115

Похороны прошли с помпой, но Арт на них не пошёл.

Он попрощался с отцом в крематории, куда пустили только родных, и они с Никой уехали.

Арт не видел, но знал: Кит рыдал, как ребёнок, мама плакала, приехала даже Жанна, видимо, в надежде урвать свой кусок пирога, но Арта всё это уже не касалось.

Как и что будут делить — особенно. Он заранее отказался от всего и больше не хотел в этом участвовать.

Да, он горевал. Ему было больно, тоскливо, плохо, но где-то в глубине души он был благодарен отцу, что всё случилось именно так. Что Дина не выстрелила в него, или в Нику, или в Кита, что Никита не видел, как всё произошло, они с Аллой пришли, когда за уборщицей приехала полиция, а отца уже накрыли простынёй.

Ника тоже была мрачнее тучи, искренне сочувствуя и горюя вместе с ним.

Тимофеев переживал, что слишком долго возился, пока выводил девчонок.

— Те лишние десять секунд, что ты потратил, его бы не спасли, — сказал ему Арт. — Пуля попала в аорту — отца бы не спасло ничто.

— Его дни были сочтены в любом случае, — добавила Ника. — У него был неоперабельный рак. И он был прав, когда сказал: лучше так. Медленно угасать, в беспамятстве на наркотиках — хуже. Уж лучше так, — повторила она.

Арту узнал про рак, когда получил документы о вскрытии.

— А откуда знаешь ты? — спросил он свою будущую жену.

— Он сказал мне в последнюю нашу встречу. И да, он действительно просил тебе передать: «Пошёл ты нахуй, Арт!» — улыбнулась она. — Но я рада, что изменил свои последние слова. Хотя, конечно, я бы выполнила его последнюю волю.

— Уверен, с большой радостью, — улыбнулся Арт.

Они улетели на край земли, чтобы побыть вдвоём.

Вдвоём на целом острове.

И Арт знал, что как бы они ни провели это время, оно им запомнится.

Хотя бы тем, что это была их первая поездка вместе.

Хотя бы тем, что они окончательно поняли, что всё же созданы друг для друга.

Созданы из одного куска чего-то целого, разрезанного пополам сильно криво, но совпадали полностью каждой выемкой.

И пока они вместе — их не разрушить.

Там же на острове они и поженились.

Церемония была скромной.

Берег моря. Арка из белых цветов.

Два штампа в паспорте, поставленные в посольстве.

Они вернулись домой уже мужем и женой.

А потом Керн достал свой белый «костюм света», готовый к финальному бою.