ГЛАВА, в которой город застрял в снегу Vol 2
Саша пришла в самый разгар мероприятия, на котором все уже были в том святом состоянии, когда есть и свое мнение, и желание его отстоять, и язык еще не заплетается. Именинница сидела на почетном месте во главе стола и тихо улыбалась, будто просила окружающих ее не замечать. Тетя Надя вообще отличалась этим свойством, быть тихой, незаметной и оттого ценной, и значимой. Она вся жила для семьи. Она не спорила с мужем, исправно кормила детей, не работала, чтобы обеспечить порядок и покой жителям дома, изредка чем-то увлекалась. К ней шли и взрослые, и дети за поддержкой, жилеткой или горячим супом. Она была светлой, будто сошла с иконы, и нимб еще не погас, с тихим вкрадчивым голосом и какими-то невероятно добрыми глазами, в которых всегда загорается радость при виде знакомого человека.
— Саша!.. Я уже думала, ты не доедешь! — она поднялась со своего места и подошла, чтобы обнять. Ее руки как всегда были теплыми и совершенно невесомыми. — Спасибо за браслет, он просто чудный!
Она вытянула тонкую руку, и на ней блеснул тонкий ободок.
— С днем рождения! Не знаю, что и сказать… — Саша совершенно не умела поздравлять. Не знала, что говорить, тем более таким людям как тетя. Они всему рады и хочется как-то удивить, не для галочки, по-настоящему, от души, а не выходит. — Счастья вам, здоровья!..
Но тетя уже обнимала, благодарно что-то бормоча.
— Дочь моя пришла! — радостно объявила мама, вставая со стула. За столом, стоящим в центре комнаты, притихла многочисленная родня.
— Простите, там пробки такие! Все уже в сборе? — Саша приветливо помахала, и большая часть принялась здороваться и даже что-то спрашивать.
— Костика нет, остальные тут! Иди мой руки, — мама принялась тут же организовывать тарелку и вилку. В дверь позвонили, и по дороге в ванную Саша открыла ее. Костя стоял, смахивая с шапки снег.
— Привет! — буркнула она и отошла в сторону.
— Привет, как жизнь?
— Пойдет! — Саша пожала плечами, а Костя кивнул, отвечая этим на не заданный вопрос о том, как у него дела.
— Все в сборе?
— Да! Мы последние!
— Пробка?
— Да.
На этом их разговор закончился. Первый разговор за пару месяцев.
В комнате зашумели о том, что теперь все пришли и можно начинать, хотя все уже давно начали. Стали суетиться и накладывать еду, которую давно унесли со стола, расчищать место и искать вилки и тарелки. Носить обратно салаты.
— А Костя-то как вырос, а?
— А Саша с Соней, какие красавицы!
— А помните…
Все трое переглянулись, Соня уже была явно безразлична ко всему. Не первый час тут сидела, да и к мероприятиям этим была терпима, а вот Саша и Костя явно напряглись.
Костя был Сашиным братом по отцу, его ребенком от первой жены и типом весьма своеобразным. Саша его очень любила и во многом на него походила, но на контакт он не шел. Никакой обиды в том, что у Саши папа есть, а у Кости нет, не было, да и Сашина мама папу из семьи не уводила, все вообще было мирно, но по странной причине общение не шло. Упорно не шло. Соня в это не лезла, она никогда не была близка с Костей, а вот Саше брата не хватало. Он был старше, многое у него получалось, многого он достиг, и она бы хотела к нему идти и за советом, и за помощью, но никак.
Застолье уже шло к концу, все вяло поддерживали разговор по два-три человека, каждый в своем углу. Кто-то пил чай, кто-то вино. Костю засыпала вопросами неприятная тетя Лида, которой вечно казалось, что у всех жизнь лучше, чем у нее и только благодаря несправедливости судьбы. Саша и Соня быстро вышли из-под ее зоркого взгляда и ретировались на кухню. Тетя Надя как обычно убиралась, и девочки немедленно отправили ее к гостям, принявшись за мытье посуды.
— Ну? Тебя твой Глеб Евгеньевич подвез? — спросила Соня, вильнув бровью, она подавала Саше чистые тарелки, а та их вытирала.
