ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ТУМАННЫ ГРОЗЫ АЛЬТАИРА

Кого только не было на корабле! Я не знала и четверти названий рас, которых увидела. Некоторые были совсем, как я, люди. Некоторые на людей были похожи, но имели отличия, как Сельма, или родители. А некоторые и вовсе не были гуманоидами. Я старалась не шибко смотреть по сторонам, чтобы ненароком никого не обидеть.

— Прости, — вздохнул Грег, когда мы вместе с толпой вошли в большой зал, — Сельма взяла билеты в отсек.

— Что такое отсек? — Я уже поняла, что за вопросы меня не станут ругать.

— На каждом корабле есть два вида услуг: путешествие в отдельной каюте с душем и путешествие в отсеке. Это что-то вроде… ну, общежития или хостела. Небольшая камера с кроватью, где люди спят. Основное время можно проводить в баре или на скамейках, а ночью спать в отсеке. Отсеки дешевые и удобные для тех, кто много путешествует на небольшие расстояния. Нам ехать не так много, всего два дня, так что Сельма решила, что нам лучше слиться с толпой.

— Наверное, она права, — пожала плечами я.

— Тогда пойдем искать отсек.

Он сверился с теми самыми прозрачными пластинками, что дала Сельма и посмотрел наверх. Только тогда я обратила внимание, куда все деваются.

Огромная стена оказалась вовсе не стеной. А словно гигантским шкафом, из которого выезжали ящички, оказавшиеся отсеками. В них укладывались люди, приложив билет к считывателю, и потом ящички аккуратно заезжали внутрь.

— А вентиляция там есть? — спросила я.

Никогда не видела таких штук! Хотя… что я вообще видела, девушка без памяти?

— Конечно. Там есть система климат-контроля, вентиляция, различные дополнения вроде ароматизации, если ты привык спать среди яблочных пирогов или в вишневых садах.

Все это звучало… просто звучало и ни о чем мне не говорило. Я не знала, что такое яблочный пирог, вишневые сады и другие вещи, которые он называл. Оставалось просто следовать за Грегом, потому что дороги назад не было.

— Ты голодная, Шэй? — спросил он.

— Нет, я позавтракала, мне хватит до утра.

— Хорошо, тогда пойдем, ляжем, чтобы ты нормально перенесла выход из атмосферы.

Он сверился с билетами и выругался.

— Сельма! Самый верх! А еще называет себя умной женщиной.

— А… а мы в одной… ну, этой штуке спать будем, да?

— Шэй, — Грег повернулся ко мне, — я тебя не трону. Пока ты сама не разрешишь, понимаешь?

Понимаю. И если до этого его намерения еще казались мне неизвестными, то теперь все стало совсем прозрачно. Может, он и не тронет меня, пока я не позволю, но ведь все равно предполагается, что рано или поздно я позволю? А я и впрямь надеялась, что будет лучше, чем с родителями?

— Забирайся первая. Приложи билет к считывателю и ложись.

Все отсеки делились на ряды и меж ними спустили удобные, но жутко высокие лестницы. Наш отсек был самым верхним, прямо под крышей. Если прикинуть и сопоставить размеры, то, может, третий этаж — такова была высота места, где мне предстояло пробыть два дня.

Я забралась на самый верх без особых происшествий, меня довольно спокойно пропустили и, когда огоньки считывателя сменились зелеными, из ниши выехал… ну, пусть будет ящичек. Внутри оказалась разложенная постель, закрытая чехлом. Еще там была сенсорная панель управления и какие-то отверстия. Я не стала ничего трогать, просто забралась внутрь и придвинулась к стене. Не успела толком осмотреться, как рядом устроился Грег и отсек медленно начал входить в нижу.

Едва я подумала, какая под нами высота, стало страшно. Но движение закончилось и, вроде, стало легче. Потолок в отсеке был достаточно высокий, чтобы могла сидеть я, но недостаточно, чтобы это же мог провернуть Грег. В принципе, для двоих места хватало. Можно было лечь на бок, или подпереть голову рукой и почти сидеть. Не так уж мало места.

— Итак, давай попробуем кнопочки, — хмыкнул Грег. — Что тебе больше нравится? Есть ароматизация? Поверь, она нужна, в процессе будут дезинфицировать лестницы, перила и другие поверхности, запах противный. Свежесть океана, полевые цветы Кларии, хвойные с Картерры… и еще сотня неизвестных мне запахов.

— Океан? — предложила я.

— Согласен.

Почти сразу же отсек заполнился ненавязчивым и легким свежим запахом. Который, впрочем, скоро совсем сделался незаметным. Или я просто притерпелась.

— Вот, — Грег достал еще одну бутылку воды, — выпей. Надо много пить, чтобы вывести из организма всю дрянь.

— А, — я залилась краской, — туалет?

— Надо переждать выход на орбиту, это минут тридцать максимум, а дальше пойдем исследовать корабль. Хочешь что-нибудь перекусить?

— Нет, спасибо.

Мне хотелось отвернуться к стене и немного отдохнуть, подумать обо всем. Но это было бы невежливо. Так что я просто лежала и рассматривала непонятные символы на панели управления отсеком. Потом начала обводить пальцем, поняв, что стоит блокировка и от моих прикосновений ничего не случится.

Грег вздохнул и я скосила глаза. Он опять рылся в сумке. Достал из нее тот самый планшет, что принесла Сельма.

— Хочешь порисовать? Или просто во что-нибудь поиграть? Здорово убивает время.

К планшету прилагался специальный стилус, а еще там была программа для рисования. Я не очень умело это делала, но неожиданно рисование мне понравилось. Правда, я не знала ничего ни о перспективе, ни о пропорциях. Но забавных котов рисовать научилась минут за пять, словно раньше уже делала.

— Где я их видела, интересно? — Вопрос вырвался у меня непроизвольно.

И я быстро глянула в сторону Грега. Я думала, если честно, он давно уже заснул. Но мужчина не отрывал глаз от моих рук.

— У тебя хорошо получается. Сам я даже звездочку нарисовать не смогу. Надо поискать какие-нибудь книги на тему рисования. Может, у тебя получится.

— Я все равно не смогу их прочитать, я ведь не умею, помните?

— Забыл, прости. Ну-ка, перевернись на живот, так удобнее.

Мне почудилось в этой просьбе что-то… не знаю, немного неудобное. Но я все-таки подчинилась и к собственному удивлению ничего страшного не произошло. Вот только планшет он у меня забрал и принялся выводить на нем что-то.

— Что вы делаете? — спросила я.

— Собираюсь учить тебя читать, — не отрываясь сказал Грег. — Сейчас буду говорить тебе, как читаются и выглядят буквы. А вот нажимая на этот значок ты сможешь вызывать то, что я написал и упражняться. Смотри, это "А".

— "А"?

— Правильно. Запомнила? "С".

— "С".

— Если их соединить, можно получить слово, обозначающее того, кто уверенно и хорошо в чем-то разбирается и чем-то владеет.

И от тут я решила немного обнаглеть, раз уж мне повезло и меня решили научить читать:

— А писать? Можно мне научиться писать?

Грег рассмеялся и взъерошил мои, собранные в косу, волосы.

— Можно, Шэй. Попробуем и писать, время у нас есть. Пей воду, не забывай. Хочешь музыку?

— Нет, хочу следующую букву!

И на самом деле, рассматривая буквы, одновременно знакомые и нет, я совсем не заметила, как мы вышли в открытый космос. Ну, вот и все. Родители, дом, женихи — все осталось в прошлой жизни. И что обещает новая?

Грег

Он ее любил. Просто любил и на вопрос "за что?" не смог бы дать ответа. Да, красивая. Да, молодая. Да, не повезло в жизни, попала не в ту семью и хлебнула горя. Но сколько таких в галактике? Миллионы, миллиарды. Миллионы девушек страдают сильнее, им нечего есть, негде жить. Есть жертвы домашнего насилия, жертвы секс-трафика, жертвы маньяков, больные и сумасшедшие девушки. И все — прекрасные, юные, с изломанными судьбами. Шэй не была особенной, а ее история не выбивалась из ряда миллионов таких же.

Вот только почему-то Грег любил именно ее. Откажись он от Шэй в самом начале, не было бы ничего. Была б работа, состояние, огромный дом со слугами. Не было бы четырех лет в тюрьме, не было изнуряющих поисков. Он все так же ужинал бы с Каем раз в месяц, вспоминая студенчество, приходил к Камински на праздники и привозил для Шэй, как для дочери друга, что-то из поездок. А она бы каждый раз знакомилась с ним заново.

И все же Грег ни на минуту не задумывался всерьез, что можно отказаться от этого чувства. Оно не имело ничего общего со страстью, с желанием или обычной симпатией к юной девушке. Он именно любил Шэй и каждую минуту готов был отдать жизнь, если понадобится.

