Глава 8

Морис вышел из экипажа и, задрав голову вверх, посмотрел на огромный особняк из темного кирпича с черной черепицей, больше напоминающий замок. Дом состоял из нескольких башен, центральная башня — трехэтажная, возвышалась над остальными и смотрела свысока на всю округу. Впрочем, так же смотрел на людей и хозяин этого мрачного темного дома. Идеально уложенная брусчатка на подъездной аллее, по центру которой расположился фонтан. Огромную территорию занимал ухоженный сад, засаженный ярко-красными и белыми розами.

Морис Керреро осмотрелся по сторонам и лишь после этого поднялся по высоким ступенями, замирая возле массивной двустворчатой двери. Взял тяжелую ручку-кольцо и постучал. Двери завибрировали. Стук гулким эхом разнесся по особняку. Через несколько минут одна из створок приоткрылась, и начальник Тайного сыска увидел сухопарого седовласого мужчину, с прямой осанкой и в черном фраке, взирающего на гостя с нескрываемым высокомерием.

— Добрый день! — поприветствовал дворецкий начальника Тайного сыска. — Меня зовут Морис Керерро, Тайный сыск.

— Чем могу быть полезен, господин Керерро? — не смотря на старость, голос у лакея звучал твердо.

— Мне нужно поговорить с господином Шерерром, — завел руки за спину.

— Могу уточнить цель вашего визита деловая или личная?

— Я с деловым визитом, — отчеканил, привыкнув за годы службы к подобным разговорам.

— Проходите, — распахнул дверь слуга Шерерра. — Позвольте проводить вас в малую гостиную.

Внутреннее убранство дома впечатляло, как и его масштабы. Снаружи особняк выглядел огромным, но стоило попасть внутрь, как он будто увеличивался в размере. Просторный холл с вверной лестницей, улетающей наверх, мраморные полы, стены, увешанные портретами в золотых багетах, и зажженные канделябры. В доме стоял полумрак. На окнах висели плотные портьеры, блокирующие дневной свет.

По дороге в гостинную, Морис прошелся взглядом по лицам, изображенным на портретах, отметив, что большинство из них казались очень старыми. Он не помнил никого из этих людей. Да и согласно молве, вся семья Шерерра погибла во время шторма на корабле. Поэтому юный герцог воспитывался какое-то время вдали от родных земель и вернулся в родовое гнездо около пяти лет назад. Только на одном из портретов он заметил Аристандра Шеррера. Морис тут же отвернулся от него, испытывая неприязнь и подмечая, что полотно выглядело старым, будто ему ни одна сотня лет.

Небольшая гостиная, так же как и холл, встретила Мориса полумраком. Окно наглухо закрыты бархатными серыми шторами с черными кисточками и золотой вышивкой. Тени от зажженных свечей плясали по бордовым стенам. Камин, расположившийся по центру комнаты, тосковал в бездействии. Просторные диваны на золотых ножках, с золотыми подлокотниками и бархатной бордовой обивкой казались очень дорогими. Угол зала занимал рояль. На стенах никаких портретов, только картины с тоскливыми пейзажами.

— Господин Керерро! Какая неожиданность, — услышал он за спиной голос хозяина дома.

Морис нахмурился, потому как совершенно не слышал его приближения, впрочем, как не слышал и скрипа двери.

— Чем могу быть обязан подобной чести? — Аристандр прошел в центр комнаты, присев к креслу у камина.

Впервые Морис видел Шеррера в такой неформальной обстановке, но даже дома герцог выглядел будто собрался на выход. Черная рубашка, черный фрак и неизменно золотой зажим с красным рубином на галстуке. Аристандр равнодушно взирал на незваного гостя, но при этом во взгляде читалось высокомерие. Начальник Тайного сыска подавил раздражение, привычно возникнувшее при виде этого надменного мерзавца.

— Мне нужно задать вам пару вопросов.

— Какого характера?

— Касается серии убийств, — Морис сделал паузу, наблюдая за реакцией Шеррера.

Ни один мускул не дрогнул на лице хозяина особняка. Казалось, будто эта тема его совершенно не интересовала. Тогда Керреро залез во внутренний карман фрака, вынимая оттуда свернутый лист бумаги.

— Вам знакомо это изображение? — развернул листок и протянул Шерреру.

Аристандр лишь мазнул взглядом по нарисованному символу, что скопировал художник Тайного сыска с браслета Тайрин.