— Да! Мы слушали музыку и громко пели! Вообще-то это было мило!
— Мило? Хорошее начало! — Соня покачала головой. В амурных делах она не была спецом, в силу того, что уже долгих шесть лет встречалась с единственным несчастным Толиком, одноклассником. Толик играл на всех инструментах, хорошо пел и был преданным влюбленным парнем, который со своей скромностью и излишней молчаливостью как-то умудрился завоевать сердце красавицы Сони. — Что дальше? Продолжишь давать уроки?
— Конечно! Он интересный, с ним легко…
— Ой как неловко будет, если ты влюбишься…
— Почему? — Саша взяла из рук Сони очередную тарелку.
— Потому что он может и не влюбиться в ответ. Помни это, пожалуйста!
— Сонь! Не говори глупости, при чём тут любовь? Это просто…
— … Удачный человек для знакомства со взрослой жизнью? — Соня так театрально это прошептала, что Саша залилась краской и пихнула сестру в бок.
***
Совещание длилось уже минут двадцать и так и не коснулось ничего важного. Глеб клевал носом, просидев перед компьютером всю ночь, он написал тридцать страниц, из которых к утру удалил восемнадцать. Учителя участвовали в беседе, переговаривались о чем-то, даже Евгеша была увлечена.
Наконец настал «момент Х», когда с места поднялась невероятно тучная завуч по внеучебной работы Маргарита Александровна, или же Королева Марго. Большим секретом было, как такую жизнерадостную должность получила столь унылая дама. Её лицо оплыло как свечка, подбородки лежали на груди, а щеки дрожали. Она была ужасно заторможена и говорила медленно-медленно.
— На носу Новый год! А значит, нужно проводить новогодний концерт! — говорила оня тягуче, но при этом очень торжественно, будто организовывала партсобрание в советском клубе.
Все напряглись и вжали головы. Новогодний концерт был важным, но совершенно никому не нужным мероприятием. Под конец года никто не хотел устраивать праздник, искать выступающих и обеспечивать посещение. Потому проведение концерта стало наказанием. Страшным наказанием.
— В этом году, — королева Марго вздохнула, — это особенно важно. Придет проверка из администрации, — она причмокнула губами и медленно поправила прическу. Все напряглись, перебирая в голове грехи, за которые могут попасть под раздачу. Евгеша только что не залезла под стол, — в этом году, по настоянию руководства, мероприятием займется наш Глеб Евгеньевич!
В этот момент он очнулся. Поднял голову и понял, как сильно влип. В общем-то, повод был. Не оплачиваемый отпуск на три недели, да не просто так, а поездка в Испанию, а учитель должен отдыхать на родине и быть всегда немножко голодным!
— В этом году можно устроить шоу талантов! Пускай ребята поют, — пауза. Причмокивание, — танцуют, — пауза. — читают стихи.
Глеб выходил из кабинета, понурив голову, а окружающие его учителя с пониманием пожимали плечами. Все там были. Потому никто не протянет руку помощи, даже Лера с Евгешей. Обе они сочувственно похлопали его по плечу.
Последней вышла Ольга Николаевна, худая низенькая женщина-завуч, которая имела больше влияния чем директор, и являлась оплотом благовоспитанности и приличия в школе.
— Я надеюсь, Вы с умом подойдете к этому серьезному мероприятию! Мы на вас возлагаем огромные надежды! В конце концов, не всё же отдыхать! Вот и поработаете перед Испанией!
Она ушла, не дождавшись ответа, которого бы и не последовало. Глеб был слишком зол.
***
Саша уже топталась у кабинета, собрание было шестым уроком, а седьмым он назначил Саше занятие. Она выглядела устало, хоть с утра выглядела отлично. Волосы раскрутились, макияж, хоть и скромный изначально, уже выглядел не идеально. Она вымоталась, раз даже не привела себя в порядок за перемену.
— Ты не заболела? Неважно выглядишь! — Глеб открыл дверь и пропустил ее вперед.
— Вовсе нет, все отлично! Просто устала, трудный день сегодня, среда. Как обычно. Вы тоже выглядите не очень! Плохие новости? — Саша как ни в чем не бывало устроилась на своем обыкновенном месте за первой партой и достала книги.