Врать, изворачиваться, обманывать, шантажировать, работать на людей, которых он раньше и за людей-то не считал. Грегу пришлось сделать многое, чтобы сейчас Шэй лежала рядом и смотрела, как он выводит буквы на небольшом экране планшета. А ведь в будущем придется сделать не меньше.

Но как же он ждал этого момента, когда она окажется рядом! И получал настоящее удовольствие, ни с чем не сравнимое, пока учил ее. Позже, конечно, он будет начеку, но здесь, в открытом космосе, их никто не сможет достать и, похоже, эти два дня станут настоящим подарком. Для него.

А Шэй прекратит бояться, когда поймет, что он ничего ей не сделает. Влюбится она, или нет, не так важно, главное, что у нее будет выбор. Постепенно придется все ей рассказать, а там уж как захочет. Он не оставит ее без денег, в незнакомом мире, умирать с голоду.

— Пойдем, прогуляемся? — предложил Грег. — Зайдем, перекусим.

— Хорошо.

Он вытащил из сумки одежду, что принесла Сельма специально для корабля, где было немного жарко. Сельма умничка, на самом деле, запихнула в небольшой сверток два легких и свободных комбинезона из немаркой черной ткани для Шэй, один с короткими шортами, второй — с длинными брюками. Несколько комплектов белья (один — ярко-красный, с кучей бантов, и о нем Грег решил не думать), различные мелочи для женской гигиены, вроде блеска для губ, кремов и бальзамов. Несколько пластинок, не требующих воды, для чистки зубов. Пакетик леденцов на палочке, щетка для волос… купальник. Ладно, зря он ругался на Сели, она чудная. Не забыла и о том, что Шэй наверняка захочется искупаться.

— Переоденься во что-нибудь, хорошо? — попросил он Шэй. — Чтобы было удобно гулять и спать. В общем, поройся в сумке, бери все, что нужно. В душ пойдешь ночью, он здесь, к сожалению, общий. Сейчас просто освежишься, да сходим, выпьем чаю.

Он выбрался из отсека, дождался переодевшуюся Шэй, и они вместе спустились на палубу, где прогуливались редкие пассажиры. Большинство улеглось сразу спать. Так всегда поступали в подобных путешествиях: спали, читали, изредка перекусывали. Причем в основном прямо в отсеках. Грег еды, естественно, не взял, не до того было. Но это не проблема: и буфет, и столовая работают, работают хорошо.

Очень важно питаться регулярно. Не так, как кормили Шэй дома. Есть синтетические пилюли, в которые впихали все нужные вещества хоть и дороже, но проще. Однако все же вредно. Настоящий и правильный режим питания для человека: плотный калорийный завтрак, легкий второй завтрак, обед с обязательным наличием горячей жидкой пищи, легкий витаминный полдник и ужин. Шэй уже наверняка успели испортить желудок, так что еще и придется пить таблетки. В общем, работы предстояло много.

Грег не стал ее смущать и дождался в зоне умывальников, пока Шэй сходит в туалет и приведет себя в порядок. Она долго и медленно расчесывала волосы перед зеркалом, потом наносила на лицо крем и красила губы. Но выглядела повеселевшей. Дурман от транквилизаторов начал спадать, ее радовали самые простые вещи.

Они прошли к буфету, где почти не было очереди. Ушастая и немного мохнатая представительница одной из планет системы Капеллы, споро выдавала заказы.

— Чего хочешь? — спросил Грег.

Он и сам внимательно рассматривал меню и витрину, а потому не заметил, как его руки совершенно непроизвольно обвили талию Шэй. Она напряглась и мужчина тотчас ее выпустил.

— Прости. Так что?

— Я не голодна, спасибо. Я ведь завтракала.

— Ну, я же не предлагаю тебя кормить до отвала. Можно взять что-то вкусное. Как?

Шэй пожала плечами. Ей, похоже, было немного неудобно просить. Да она и не привыкла ничего выбирать, все, что у нее было, давали в приказном порядке. Ладно, этому он ее еще научит.

Грег усадил ее за столик неподалеку и все бросал взгляды, пока диктовал заказ и расплачивался. Себе он взял сэндвич с мясом и крепкий горячий чай, Шэй — освежающий холодный чай и кекс с кремом. Розовые завитки выглядели достаточно аппетитно. Если он ничего не забыл, Шэй нравится сладкое. А еще ей немного жарко, даже в коротком комбинезоне, открывающем симпатичные длинные ножки.

Конечно, она покраснела и смутилась, когда он принес ей чай и кекс. Плохой это знак. Девушки должны принимать угощения и подарки, должны радоваться, когда их балуют. В понимании Грега. А она даже не может нормально принять обычное пирожное. С Шэй будет сложно.

Он достал прихваченный из отсека планшет и продолжил занятие, которое они начали в отсеке. И вот тогда Шэй заинтересовалась, села рядом и сунула любопытный нос в экран, где он писал новые буквы. Он аккуратно, выбирая моменты ее особенной сосредоточенности, подталкивал стакан и блюдце с кексом. В итоге она все съела и, судя по тому, как облизывала пальцы, ей это понравилось.

— Ой, простите, — снова покраснела Шэй, — пальцы облизывать неприлично.

— Ничего.

Народ начал подтягиваться на обед. Грег тоже завтракал этой синтетической гадостью, так что и обедать не стал. Поэтому потащил Шэй на палубу. Там нашел скамейку, и они все время до вечера провели, изучая буквы. Она быстро все схватывала, запоминала буквы почти мгновенно. И в один момент спросила:

— А вы не знаете, я теряю способность читать каждый раз при обнулении памяти или просто никогда не умела?

— Традиции планеты, на которой ты выросла, не считают обязательным это умение для девушки.

Здесь он лукавил, конечно. Выросла Шэй на космической станции "Денеб" и вовсе не традиции планеты помешали обучить ее читать и писать. Но пока не стоило напоминать о родителях и прошлой жизни. Шэй выглядела такой счастливой и живой, что просто язык не поворачивался.

— Значит, тебе у меня нравится учиться, — задумчиво пробормотал Грег.

Шэй в это время выводила буквы на экране.

Счастье, что она выросла вполне спокойной и любознательной девушкой. Скольких проблем они избежали. Наверное, виной тому постоянные стирания памяти. Шэй просто не запоминает, как плохо ей было и новый год начинает с новой жизни. Остается надеяться, этот год ей понравится.

Шэй во многом вела себя, как ребенок. Проверяла осторожно границы дозволенного, увлеклась обучением и рисованием, стеснялась говорить о том, чего хочет. И в этом контексте особенно странно было испытывать к ней то, что испытывал Грег. Сельма была права, он и не представлял, с чем придется столкнуться. Тогда он знал ее, прожившую почти год, узнавшую собственный характер, освоившуюся. Сейчас фактически он общался с ребенком, который почти ничего о себе не знает и только учится жить в этом мире.

— Передохни, — посоветовал Грег.

Самому ему хотелось размяться, но места на корабле не было. Шэй же с явным неудовольствием оторвалась от планшета. Могла бы возразить, сказать, что устала бездельничать, но побоялась. И тоже оперлась на перила, смотря на нижнюю палубу. Там бродили поужинавшие пассажиры, персонал и ездили уборочные роботы.

— Скоро гиперпрыжок, — сказал Грег. — Пойдем спать. Только если станет плохо ты меня разбуди, хорошо? Я не чутко сплю. Иногда бывает, гиперпрыжок плохо переносится.

— Куда все они летят? На ту же планету, что и мы? — спросила Шэй.

— Да. Это обычный рейсовый корабль. Кто-то летит в гости, кто-то из гостей, кто-то в отпуск, кто-то наоборот — из отпуска. Может, кто-то едет на работу или учиться… кто знает.

— А мы? — осторожно поинтересовалась Шэй.

— А мы с тобой летим жить.

— Что, просто жить? И все? А… работать? Я буду работать?

— Если захочешь, потом, когда выучишься. — Он пожал плечами.

— А кем?

Вот до чего довели бедную. Она думает, он станет ей указывать, на кого учиться? Нет уж, это ей придется решить самостоятельно.

— Шэй, не все так быстро. Тебе нужно выучить основные вещи: чтение, письмо, математику. Как понимаю, у тебя неплохо с некоторыми предметами, но некоторые нужно подтягивать. Потом ты решишь, где захочешь учиться и какую профессию получить. Потом уже будем разговаривать о работе. Пока что нужно устроиться.

— А я… я вам кто буду? Жена, да?

Признаться честно, сложнее вопроса Грегори Рейдлинг в своей жизни не получал.

— Шэй, все это не так просто. Нельзя взять ничего не помнящую девушку, увезти ее и сделать своей женой. По документам пока что ты моя воспитанница. И пусть оно останется так до поры до времени.