— Приходилось видеть, — так же безэмоционально ответил герцог.

— При каких обстоятельствах?

— В нашей семьей хранилась вещица с таким символом, — Шеррер внимательно посмотрел за начальником Тайного сыска.

— Что за вещица? Почему вы произнесли это в прошедшем времени? Её больше нет у вас? — давил на Аристандра Морис, закидывая вопросами.

— Откуда такой интерес к символам, господин Керерро? — слегка усмехнулся Аристандр.

— У одного из убитых пропала шкатулка с таким изображением, — кивнул он на лист, убирая руки за спину.

— И почему вы решили, что я должен что-то знать об этом? — вопросительно приподнял бровь герцог и улыбнулся, но его глаз не тронула эта улыбка, они остались такими же холодными и непроницаемыми.

— Увидел его на браслете у мисс Тархаро. Выяснилось, что это ваш подарок.

Морис ожидал, что придется заговорить о Тайрин, но стоило ему произнести ее имя вслух, как воздух в комнате заметно наэлектризовался. Ему не хотелось упоминать девушку в присутствии этого сердцееда. Казалось, он тем самым признает факт принадлежности ее другому. И этот другой при звуке имени рыжеволосой красавицы вмиг подобрался. Взор хозяина дома стал острее, а выражение лица более враждебным. Теперь он напоминал притаившегося хищника, готового вступить в бой за свою самку. Морис не ошибся. Шеррер не просто имел виды на девушку, а считал ее своей. От этих мыслей, в груди пекло и непроизвольно сжимались кулаки. Что она нашла в этом щеголе? Ведь кроме денег и внешности он не мог предложить девушке того, чего она заслуживает. А заслуживала она любви, верности и счастья. Мог бы сам Морис подарить все вышесказанное ей? Он не знал. Но только теперь понял, что очень хотел бы попробовать.

— Это вы подарили браслет мисс Тархаро? — он ждал ответа, понимая, сейчас все решится.

— Да. Это я подарил браслет Тайрин, — сухо.

Морис сжал плотнее зубы, услышав как фривольно Шеррер назвал его помощницу, словно имел на это право. Кровь закипала в венах Керреро, но он держал себя в руках, никак не демонстрируя своего состояния.

— С какой целью вы сделали этот подарок?

— А вот это уже не ваше дело, господин Керерро, — от дружелюбия хозяина дома не осталось и следа.

— Ошибаетесь, господин Шеррер. Символ, возможно ставший причиной убийства семьи ювелиров присутствует на браслете моей помощницы, тем самым делая ее возможно следующей жертвой колдуна, поэтому это напрямую касается меня!

Морис получал удовольствие, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Арстандра.

— И давно Тайрин стала вашей помощницей?

— Неужели девушка, которой вы преподносите такие дорогие подарки не делится с вами личными новостями? — с трудом скрыл злорадство.

— Мы с мисс Тархаро не в столь близких отношениях.

— А в каких вы отношениях, господин Шеррер? Как начальник мисс Тархаро должен ли я беспокоиться о ее благополучии?

— Как начальник мисс Тархаро, вам не стоит беспокоится, — усмехнулся Аристандр, раскусив Мориса и его заинтересованность девушкой. — Я намерен жениться на мисс Тархаро.

— Вот как? — Керреро ощутил горечь во рту. — Поэтому вы подарили ей семейную реликвию?

— Да, мистер Керерро. Браслет, передававшийся из поколения в поколение, может быть только у членов нашей семьи.

Морис прищурился, пытаясь понять, сказал ли Шеррер правду. Вполне возможно, это всего лишь фальш, озвученный лишь для того, чтобы устранить соперника, ну, по крайней мере, попытаться. Прежде Шеррер не заводил даже постоянных любовниц, так откуда же появилось вдруг желание жениться? В том, что Тайрин действительно нравилась герцогу, Морис не сомневался, но вот это еще не свидетельствовало о серьезных намерениях со стороны Аристандра.

— Не считаете, что поторопились с подобными подарками? Кажется, Тайрин не в курсе ваших намерений, — хмыкнул начальник Тайного сыска.

— Нет, не в курсе, — не моргнув и глазом, согласился Шеррер. — Ей нужно время привыкнуть ко мне.

— Отчего такая спешка с браслетом? — все становилось еще более запутанным, чем предполагал Морис.

