92

— Слава богу! — с облегчением выдохнул он. Толкнул меня грудью к комоду. Скомандовал: — Разведи ноги.

В дверь, как назло, постучали.

— Дверь открыта, — выдохнула я, вспомнив, что не заперла замок.

Но Керна это не остановило.

Слегка приподняв меня за талию, он вошёл одним толчком.

Я вскрикнула.

Прикусив меня за шею, он хрипло прошептал:

— Если ты закричишь ещё раз, он войдёт. — Его пальцы впились в мою кожу. — Но я не остановлюсь, кто бы это ни был.

Я кивнула и выгнулась ему навстречу.

Жёстко и неустанно он проникал меня раз за разом, я слышала его дыхание, видела его руки со вздутыми от напряжения венами и умирала от наслаждения.

Боже, как же с ним было хорошо! Как же я по нему соскучилась! Как же я его любила!

И знала, что это определённо станет проблемой для тех условий, что он установил, но… мы начинали с разовой встречи и не должны были больше встретиться, а только что он пообещал мне верность.

Чем это закончится — лучше было не думать.

И не стонать! Но я не могла.

Мои соски горели от его грубых ласк, моя кожа покрылась потом, его член, врываясь внутрь меня, дарил невероятные ощущения — и я не могла не вскрикивать и не стонать.

— О бо-о-оги! — изо всех сил пыталась сдержаться я, когда он меня развернул и практически удерживал на весу.

Наши тела практически слились, когда он стал входить всё глубже.

Я задрожала в сладострастной судороге, ловя волну удовольствия, что прокатилась по каждой клеточке тела, и застонала. Арт дёрнулся и тоже кончил.

— Блядь, Ника… — толкнулся он в меня последний раз, с силой прижал к себе и лишь несколько десятков секунд или веков спустя разжал свою смертельную схватку.

Его взгляд плыл, когда он поднял голову, чтобы на меня посмотреть, да и мой был не яснее.

Это определённо станет проблемой… — смотрела я в бушующий в его глазах океан, тёплый, ласковый и благодарный.

— Ника, у вас всё в порядке? — услышала я голос новой личной помощницы Керна из-за двери.

— Да, всё хорошо. Я в ванной, — крикнула я.

— Хорошо, я тогда зайду попозже, — ответила она и, я надеюсь, ушла.

Керн опустил меня на пол.

Привычным движением снял презерватив. А я и не заметила, когда он его надел.

И пока на шатающихся ногах я поднимала и натягивала свой халат, оделся и стоял при полном параде, словно никогда и не раздевался.

— Мне нужен твой номер телефона и адрес твоей почты, — сказал Керн.

— Да, конечно, — потянулась я за телефоном.

— Сбрось мне все свои личные данные, чтобы оформить документы и визы. В конце месяца я улетаю в Испанию и беру с собой Гришу. Ну а ты, как его няня, летишь со мной.

— Да, конечно, — постаралась я остаться бесстрастной, хоть это было сложно, особенно промолчать, когда так и подмывало спросить: он взял меня няней для своего мыша, или всё же для своего члена, который теперь, по сути, принадлежал мне.

— И ещё кое-что, — уже взялся Арт за ручку двери, но повернулся. — Когда я на что-то соглашаюсь, даже такое нелепое и глупое, как твои условия, то ожидаю в ответ того же.

— Я ваша навеки, Артур Керн, — улыбнулась я.

Но он не улыбнулся в ответ.

— У тебя может быть только мой член и, нравится тебе это или нет, но с этого дня твоё тело принадлежит мне и только мне. Его касаются только мои руки. И твой красивый ротик целую тоже только я. До той поры, когда всё это не закончится, конечно, — словно подвёл он черту, смерил меня взглядом, грешным, как ночь на Ивана Купала и ушёл.

«Спасибо! Это было хорошо», — прилетело от него сообщение спустя целых пять минут.