— Не понимаю! — Она нахмурилась. — Вы же заплатили деньги, чтобы взять меня замуж. А похитили, когда поняли, что отец отдаст меня Жавьену, так?

— Так, — был вынужден согласиться Грег. — Но то, что я заплатил деньги, чтобы жениться на тебе, не значит, что…

Ну, вот. Сам запутался и ее запутал.

— В общем, так, Шэй, — наконец определился он. — Я знаю тебя давно, я видел, как ты росла. Я хочу для тебя добра, поэтому и увез. Если ты захочешь быть моей женой… ты будешь ей. Если не захочешь… я постараюсь не давить на тебя.

Он не удержался и заправил прядку волос ей за ухо.

— Но это не значит, что я не буду тебя к этому подталкивать.

— То есть, вы хотите, чтобы я сама захотела замуж? — после некоторой паузы произнесла Шэй.

— Замужество, Шэй, это формальность. Я постараюсь сделать так, чтобы ты хотела быть рядом.

Тем более что в их прошлом уже был опыт близости, и против него Шэй не возражала… сначала. Но этого он говорить не стал.

Грег быстро взглянул на часы, доставшиеся еще от отца. Единственная, вещь, которую он хотел бы сохранить для сына, если такой вообще у него будет когда-нибудь. Время подходило ко сну. Можно было еще немного посидеть, но он хотел, чтобы Шэй уснула до прыжка. А на это требуется время. Поэтому он сказал:

— Идем, пора спать. Завтрак здесь рано.

Шэй

Грег уже давно уснул, а вот я что-то не могла. Дома засыпала мгновенно, но дома меня преследовало гнетущее ощущение слабости и сонливости, а здесь я чувствовала себя лучше, чем когда-либо. И не хотела спать. Наверное, слишком много событий, слишком много впечатлений.

Таинственный гиперпрыжок, во время которого мне могло стать плохо, все никак не происходил. А я лежала, ждала, скучала. Размышлять над мотивами поступков Грега быстро надоело, над последствиями — тем более. Я бросала взгляды на планшет и не знала, можно ли его брать. Я должна спать? Или просто тихо лежать, если не спится?

Можно? Или нельзя? Разозлится? Или нет?

Наконец, решив, что ничего страшного не будет, если я просто включу и немного порисую. Может, усну.

Рисовать показалось не таким интересным делом, как тренироваться в написании букв, и… в общем, я пропала, забыв и о времени, и о сне, и обо всем остальном.

А вот интересно, зачем я учусь писать, если все сейчас печатается? Лэптопы, планшеты, огромные инфопанели, коммуникаторы, да даже голофоны управляются либо с помощью жестов, либо с помощью клавиатуры. Навык рукописного письма просто не требуется. Но учиться этому увлекательно. И полезно, думаю, особенно если в альтернативе безделье.

Я почувствовала на себе взгляд и косила глаза на Грега. Тот, опершись на локоть, рассматривал меня.

— Не могла заснуть, — осторожно призналась я, — решила порисовать, ничего?

— Рисуй. — Он пожал плечами. — Как себя чувствуешь?

— Как обычно.

— Хорошо. Пить?

— Давайте.

— Если хочешь пить, можешь взять сама из сумки.

Я кивнула, запоминая. Пить можно брать из сумки, все принадлежности для гигиены тоже. Планшет — можно. Хорошо, со скуки и жажды не умру.

— Возьми. — Грег протянул мне запечатанный в пакет комплект белья. — Сейчас пойдем в душ, пока народу нет. Если хочешь и стесняешься, можешь надеть купальник, в сумке есть.

— Да, спасибо! — Я с облегчением принялась искать в сумке купальник, а мужчина тем временем приложил чип к считывателю, чтобы отсек выпустил нас наружу.

Душ представлял собой отдельный огромный душ. Вода лилась откуда-то сверху, я даже не увидела источника. И вообще помещение, даже не разделенное перегородками, производило какое-то тягостное впечатление. Нет, там было чисто, но все же мрачные серые стены, полы в мелкую решетку, отсутствие нормального света, приводили в уныние.

Грег приложил все те же билеты и сверху хлынул поток воды. К счастью, горячей, приятной телу.

— Сканеры определяют нашу расу и настраивают температуру, — пояснил он.

В душе никого не было, и я смогла отвернуться, чтобы не краснеть при виде обнаженного Грега.

— Татуировки? — спросила, вытаскивая капсулы с шампунем. — Откуда?

— С рождения. Особенности расы, — ответил Грег. — Иногда меняются, например, с рождением детей. Если тебе надо, я могу отвернуться.

— Нет, не нужно, все в порядке.

Я украдкой бросила в его сторону взгляд и вздохнула. Как отличить красивого мужчину от некрасивого? При учете того, что я почти совсем ничего не знаю о стандартах красоты. В моей голове куча разной информации о расах и их внешнем виде, но нет ничего о красоте. Красивая ли я? Красивы ли существа вокруг?

Красота окружающего мира мне доступна. Я могу оценить пейзаж или архитектуру. А вот человека или не гуманоида — не могу. И это наводит на определенные мысли.

Нравится ли мне Грег? Скорее да, чем нет, особенно на контрасте с родителями и этим Тоайто. Он с самого начала вел себя не как мой будущий собственник, а действительно как друг отца. И это делало его в моих глазах красивым. В общем, я не знаю, что за мысли вертелись в моей голове, но близость обнаженного Грега действовала не так, как надо.

А как надо — я и не знала.

Я зажмурилась, чтобы шампунь не попал в глаза, и словно оказалась в другом месте. Все так же по телу стекала горячая вода вперемешку с ароматной пеной, доносился шум воды. Только шеи касались губы, а живота — чужие руки. Приятные, теплые, но все же чужие.

Я открыла глаза. Но Грег стоял вдалеке и вообще не думал ко мне подходить. Если только не научился мгновенно телепортироваться с одного места на другое. Это вряд ли, так что, у меня, похоже, галлюцинации.

Или… воспоминания?

— А когда мы последний раз виделись?

Мне все казалось, что он заподозрит. Узнает как-то о том, что я вспомнила и будет не то смеяться, не то… еще что-то.

— Давно. Я, как ты поняла, поссорился с твоим отцом. Мы долго не виделись. Больше четырех лет. А что такое?

— Ничего. Просто интересно. А где полотенце?

— В сумке. Подождешь меня, ладно?

Я привыкла мыться быстро. У родителей на этом особенно акцентировали внимание. Быстро, без пауз и томных вздохов. Хотя здесь, наверное, было много воды и ночью почти никого не было. Может, можно было подождать, пока вымоется Грег, стоя под душем. Но я решила переодеться, пока мужчина не видит.

— Давай, помогу.

Я вздрогнула, так тихо Грег подошел сзади. И взялся за поясок, чтобы завязать его сзади. Я чувствовала кожей на плече его дыхание, после душа горячее. Он будто специально едва ли не касался губами, но не обращал на это внимания. Сосредоточенно завязывал пояс.

Хотелось не то отстраниться, не то наоборот… чтобы губы все-таки коснулись. Проверить, его ли я вспомнила. И значит ли это, что между нами что-то было? Иначе с чего он вдруг так добр?

— Пойдем спать.

Он быстро оделся, изредка посмеиваясь над моим смущением. Но почему-то было не обидно. После горячего душа я чувствовала, что готова поспать и, едва мы вернулись в отсек, улеглась. Потом попыталась встать, чтобы убрать вещи, но было так тяжело…

— Чего ты? — спросил Грег. — Спи.

— Надо убрать все.

— Сам уберу, спи давай.

Противиться не стала. Отвернулась к стене и сладко потянулась. Не знаю, что ждет впереди, но то, что есть сейчас… этого уже хватит.

Я неожиданно хорошо выспалась. Проснулась сама, без звона будильника или чьих-то просьб. В один момент поняла, что не хочу больше спать. Потянулась, зевнула и повернулась к Грегу. Спит он еще, или…

Не спит.

Он уткнулся в планшет, полулежа, положив под спину подушку. Что-то там читал, я, само собой, не поняла, что именно. На меня внимания не обращал.

— Доброе утро, — тихо поздоровалась я.

— Соня проснулась. — Грег улыбнулся. — Проспала завтрак. Хотя бы выспалась?

— О… простите! А почему вы не разбудили? Я бы проснулась…

— Да не переживай так, ничего интересного там не было. Огромная очередь и невкусная каша. Держи.

Он протянул мне контейнер и какую-то бутылочку, на ощупь — горячую.

— Завтрак, — пояснил Грег. — Умойся и завтракай.

Я нашла в сумке влажные салфетки, несколько капсул для умывания и чистки зубов и привел себя в порядок, чтобы не спускаться вниз. После умывания стало куда лучше, лишняя сонливость пропала, пробудился аппетит.