— Этот символ, которым вы интересуетесь, Мистер Керерро, — сделал паузу хозяин особняка. — Он защищает хозяина предмета на котором изображен. И я хотел защитить Тай.

— От кого?

— От убийцы.

— Почему вы пытаетесь меня запутать? — прищурился Морис. — Этот оккультный знак не защищает, а скрывает истину. И вот вопрос: от кого же вы хотели скрыть мисс Тархаро? Или от чего?

— Это неважно, — равнодушно ответил Аристандр. — Главное, что она приняла подарок. Видимо, вас больше всего нервирует именно этот момент.

Глядя в глаза соперника, Морис до хруста сжал кулаки. Появилось непреодолимое желание врезать по этой холеной роже. Но он сдержался, понимая, что тот намеренно его провоцирует. Да и марать об него руки не хотелось.

— А с чего вы взяли, что в убийствах замешано колдовство? — усмехнувшись, поинтересовался Шеррер, умело уведя разговор в другое русло. — Только не говорите, господин Керреро, что, как и все в этом городе, тоже страдаете суеверием. Как-то несолидно для начальника Тайного сыска верить в городские легенды.

— Что за игру вы затеяли, Шеррер? — прищурившись, ответил Морис. — Вы прекрасно знаете, что Тенион хранит свои мрачные тайны, заставляющие горожан лишний раз не покидать дома после захода солнца. Мисс Тархаро здесь недавно, но и она чувствует опасность, таящуюся в темных переулках.

— Все ваши легенды из области невероятного, — поморщился Аристандр и, скрестив ноги, сложил пальцы домиком. — Но спорить не буду. Просто смысла не вижу. Если вы закончили, то прошу покинуть мой дом. К сожалению, у меня еще много запланированных на сегодня дел, которые не терпят отлагательств.

Окинув Шеррера презрительным взглядом, Морис направился к выходу. Герцог его раздражал, и начальник Тайного сыска понимал, что до того, как терпение лопнет, осталось совсем немного. Также Керреро понимал, что он просто тратит здесь драгоценное время, потому что Аристандр все равно ничего не расскажет. Но, не дойдя до порога, он все же обернулся.

— Вы что-то знаете об убийствах, — холодно произнес Керреро. — И скоро я выясню, что вы скрываете. Не дай бог вам оказаться замешанным в преступлениях, господин Шеррер. Иначе я с искренним удовольствием отправлю вас на плаху. Поверьте, тогда вам не поможет богатство и высокое происхождение.

* * *

Проснувшись, выглянула в окно. Сегодня день был таким же солнечным, как и вчера. Пикник мне понравился, я отлично провела время с братом и удостоверилась, что с одноклассниками у него потихоньку налаживаются отношения. На сердце немного отлегло, когда я наблюдала за их совместной игрой в мяч. В это время мне пришлось развлекать трех пожилых дам — родственниц других учеников, которые тоже присоединились к пикнику. Они расспрашивали о нашей семье, делились сплетнями и сыпали советами. В какой-то момент поймала себя на том, что натянутая на лицо вежливая улыбка начала меня немного раздражать. Все-таки не привыкла я к лести и фальши, хоть и понимала, что такой навык необходим. Но я выдержала это испытание с честью и осталась довольна проведенным в парке временем, даже не смотря на рассказанную господином Бонсоном страшную легенду.

Самому же учителю я очень сочувствовала. Из его слов мне стало понятно, что его жена погибла, но расспрашивать о случившемся было бы нетактично с моей стороны, даже жестоко. Впрочем, я надеялась, что однажды из его глаз исчезнет печаль, и он снова сможет найти счастье.

Единственное, что случилось неприятного в парке, это когда я оступилась, но один из отцов школьников успел подхватить меня за талию и предотвратить падение. Конечно, это выглядело неприлично и, не сомневаюсь, пожилые леди не оставили такой инцидент без внимания, но я была благодарна господину Робсту за своевременную помощь.

Отбросив мысли о вчерашнем дне, я быстро приготовила завтрак и, отправив Терри на занятия, начала собираться на работу. Крутясь возле зеркала и выбирая платье, нервничала, не находя подходящее, такое, чтобы было одновременно и красивое, и не праздничное. В конце концов, выбрала синее с черными вставками и подходящую к нему черную шляпку. Оставшись вполне довольной своим видом, вышла из дома и столкнулась с незнакомым стариком с лопатой в руке.

От неожиданности я вздрогнула, но все же быстро взяла себя в руки, стоило понять, что встреча с таинственным садовником, наконец-то, состоялась.