— Почему ты так решила?
— Вы хмуритесь.
— Да. Назначили организацию новогоднего праздника. Шоу талантов! — Глеб взял учебники. Тетрадь. И открыл нужную страницу. Саша достала свои сказки. Она проверила вечером его тесты и следом достала и их.
— В чем проблема? Собрать участников?
— Да! Понятия не имею, кого брать!
— Объявить по классам? Могу пройтись завтра! — Глеб заинтересованно оторвался от вчерашних тестов. В самом низу стояла тройка.
— А можешь? Да даже если так, это будет смертная скука, а придет проверка, мне дали понять, что плакал мой отпуск и Испания, если что-то пойдет не так! — он и не думал, что жалуется ученице. Она с таким энтузиазмом отложила книгу, что затеплилась надежда. Она что-нибудь придумает.
— Не пойдет! Я могу пригласить сестру и ее одноклассников! Они могут петь и танцевать! У Валерии Андреевны танцевальная студия и драмкружок. Чтобы не выглядело подозрительно. И я знаю, что какие-то девятиклассники репетируют в спортзале. Что-то вроде рок-группы. — Саша вскочила с места и подошла к доске. — Мы наберем всех по пять-шесть человек и устроим конкурс! А потом дискотека. Певцов из Сониного класса, танцоров Валерии Андреевны и опять же парочку от Сони. Чтецов из драмкружка и плюс несколько музыкантов. Итого человек двадцать! Ну как?
— Ты что? Хочешь меня спасти? — Глеб засмеялся и чуть ее не обнял. Он понимал, что она не видит в плане изъянов, которые будут обязательно. От того все у нее так складно и просто. — Александра? Ты уверена?
— Да! Я помогу!
Даже по дороге домой она всё ещё что-то планировала, достала тетрадку и набросала какой-то план. Дала несколько указаний, договориться с тем, с этим. Полная энтузиазма, она болтала и болтала, пока Глеб, не верящий в затею и мысленно махнувший рукой на Испанию, качал головой и тихо посмеивался. Мол: «Болтай, конечно, но всё это детский сад!».
Соня скептически отнеслась к просьбе, сузила глаза и подняла одну бровь.
— И зачем тебе это? План по соблазнению? — Она в добавок скрестила на груди руки и многозначительно посмотрела на Сашу.
— Какая глупость. Просто помогаю. Так жалко его стало, он прямо беспомощным выглядел. А я подумала, и как-то всё сошлось. План отчаянный. Но выполнимый! Не знаю, я могу помочь, почему бы не сделать это для хорошего человека.
— Хорооошего человека! — Пропела Соня и с миролюбиво улыбнулась. — Хорошо. Я наберу несколько танцоров. Припрягу Толика с его музыкантами и схожу к вокалистам. Но! Вам придётся дать нам пропуски. И знай, это ради тебя и твоего… Ну, словом, если ничего у тебя не выгорит, будешь должна!
— Я запросто договорюсь с половиной класса, чтобы те не пришли на концерт, они счастливы будут! А насчёт выгорит, прекрати, а? Ну чего ты никак не угомонишься?
— Завтра скажу, сколько нужно мальчиков и сколько девочек! А теперь иди спать, организаторша, и мне не мешай! И не угомонюсь, видела я твоего Евгеньевича, он слишком хорош, чтобы, имея такую фору, упустить шанс! Ну он же чудо-мужик! — Соня нацепила на глаза маску и зарылась в подушку, как обычно резко прекратив разговор.
Саша одними губами прошептала «спасибо» и бросилась к себе, счастливая настолько, что где-то в груди клокотало большое и радостное чувство успеха. Она понимала, что Соня просто ведёт себя так, чтобы казаться старше, чем есть. Своего Толика, а он её ровесник, она держала на коротком целомудренном поводке. Да и в голове её ещё были обыкновенные, те же что и у Саши, детские мозги. Семнадцать лет, какие тут размышления о мужиках? О мальчиках в самую пору…
Саша понятия не имела, зачем ввязалась в это. Она понимала, что будет проводить больше времени с таким приятным человеком, как Глеб Евгеньевич, и в чём-то даже корила себя, что подкупает его своей идейностью. Но какая-то часть неразумного мозга твердила: «Ты просто хороший человек, не больше того! Он же учитель, какие романы?». Только факт оставался фактом, да, она не знала, во что ввязывается и даже в самых страшных и сладких мечтах так далеко не заходила, но она стремилась к большему. Не знала к чему именно… но к большему.