В контейнере оказался какой-то фруктовый салат, политый сладким прохладным соусом. А горячий чай отдавал травами, вопреки температуре, освежал и, кажется, бодрил.

— Мне теперь надо будет есть несколько раз в день? — спросила я, пока завтракала.

— Да, — кивнул Грег. — Три или пять. Когда прилетим домой — пять, здесь пока три. Тебе понравится. Можно готовить разные блюда и покупать разные продукты.

— Но я не умею готовить.

Грег пожал плечами. Его вообще, казалось, не волновало, что я не умею почти ничего.

— Научишься, если захочешь. Не захочешь, могу готовить я, или будем покупать готовые блюда.

— Нет, я научусь!

Не хватало еще, чтобы он сам мне готовил или тратил деньги на готовую еду. Меня забрали от родителей, одели, накормили, обращаются как с воспитанницей, а не с пленницей. Нет, если нужно готовить, я научусь готовить. Хорошо. Лучше, чем в ресторанах!

— Ну, чем хочешь заняться? Пойдем гулять или будем учиться дальше? — спросил Грег.

Непривычное ощущение — когда спрашивают о твоих желаниях. Не просто для поддержания разговора, а по-настоящему. В зависимости от твоего выбора будет принято решение. Очень необычное состояние.

— Учимся, — решила я.

Все равно, если верить Грегу, скоро на обед, там и прогуляемся. Все буквы и слова, что он мне объяснил, я уже выучила. Пусть напишет и расскажет про новые, а потом я смогу их учить, когда угодно.

Время за занятиями летело незаметно. Слова, которые Грег составлял из знакомых мне букв, читались легко. С каждым разом все легче и легче. Грег этому удивлялся, он говорил, что с возрастом способность к обучению ухудшается. А я-то уже взрослая, как-никак. Вот не чувствую я себя на двадцать один год.

— Это потому что у тебя амнезия, Шэй, — пояснил Грег, когда я озвучила сомнения. — Ты не помнишь прошлого, многого не знаешь и не умеешь. Поэтому тебе кажется, что ты ребенок, зависящий от взрослых. Когда приобретешь знания, умения и воспоминания, станет легче. Появятся свои желания, цели, мечты. Посмотришь сама.

— Да что толку от этих знаний, если я в итоге все забуду?

Грег усмехнулся. Как-то странно он это сделал, в моей душе зародилось сомнение.

— Что? Что такое?

— Покажемся врачу. Моему знакомому. Возможно, уже появились средства, способные тебя вылечить.

— Но родители…

— Твои родители, Шэй, люди замкнутые, а их планета погрязла в странных древних традициях. Техника и медицина идут далеко вперед. Давай сначала устроимся, полгода у нас точно есть, а там посмотрим.

— И все-таки я не понимаю! — пробормотала я. — Зачем вы меня везете? Зачем столько хлопот? Зачем вам такой риск? Мои родители и этот… Тоайто не оставят просто так все.

— Шэй, я же тебе говорил. Я хочу тебе помочь, я могу тебе помочь, я тебе помогаю. Неужели тебе было лучше дома, чем здесь?

— Ну-у-у… нет, но я не понимаю, как себя вести! Что я должна делать-то? Какую пользу приносить?

Он почему-то засмеялся, а я даже немного обиделась. Я второй день пытаюсь понять, что этому мужчине от меня надо, а он надо мной смеется!

— Шэй, ты уже приносишь пользу.

— Какую?!

— Не думай об этом. Просто учись, радуйся жизни и не беспокойся о родителях. Там, куда мы летим, тебя никто не достанет. Тебе там понравится, ты ведь любишь воду?

— Там есть водоем? Там можно купаться?

Почему-то меня тянуло к воде. Сама не знаю, почему. В голове — ни воспоминаний, ни каких-то четких ощущений, но при мысли о воде хочется жмуриться и мурчать, как кошка.

Кошка… коты, которых я рисую…

— У меня когда-нибудь был кот?

— Когда тебе было три, я привез из командировки котенка и подарил вам. По-моему, тебе он нравился.

Грег возил из командировки животных для меня. Что-то здесь не так, зачем друг отца дарил мне пушистые подарки?

— Он был зеленый?

— С Картерры, да. — Мужчина улыбнулся. — Темно-зеленый двухвостый котик. Ты с ним в обнимку таскалась по дому. Они спокойные и любят детей. Но ему все равно доставалось.

Не помню… совершенно ничего не помню, ни котика, ни зеленого, ни двухвостого! Только рисунки хоть немного отражают мое прошлое.

— Что с ним стало?

— Он умер, Шэй. Тебе было четыре, коты с Картерры не живут больше десяти лет. Насколько мне известно, ты отказалась заводить нового. Скучала.

— А потом забыла?

— Да, наверное. Хочешь, заведем котика дома? Он понравится…

— Кому?

Мне почудилось, что Грег в последний момент прикусил язык.

— Тебе, мне. Дому. Коты благоприятно влияют на атмосферу в доме. Ну-ка, нарисуй котика.

Он протянул мне планшет. Почему мне показалось, будто Грег старательно уводил меня от темы? А я даже не поняла, что спросила не так.

Грег казался мне очень надежным. Было ощущение внутри, словно я находилась в полной безопасности. Даже не знаю, чем оно было вызвано, но дома такого ощущения не возникала. Я просто старалась не отходить от него далеко и по возможности слушаться. Хотя последнее было просто. Мне давали выбор даже там, где можно было обойтись без него. Я могла выбрать еду за обедом, занятие после обеда, виды упражнений на запоминание алфавита. Мне пришла в голову мысль, что Грег достаточно уверен в себе, раз дает мне такую свободу. Неуверенные люди всегда стремятся подчинить.

И только за ужином я получила наглядное доказательство, что уверенность Грега была обоснована. Он действительно мог ничего не бояться.

Я толкнула того парня с огромными рогами случайно. Зазевалась, рассматривая десерты — Грег велел выбрать что-то, чтобы можно было перекусить поздно вечером, когда столовая закроется. Я нервно сжимала в руке чип для оплаты и жутко боялась, что сделаю что-то не то. Сам Грег сидел вдалеке и за мной не смотрел. Первый опыт общения с внешним миром грозил оказаться катастрофически провальным. И почти таким оказался.

Я не заметила этого парня и чуть толкнула.

— О, простите! Я случайно!

Он что-то сердито прорычал и ткнул пальцем в табличку на груди. Естественно, прочитать я ее не смогла, и растерялась.

— Проблемы? — за моей спиной раздался спокойный голос Грега.

Когда он успел так быстро подойти?

Рогатый обратился к нему. Сердитый рокот прокатился по залу, на нас стали оглядываться присутствующие. Но никто не вмешивался. Грег, к моему удивлению, ответил нахалу на его же языке и тот совсем взбесился. Он протянул толстый палец с острым когтем и ткнул в мое плечо.

Я мгновенно оказалась за спиной у Грега, а тот… тот врезал рогатому прямо в лицо, а когда тот упал, совершенно спокойно и неспешно подошел и с противным хрустом отломал ему рог. Мои глаза, наверное, были размером с хорошие тарелки. А если его арестуют?! Что буду делать я?

Но, видимо, в этом мире я еще понимала далеко не все. Охрана подошла в тот момент, когда рогатый уже скулил и ругался на полу, его рог валялся неподалеку, а Грег невозмутимо отряхивал руки. Крепкие парни в форме перебросились с Грегом парой слов и быстро подхватили несчастного возмутителя спокойствия под руки.

— Выбрала? — спросил Грег.

Не сводя с него взгляда, я покачала головой.

— Ну, давай вместе. Тебе сладкую или что-то сытное?

Грег

Народ уже разошелся, столовая опустела. Шэй сильно расстроилась из-за произошедшего и сидела тихо. Даже планшет свой любимый не трогала. Пришлось вести ее в отсек, спать, или просто валяться. По дороге она спросила:

— А что он хотел и что там было написано?

— Это раса тарангов. Они носят таблички с именами и, когда извиняешься, или просто говоришь с ним, надо три раза произнести его имя.

— Я не знала.

— Я ему то же самое сказал. Он ответил, что имя написано на межсистемном. Я сообщил, что ты впервые в жизни видишь представителя его расы, а он решил, что можно со мной общаться на нецензурном. С ними всегда много проблем. Законы Империи не позволяют запретить тарангам перелетать рейсовыми кораблями, но службы безопасности к таким стычкам уже привыкли. Без рога он немного подумает о своем поведении.

— У него отрастет теперь рог?

— Понятия не имею, — ему отчего-то сделалось весело. — Но урок запомнит надолго. Для тарангов это серьезное оскорбление.