— Здравствуйте, мисс, — заметив меня, приветливо кивнул он. Старческие губы растянулись в легкой улыбке. — Значит, теперь вы хозяйка этого дома?

— Да, — только и нашлась я, внимательно разглядывая пожилого человека.

Одет он был в обычную рубаху и уже видавшую виды жилетку, а темные штаны были аккуратно заправлены в сапоги. На вид старик выглядел достаточно опрятным, да и взгляд у него был открытым и доброжелательным. Первое впечатление, которое он на меня произвел, стало положительным.

— Как часто вы сюда приходите? — поинтересовалась я.

Просто за те пару недель, что мы здесь живем, я увидела его впервые, однако же сад и цветник возле дома были ухожены.

— Раз в неделю, — отставив лопату и взяв секатор, ответил он. — Поливаю, обрезаю, пропалываю. Я был здесь на прошлой недели, но вас не было дома. Вот, выполняю свою работу, раз уж за нее заплачено до конца месяца.

— И кто же вам заплатил? — удивленно вскинула брови.

— Так прошлый хозяин всегда оплачивал мой труд на два месяца вперед, — пожал плечами мужчина. — Печально, конечно, что его не стало. Но все мы под богом ходим и, к сожалению, не бессмертны. А вы, — он вскинул на меня заинтересованный взгляд, — купили этот дом или получили в наследство?

— Предыдущий хозяин дома приходился мне отцом, — ответила я, вдруг вспомнив, что опаздываю на работу. — Я бы рада была встретиться с вами еще, а сейчас, к сожалению, очень спешу. Скажите только, сколько вы получали в месяц за труд?

— Два анга.

— Тогда, может быть, вы продолжите здесь работать? — с надеждой спросила я, понимая, что сама не справлюсь с садом. Да и хотелось расспросить старика об отце, ведь в последний раз я видела его, когда была совсем маленькой. Связь мы не поддерживали, и неудивительно, что я почти ничего о нем не знала. — Думаю, у меня найдется пару ангов в месяц.

— Конечно, мисс, — заулыбался садовник.

— Тогда на следующей неделе зайдите, и мы обсудим все нюансы, — улыбнулась ему в ответ и, заперев дом, поспешила к управлению Тайного сыска.

Чтобы не опоздать, пришлось снова нанять экипаж. Больше всего мне не хотелось видеть в глазах своего начальника осуждения. А что я в них хотела увидеть? От мелькнувшей неожиданно мысли вдруг покраснела. Что ж, пора признаться хотя бы самой себе, что Морис Керреро привлекает меня как мужчина. Вот только боюсь, эти чувства не взаимны…

Входя в управление Тайного сыска, я тяжело вздохнула. Конечно, в галантности и манерах Морис сильно проигрывал Аристандру. Напротив, порой был язвителен и грубоват, однако что-то в его глазах трогало душу и заставляло сердце биться чаще, — карих и теплых, так отличающихся от холодного взгляда Шеррера.

При воспоминании об Аристандре я невольно поморщилась. Да, он был красив и поначалу вызывал симпатию, но чем дальше я его узнавала, тем все сильнее уверялась в том, что нам не по пути. И здесь проблема была не только в его богатстве и слухах о непостоянстве с женщинами, но в его навязчивости. Было понятно, что он не привык к отказам и всегда получал то, что хотел. Вот только я не хотела становиться очередным трофеем Шеррера.

Как бы ни хотелось, а выкинуть из головы Аристандра не получалось. Я вспоминала о нем каждый раз, стоило только взглянуть на подаренный им браслет. Порой появлялось острое желание сорвать его с руки и вернуть хозяину, но всякий раз что-то меня останавливало от этого поступка.

— Вы припозднились сегодня, — констатировал начальник Тайного сыска, стоило мне перешагнуть порог его кабинета. — А тем временем документов на столе снова накопилось.

На столе действительно появились небольшие стопки с новыми докладами и донесениями. Порой складывалось впечатление, что горожанам просто нечем заняться, кроме как строчить кляузы и слать их в Тайный сыск.

Положив сумочку на стул, я принялась за работу и неожиданно поймала себя на мысли, что хочу посетить кладбище и отыскать могилу отца. С тех пор, как мы переехали в Тенион, я буквально не могла выкроить для этого времени. Но тянуть больше нельзя. Сегодня же я отправлюсь на кладбище, а чуть позже возьму с собой Терри. Брат тоже должен знать, где похоронен его отец.

