Глава тридцатая. Огонёк надежды

Леона

Последний день пути встретил нас теплом. Полозья саней уже не так громко скрипели, а снег сильнее налипал к ним. Измученные, усталые, мы с нетерпением ждали, когда же закончится эта проклятая и такая опасная долина.

Сняв платок с лица, я дышала полной грудью, не боясь обморозить лицо. Собаки стали бежать вяло и лениво. Потепление их расслабило. Поправила рогожку на ногах и глубоко вздохнула.

Вспоминая своё желание следовать за Дереком, понимала, какую же глупость бы я затеяла! Да я даже до Аутуле не дошла бы! А Дерек… Дерек шёл знакомой дорогой, и только Богам известно, что у него сейчас творилось на сердце. Наверное, то же самое я испытывала, когда в третий раз шла под венец. Становясь женой Моргвата, я не представляла всех ужасов, ожидавших меня впереди, а вот выходя замуж за Амета… Всё равно, что отложенная казнь.

Дерек молчал. Он вообще стал задумчивым и очень серьёзным. После ночной атаки духа, мы долго приходили в себя. С трудом добрались до ближайшей заставы. Дерек не только держал собак, но и тащил сани. Я только оглядывалась по сторонам, выискивая малейшую опасность, да караулила наши вещи, которые ненароком могли выпасть. Из Аутуле Дерек прихватил два ящика. Один пришлось открыть, чтобы справиться с Духом. Сколько таких стеклянных колб с собой взял Дерек? И что лежит в мешках?

— Отдыхаем.

Мы остановились у ледяного нароста, напоминавшего навес. Пока собаки пили воду и лежали на мягком свежевыпавшем снегу, Дерек разминал тело, расхаживая вокруг саней взад-вперёд. Я же осторожно встала. Голова чуть закружилась, но дурнота быстро прошла. Холодное зелье Санны не мёрзло в непривычной мне фляге: это все дары Аутуле. Делая маленькие глотки, с тревогой смотрела на мужа. Его что-то изводило.

Я подошла к собакам. Был там один пёс, очень ласковый, я его всегда гладила. Вот и сейчас он ткнулся влажным носом в мою ладонь. Яя же задумчиво гладила его морду, чесала за ухом.

— Ты… ты знал про этого духа, правда?

Дерека будто ударом оглушили. Я прервала его лихорадочные размышления, и теперь он смотрел на меня как-то удивлённо, если не пришибленно.

— Что?

— Тот дух. Ты про него знал? — я ласково трепала загривок пса, сев на корточки.

— Знал. Хонрак рассказывал. В нашем мире много странного и ужасного, только мы не всегда видим это. Живём за какой-то… ширмой.

— Поэтому ты взял эти ящики?

— Ящики? — Дерек словно не очнулся от своих раздумий. Тряхнул головой и зажмурился. — Леона, дело не в этом духе. Он… Он мог нам и не встретиться. Эти ящики я брал для другого. И в нужный час нам может не хватить этих трёх зарядов. Возможно, дух Голода уже погубил нас, только мы этого не знаем.

От этих слов стало так жутко и тоскливо, что я перевела взгляд с мужа на белеющую даль. Тёмные стены чернели по бокам, а вот впереди было что-то очень светлое и зыбкое. Так хотелось, чтобы там нас ожидало что-то хорошее…

— Значит, это для Хонрака?

— Нет, — Дерек мотнул головой и устало выдохнул. Я видела, как едва заметное облачко пара сорвалось с его губ. — Поверь, Леона, нам его не убить. Только стальной болт весом с нас обоих и выпущенный из баллисты смог пробить шкуру дракона. Но Хонрак от этого не умер.

— Тогда… Как же мы его победим?

— Никак.

От слов Дерека мне стало плохо. Не выдержала и села на снег, обняв тёплую и мохнатую шею пса. Неужели… Неужели мы идём туда умирать?