— А он не будет мстить?

— До конца полета его продержат в камере, а там пусть попробует. Не волнуйся за меня, Шэй, я не такой мирный и тихий, каким кажусь.

— Да уж вижу.

На нее явно произвела впечатление увиденная сцена. Что ж, Грег не любил такие способы разрешения конфликтов, но попытка притронуться к Шэй каралась только так. И пусть таранг радуется, что ему сломали всего лишь рог. И то — один.

Погрустневшая Шэй отказалась пить с ним чай, минут десять почитала слова, которые он для нее составил и принялась о чем-то размышлять, свернувшись клубочком. Он никак не мог понять, плохо ей с ним или нет? Она то тянется к нему, то закрывается. То доверяет, то боится. В ней словно борются доводы "за" и доводы "против", а сама Шэй никак не может решить, как себя с ним вести.

Остро захотелось провести небольшую проверку. Как там его Сельма учила? Никакого давления?

— Шэй, — позвал Грег, — поднимись, пожалуйста.

Она была ниже его на голову и спокойно могла сидеть в отсеке. Грегу же приходилось принимать позу полулежа, чтобы не биться головой в потолок. Ну, Сельма! В отдельной каюте им было бы проще, и так спят рядом, там хоть душ отдельный. Даже в купальнике Шэй вызывает массу эмоций. Хоть бы она не осмелела настолько, чтобы начать снимать этот самый купальник. Тогда он точно сделает какую-нибудь глупость.

Даже сквозь разочарование в глазах девушки можно было различить любопытный огонек. Шэй было интересно, вот в чем проблема. Она пугалась, сомневалась, нервничала, но не теряла интереса ко всему, что происходит вокруг нее.

Он мог бесконечно долго рассматривать красивое лицо, но в этот раз не стал. Волосы Шэй остались такими же мягкими. И пахли чем-то цветочным.

Грег осторожно притянул ее к себе и поцеловал. Совсем легко, просто восстанавливая в памяти вкус и само ощущение касания. Но Шэй, к его удивлению, сама ответила на поцелуй. Слишком пылко, хоть и не умело. Чего ему стоило отстранить девушку, знали только звезды.

— Шэй, что такое? — мягко спросил он.

— Что? — Она тут же перепугалась. — Я сделала что-то не так? Вы… не хотели, чтобы я…

— Нет, я не об этом. С чего вдруг ты решила меня целовать?

В глазах — непонимание и страх. Да что ж это такое-то?!

— Я думала, так надо делать. Почему нет? Мне кажется… я целовалась раньше. Вы не хотите, чтобы я целовала вас?

— Шэй, я хочу, но не так, понимаешь?

— Нет, — тихо призналась она.

— Я хочу, чтобы ты тоже хотела меня целовать. Чтобы тебе было приятно. Понимаешь теперь?

— Да нет же! Вы хотите, чтобы я вас целовала, но не хотите, чтобы целовала. Вы хотите, чтобы я хотела вас целовать. То есть, мне надо просто хотеть, но не целовать?

Они обменялись растерянными взглядами. Запутались. Оба.

— Шэй, я хочу, чтобы ты сама выбирала. Целоваться меня, или нет. Быть рядом, или нет. Если тебе неприятно, что я тебя поцеловал, или ты не хочешь целоваться, ты можешь сказать "нет". Можешь оттолкнуть меня, или ударить, если я буду тебя злить или пугать. Ты можешь выбрать, понимаешь? И целовать должна не потому что хочешь сделать мне приятно и не потому что благодарна за помощь, а потому что… это знаешь, такое ощущение, будто ты без этого поцелуя дальше жить не сможешь. Совсем.

— А как я узнаю это ощущение, если не испытывала его раньше? — Шэй нахмурилась.

— Ты узнаешь. Это точно. Ладно, давай спать, хорошо? Разбужу рано утром, в душ сходишь уже дома, там есть ванная. Не такая большая, как бы хотелось, но все же. Точно не хочешь булочку?

— Нет.

— Ладно. Будешь переодеваться? Читать? Рисовать?

— Нет.

— Шэй, ты обиделась?

Вот этого он действительно боялся. Шэй за долгие годы инстинктивно научилась защищаться. Она принимала желаемую модель поведения для того, от кого зависела. Если Грег объявит ей, что собирается быть ее любовником, она приложит все усилия, чтобы ему нравиться.

Он долго в этом разбирался. Не без помощи Сельмы. Сели хоть и не была психиатром, нашла специалиста, который за неофициальное вознаграждение немного помог разобраться в ситуации Шэй. Немного — ключевое слово, потому что никто из врачей не сталкивался с цикличной потерей памяти.

— Я не обиделась. Я запуталась, — призналась Шэй. — Но попробую разобраться.

Он лег рядом и, несмотря на то, что хотелось ее обнять, не стал.

— Не думай сейчас об этом. Сосредоточься на переезде. Тебе понравится дом. Он небольшой, но попозже мы переедем в по-настоящему красивый дом. Рядом никого нет, до ближайшего города нужно лететь на флаере. Дом почти на берегу. Есть небольшой кусочек пляжа.

— Можно будет загорать? — сонным голосом спросила Шэй.

— Не знаю. — Грег тихо фыркнул. — С звездным светом там не очень. Но купаться точно можно будет.

— Хорошо.

Он уловил момент, когда она заснула и, прежде чем самому отключиться до утра, приготовил завтрак. Они не пойдут утром в столовую, прилетают рано. Перекусит выпечкой и соком, хоть это и не очень полезно в ее ситуации. Ну, а дома они организуют хорошее питание, о поставке продуктов Грег уже договорился.

Посадка, если уж Шэй хорошо перенесла взлет и гиперпрыжок, пройдет успешно. Может даже незаметно для нее.

Он еще раз прокрутил в голове весь план, всю последовательность действий. Расслабится только когда войдет в дом, ждущий его и Шэй. Вероятность, что Кай выяснил, куда они направляются, ничтожно мала, но она есть и… да, если на третьей планете Альтаира их с Шэй встретят люди ее родителей, у него тоже есть план.

Шэй

— Доброе утро!

Я не отвечала. Может, если сделать вид, что я все еще сплю, удастся и впрямь поспать немного? Я чувствовала, что еще не выспалась.

— Шэй, я бы рад от тебя отстать, но через двадцать минут посадка. Давай, поднимайся, сможешь поспать во флаере по дороге домой и уже дома. Хоть на неделю в спячку впадай.

До меня не сразу дошел смысл слов Грега, а когда я все-таки поняла, о чем он, так резко вскочила, что ударилась головой о потолок отсека.

— Посадка?! Уже?

— Я говорил, что прилетаем рано. Не будил до последнего. Переодевайся в закрытый костюм, а сверху еще наденешь мою куртку, там прохладно. И быстро ешь. Или можешь взять с собой, поешь по дороге.

Он чуть улыбнулся:

— Прилетели, Шэй.

Прилетели. Какое короткое слово и как много в нем смысла.

Грег отвернулся, чтобы дать мне возможность переодеться. Но я все равно украдкой бросала в его сторону взгляды — не смотрит ли. Вчерашнее оставило странный осадок в душе. Не плохой, просто… странный.

Потом я наспех позавтракала и даже не ощутила вкуса булочки, которую сама же и выбрала. Сердце билось быстро-быстро от волнения перед новым, незнакомым миром. Грег собрал все вещи в сумку, заставил меня надеть легкую светлую куртку, и мы вышли из отсека.

Народ уже стекался к люку. Огромная толпа возбужденно переговаривалась. Кто-то наверняка ожидал увидеть в космопорте друзей или семью, кто-то делился со случайными знакомыми дальнейшими планами. Я стояла в этой толпе рядом с Грегом и очень хотела взять его за руку, чтобы не потерять в толпе, но не решалась. Глупо вести себя, как ребенок, когда тебе двадцать один.

Он меня поцеловал, а значит, ждет жену, подругу или любовницу, а не перепуганного ребенка, которому страшно в толпе идти в незнакомый мир. Надо соответствовать.

Помнится, родители говорили о моем страхе перед скоплениями людей. Это оно? С другой стороны, я ведь не падаю в обморок и не задыхаюсь, я просто боюсь потерять единственного знакомого человека и остаться одной.

Но все же Грег заметил, что я нервничаю:

— Что такое, Шэй? Кто-то слишком пристально на тебя смотрит?

Я вскинула голову, чтобы посмотреть мужчине в глаза и понять, почему он об этом спрашивает.

— Нет, просто слишком много… народу.

— Когда люк откроется, все будут выходить, возьми меня за руку и не отпускай. Мне надо будет приложить наши билеты к считывателю, чтобы он зафиксировал прибытие. Данные со считывателя потом сверяются с данными, которые получают датчики количества. В случае несовпадения проводится расследование, как посторонний проник на борт, кто он, и так далее.

