18. Операция "Павлин"

Итак, Алган нанёс свой удар, причём, воспользовался подлым методом, но разве можно было ждать от него иного? Рич мрачно расхаживал по двору, пытаясь придумать, как помочь Антону. В том, что Владычица его простит, были сомнения. Всё-таки что значит новый фаворит против того, кого она избрала своим мужем? К тому же убийство любимого павлина… А было ли это убийство, вот в чём вопрос.

– Значит так, – он остановился и посмотрел на наложников. – Нам надо найти тело.

– К-какое тело? – слабо пролепетал Петри.

– Павлина, – жестко ответил Рич. – У Алгана должны быть доказательства, а значит, мы должны проникнуть в его покои и увидеть труп павлина своими глазами.

– В покои Алгана? – в ужасе переспросил эльф. Раздался глухой стук – Петри грохнулся в обморок. Пока его откачивали, брызгая водой из фонтана, Рич продолжал размышлять. Выхода у них нет, друга надо спасать. Если с Антоном что-то случится, как он себе это простит?

– Сюдун, иди сюда.

– Я не пойду к Алгану, – тут же замотал головой Сюдун.

– Я и не прошу к нему идти. – Рич вздохнул. – И никого не прошу. Я пойду сам.

– Я тоже пойду, – шагнул Игар.

– И я, – Айвин встал рядом.

– Больше не требуется, – облегчённо улыбнулся Рич. Сколько бы ни храбрился, а одному идти страшно. – Сюдун, просто нарисуй нам план дворца и покажи, где покои Алгана. Мы сами разберёмся.

– Нарисовать план? – брови Сюдуна взметнулись вверх. – Но… я не умею рисовать, тем более планы.

– Ты умеешь читать планы? – наложники смотрели на Рича с благоговением. Хлопнув себя по лицу, он тяжело вздохнул: дало же провидение таких друзей. Не глупых даже – наивных. Как дети, ну правда!

– Ладно. Неси бумагу и перо, будешь рассказывать, где и что здесь находится, а я попробую нарисовать.

Об аресте Антона было на время забыто, у гарема появилось новое развлечение. Прикусив кончики языков, они не дыша наблюдали, как Рич покрывает лист бумаги чёткими линиями. Толстые, тонкие, они складывались в узор, понятный лишь Ричу. Но вскоре, к его удивлению, Сюдун начал кивать и водить пальцем по нарисованным коридорам. Вскоре он сам взялся за перо и начал рисовать, добавляя в план подробности.

– Вот видишь, а сказал, что не умеешь. – Рич хлопнул Сюдуна по плечу. – Значит, здесь покои Алгана. Удобно, что в нашем крыле. Не так далеко, как я думал.

– Да, от купален три поворота, потом лестница для прислуги. По ней вы попадёте в отхожее место, а оттуда прямиком в опочивальню.

– Будем вылезать из дерьма, как гномы в Озёрном городе, – хмыкнул Рич. Глядя на недоуменные лица хмыкнул: стал говорить одному ему понятными фразами, совсем как Антон. При мысли о друге в груди снова всколыхнулась тревога. Стукнув кулаком по колену, Рич поднялся: – Надо идти. Чем быстрее мы поймём, где тело павлина и выкрадем его, тем лучше.

– А что потом? – тихо спросил Айвин.

– Решим на месте, – сурово ответил Рич.

Дворец скрылся в ночных тенях. Зажглись факелы во дворах, многочисленные светильники в коридорах и покоях. Но некоторые коридоры, для слуг, оставались слабо освещены. Переодевшись в одежду прислужников, Рич, Айвин и Игар тихо крались к покоям Алгана, замирая и сжимаясь в стену, едва услышат шаги. Заветная лестница была в одном повороте, когда их окликнули:

– Эй! Вы кто такие? Что вы здесь делаете?

Айвин судорожно выдохнул и зажмурился. Едва заметно качнув головой, Рич выступил вперёд, низко поклонился и тихо сказал:

– Госпожи стражницы, мы направляемся в покои благочестивого Алгана, любимого мужа нашей Владычицы.

– Благочестивый Алган сейчас находится у госпожи. Что вам нужно в его покоях?

– Убрать отхожее место, – ответил Игар, склоняясь в поклоне. – Негоже заниматься такими делами в присутствии господина. Но если вы желаете, мы будем рады любой помощи.

Стражницы одновременно скривились и переглянулись. Одна из них брезгливо махнула рукой и сморщила нос.

– Идите. Мы проследим, чтобы в следующий час коридор был пуст.

Развернувшись, стражницы поспешили уйти, но до слуха наложников донеслось:

– Ненавижу дежурить в день очистки отхожих мест. Потом ещё несколько часов дышать нечем.

– Игар, ты гений! – восхищенно прошептал Рич. – Я бы до такого не додумался!

– Просто вспомнил, как жалуются наши прислужники, когда чистят отхожие места, – шепнул Игар.

До лестницы добрались без дальнейших приключений. Тихонько скользнули внутрь и одновременно сжали носы.

– Он что, только чеснок жрёт, этот Алган?! – прогундосил Рич. От вони резало глаза, стоило поторопиться: либо у благочестивого Алгана крайне неблагочестивое расстройство желудка, либо сегодня действительно день, когда должны осушить большой фарфоровый сосуд. Рич вспомнил, что его содержимое ещё и должны тщательно утилизировать, и первым выскочил в следующую комнату. Ею оказалась роскошная спальня в тёмно-синих и золотых тонах. Каждый предмет так и кричал о роскоши и богатстве, будь то пресс-папье из белого мрамора с золотыми прожилками, или обычная чесалка для пупка с золотым набалдашником.

