65. Эжени

Когда-то очень давно родители Мари заболели лихорадкой. Той, что косила сотни жизней, прейдя в какой-нибудь город. Мари осталась одна, и ее единственным родственником на тот момент оказался мой отец: суровый военный, чья карьера была почти на пике – дальше «только свергать короля и самому править». Не знаю, были ли в голове отца столь честолюбивые планы, но именно в тот момент ему привезли шестилетнюю девочку, большеглазую, испуганную, потерянную. Именно она первой пробудила в отце желание иметь семью и дом, в котором его будут ждать.

Мама потом рассказывала, что ей чуть ли не силой пришлось выбивать из отца признание в любви, а затем и предложение выйти замуж, потому что отец не желал взваливать на юную девушку заботу о старом вояке и чужом ребенке. Мама спасла отца от быта, который буквально погребал под собой бравого генерала, чья репутация заставляла врагов трястись еще в начале военных действий, когда шальная мысль о нападении на Лурию еще даже не зарождалась в дерзких головах правителей. Мама же спасла Мари от участи стать «солдафоном в юбке», в которого ее превращало папино воспитание.

Шесть лет назад я повторила судьбу Мари, оставшись совершенно одна, в чужом городе, с чужими людьми, которые привезли меня к единственной дальней родственнице, которая у меня была. Только у Мари не было репутации моего отца, его связей и влияния, ее помолвка была расторгнута родителями жениха из-за опасения, что занявший трон король Варанн хорошо помнил свое поражение от моего отца и может начать мстить всем, кто связан с ним кровными узами. Трусы, но разговор не о них.

В тот момент никто бы не осудил Мари, отдай она меня на обучение в закрытый пансион, но тетя решительно отказалась от подобного предложении «добрых людей». И уже она спасла меня от одиночества и страха оказаться никому ненужной. Я желала ей счастья так горячо и искренне, что, возможно, сама бы подержала ее руку, пока король Теодор надевал бы ей браслет, вздумай Мари сопротивляться.

И сейчас я горячо и искренне желала, чтобы Мари понравилась Леону, и тот принял ее без возражений и упреков, а еще без возможной ревности, что тетя заняла место его покойной матери. И мне очень не нравились в тот момент его черные брови, что сурово сдвигались к переносице, когда Лен смотрел на брачную вязь на запястье тети. И я горячо надеялась, что он не скажет какой-нибудь гадости, что ему в общем-то не свойственно, которая расстроит и без того испуганную женщину.

– Отец, ты должен освободить Эжени от договора, – сурово выдал Леон, чем меня сильно озадачил, потому что я ждала и опасалась диаметрально противоположных эмоций, но явно не этого.

– Какого договора?! – мигом взвилась тетя, которой всегда казалось, что все вокруг спят и видят, чтобы в чем-то ущемить ее «деточку». К слову, все ее действия называются «воспитательный процесс» и с ущемлением прав не имеет ничего общего.

– Простите, Марианна, я не уточнил, – вежливо и вполне уважительно, без каких-то скрытых подтекстов ответил Леон, – отец заключил с Эжени договор на работу в качестве компаньонки к Мухе, но этот договор не позволяет ей покинуть этот мир и вернуться в свой.

Я не проверяла – даже мысли такой не возникло, но сейчас верила дракону на слово. Кстати, не очень приятно, когда тебя ограничивают. Даже если собиралась выполнить условия договора до конца и остаться здесь на месяц, знания об ограничениях неприятно кольнули в районе сердца.

– Это правда?! Немедленно сними ограничения! Ей на учебу же совсем скоро! – Мари сурово посмотрела на Теодора, и мне даже стало жаль мужчину: только что женился, а благоверная уже показывает характер и пытается прогнуть новоиспеченного мужа под себя. И, кстати, король мне уже нравился, так что я решила немного его защитить, так, чтобы было потом у кого искать защиты от теткиного гнева.

«Ты работаешь у меня месяц или до того момента, как твоя тетя придет ко мне с требованием вернуть тебя к учебе». Слова всплыли в памяти сами собой, а договор слетел с запястья и рассыпался на виду у всех.

Недоумение читалось только на двух лицах: тети и Леона. Леон быстро вспомнил условия договора – видно было даже, в какой момент он припомнил саму фразу короля – и широко улыбнулся… мне. Внутри у меня тут же разгорелся огненный шар, от которого жар заструился по венам и мышцам, резко лишая здравого смысла. Чуть не сплоховала и не расплылась в ответной улыбке, но тетю даже мизерная заминка насторожила. На ее лице тут же проступило подозрение, а настороженный прищур принялся буравить моего дракона взглядом опытной свахи.

– А тебе что за дело до свободы передвижения этой девушки? Ее точно нет в отборе!

– Кстати об отборе, – проигнорировав вопрос тети, Леон просочился мимо обоих своих родственников и встал рядом со мной, немного перекрывая обзор, как на меня, так и мне, – отец, раз ты осуществил свой план и даже перевыполнил, – сдержанный, но вежливый кивок на запястье моей тети, – пора закрыть отбор, как ты и обещал.

Король кашлянул, многозначительно глянув на меня, как бы намекая, что новость про скорое появление колокола предстоит озвучить мне. Леон же взгляд отца в мою сторону зацепил и тоже посмотрел на меня, причем взгляд сулил большие проблемы, потому что в нем полыхнуло что-то похожее на ревность.

А вот тетю зацепили слова Леона совершенно по другому поводу.

– Что за план?!

Глядя на сконфуженное лицо короля Теодора, я постепенно начала догадываться о его плане и даже мысленно поаплодировала. Какой молодец! Но и тетя быстро догадалась, и принялась воинственно надвигаться на своего уже мужа, грозя прожечь в нем взглядом несколько дыр, маленьких, но сквозных.

– Так весь этот отбор – фарс? Чтобы заманить меня сюда? Все подстроено? И это тоже часть твоего плана?

Мы переглянулись с Леоном и дружно решили, что являемся лишними свидетелями семейной ссоры, а следовательно, пора покинуть ложу, причем как можно незаметнее.

– Шесть принцев, с которыми не справляется ни одна сваха – это все вранье?

– Я рассчитывал на троих, – попытался оправдаться Теодор, а я в этот момент ухватила ручку двери и на выдохе толкнула вперед – дверь не поддалась. – Близнецы и Кастр – это непредвиденный нюанс.

– Нюанс? – рычала в ответ тетя, а Леон сжал мою руку, которой я открывала дверь, и навалился плечом на створку. – А сколько еще нюансов я не знаю? А вы куда собрались? Стоять!

От грозного приказа мы вдвоем с драконом, вместо того чтобы остановиться, как велено, еще решительнее навалились на дверь. Ну же, давай!