— Тайрин, вы здесь? — услышала я голос Мориса, заглянувшего в архив управления.

Поджала губы от досады. Вот уже битых два часа я не могла найти документы, за которыми послал меня господин Керреро. Впрочем, ничего удивительного. В архиве управления сегодня я оказалась впервые.

— Мне очень жаль, господин Керреро, — вышла я из-за полки взглянула на мужчину, — но нужные вам документы я так и не нашла…

— Бросьте, Тайрин. Завтра найдем эти чертовы бумаги вместе, — поморщился он. — Рабочий день все равно уже закончился. Собирайтесь, я подвезу вас домой.

Я с удивлением посмотрела на своего начальника. Впервые я получаю от него такое предложение за те несколько дней, что работаю в его подчинении.

— Сегодня нам по пути, — словно угадав мои мысли, он дернул плечом.

— Я хотела съездить сегодня на кладбище, и отыскать могилу отца, — мягко ему улыбнулась. Как бы мне не хотелось принять его предложение, но я уже полностью сосредоточилась на задуманном. — Стыдно признаться, но с тех пор, как мы переехали в город, я так его и не навестила.

— Что ж, тогда мы точно поедем вместе, — хмыкнул он. — К счастью, я знаю, где находится его могила. К сожалению, кладбище большое, и не факт, что сами вы вообще сможете отыскать нужную могилу.

— Вы знали моего отца? — опешила я. — Но почему до сих пор ни разу об этом не упомянули?

— Да, знал, — спокойно ответил Морис. — Но вы о нем не заговаривали, а я не хотел быть навязчивым.

— Хорошо, мы вместе отправимся на кладбище, — кивнула я и вышла из архива. — А по дороге вы расскажете все, что знаете о моем отце.

* * *

После посещения могилы отца на душе было муторно. Стоит, наверное, признаться самой себе, что мне его всегда не хватало. Я не понимала, почему он бросил семью, что, вообще, заставило переехать его в другой город. Но больше всего мучил вопрос: почему он даже не писал нам, словно мы для него и вовсе не существовали.

— Так вы расскажете мне об отце? — поинтересовалась я.

— На самом деле, я знал его не так уж и хорошо, — пожал плечами Морис. — Аксель Тархаро занимал один из вышестоящих постов в канцелярии. Конечно, иногда наши дорожки пересекались, но чаще всего по работе. Скажу только одно — человеком он был неплохим.

— Тогда откуда вы знаете, где он похоронен? — прищурилась я.

— Присутствовал на похоронах, — просто ответил он. — Как и другие высокие чины в этом городе.

Расстроилась, услышав ответ господина Керреро. Все же я надеялась узнать об отце чуточку больше. Оставалось надеяться, что хоть садовник знает немногим больше начальника Тайного сыска. Только теперь я поняла, что даже не удосужилась узнать имя своего работника. Надо будет обязательно исправить это при следующей встречи.

Экипаж остановился возле моего дома. Морис помог мне выбраться из кареты, да так и не выпустил мою руку. Сердце пропустило удар. Меня волновала его близость и прикасаясь в его широкой горячей ладони, я ощущала, как в животе будто что-то встрепенулось, порхая и волнуя меня.

— Благодарю вас, господин Керреро, — зарделась, осторожно вскинув на мужчину взор.

— Обращайтесь ко мне по имени. От бесконечной официальности у меня уже слух режет, — хмыкнул он. — Тайрин, вы согласитесь сопровождать меня на вечер основателей? — внезапно спросил он и заглянул мне в глаза. Мне показалось, или в его взгляде действительно мелькнула надежда?

— К сожалению, у меня уже есть спутник…

Лицо начальника Тайного сыска мгновенно помрачнело, скулы заострились.

— Что ж, не буду вас больше задерживать, — холодно произнес он и выпустил мою руку.

— Терри давно ждет этого приема, — поспешила пояснить я. — Я иду на прием с братом.

Черты начальника Тайного сыска немного разгладились, а напряжение, повисшее в воздухе после моего отказа, исчезло. Чему я, признаюсь, была рада. Мне не хотелось портить с ним отношения. Не теперь, когда я поняла, что он мне небезразличен.

— Спокойной ночи, Морис, — улыбнулась я и направилась к дому.

— До скорой встречи, — тихо донеслось мне вслед.