Объяснения успокаивали. А уж просьба взять его за руку и вовсе сбросила камень с души. Стало даже интересно рассматривать народ вокруг. Ненавязчиво, не показывая явного интереса. Меня поразила пара с маленькой, лет четырех, девочкой. Она сосала леденец на палочке, и все время дергала маму за мелкие косички. Та только улыбалась, а отец держал багаж и билеты. Они выглядели почти как я. Может, были даже такой же расы, но, признаться честно, я не знала, ни что у меня за раса, ни что за раса у них.

Никакого толчка я не почувствовала, но сразу же поняла, что мы приземлились. Это было словно… словно едешь на лифте и останавливаешься. А вот откуда я знала, что на лифте ехать действительно так — большой вопрос.

Я ожидала чего угодно, но только не самого обычного космопорта, точно такого же, который мы покинули. Разве что народу было немного меньше, да и само здание по размерам существенно уступало нашему. Значит, планета маленькая.

Как только поток перестали сдерживать рамки люка, идти стало легче, и я уже не боялась потеряться, но все равно не выпускала руку Грега. Он уверенно куда-то шагал, но нигде не останавливался и ни с кем не здоровался.

Наши личности проверили на выходе из переходника. Миловидная девушка, оказавшаяся роботом, сверила билеты, забрала их и поблагодарила за верность космолиниям "Эко". На что Грег пробурчал что-то очень нецензурное, упомянув какого-то Джена. Но спрашивать я не стала.

— Застегни куртку, — велел Грег, когда мы оказались в зоне ожидания, откуда было рукой подать до выхода. — А то простудишься.

Мне так не терпелось посмотреть, что же там такое снаружи, что я не могла справиться с обычным магнитным замком минут пять, не меньше. Грег все это время терпеливо ждал и, когда я закончила, снова взял мою руку. Сам он и не подумал одеться.

И все равно, как бы я ни готовилась к моменту, когда окажусь снаружи, этот миг, когда теплый воздух помещения сменяется холодным утренним воздухом улицы, оказал эффект, сродни удару по голове. Я так и замерла перед дверями космопорта, пораженная и одновременно испуганная. Радость мешалась со страхом, удивление с непониманием.

По моему лицу бежали холодные капли воды, вскоре сменившиеся настоящими струями. Вода с темно-синего неба лилась ручьем, стена из воды не позволяла рассмотреть что-то даже в десяти метрах. Когда небо прошила узорчатая молния, я вздрогнула. И вдруг поняла: скоро прогремит гром. Откуда я это знала? Никак не вспомнить.

Дождь все шел и шел, а я стояла, глядя в однотонное темное небо. Люди изредка меня толкали, кто-то даже бурчал что-то недовольное. И почти все они жаловались на дождь.

— Вечные грозы! — сказала та самая женщина, что я видела, с ребенком. — И мы всерьез хотим, чтобы дети не болели?

Ее муж односложно с ней соглашался, а маленькая девочка ловила капли ручками. Она улыбнулась мне, когда семья прошла мимо, к стоянке флаеров.

Вода… я никогда не видела столько воды. Холодной, льющейся с самого неба. Все вокруг ругали дождь, а я уже знала, что эта планета мне понравится.

А Грег? Он просто стоял позади и терпеливо ждал, когда я буду готова двигаться дальше.

* * *

Дорогу до дома я почти не запомнила.

Мы сели в небольшой флаер, без проблем взлетели. Минуты за три пролетели над городом, который из-за дождя я не смогла рассмотреть, а потом все время летели над лесом. Дождь барабанил по крышке машины, прозрачные капельки стекали по окнам. От дыхания окно запотевало, но я все равно смотрели и смотрела.

Природа казалась обычной — невысокие деревья темно-зеленого цвета, много травы и кустов. Конечно, из-за дождя образовывались небольшие озерца, в черте города я заметила реку. Молния периодически освещала все, а гром заставлял вздрагивать, но Грег вел флаер уверенно и осторожно.

Он потянулся к приборной панели и что-то включил. Пространство салона озарил мягкий свет, заиграла негромкая музыка. Я улыбнулась. Потрясающая дорога! Даже если дом окажется совершенно ужасным, я уже буду счастлива, потому что дождь — это нечто невероятное! И свежесть, которую он с собой приносит, нельзя описать словами.

— Пересядь на правую сторону, — сказал Грег. — Там будет лучше видно самое интересное.

Заинтригованная, я послушалась. Мужчина потушил свет, чтобы было лучше видно, и снизил флаер, одновременно куда-то поворачивая. Несколько маневров — и моему взору открылось… не знаю даже, как сказать. Огромное пространство водной глади. Вода уходила далеко за горизонт, окрашиваясь от молний в нежно-розовый цвет.

— Море, — вздохнула я.

— Море. Успокоится, сходим на пляж.

Я только заметила, что мы снижаемся. Флаер мягко ткнулся острым носом в песок, потом выровнялся и выдвинулись лапы, а вместе с ними лестница. Мне не терпелось выйти наружу, но я дождалась кивка Грега и только тогда открыла дверь.

Морской воздух отличался необычной свежестью, с каким-то чуть травяным запахом. Брызги и дождь оказались на вкус солоноватыми. Волны белой пеной бились о песок, а вода казалась черной. Штормило. Чуть вдалеке виднелся серебристый пирс, сверкающий огнями.

— Шэй, простудишься! — крикнул Грег. — Идем в дом! Закончится гроза, погуляем!

Только после его оклика я повернулась, чтобы рассмотреть дом и, признаться честно, немного обомлела. Потрясения сегодня скоро кончатся?

Под домом я подразумевала… дом. С крышей, дверьми, окнами. Но никак не то, что открылось взору. Больше всего дом напоминал стеклянную полусферу. Большую, намного выше человеческого роста, подсвеченную внизу. Я не рассмотрела дверь в это сооружение, но задалась закономерными вопросами, на которые Грег отвечал, сам этого не понимая.

— Задняя часть, где спальни и ванная, затемняются. Здесь кухня и гостиная.

— Странно так…

— Привыкнешь. Здесь никого не бывает.

— Разве не лучше затеряться в городе, среди толпы? Здесь мы привлекаем внимание.

Ноги утопали в мягкой и мокрой траве. Я рассматривала необычные деревья и кусты, примечая небольшие, словно желтые ягодки, цветы. Неожиданно из кустов вышел мохнатый шарик на тоненьких ножках и бодро потопал к цветам неподалеку. Из шерстки высунулся хоботочек, а вслед за ним открылись маленькие глазки. Шарик потянулся хоботочком к цветам и даже глаза закрыл от удовольствия, втягивая в себя пыльцу. Я фыркнула.

— Может, и лучше. — Грег пожал плечами.

О чем это он? А, о городе.

— И там, и там есть свои плюсы. Я решил, что здесь будет проще, если что, сбежать. В городе ты связан по рукам и ногам, там легко загнать человека в угол. Здесь же есть только море, пляж, лес и наш дом. Не нравится?

— Не знаю, — чуть улыбнулась я. — Необычно.

— В доме две спальни, можешь выбрать любую, они почти одинаковые. Одна ванная комната, кухня и гостиная. Есть небольшая кладовая или гардеробная, как решим.

Он вошел через небольшую дверь, внешне неприметную, которая открывалась нажатием потайной кнопки, едва различимой на стекле. Я — следом. Прохлада пляжа сразу сменилась теплом помещения. Вокруг все было в пастельных зеленых тонах. Симпатичный диван и кресла, настоящий камин с огромным ковром перед ним, мягким и пушистым. Столик в гостиной, большой стол на кухне. Техника, подчас мне незнакомая.

На второй этаж вела узкая спиралевидная лестница.

— Там две спальни. Выбери любую, ладно? Потом перенесешь вещи.

— Какие вещи? — удивилась я. — У меня нет ничего.

— В одной из комнат, — пояснил Грег, — лежат две коробки. В них одежда на первое время и все, что тебе нужно. Сельма заказывала. Но если чего-то не хватает, скажи, я привезу или слетаешь в город со мной. Что ты хочешь на полноценный завтрак? Плотное или легкое?

— А можно я посплю? — немного неуверенно попросила я.

— Тогда выпей сок или что-то такое. — Грег кивнул. — Но постарайся к обеду проснуться.

— Мне нужно будет приготовить обед?

Он улыбнулся, протянул мне пакет с соком и чуть дернул меня за мокрый хвост.

— Нет, тебе надо будет его съесть. Иди, выбирай комнату и отдыхай.

— Спасибо, — пробормотала я.

