34. Эжени

Занятия Мухи были похожи…на общение двух лошадей с крыльями.

– Ия-иого-го? – даже вопросительные ноты в голосе приходилось домысливать, потому что говорилось все на одной дыхании и с каким-то лошадиным эмоциональным посылом.

– Ия-иого-иго-я! – ответ Мухи явно не удовлетворил его учителя, отчего он резко заржал, прижал уши к голове и затрепетал крыльями.

– Ия-иого-го! – кто бы мог подумать, что на двадцатой фразе, произнесенной с разными интонациями, я смогу ее запомнить и даже воспроизвести на листе бумаги, пусть даже с ошибками в каждой букве

Через час вороной конь со смоляными крыльями улетел, недовольный до невозможности, а Муха понуро поволочил копыта в мою сторону, словно на его спине не меньше десяти мешков картошки.

 – Что значит «Ия-иого-го»? – прочитала я по бумажке.

– Кто бы мне сказал, – тяжело вздохнул Муха, выражая своим видом скорбь всего Мироздания.

– Ты что же, не знаешь собственный язык? – а вот у меня в глазах, наверняка читался ужас и неверие – как так возможно? – Он обратился к тебе с этой фразой раз двадцать.

– Я не все диалекты знаю, – признал свою некомпетентность конек и вновь тяжко вздохнул. – Я очень давно не был на родине, а без этого знания чужих наречий и говора стираются. И артефакта-переводчика у меня теперь нет.

– Потерял?

– Ага.

– Давно?

– Да, в общем-то, сразу.

– А почему не сказал Леону и королю?

– Сказал, но они получили от отца разряженные артефакты, которые в этом мире невозможно пополнить магией – не тот уровень. Хоть на уроки вообще не ходи.

Оказывается, присмотр за коньком может быть не таким уж спокойным, ведь один из пунктов в списке короля Теодора гласил, что пегас не должен пропускать занятия и заниматься прилежно. И ведь пункт показался мне самым незначительным. Что я, на учебу не загоню конька? Похоже, Муха на грани и скоро перестанет ходить на занятия…и я даже не могу его за то осуждать… Нужно срочно принимать меры!

Письмо отцу Мухи я писала на голом энтузиазме, без знания языка и прочих дипломатических премудростей, правда и в лоб ничего не требовала, Муха, кстати, прочтя через плечо мои перлы, нервно икнул и уточнил на всякий случай:

– Ты это отправить собираешься? Может, стоит показать кому, более сведущему в переговорах?

– Что ты переживаешь? Здесь же не написано, что ваш сын потерял артефакт и теперь не понимает собственных сородичей – помогите, чем можете.

– Если бы тут так было написано, я бы сразу же попросил у короля Теодора отчислить тебя из гувернанток.

– Не гувернанток, а дрессировщиц, – попыталась сделать серьезное лицо, но рассмеялась вместе с Мухой. Ну, Леон, ну и выдумщик.

Короля мы не искали просто потому, что Муха, перечитав письмо еще пару раз, согласился, что в тексте нет даже намека на его разгильдяйство, но столкнулись с драконом прямо в библиотеке, где должен был находиться секретарь, отвечащий за отправку почты.

– Как прошел урок у твоего подопечного, дрессировщица из Лурии, – мне кажется, или король посмеивается надо мной, да еще и над сыном, который придумал такое странное оправдание.

– Отвратительно, –  честно ответила, только не учла, что пегас после урока все еще нервный и легковозбудимый – этот вредный недо-конь решил и меня приобщить к своим зубам и попытался хватануть чуть пониже спины. Спас конька от моей возможной мести, а мясистую часть моей спины от синяков, конечно же, король – он просто щелкнул пальцами после моих слов, и нервный конек клацнул зубами по воздуху, но так громко, что я не усомнилась ни на минуту, куда он метился. Уж не знаю, что сделал король, но Муху он точно спас.

– Можно с этого места поподробнее? – король решительно усадил меня на один из диванчиков, что разместились при входе в библиотеку.

В это время помещение было абсолютно пустым, даже секретаря не наблюдалось. Я присела на диванчик и принялась крутить головой, пытаясь рассмотреть стеллажи, уходящие далеко вперед, но не смогла не разглядеть даже конца коридора между двух рядов, что были прямо перед глазами, а таких рядов уходило вглубь штук десять. В нашей академии библиотека была поменьше и, честно скажу, слава богам, иначе бы мы первые два курса из нее не вылазили и не потому, что читать заставляли – мы бы в этих коридорах летали.  Вот бы нас тогда смотритель библиотеки возненавидел, точно говорю.

– Я не поняла ни слова, – сообщила королю так, словно это входило в мои обязанности. – Они говорили, говорили, говорили, а я никак не могу понять, где преподаватель вопросы задает, где объясняет, а в каком месте домашнее задание проверяет. Даже поздороваться не смогла нормально – это вообще как-то невежливо. И не понятно, когда этот преподаватель прилетит снова, или он уже все темы рассказал и улетел.

Пока я говорила, король внимательно смотрел на Муху, а тот постепенно пятился к выходу, видимо, опасаясь, что, когда я закончу жаловаться, король обратится с вопросами к нему. Но король пощадил, видимо, самолюбие пегаса, и свой вопрос адресовал мне.

– У вас есть предложения, как избежать подобного конфуза в следующий раз?

– Я тут письмо написала второму принцу Реграсса, – я продемонстрировала сложенный вчетверо листок бумаги, – планировала отправить с ближайшей почтой.

Король только хмыкнул… Лист оказался в его руках в то же мгновение. Эх, сильная у дракона магия и отточенная до идеала – я даже не заметила, как она аккумулируется на кончиках пальцев короля. Сказала бы, что хочу так же, да только магия полета работает иначе: тут одними пальцами не справишься – исключительно всем телом магию аккумулируют.

– Значит, просишь у принца Хлузианна артефакт перевода? А почему два?

– Пока один заряжается силой, второй используется – я не очень представляю, какие артефакты у пегасов, но, надеюсь, не подковы.

На мужественном лице короля появились складочки возле губ и глаз, словно он сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос, даже глаза опустил, внимательно вчитываясь в мой неразборчивый подчерк.

– Даже преобразователь магии попросила, – король хмыкнул удивленно, но при этом чувствовалось, что в целом он мое письмо одобряет. – А в Лурии, оказывается, умеют учить добывать знания. Перепиши письмо, не торопясь, чтобы мой секретарь тоже смог прочесть, и артефактов попроси три – так, на всякий случай, если вдруг один потеряется.

Мы с королем дружно посмотрели в ту сторону, где только что был Муха, и успели узреть отмеченный клевером круп и задорно развевающийся хвост – сбежал, даже стука копыт не слышно.

– Что ж, теперь можете идти в гадю…на обед, – отпустил меня король, по-отечески потрепав по плечу и, кажется, хотел о чем-то предупредить, но махнул рукой и занялся делами с секретарем, который подоспел как раз к концу переписывания письма.

Как отправляют дипломатическую почту, я не увидела – ушла на поиски столовой, правда и искать не пришлось – шипение и напряженная атмосфера предостерегали не хуже оговорки короля. А когда на мне скрестились все триста взглядов, я в полной мере ощутила, что название, до конца не произнесенное королем, как раз тому месту соответствует.

Ну что ж, в самый раз – вот тут-то я и начну составлять план действий в помощь принцам. Главное, забросить наживку, а потом вылавливать информацию.