16. Первый шаг к свободе

Волнение и предвкушение, царящие в гареме, постепенно захватили и Рича. Он и сам не успел понять, когда стал представлять, что будет делать в городе. Они ведь не видели его, не рассмотрели толком. А тут такой шанс! Не бежать, нет. Рич понимал, что в одиночку не сможет и двух шагов ступить: остановят, спросят, кто хозяйка и вернут. Да и чёрт с ним, с побегом, можно же хоть ненадолго расслабиться и просто насладиться прогулкой вне опостылевших четырёх стен.

Прислужники были в не меньшем восторге: для них подобная прогулка тоже была чем-то из ряда вон выходящим. Сюдун притащил целый ворох одеяний, которые должны будут скрыть яркие гаремные одежды. Потом принёс мягкие туфли и тюрбаны, и до ночи наложники толкались перед зеркалами, примеряя обновки. За Антоном пришли, когда все уже собирались спать. Забрали к Владычице, и в глазах наложников он поднялся на просто недостижимую высоту.

– Что-то Алгана не слышно.

Рич и Айвин сидели у фонтана, прямо на полу, вытянув ноги. Дневная жара спала, от воды тянуло приятной прохладой, изредка плюхали уцелевшие карпы.

– Меня тоже это волнует. Ему конечно донесли о том, что у Владычицы появился новый фаворит. Антону надо быть осторожнее.

– Думаешь, могут убить? – серьёзно спросил Рич. Если честно, он бы не удивился, всё же конкуренция здесь жесткая. А место подле Владычицы одно.

– Убить? – Айвин вскинул брови. – Ты что! Кто же поднимет руку на наложника? Нет, убивать, конечно, не будет. А вот навредить как-нибудь может.

– Пакостить будет. – Рич понятливо кивнул. С одной стороны, хорошо, что жизни Антона ничего не угрожает. А вот с другой – неизвестно какую подлянку ждать, надо постоянно держать ухо в остро. Они слишком быстро расслабились, но кто знал, что Антон так стремительно войдёт в милость.

– Будет, – вздохнул Айвин. Из сада послышался пронзительный крик, они переглянулись и одновременно поморщились. Любимый павлин Владычицы, подаренный Алганом. Надменный, как он сам, и наглый. Сюдун постоянно жаловался, потирая зад, на то, что павлин – это шайтан в прекрасном обличье. Прячется в кустах, поджидая именно его, налетает внезапно, атакует, а потом смотрит так, словно ты – пыль под его лапами.

– Как считаешь, Владычица сильно любит его? – Ричу вдруг в голову пришла идея, которую стоило обдумать.

– Скажу по секрету: она вообще павлинов не любит. Её матушка любила, а Владычица держит их потому что раздавать жалко. Она больше лошадей любит. – Айвин снова вздохнул, на этот раз тоскливо.

– Ты долго с ней был?

– Долго? Не знаю. Для кого-то может и так, для меня безмерно мало. Она вызывала меня к себе пару раз в неделю в течение полугода. Не только меня, Петри, Игара – да всех. По очереди. Но меня чаще. Недостаточно, чтобы стать фаворитом и заслужить отдельные покои. Но мне они не были нужны, только бы снова посмотрела.

– Если Антон займёт место Алгана, уверен, что всё станет как прежде.

– Думаешь?

Айвин смотрел с надеждой, и Рич уверенно кивнул, хотя сам понятия не имел, как поведёт себя Антон. Сам Рич свою женщину не стал бы делить ни с кем и никогда. Пока они вместе, она принадлежит только ему. Но здесь другие порядки, да и Антон всё-таки не он. Мало ли, как там у него с моногамией. Может, сам график составлять будет.

Эту мысль Рич крутил и так, и эдак, дожидаясь с утра друга. Сегодня он пришёл позже, широко зевая и потирая шею. Когда вернулся из купален, просто упал без сил на кровать, промычал что-то невразумительное на вопрос как всё прошло, и моментально уснул. Даже как-то завидно стало: невольно Рич начал вспоминать, когда в последний раз был с женщиной. По его меркам давно – здесь они уже почти два месяца, а во время съемок был слишком плотный график, не до интрижек. Это что получается, полгода прошло? Да не может такого быть! Рич тяжело вздохнул и обхватил голову руками – докатился. Ещё немного, и ему самому Владычица неземной красоткой покажется.

– Спит? – в их комнату заглянул Игар.

– Спит, – кивнул Рич, поднялся и тихо вышел, чтобы не будить друга.

– И что теперь? Прогулка откладывается? – Игар заметно погрустнел.

– Думаю, Антон не будет возражать, если мы пойдём без него. Что-то мне подсказывает, что это не последняя наша вылазка в город.

– Вылазка? – недоуменно переспросил Игар. – Это что?

– Прогулка, – отмахнулся Рич, поглощённый мрачными мыслями. Вроде успокоился, смирился почти, а сейчас тоска по новой. Всё-таки эта жизнь не для него, сколько ни пытайся привыкнуть. А сердце всё равно заколотилось быстрее, когда перед притихшим гаремом торжественно распахнули резные створки ворот. Те самые, в которые они въехали в первый раз. Не главный вход, конечно. Кто бы стал объявлять во всеуслышание, что наложники Владычицы покинули дворец!

Улица, на которой они оказались, была пуста. Широкая, мощённая серым камнем, за дорогой разбит огромный парк. С этой стороны дворца, с одного из чёрных входов, никто не жил, поэтому пришлось обогнуть высокие стены. Закутанные в серые балахоны с капюшонами, наложники молчали, оробевшие от простора вокруг. Никаких стен и потолков, свобода, о которой они давным-давно забыли.