Комнаты оказались небольшими, но уютными и абсолютно одинаковыми. Я, признаться честно, думала, что буду спать с Грегом, и возможность жить отдельно очень удивила. Коробки я решила не перетаскивать и выбрать ту комнату, в которой они и лежали. Немного покопалась в вещах, нашла симпатичную, синего цвета, пижаму, и улеглась под одеяло. После немного жесткой койки отсека большая кровать казалась раем.

Я недолго удивлялась дому и Грегу, который меня в него привез. Уснула, устав и от дороги, и от новых впечатлений.

* * *

После ужина гроза закончилась и мы пошли гулять. В одежде, что заказала Сельма, нашлись высокие сапожки из непромокаемого материала и теплый плащ, который надежно защищал от ветра и брызг.

— Вообще здесь теплее, — объяснил Грег. — Это один из последних прохладных дней. Уже через неделю установится жара, и можно будет купаться. Научу тебя плавать.

Это звучало даже круче, чем читать.

Вопросы не давали покоя. Что будет делать Грег? Откуда он берет деньги на все это? К чему в итоге мы должны прийти?

Но я пока их не задавала, опасаясь разрушить атмосферу доверия. Я все-таки рассмотрела подробнее эти меховые шарики, которые всасывали пыльцу, смешанную с дождевой водой. Они опыляли растения, помогая им цвести, и вообще были довольно безобидными. Но домой Грег попросил их не брать — жутко линяют. Но предложил разбить перед домом клумбу. Он построит домик, а я высажу цветы, и у нас будут своих пушистые шарики.

Вода на ощупь была холодной. Я потрогала ее у самого берега, двумя пальцами.

— И как мы будем купаться? Холодно же!

— Ты удивишься, на что способно твое тело. Ты не боишься холода. Поэтому так плохо переносишь жару. Вода немного потеплеет и будет для тебя идеальной температуры. Поэтому я и выбрал эту планету, она идеально тебе подходит. Ну, разве что немного сыровата…

— А что подходит вам?

— А мне подходит все.

Настроение у Грега было веселое.

— Я могу жить везде, Шэй, в любых условиях. Но мне нравится море, нравится вода. Здесь красиво ночью. Я установил на пляже и в окрестностях дома светильники, чтобы ты не пугалась, если вдруг посмотришь в окно. Скоро уже зажгутся.

— Спасибо. Вы со мной так носитесь.

— Опять спросишь, зачем?

Мы углублялись в лес. Живности никакой не было, после дождя все попрятались в норках и гнездах. Только кое-где прыгали пушистые шарики, название которых я забыла. Их шерстка почему-то не мокла.

— Мне просто интересно, что дальше, — пожала плечами я. — У меня совсем нет прошлого, но я бы хотела знать будущее.

— Что ж, давай подумаем о будущем, — на удивление, Грег легко согласился. — Несколько недель нам понадобится, чтобы ты освоилась. Разобралась с управлением дома, изучила лес и вообще окружающую территорию. Да и отдохнуть надо, у тебя за плечами один полет, а я последние полгода летал по всей галактике туда-сюда. Потом я начну работать. Мне нравится моя профессия, я хочу начать все сначала.

— А кто вы по профессии?

— Вообще я занимался раньше системами слежения. Ну и другим оборудованием. Сейчас хочу заняться системами безопасности. На этой планете технологии немного отстают, так что за меня начнется война. Так вот. Потом я буду работать, а ты — учиться и отдыхать. Тебе придется несколько раз оставаться одной на ночь, но это не страшно. Когда изучишь чтение, письмо, будем выяснять, чему тебя надо учить. Какие-то курсы ты точно проходила, знания есть, а какие-то пройдешь сама. Когда закончим с этим, будем думать, что делать дальше. До этого еще долго. Может, выберешь колледж или университет. Не захочешь, придумаешь себе увлечение. У тебя неплохо получается рисовать.

Я слушала все это, не веря в то, что он говорит серьезно. Учиться, выбирать колледж, оставаться одной.

— Устраивает тебя такое будущее? — пока я приходила в себя, спросил Грег.

— Не… не знаю, а я смогу поступить?

— Если захочешь, Шэй, ты сможешь все. Пойдем к дому, уже совсем стемнело.

Дом виднелся среди густых зарослей очень хорошо. Вокруг действительно все было залито светом. Я скромно надеялась, что при всех своих особенностях, не совсем глупая. Если Грег может себе позволить так выделить наше место обитания (а ведь сложно оставить в тайне дом на берегу моря!), то он наверняка позаботился о безопасности. Системы слежения? Этот человек с каждым днем становился все интереснее и интереснее. Какие еще неожиданности готовит мне жизнь с ним?

— У вас есть недостатки? — хмыкнула я.

— Да, Шэй, полно. Прежде чем выбрать правильную модель поведения, набиваешь много шишек. Сейчас со мной просто, но ты обживешься, у тебя появятся желания и претензии. Я думаю, все впереди. И ссоры будут, и недостатки вскроются.

На это я только покачала головой. Ссориться с Грегом? Я же не самоубийца…

Грег

Они еще немного прошлись, полюбовались подсветкой пляжа и дома. Затем поужинали, выучили немного букв. Шэй быстро схватывала, осталось совсем чуть-чуть, и они смогут перейти к простым книгам. На самом деле, у него уже был готов план по ее обучению. Но его придется пересмотреть, если Шэй будет так быстро учиться.

— Спокойной ночи, — сказал он ей вслед.

Она неуверенно ответила тем же. Грег и сам отправился спать, разве что немного почитал, прежде чем погасить свет и попытаться заснуть. Темный лес за окном был совершенно неподвижен. Но совершил ли Грег ошибку, привезя Шэй сюда, в отдаленное место? А если она напугается? И так спит плохо.

В полете Грег высыпался слабо, по большей части потому, что смотрел на Шэй очень долго. Как она спала, как просыпалась, как валялась с планшетом. Теперь он намеревался как следует выспаться и тоже отдохнуть. Шэй рядом, никуда не надо бежать, ни о чем не надо думать. Шикарно.

Но реальность, само собой, внесла свою лепту. Дверь с тихим жужжанием отъехала в сторону.

На Шэй была свободная пижама, волосы девушка собрала в хвост.

— Что случилось? — Грег мгновенно сел на постели.

Шэй пожала плечами, закусила губу и немного отвела глаза. Но с собой справилась, тяжело вздохнула.

— Кажется, я не привыкла спать одна. Можно я тут посижу?

Внутренне и удивляясь и радуясь одновременно, Грег отодвинулся, давая девушке место.

— Возьми из шкафа одеяло и ложись. Я бы предложил тебе свое, но я, в отличие от тебя, пижам не ношу.

Даже в темноте он различил, как она покраснела, и мысленно сделал зарубку, что надо бы умерить провокации. Она еще не умеет достойно на них отвечать и воспринимает его скорее как хозяина. С другой стороны, а как она должна его воспринимать, если он так и не дал на этот вопрос внятного ответа? Шэй просто боится ошибиться, она, фактически, начала жизнь заново. С ним.

Она полностью укрылась одеялом, только хвост торчал наружу. И уже через пару минут засопела. И как она будет спать, когда ему придется на день-другой уехать?

Чем завершился этот поток мыслей, Грег так и не запомнил. Он на удивление быстро уснул, а вот пробуждение… оно оказалось не таки легким, как он надеялся. И главной причиной тому было, что Шэй непостижимым образом переползла со своей половинки кровати на его. И ее даже не смутило присутствие на этой половине Грега. И как только умудрилась!

Будить ее было так жалко. Грег привык вставать рано, а ей надо было отдыхать и восстанавливать силы. Поэтому он довольно долго лежал, рассматривая девичью лохматую макушку, но скоро устал и принялся выбираться.

Шэй завозилась и легко, но сердито ударила рукой по его груди. Потом снова уснула. Захотелось смеяться, честное слово!

— Милая, ну я же должен приготовить завтрак. Пусти меня и спи.

Во время второй попытки она уже не сопротивлялась. Он так и оставил ее спать в своей комнате. И все же проверил, что нигде не оставил планшет или какой другой гаджет. Шэй пока не готова к тому, что может там найти.

Он успел принять душ, привести себя в порядок и приготовить завтрак, а Шэй все спала. Пришлось отправиться ее будить и, честно говоря, это было забавно.

— Вставай, иначе мне придется идти купаться без тебя.

Глаза девушки тут же удивленно распахнулись.

— Что?! Вы же сказали через неделю!

— Посмотри в окно.

Там вовсю светила звезда. Лучи света проникали сквозь чуть затемненные окна, и было хорошо видно спокойное море.

— Ты увидишь, что холод ничего тебе не сделает. Поднимайся, я блинчики сделал.

— А что такое блинчики?

— Увидишь. Их любят на одной планете… хорошая планета. И блинчики вкусные. Давай, Шэй, просыпайся и иди в душ. Потом спускайся, я тебя жду. Еще будет время для сна.