***
Утром на втором уроке Саше пришло СМС от сестры, где коротко сообщалось, что помочь готовы двадцать человек.
— Это же весь класс… — Прошептала Саша и посмотрела по сторонам. Количество мальчиков и девочек в классе было практически равным, всего двадцать один человек. Минус она, Маслов, который останется поддержать, Лисьева, которая такое не пропустит, и даже заявит себя в ведущие, а значит ещё и две её подружки Колпакова и Петухова будут. Итого шестнадцать человек.
— Вань?
— Да? — Он повернулся к ней всем корпусом с такой готовностью, что сшиб учебник и привлёк внимание учителя.
— Мне нужно, чтобы почти весь класс не пришёл на новогодний концерт и одолжил свои пропуски. И найти ещё человек пять, чтобы в итоге было двадцать пропусков. Сечёшь, о чём я? Должно быть семь мальчиков и тринадцать девочек! Справимся?
— Предоставь это мне! — подмигнул довольный Ваня.
***
Глеб, в общем-то, не жаловался, он знал, что просто так его не опустят. Сидя в пустом актовом зале, холодном, как обычно, он думал о том, как бы здорово было, если бы Сашины наивные планы и вправду сбылись. Пришли бы из соседней школы выступающие, всё прошло на «ура». И даже пусть у неё что-то получится, доведёт ли она до конца? Нет… В её возрасте он бы не довёл. Просто из-за незрелости. Какое планирование и организация? Уроки надо делать, к репетиторам ходить. Найти выступающих, написать сценарий…
— Глеб? — Евгеша и Лера вошли в актовый зал, обе немного смущённые и напуганные. Он знал, они понимали, что должны предложить помощь, но не хотели это на себя взваливать.
— Что?
— Может тебе… помощь нужна? — Начала Евгеша. Лера маячила за спиной. — У Леры там танцоры и драма… драматурги есть!
Она выговорила последнее, обратившись к Валерии, прося помощи в своей неловкой речи.
— Нашлась уже помощница! — Весело ответил Глеб, всё ещё изучая сцену. Его одолела тоска и безысходность. Он представлял, как концерт проваливается как в прошлом году, и несчастному ему выговаривают, как выговорили Валерии. Вероятно, от того она так мнётся, предлагая помощь.
— Правда? — Евгеша соединила тонкие пальца и хмыкнула. — Ну тогда мы пошли?..
— Идите…
— Глеб, ты это, не парься! Ну нет так нет. Не откажут же они тебе в отпуске? — Лера похлопала по плечу и села рядом. Евгеша не нашла, зачем это нужно, и уселась на последнем ряду одинаковых чёрных стульев.
— Откажут. И уволят. Ты же их знаешь!
— Уволят?..
— Лер, концерт — повод, чтобы вынудить меня написать заявление. Мои командировки им поперёк горла. Я должен или идеально это провести или уволиться. Ты же знаешь.
— Знаю. Но послушай меня внимательно! Они попросят. Но ты не обязан. Они не дадут отпуск, а ты имеешь на него право. Тем более за свой счёт. Если эта школа тебе нужна — ты останешься.
— Нужна. Мне нравится всё это. Хотя, может я и преувеличиваю сейчас… Я даже начал писать снова!
— Ну вот и всё, а скоро мы ещё и новую книгу твою увидим, да или нет? — Она как-то по-матерински поправила ему волосы, под ворчание Евгеши: «Одного мужика ей мало».
— Увидите, увидите! Ладно, чёрт с этим концертом! Выкрутимся! Дай-ка мне, Валерия Андреевна, блокнот. Писать буду!
— Вот это уже кое-что!
— Глеб Евгеньевич! — Звонкий голос Волковой заставил всех обернуться. — Всё почти устроено!
— А вот и спасительница? — С улыбкой поинтересовалась Валерия, глядя на счастливое лицо Саши, и благодарно удивлённое Глеба.