас сделает с принцессой, уже каменный стояк.

Неоттраханной она отсюда точно не выйдет.

***

Подчиниться немыслимо. Вчера я была связана и беспомощна, но сегодня — нет. И выполнить его приказ это признать, что все сказанное ди Небиросом — правда. Что я зря ломала и выковывала себя столько лет, заставляя становиться жестче. Училась командовать и бить не раздумывая, училась быть сильной. На самом деле мое место — обнаженной на коленях перед господином, в ошейнике.

— Нет, — сказала я, цепляясь за утешительную ложь. — Ты не сделаешь этого. Ты не собирался…

Сделает, он же мерзавец.

Демон неприятно улыбнулся.

— Думал, что ты умная девочка и не будешь сопротивляться. Сама же сказала: я насильник, бывший каторжник, полный отморозок. Полагаешь, такого негодяя остановят твои слезки, принцесса?

— Ты снова попадешь на каторгу!

Он расхохотался.

— Так и представляю этот судебный процесс. В стране не останется ни одного подданного, кто бы ни видел тебя голой и готовой к порке. К тому же я всегда могу сказать, что спектрографии украли. Ты пришла в клуб добровольно. Сама поднялась со мной наверх, сама сняла маску и разрешила тебя связать. И сама попросила сделать снимки. На память.

От обрисованной перспективы меня затрясло. Чем громче скандал, тем сильнее будет испачкана моя репутация.

— Если не веришь, что я это сделаю, можем для затравки показать их твоей губастой подружке. Позвонить ей? — он вынул магофон.

— Нет! — поспешно выкрикнула я.

Богиня, кому угодно, только не Ингрид! Она всегда так восхищалась мной, считала сильной, крутой. Рядом с ней я сама поверила, что я — не раздражающая обуза, а опасная роковая штучка. Демоница, рожденная повелевать другими расами.

— Тогда расстегни платье.

Сама не веря до конца что делаю это, я подняла руку к верхней пуговице. Снова замерла, глядя на демона в упор. Нет, так нельзя! Если я сделаю это сейчас, то окончательно покажу, что сдалась. Стану едой для него, признаю его власть над собой.

А что я еще могу сделать?

Пылающий взгляд ди Небироса обжигал. Стало трудно дышать, по телу словно гуляли колкие электрические искры. Я чувствовала себя зверьком в ловушке. Мушкой, завязшей в паутине.

— Или ты мне сейчас покажешь свои сиськи, или завтра на них будут любоваться все, кто читает “Сплетницу”, - интимно и почти нежно пообещал он.

Будь что будет! У меня просто нет выбора.

Пальцы скользнули по круглым прохладным пуговицам, расстегивая их — одну за другой. Замерли после третьей.

Под это платье не надевают сорочку, а бюстье я не ношу. На мне только чулки, пояс и трусики.

— Расстегивай все, — приказал Дэмиан, не отрывая от меня бешеного взгляда.

Вынуть анам? Ударить, убить проклятого демона — я ведь могу это сделать! И тогда никто ничего не узнает. Скажу, что он напал на меня, а я защищалась…

Я представила Дэмиана разрубленным надвое в луже крови и меня замутило от ужаса и протеста. Да, он мерзавец, сволочь, насильник, но я-то не убийца!

После четвертой пуговицы стало легче. Я быстро, почти не задумываясь, расправилась с остальными и замерла, удерживая платье на груди. Сейчас агрессивный наряд казался глупым, а сама я в нем — жалкой.

— Хорошая девочка, — его голос дрогнул. — Теперь покажи мне себя.

Нет, он не мог просто навалиться и облапить, ему непременно надо было унизить меня до конца! Щеки полыхнули жаром. Я отвела взгляд и медленно раздвинула края платья. Демон шумно выдохнул, поднял руку и провел от ключицы к началу татуировки. Совсем легко, кончиками пальцев.

Ощущение стыда стало нестерпимым, и я зажмурилась, прячась от его вожделеющего взгляда, но не от нежных уверенных прикосновений.

Кожа ощутила тепло чужого дыхания, горячие губы накрыли сосок, и с моих губ сорвался невольный стон. Лучше бы ди Небирос был груб, лапал меня жадно и бездумно. Я не хотела получать удовольствия от того, что он со мной делает. Хотела ненавидеть и презирать.

— Моя… — с нежностью прошептал демон, целуя меня в приоткрытые губы.

— Сволочь! — отозвалась я, вцепляясь до боли в его волосы. — Чтоб ты сдох!

***

Риана дернула его за волосы, и Дэмиан в отместку распустил ей прическу, зарывшись пальцами в прохладные гладкие пряди. Простонал ее имя, уже понимая, что потерял контроль. Слишком бешеный поток противоречивых чувств излучала девушка. Дэмиан просто опьянел — сильнее, чем вчера, почти мгновенно и бесповоротно.

Он целовал ее снова и снова, до распухших губ, чувствуя, как тонет в испепеляющей силе ее эмоций. Захлебывался от чужой ненависти, возбуждения и стыда. Сходил с ума, лаская и тиская. Гладил и целовал нежную кожу с нарисованными на ней окровавленными шипами. Прикусывал остренькие розовые соски. Стискивал до синяков ладные упругие ягодицы.

Сладкая, желанная. Его девочка.