— Я не говорил, что мы убьем Хонрака. Я говорил, что мы идём за сыном. Наше главное оружие — смекалка и хитрость.

— Выкрадем Риона?

— Если получится. Если нет, то я говорил тебе, что делать, — Дерек размашистыми шагами подошёл ко мне и помог встать.

— А если… если… если придётся делать другой выбор?

— Не придётся!

— Дерек, но…

— Я сказал, что не придётся! — тихо рыкнув, он склонился ко мне и с холодной яростью в глазах поцеловал. Резко. Отрывисто. — Не придётся, Леона.

— Любая жизнь важна, Дерек.

— Да, только на одной чаше весов будет одна жизнь, а на другой — три.

— Тогда давай сделаем так, чтобы выбор не пришлось делать, — поцеловала мужа в ответ. На душе было неспокойно, но тёплое ощущение губ Дерека на моих чуть-чуть обнадеживало.

Деревянный частокол заставы будто не хотел нас отпускать. Теплота дома, мягкость постели. Все будто говорило о том, что нужно остаться. Опьяненные долгожданным отдыхом, пусть и коротким, старались получить пользу от каждого мгновения.

Наслаждаясь жаром печки, чуть жмурилась от удовольствия: у нас получилось! Мы смогли пройти через долину. Выжили.

Посмотрела на мужа и наткнулась на непонимающий взгляд.

— Чему ты улыбаешься?

— Мы выжили… Значит, у Риона есть возможность также выжить. Разве это плохо?

— Нет. Но для радости причин нет. Дальше нас ждет самое настоящее пекло. И было бы хорошо…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- … если бы ты дал осмотреть мне твою рану.

— Она почти затянулась. Зря беспокоишься.

— Нет, не зря. Ты должен быть здоровым и сильным, чтобы спасти нашего сына, чтобы справиться со всем.

Подсев ближе к Дереку, осторожно коснулась его плеча.

В комнате было достаточно светло. Нас окутывали домашние приятные запахи. Все чудилось сказкой. Даже то, что усталый Дерек, перед недолгим, но таким нужным сном, уделяет внимание мне. Хочет убедиться, что со мной все хорошо. зелье Санны помогало, тошнота почти прошла.

— Дерек, дай посмотреть.

Тяжело вздохнув, он нехотя снял рубаху и повернулся ко мне боком. Я склонилась над раной и убедилась в правоте мужа: рана и впрямь быстро заживала. Даже слишком.

— Почему ты такой упрямый?

— Не хочу, чтобы ты волновалась. Лишний раз.

Я легла на мягкую постель и сразу ощутила мягкие объятия дремы, которые скоро сменились горячими объятиями Дерека. Я не сопротивлялась. наоборот, измотанная и измученная, сама льнула к нему. Ощущение горячей кожи под пальцами будоражило. Прижавшись щекой к плечу Дерека, закрыла глаза.

— Переночуем и двинемся дальше, — голос мужа показался мне слишком хриплым.

— К Сорно?

— Да.

— Я никогда не видела море, — гладила Дерека по груди. Противоречивые чувства терзали меня. — Это неправильно.

— Что неправильно?

— Мы тут, а Рион…

— Ты ведь сама сказала, что я должен быть сильным и здоровым. Тебя это тоже касается, — Дерек накрыл меня одеялом и поцеловал в лоб. — Спи, Леона, потому что теперь отдыхать мы будем не скоро.

— Здесь всегда так пахнет? — подавив рвотный позыв, я поморщилась и крепче схватилась за Дерека. Мостовая была очень скользкой, я очень боялась упасть.

— Это местное блюдо. Солёная квашеная рыба…

— Не продолжай! — теперь тошнота вернулась, и я прижала руку ко рту. — Мне сейчас будет плохо.

— Не будет, мы почти пришли. Зайдёшь на корабль, и тебе станет легче.

