48. Леон

Он ожидал ответа, пытаясь создать видимость спокойствия и расслабленности и, наверное, перестарался – переиграл сам себя, потому что ответ показался ему пощечиной, хлесткой и внезапной…отрезвляющей…почти.

– Принц просто решил тайно поволочиться за свободной юбкой или сказывается детское соперничество с Филиппом?

Даже в ушах зазвенело от такого вопроса. Оставалось только Муху поблагодарить за несдержанный язык, ведь пегас именно сегодня решил выдать именно эту фразу.

Однако, стоило сказать спасибо драконьему зрению, которое даже в тусклом свете вышедшего из-за облака серебряного диска позволило разглядеть за ироничной улыбкой беспокойство и испуг. Уходить расхотелось.

– С Филиппом мы никогда не соперничали…до вчерашнего дня, – Леон подложил на тарелку худышки еще креветок, которые, похоже, ей пришлись по вкусу, и убрал те бутерброды, которые она надкусила и вернула на тарелку.

Он заметил, как она внимательно следит за его действиями, провожает взглядом руки, следит за движением пальцев, не обращая внимания на то, что происходит на ее тарелке. И благо, что боги наделили драконов такими возможностями, что при свете свечей, отбрасывающих кривые тени, он может все-таки рассмотреть, какой растерянной и трогательной становится ее улыбка, когда она думает, что ее не видно.

– И да, должен признать, мне было неприятно наблюдать, как Филипп за тобой пытается ухаживать. Даже на свидание пригласить успел раньше меня.

Леон замолчал, ожидая реакции Эжени, а та задумалась и принялась играть фужером, постукивая тонкими хрустальными стенками по своим губам. В свете свечей на лице девушки стали появляться радужные блики, завораживая своим непонятным передвижением: щека, губы, лоб, щека, губы…

– Значит, вторая часть вопроса все же имеет место быть, – послышался, наконец, ответ, и в глаза Леону впервые за этот вечер посмотрели прямо и открыто, даже с каким-то вызовом. – А что на счет первой части? Одно другого не исключает.

– Я бы предпочел назвать это ухаживанием, – Леон посмотрел сквозь фужер на свет свечи, а потом уже на девушку и успел заметить, как она борется с собственной улыбкой, пытаясь выправить уголки губ и напустить на лицо серьезности – даже внутри что-то запело от облегчения. –  Но сегодняшний опыт Филиппа продемонстрировал, что ухаживать за тобой открыто – очень вредно, в первую очередь, для тебя же.

– Значит, все-таки, предлагаешь тайные свидания!

В этот раз в голосе Эжени помимо торжествующих ноток проскользнула еще и обида. Торжество, конечно, было понятно – она получила подтверждение «недобрых помыслов дракона», а вот обида…Последнее было приятно самому Леону, потому что, похоже, ее зацепило признание, и она его уже обдумывает…со всех сторон.

– Тут ничего не поделаешь, ведь, чтобы ухаживания перестали быть тайными, нужно чтобы, как минимум, совпали три составляющие.

– Какие же?

Леон был готов поклясться, что  глазах девушки блеснул азарт, только не тот, что горит фанатичным огнем в глазах девиц с отбора – в их взглядах можно прочесть только желание заполучить вожделенное кольцо любой ценой. В глазах Эжени был азарт человека, который уже сделал прогноз на будущее, а теперь с нетерпением ждет результат игры.

– Для начала я должен избавиться от отбора. И в этот раз я уже думаю не только о своем комфорте, но и твоей безопасности.

Эжени кивнула и демонстративно загнула один палец – мизинец.

Вот что за человек, а? В мире драконов все начинают загибать пальцы с указательного, но, нужно признать очевидное, выглядело все это действие очень забавно и мило.

Внутри вновь загудело, словно кто-то тронул невидимую струну, а под ложечкой приятно защекотало – похоже, ему нравится то, что происходит и как протекает вечер. Было странно это осознавать, ведь раньше свидания шли совершенно иначе и куда более приятно в физическом плане. Только вот именно сейчас не хотелось ничего менять, и Леон понимал почему – ни одно свидание не затрагивало его так, чтобы внутри что-то звенело или обдавало жаром, даже на этапе подготовки к самой встрече. Да ему никогда даже и в голову не пришло бы задуматься, чем накормить девушку, а сегодня он поставил на уши половину кухни, да еще и смотрителя отбора втянул в свои планы.

– Дальше, к тому моменту, как отбор завершится, мы с тобой не должны друг друга разочаровать.

На милом личике появилось недоумение, а Леон замолчал, наслаждаясь этим моментом, потому что каждое движение бровей, любое изменение мимики на лице девушки отзывалось в нем какими-то вибрациями, которые постепенно напоминали игру на струнном инструменте.

– Почему-то большинство девушек, идя на свидание, уже примеряют в мыслях свадебное платье и придумывают имена общим правнукам, не задумываясь, что, в принципе, ничего не знают о привычках мужчины. А эти привычки могут быть отвратительными с точки зрения самой девушки. Вот даже ты, например, посмотришь на меня, как я ем мясо, и скажешь «фи-и-и-и». И прощай следующее свидание.

Эжени слушала внимательно (Леон следил за каждым ее вздохом и взмахом ресниц), а потом заливисто рассмеялась.

– Поверь, я не хожу войной на чужие обеды и ужины, – вытерев слезы смеха, девушка весело посмотрела на дракона – кажется, напряжение, что ею владело, исчезло под натиском веселья. – Я живу с человеком, который даже на завтрак ест мясо, так что оно не… Леон, ты чего?

Леон даже сам не понял, что на него нашло, но только после вопроса худышки он понял, что из ноздрей вырывается пар, а на руках появились длинные когти. А внутри что-то скребется такими же когтями и разрывает в клочья все те струны, что только что вибрировали и готовились сыграть чудную мелодию только для двоих.