Под его напором ярость и возмущение уступали место желанию, и это было правильно. Демон подхватил ее под бедра и подсадил на ближайший ящик. Риана смотрела на него снизу вверх, и под поволокой взгляда полыхало все то же неукротимое упрямство, разжигая еще больше желание терзать ее и мучить, отдавать стыдные приказы и прикасаться к ней — бесцеремонно, по-хозяйски.

Нет ничего круче, чем когда девчонка задыхается от злости, но не может устоять перед твоими ласками.

— У меня правило, — ее голос дрогнул. — Я не занимаюсь сексом.

Дэмиан чуть было не расхохотался. Принцесса действительно верит, что что-то решает? Что он станет следовать ее дурацким правилам, когда Риана сидит перед ним — мокрая, голая, с широко раздвинутыми ногами?

— Угу, — он куснул ее за сосок, — Конечно, конечно.

Девушка сладко вздрогнула и вздохнула, глуша стон. Ничего, она еще будет стонать под ним в полный голос. Стонать и умолять, чтобы не останавливался. Демон спустился, встал перед ней на колени, покрывая поцелуями мягкий живот. В одно движение разорвал и отбросил в сторону влажные трусики. Риана возмущенно вскрикнула и попыталась сдвинуть колени.

— Что ты делаешь?!

— Не надевай больше. Хочу, чтобы ты ходила без белья, — приказал Дэмиан, снова раздвигая ей ноги и вводя в нее палец.

Мокрая. Несмотря на все свое показное возмущение — мокрая.

— Ты придурок! Ай, пусти меня! Я же сказала: никакого секса!

Он не обратил внимания. Перехватил ее запястья, притиснул к себе дрожащую девушку, вторгся бедрами между раздвинутых коленей. Нахрен игры в доминирование и прочие изыски, Дэмиана сейчас просто разорвет, если он не окажется в ней! Не вобъется с рычанием в это изящное тело, не почувствует какая она горячая, тугая и влажная внутри…

— Нет! — высоко и испуганно вскрикнула принцесса. Ее глаза вдруг округлились, стали огромными.

И снова как вчера. Возбуждение и стыд, злость, отчаяние, покорность — все схлынуло под волной паники. От девушки остро полоснуло страхом, она забилась в его руках отчаяннее, чем в ремнях вчера. Чтобы не навредить ей, Дэмиан разжал пальцы. И Риана ударила.

Не рукой — магией. Энергия силовой волны отшвырнула демона в сторону, заставив пролететь через всю лабораторию. Он снес спиной стоящий на постаменте контейнер, врезался в противоположную стену и выругался.

Больно, мать твою!

— Мерз-с-с-авец, — змеей прошипела принцесса, вскидывая руки для нового удара. Она в одно мгновение преобразилась, превратившись из невинной жертвы в кровожадную фурию. Волосы наэлектризовались и встали дыбом, глаза засияли холодным лунным светом. Из сложенных вместе ладоней полилась огненная струя. Она долетела до демона, лизнула его, подпалив волосы и одежду. И бессильно осела на каменный пол.

— Так, малышка, упокойся! — приказал он, поднимая щит.

— Ублюдок! — пущенная вместе с криком высокочастотная волна пролетела по лаборатории, взламывая и разрывая все на своем пути: контейнеры, ящики, мебель. Докатилась до щита и пошла обратно. Дэмиан еле успел опрокинуть девчонку силовым лассо, выводя из-под удара. На себя щит эта идиотка, разумеется, и не додумалась повесить.

— Умри! — всхлипывала она, отправляя одно атакующее заклинание за другим. И каждое нужно было отводить, обезвреживать, стараясь, чтобы откатом не навредило самой девушке.

Сложно, мать твою. Сложнее, чем стоять в хантерском отряде против дракона. Наконец, получилось перехватить инициативу, спеленать ее в силовой кокон.

Девушка дернулась. Раз, второй, третий. А потом от нее полыхнуло таким беспредельным отчаянием, что Дэмиан покачнулся. Словно все беды мира навалились сверху, не давая вдохнуть.

— Ну хватит, — выговорил демон, пробираясь к ней через разгромленную лабораторию. Отпихнул ногой разломанный ящик, из которого по всему полу рассыпались темно-коричневые шуршащие шарики. — Прости меня, девочка. Я тебя не трону. Уже понял, что с сексом у тебя какие-то заморочки. Все, больше не буду. Обещаю.

Он уговаривал ее, как норовистую лошадь, и чувствовал себя при этом одновременно подлецом и идиотом. Можно было бы сообразить, что вчерашняя реакция — не просто истерика на ровном месте. Тут что-то серьезней, глубже.

— Не буду, да не буду я тебя насиловать! Слышишь?! Сейчас сниму путы, приведешь себя в порядок, и валим отсюда, пока никто не пришел на магические выбросы.

Принцесса кивнула, зачарованно глядя ему за спину. В палитре эмоции прорезалось удивление, и Дэмиан на рефлексах вскинул щит, и только потом обернулся.

Стоявший в лаборатории еле заметный запах гари вдруг резко усилился, рассыпанные между ящиками шарики полыхнули разом, как облитые маслом, обдав лицо невыносимым потоком жара. Вспыхнул, казалось, сам воздух вокруг. Где-то над головой пронзительно заорала пожарная сирена, и с потолка хлынула ледяная вода.

Пожалуй, свалить незаметно уже не получится.