— Если меня не укачает…

Сорно оказался не таким большим городом. И вид у него был удручающий. Низкие кривые дома, тесные улочки, грязь и сырость. А ещё плесень, мох и душный запах моря, рыбы и чего-то гнилого. Дерек сказал, что это водоросли.

Местный люд казался угрюмым, необщительным и каким-то… страшным.

Дерек знал Сорно очень даже хорошо. Уверенно вёл меня между одинаковых домов и вовсе не боялся горожан. Наоборот, их косые взгляды и перешептывания его не волновали.

— В прошлый раз я прожил здесь почти три дня. Море было слишком неспокойным, чтобы плыть к Утёсу. Только тогда нас мучал жуткий холод. Зима была зверской, а ещё ветер, снежная крупа.

— Сейчас теплее?

— Гораздо теплее. И спокойнее, — Дерек крепко сжал мой локоть, уводя в сторону пирса.

— Думаешь, кто-то здесь нам поможет? — я трусливо огляделась. — Местные жители выглядят… странными. И на их лицах я не вижу радушия.

— У них жизнь несладкая. Сюда люди не рвутся. А Ледяная долина и вовсе отбивает охоту навещать Сорно.

— Тогда почему они отсюда не уйдут?

— Куда? — Дерек хмыкнул и косо посмотрел на меня. — Куда им идти? Здесь они живут испокон веков и здесь они выживают. Ловят рыбу, охотятся и укрощают море. Их оно манит. Как манит Аутлет горами или Фарес с яблоневыми садами.

— Тогда как ты найдешь здесь человека, который будет согласен нас отвезти к Утёсу?

— У меня здесь должник, — Дерек удобнее перехватил сумки. — Кровный.

Я промолчала, не решаясь расспрашивать мужа. В последнее время он стал более разговорчивым, открытым. Но пугать меня своим прошлым не очень хотел. А то, что оно было у него ужасным, сомневаться не приходилось. Тот кошмар, что он пережил… Мне хватило духа голода.

— Ты… ты расскажешь?

— Очень хочешь услышать?

— Я хочу понять. Тебя хочу понять.

Дерек удивлённо посмотрел на меня, даже остановился на мгновение. Пожал плечами и принялся рассказывать:

— Мы пришли в Сорно на закате. Буря шумела здесь давно. Намело снега… Нас загнали в какой-то сарай. Только тех, кто был скован одной цепью. Прижимаясь друг к другу, пытались хоть как-то согреться. Ни воды, ни еды… Как только волны стихли, нас погнали на корабли, — Дерек остановился, но только для того, чтобы найти нужный дом. — Забили нами трюм так, что мы едва ли не лежали друг на друге.

— Как же вы выжили? — ужаснувшись, почувствовала дурноту. — Как… как не умерли?

— Многие умирали. Слишком многие. Мы лежали на трупах. Дышали этим воздухом и молились…

— Чтобы выжить?

— Нет… В нас жила только зависть. Почти во всех, кроме меня. Я умереть не хотел. А другие… — Дерек перевел дыхание. — Другие хотели бы умереть и не оказаться на Утёсе…

Впереди показался двухэтажный дом. Он сильно выделялся среди плоских и косых домишек, напоминавших налипшие на камень ракушки. Таких здесь было полно. Дерек сказал, что их местные тоже едят, эти темные овальные ракушки, как и прочих гадов, которых море щедро отдавало.

Я запрокинула голову, чтобы хорошо рассмотреть добротный крепкий дом. Было видно, что строили его явно не местные. Этот дом мешался, будто среди стада овец затесался бык.

— Капитан корабля, я знал его. Видел когда-то в Фаресе, только меня он не узнал. Да и мог бы он подумать, что увидит сына лорда среди пленников, отправленных на убой? И мог ли он представить, что когда поднимется смертельная волна, то я его спасу.