Стоило завернуть за угол, и их моментально оглушил разноголосый гомон, висящий над базаром. Даже Рич обалдел от обилия запахов и красок. Лавки и лавочки, цветные навесы, связки сушенной хурмы и целые пирамиды сладостей. Разнообразное оружие, разложенное прямо на ступенях кузниц, у которых толпились стражницы. Узкогорлые кувшины и пучки сухих цветов. Торговали в основном женщины, мужчины прислуживали и сновали по базару, закупая еду домой. Сюдун вёл их уверенно, хоть постоянно оглядывался, проверяя, не потерялся ли кто.

– Посмотрите на эти кольца! – Петри сдался первым. Алчно вспыхнули глаза, он метнулся к прилавку и запустил пальцы в чашу с перстнями.

– Эй! Руки убрал! – грозно воскликнула хозяйка, выходя из тени навеса. – У тебя денег не хватит на такие кольца! Они могут украшать лишь пальцы наложников самой Владычицы!

– Значит, мы пришли по… – Рич едва успел накрыть рот Петри ладонью. Улыбнулся и склонился в поклоне.

– Прошу простить моего друга, госпожа. Хозяйка своей милостью позволила посетить базар и купить себе украшения на праздник в её честь. Деньги у нас есть. А прислуга… кто лучше мужчин может решить, чем себя украсить для возлюбленной?

Окинув Рича подозрительным взглядом, владелица лавки смягчилась, стоило увидеть мешочек с монетами. Всё это время стоявшие в стороне наложники потянулись к прилавку, не скрывая восторга.

– Так а кто же ваша хозяйка, раз так щедра к своему гарему?

– Она служит при дворе, госпожа. – Рич снова поклонился. Шепнул на ухо: – Несколько даже удостоилась чести видеть Владычицу.

Этот аргумент стал решающим, и вскоре наложники уже примеряли перстни, рассматривали ожерелья и выдирали друг у друга серьги. Рич тяжело вздохнул, отошёл в сторонку и сложил руки на груди. Теперь их отсюда за уши не оттянешь. А ему бы следовало поискать единственную знакомую женщину, которая может ему помочь.

– Сюдун, я отойду ненадолго.

– Что? Конечно же нет! А если ты потеряешься, или… сбежишь? – Сюдун прищурился.

– Да куда мне бежать? – искренне рассмеялся Рич. – Просто меня это не интересует, хочу поискать что-нибудь по душе.

– И как мне с тобой быть?

– Отпусти. Обещаю, что далеко не уйду и вернусь через час.

– Час?!

– Думаешь, они тут дольше пробудут?

Сюдун посмотрел на Петри, который молча и сосредоточенно выдирал жемчужное ожерелье из рук эльфа, что так же молча отказывался его отдавать. Перевёл взгляд на Игара и Айвина, окруживших поднос с серьгами, пересчитал остальных и качнул головой.

– Может и дольше. Иди.

– Спасибо! – Рич вытащил пару монет и протянул ему. – Ты это… купи себе тоже что-нибудь.

– Я?! – Сюдун уставился на монеты в священном ужасе. Такую сумму он в руках никогда не держал. Прислуге во дворце платили медью и серебром, а тут целых два золотых!

Заметив что-то странное, нечитаемое в глазах Сюдуна, Рич вдруг смутился. Хлопнул его по плечу, подмигнул и растворился в толпе.

Когда-то Рич любил гулять по новым городам. Открывать их для себя – не туристические маршруты, а небольшие улочки, скрытые от глаз магазинчики для местных. Любил посидеть в семейном кафе, съесть пару кусков пирога не боясь, что кто-то выскочит с телефоном и снимет его или попросит автограф. Здесь можно было бы расслабиться, точно никто не узнает, но была другая проблема: лучше действительно далеко не уходить. Документов никаких нет, как тут определяют принадлежность неизвестно. Остановит стража – пиши пропало, скандала не оберёшься.

Поначалу Рич просто бесцельно бродил между рядов, иногда останавливался, чтобы рассмотреть что-то действительно интересное. Не базар – рай для декораторов и художников по костюмам. Вот бы их сюда запустить, они бы скупили половину товаров, если не всё. Взять хотя бы эти сундуки, он так и слышал, как верещит от восторга Стэн. Или вон те платья, за каждое из них Лия отдала бы почку. Рич невольно улыбнулся воспоминаниям, одёрнул себя: опять эта поганая ностальгия по дому. Тяжело вздохнул и шагнул было к лавке с фруктами, но споткнулся о некстати подвернувшийся камень, пошатнулся и врезался в крепкую спину.

– Смотри, куда идёшь! – возмущённый крик заставил внутренности сжаться в комок. Рич поднял глаза и увидел нахмурившуюся стражницу. Она смерила его подозрительным взглядом. – А ты откуда такой? – резко схватила за руку и поднесла к лицу. – И руки нежные. Наложник? Кто позволил разгуливать по городу? Где твоё сопровождение?

Рич сглотнул, придумывая правдоподобный ответ. Тело прошила дрожь – сам же всех и подставил, идиот. Открыл было рот, чтобы ответить, когда за спиной раздался знакомый голос.

– Он со мной.

Кесса обогнула его, даже не глядя, вырвала руку из цепкой хватки стражницы и потянула Рича за собой.

– Не представляешь, как я рад тебя видеть! – шумно выдохнул Рич, когда они отошли.

– Заткнись, – рыкнула Кесса, затаскивая его в переулок и припечатывая к стене. – А теперь рассказывай, как ты здесь оказался!