42. Керн

Встреча

Артур Керн чувствовал себя голодным.

Настолько голодным, распалённым и с недотрахом, что съел бы эту девчонку целиком, хотя только что вынул из неё член.

Пусть тащат презервативов, сколько найдут — они понадобятся ему все.

Давно, нет, никогда ему настолько не нравилось в женщине всё: как она пахнет, как она стонет, как она двигается. Её большая грудь, её маленькая щёлка. Густые волосы, бездонные глаза, идеально пухлые губы. Даже её голос. Керн терпеть не мог болтливых баб, но эту готов был даже слушать.

Он будет трахать её, пока не заткнутся эти голодные спазмы в паху.

Он будет трахать её, трахать и трахать, и трахать…

А это ещё, что за хрень? Он наклонился. Жестоко напомнив, что его квартиру осквернили, у дивана лежала резинка для волос.

— Да чтоб тебя! — швырнул он находку в мусор.

Дело ведь даже не в том, что какая-то баба всё переставила по своему усмотрению, разбросала свои вещи, передвинула мебель — он зло сдвинул стул, переставил ведро для бумаг на другую сторону стола и распахнул шторы.

Уборщица тоже порой забывала закрыть окно или оставляла на холодильнике след от тряпки, но это была её работа и след, что она оставляла, оправдан.

Но эта неизвестная «гостья» словно лишила его почвы под ногами, уверенности, прочной стены, что Керн выстроил вокруг себя. Выходило, кто угодно может нагадить в его доме, а он, Артур Керн, ничего не может с этим сделать.

Она лишила его самой большой иллюзии, которую он так тщательно создавал — иллюзии контроля. Лишила его спокойствия.

Он кинул на стул пиджак. Рубаха тоже никуда не годилась — на ней осталась единственная пуговица, придётся выкинуть.

За окном шёл снег. Валил крупными хлопьями, накрывая город белым. И то ли осень, то ли зима, то ли весна — не поймёшь.

Время года — снег. Последние новости — снег. Настроение — снег.

Арт открыл окно. Опёрся задницей на стол.

— О, боже! — услышал он за спиной. — Как ты это сделал?

— Что? — не понял Керн, обернулся.

Она стояла в одном полотенце. Капли воды на изящной шейке. Капли воды на стройных ногах.

Кровь прилила к паху.

Блядь! Керн встал.

— Это, — показала она на окно.

Оно выходило на крышу и обратную сторону вывески «Авалон», светящую в пустоту ночи.

Керн покачал головой: не понял.

— Это магия какая-то? — Ника дотронулась рукой до стекла, словно убеждаясь, что оно там есть.

Странно, но с его места были видны ещё одни отпечатки рядом на той же высоте.

И он точно знал, шторы были закрыты, когда они пришли, чтобы Ника видела его «умные окна» до этого. Она, то есть он с ней, дальше прихожей не ушли.

— Ты об этом? — спросил Арт.

Закрыл окно, и оно снова стало белёсым, матовым и совершенно непрозрачным.

Потом щёлкнул чем-то вроде выключателя — и стёкла стали обычными, прозрачными, отражающими свет и показывающими погоду за окном.

— Да, — она растерянно хлопала глазами.

— Обычное умное стекло, — ответил Керн, глядя на неё с каким-то новым чувством. — В Японии из него сделаны общественные туалеты в парках, — объяснял он, глядя, как, отжав концы волос, девушка тряхнула головой и, словно знала, что он там есть, засунула штору в подхват. — Стекло становится матовым, когда запирается, и прозрачным — когда защёлка открыта.

— Очень удобно, — кивнула она.

— Чего-нибудь хочешь? — спросил Керн, не сводя с неё глаз. — Или ты после шести не ешь?

Она прицельно обернулась на часы на стене, словно знала, где они висят.

Да что за хрень!

— Раз у нас тут временная задержка, — добавил он, — предлагаю провести её с пользой.

— Тебе надо что-нибудь перестирать? Погладить? Могу что-нибудь приготовить, — улыбнулась она и потуже затянула полотенце, кокетливо заправив кончик.

— В других обстоятельствах я бы попросил тебя это снять, — прочистил внезапно севшее горло Керн. — Лечь. Закрыть рот и раздвинуть ноги. Но раз уж вышло, как вышло, можешь выбрать развлечение на свой вкус. Любое, кроме болтовни. Терпеть не могу пустые разговоры.

— Очень тронута твоей заботой, — взбила она волосы, не задумываясь переставила корзину для бумаг на другую сторону, словно она должна стоять не здесь, и опёрлась бедром о барную стойку.

Блядь! Да вы издеваетесь! Что вообще происходит? — посмотрел Керн на девушку, потом на ведро и снова на девушку.