Огромные окна в пол выходили на балкон, за которым спал город. От благовоний вверх поднимались тонкие струйки ароматного дыма, а на низком столике стояла роскошная золотая ваза с фруктами.

– И где бы, по-твоему, он мог спрятать тело? – шепнул Айвин, осматриваясь.

– Не знаю. Я бы спрятал там, откуда мы пришли, чтобы не завонялось, но… Тихо!

Все замерли, прирастая к полу и напряженно вслушиваясь в темноту. Шелестели листья, перекликалась стража на стенах, а с балкона доносилось тихое цокотание, от которого у Рича невольно волосы встали дыбом на загривке. Переглянувшись с парнями, он тихо подошёл к развевающимся шторам и резко их распахнул, чтобы тут же согнуться от беззвучного хохота. Прямо на них уставился белоснежный павлин. Переступая с лапы на лапу, он надменно рассматривал их: всё как и говорил Сюдун.

– Так он жив! – громко прошептал Игар. – Надо отнести его Владычице и попросить, чтобы выпустила Антона!

– Подожди! – шикнул Рич, с опаской рассматривая крупную птицу. В голове снова зрел безумный план, не иначе как у Антона нахватался «смекалки», как он это назвал. Шустро осмотревшись, Рич сдёрнул одно из многочисленных парчовых покрывал, лежавших на подушках, и набросил на павлина. Тот издал обиженный звук, напоминающий приглушенное кряканье, и затих. Рич передал трепыхающегося павлина Айвину.

– А теперь быстро уходим отсюда.

Дважды уговаривать не пришлось. Айвин и Игар бросились к выходу, Рич помчался было за ними, но у стола притормозил. Местную грамоту он не понимал, но уже успел выучить, как выглядит герб Салетдина. И он мало походил на перевёрнутую корону и меч, воткнутый внутрь. Не думая, Рич схватил несколько листов с незнакомым гербом, сунул их за пазуху и на всякий случай прихватил пару смятых, исписанных листов из корзины.

Оказавшись в коридоре, они едва успели спрятаться в нише, когда мимо прошли несколько прислужников Алгана, обсуждая чистку отхожего места. Хотелось надеяться, что они не посвящены в дела Алгана и не знают о павлине. До гарема промчались на одном дыхании, ни разу не остановившись. Белоснежный хвост волочился по полу, но павлин сидел тихо, а стражницы не обманули: больше по пути никто не встретился.

«Бедный Сюдун», – подумалось Ричу. Опять бледно-зелёного цвета, явно в предобморочном состоянии. Заметив их, Сюдун сполз по стене и спрятал лицо в ладонях.

– Не плачь, мы дома, – весело воскликнул Айвин и, проходя, мазнул по коленям Сюдуна хвостом.

– Это… это… это труп? – помертвевшими губами спросил Петри, готовясь снова упасть в обморок.

– Лучше! – воскликнул Игар и картинно смахнул покрывало. Пришедший было в себя Сюдун тут же вжался в стену и приподнял ногу, воскликнув:

– А! Шайтан! Он воскрес!

– Тише ты! Он и не умирал. – Рич снова набросил на начавшего было расправлять крылья павлина покрывало. – Алган его украл, чтобы подставить Антона, разве не ясно?

– Сын ифрита! Как он мог! Надо идти к Владычице! – заголосил гарем. Дождавшись, пока крики утихнут, Рич холодно улыбнулся.

– Нет, к Владычице мы не пойдём, по крайней мере, не сейчас. Подождём утра.

– Как не пойдём? Ты хочешь, чтобы Антона наказали? А ещё друг называется!..

– Тихо! – рявкнул Рич, забрав павлина у Айвина. – Во-первых, мы не знаем пока, накажет Владычица Антона или нет. Во-вторых, если накажет, мы всегда можем предъявить ей павлина. И в-третьих… – он сделал паузу.

– В-треьих? – с надеждой подсказал эльф.

– Если она его помилует, мы убьём двух зайцев!

– Каких зайцев? У нас нет зайцев!

– Только не говори, что я должен ещё и зайцев где-то достать, – простонал Сюдун, заранее прикидывая, где он будет их искать на рынке.

– Это выражение такое. От Антона услышал, – махнул рукой Рич. – Убивать никого не придётся. Разве что, – он нежно погладил павлина, – эту роскошную птицу.

Он ждал криков, но получил оглушительную тишину. Только Петри слабо пискнул: «Мамочки!» и с размаху сел на подушки.

– Если Владычица помилует Антона, Алган не сможет обвинить нас в краже. Это раз. Скоро у нас праздник в её честь, и он наверняка придёт. Мы подадим ему павлина, а он не сможет и слова сказать. Это два.

– Но тогда нас обвинят в убийстве!

– Нет. Алган уже обвинил в нём Антона. То есть заявил, что точно знает, что это его вина. За одно и то же преступление два раза не судят. Так что, – Рич ухмыльнулся и подкинул тяжелого павлина в руках, – эта птичка сейчас для нас и орудие справедливости, и орудие мести.