— Спасешь? Но… вас же…

— Когда корабль стало раскачивать, живых и самых сильных отправили наверх, чтобы помочь нашим же врагам. Но выбора не было: либо так, либо все пошли кормить рыб. И вот когда поднялась очередная волна, Хенрика смыло. Он чудом успел зацепиться за сломанную оснастку, а я… я кинулся ему на помощь. Там царило настоящее пекло, Леона. Настоящее! Но я вытащил его. Хенрик пытался сторговаться за мою жизнь, но кто бы позволил ему забрать меня?

Мы подошли к крепкой и добротной двери. Дерек, рассказав свою историю, решительно занёс кулак и громко постучал. Сначала было тихо, но потом послышались шаркающие шаги.

Увидев хозяина дома, я не смогла сдержать вздоха.

Некогда красивый мужчина был похож на того духа голода. Заросший, немытый, в рваной одежде и в обнимку с пузатой кружкой, от которой несло так, что вся квашеная рыба теперь казалась мне розами.

Почесав бороду грязными пальцами, мужчина шумно отхлебнул пойло, рыгнул и перевёл взгляд тусклых голубых глаз с меня на Дерека. Томительные мгновения пролетели быстро. Узнав, кто же стоит перед ним на пороге, мужчина попытался захлопнуть дверь, но Дерек не дал. Просунул ногу и так ударил рукой по косяку, что мужчина кружку выронил.

— Здравствуй, Хенрик. Или ты меня забыл?

— Мог ли я забыть твою рожу? Да ни в жизнь! — мужчина приладил грязные, спутанные волосы и кашлянул. — Но советую тебе, Дерек, свалить. Тебе здесь не рады.

— Я пришёл не в гости. Пора возвращать долги. Не думай, что я это забыл.

— Что тебе нужно от старого пропойцы, который и свое имя ужене помнит?

— Корабль.

— Забирай то, что от него осталось! — Хенрик нагло ухмыльнулся и обнажил кривые гнилые зубы. — Забирай мою Ладу. Только ты и от пристани не отойдёшь, как тут же потонешь.

— Мне нужен корабль, чтобы вернуться на Утёс.

— Ну уж нет! Можешь сразу меня прирезать…

— И прирежу! — Дерек схватился за меч. — Я буду убивать по одному, если понадобится, чтобы найти тех, кто сможет меня провести мимо скал к Утёсу, — теперь он отцепил тугой кошель с пояса и с отвращением бросил его к ногам мужчины. — Это доплата за беспокойство.

— Что мне толку от денег? — Хенрик усмехнулся, хотя взглядом уже жадно ощупывал лоснящийся кожаный кошель. — Какой прок от ненужного золота?

— Я дам ещё. Этого хватит, чтобы вернуться в Фарес.

— Предателей не прощают…

— Теперь я король и мне решать, кто предатель, а кто нет.

— Значит, ты меня можешь озолотить? — теперь Хенрик облизывался и хищно посматривал на меня. — Сделать богачом? Чтобы я не жрал и не нюхал эту тухлую рыбу? Ну же, Дерек, не скупись.

От скрежета зубов чуть не оглохла. Дерек явно не такого приёма ожидал. Но и раздумывать времени не было, поэтому я просто сорвала с пояса Дерека оставшийся кошель и бросила его ко второму.

— А этого? — недовольно посмотрела Дереку в глаза. — Этого достаточно? Там мой сын, и я не хочу ждать, пока ты набьёшь вдоволь своё брюхо золотом…

— Какую бойкую потаскушку ты себе нашел! — Хенрик хохотнул.

— Это моя жена, — Дерек сухо подытожил и вошёл в дом, отталкивая давнего знакомца. — Корабль нужен сегодня. Найди команду.

— Так быстро?

— А что, у вас так много любителей моря? Разве война не опустошила ваши карманы? Как и жадный до самой мелкой монеты Моргват?

— Могу к завтрашнему утру…

— Сегодня, Хенрик, сегодня! — Дерек не выдержал и взял мужчину за грудки. — Сегодня!