Когда Шэй спустилась, он уже накрыл на стол. Грегу нравилось готовить в меру своих умений. Но все же хорошо, что Шэй изъявила желание учиться. Долго его не хватит, а с появлением работы времени останется меньше. Но пока Шэй привыкает, он продемонстрирует все свои таланты.

На столе, помимо стопки блинчиков, стояли блюдца с рыбой, творожным кремом, фруктами и джемом. Сам он любил рыбу, а Шэй блинов никогда не ела. И лучше ей не знать, при каких обстоятельствах он научился их готовить.

Она долго принюхивалась к блину и следила за Грегом, который быстро завернул кусочек рыбы. Потом сделала то же самое и попробовала.

— Вкусно! — сообщила. — А это что?

— Попробуй, — предложил Грег.

Так она перепробовала все начинки и добавки, в итоге остановившись на совершенно неожиданной — сыре. Грег изначально нарезал сыр для бутербродов, но Шэй умудрилась пристроить его в блин и неожиданно полюбила эту блюдо так, что Грег понял: готовить ему придется часто.

После завтрака он ей сказал:

— Надевай купальник и пойдем купаться.

Возбужденная Шэй, полная предвкушения и ожидания, уже через три минуты была готова. Поверх купальника она надела свободное бело платье, волосы заплела в косу и свернула в пучок на затылке. Последствия транквилизаторов уже не были заметны, девушка казалась живее и здоровее. Еще несколько дней, и будет совсем здорова.

На пляже дул легкий ветер, но совсем не холодный. Грег разделся и вошел в воду, а Шэй замерла на берегу. Вода приятно касалась кожи, а впереди простирался целый горизонт, за которым совсем не видно земли.

— Давай, не бойся! Я тебя буду держать!

Она еще несколько секунд смотрела на него, потом сбросила платье и двинулась вперед. Грег порадовался, что стоит в холодной воде: купальник на Шэй сидел очень хорошо. Она взяла его за руку и позволила вести себя на глубину. Но когда вода стала доставать до груди, остановилась.

— Может, здесь сначала?

— Тебе будет неудобно на такой глубине. Но если хочешь, можем здесь. Холодно?

— Нет, — ее губы тронула легкая улыбка. — Хорошо. И что мне делать?

Ее взгляд устремился на что-то за его плечом. Шэй резко умолкла и даже побледнела.

— Что такое?

— Мне показалось… там что-то было.

Грег рассмеялся и с удивлением отметил в себе облегчение. Он знал, что напугало Шэй, вот только совершенно забыл предупредить Шэй.

— Энн! — крикнул он. — Выходи, хватит прятаться!

Среди бирюзовых волн мелькнул плавник, едва различимый — только по блеску на солнце и будучи готовым его увидеть, Грег заметил. Потом в метре от них возникла мокрая и такая же бирюзовая, как вода, голова Энн. Ее волосы сохли буквально на глазах и вскоре представляли собой копну необычных бирюзовых волос.

— Это Шэй? — с любопытством в глазах спросила Энн.

— Да, это она. Шэй, знакомься, Энн, местная жительница.

— А… а… а где она живет? — не нашла ничего лучше, как спросить, Шэй.

— Здесь и живу, — хихикнула Энн. — В море.

— Это рейра. — Грег покачал головой. — Планета на девяносто процентов покрыта водой, в воде живут рейры, а сушу арендует у них Империя. Причем это единственный случай, когда она действительно арендует территорию, а не оккупирует.

— Ага! — радостно согласилась Энн. — Рейры могут затопить все, что вы здесь настроили. Но лично я ничего не могу, я сегодня все утро гоняюсь за ванидами! Они совершенно глупые, а мне надо поймать к ужину минимум шесть.

— Энн молода для рейр, — пояснил Грег. — Она младше тебя. Сколько тебе по имперскому, Энн?

— Семнадцать.

Имперское летоисчисление было разным для разных рас и определялось не временем, прожитым существом, а уровнем его развития. Энн соответствовала подростку, хоть и прожила почти двадцать пять лет.

— А как ты живешь в море? — спросила Шэй. — Как ты дышишь?

— Через жабры, глупенькая! Вот здесь, за ушами.

Энн рассмеялась удивлению Шэй и вытащила из воды гибкий хвост с плавниками на конце. Чешуйки красиво блестели на солнце.

— А вы тут плавать учитесь? Можно я рядом поплаваю? Может, ваниду встречу, поймаю.

И Энн тяжело вздохнула. А потом рейра скрылась под водой, и из глубины донесся ее приглушенный смех.

— Вообще рейры не общаются с людьми, за исключением послов. Но Энн любопытная. Когда я осматривал место, чтобы заказать дом, она со мной познакомилась. Не знал, что встретим ее сегодня, обычно после шторма они не высовываются. В следующий раз принесем ей колбасы. Она ее жутко любит, хвост готова продать за бутерброд. Но девчонка она хорошая, веселая. Если что, поможет. Но ты лучше все равно не заплывай далеко и не купайся в шторм, мало ли.

— Я вообще не собираюсь купаться одна.

Грег сделал несколько гребков, проплыв вокруг Шэй. Та заметно нервничала на глубине и неуклюже пыталась балансировать при помощи рук.

— Значит, так, — ему потребовалось напрячься, чтобы вспомнить, как надо учить плавать, — давай научимся просто держаться на воде. Сейчас объясню упражнение. Ты, главное, ничего не бойся, я тебя держу и не дам никуда утонуть, ладно?

— Давайте я ее научу! — хихикнула Энн.

— У меня же нет хвоста.

— У тебя есть ноги, этого вполне достаточно. Поверь, вы можете плавать, особенно не шевелясь, стоит только захотеть. Ложись на спину, расслабься, раскинь руки и ноги и лежи! Дрейфуй себе, а когда поймешь, что утонуть не сможешь при всем желании, плыви!

Энн демонстрировала озвученное, лежа на воде и изредка пошевеливая хвостом. Шэй смотрела на это скептически, но все же согласилась попробовать. Грег постоянно был наготове, чтобы, если что, не дать даже наглотаться воды. Но Шэй под руководством Энн научилась немного держаться на воде. Грег даже почувствовал себя лишним, но было радостно видеть Шэй увлеченной и веселой. Ей понравилось море, и это главное.

Обед они устроили в гостиной, на полу. Грег достал несколько пачек мяса птицы, сделал из них небольшие шарики в кляре и приготовил легкий пресный соус. Шэй так напрыгалась в воде, что съела целую тарелку. И съела бы еще, если б не хотела попробовать десерт. Потом Грег ее оставил, а сам пошел в свою комнату, сделать несколько звонков. Теперь он уже не боялся, что сигнал перехватят. Надо было связаться с Сельмой и, если она не даст ответа по проекту "Вега", придется обратиться к человеку, разговаривать с которым он хотел меньше всего.

Шэй

Я чувствовала, что наелась на всю оставшуюся жизнь. И минут пять, наверное, не меньше, смотрела на планшет. Я сказала Грегу, что буду упражняться, но это было опрометчиво. Упражняться мне хотелось меньше всего. А больше всего хотелось… спать.

Поэтому я решила, что ничего страшного не случится, если я немного вздремну у себя в комнате, а потом, перед ужином, все-все выучу. Зевая и потягиваясь, я побрела наверх. Уже у самой двери меня настигли голоса: Грег в комнате с кем-то разговаривал. Я невольно прислушалась.

С одной стороны надо было уйти к себе, с другой… вдруг это обо мне? Перед искушением приоткрыть завесу тайны над собственной жизнью, я не устояла и осторожно приблизилась к его двери.

— Господин Рейдлинг! — собеседницей была женщина. Разгневанная женщина.

— Послушайте меня, — это говорил Грег. — Джен, вы умная девушка. Вы пострадали от действий тех же людей, что и я. Я не прошу у вас искать Шэй Камински, не прошу ничего делать. Только найти информацию. Проект "Вега" — все, что мне нужно. Выясните, что это за проект, я уверен, вы измените мнение обо мне.

— А я уверена, господин Рейдлинг, что далеко не все ваши действия законны. И если я начну копать, наскребу вам на хороший срок, как думаете? Оставьте меня в покое! Оставьте попытки найти девушку. Не знаю, что вы хотите с ней сделать, но точно не стану вам в этом помогать.

— До чего же ты упрямая идиотка!

Я вздрогнула. Грег никогда так при мне не говори. Даже рог ломал он с вежливым спокойствием, от которого веяло уверенностью.

— Леди Эко, проект "Вега" еще может натворить дел и действует он на вашей станции! Неужели вам было мало…

Женщина перебила его холодным звенящим голосом:

— До свидания, господин Рейдлинг.

И, как я поняла, отключилась. Грег выругался так, что я даже покраснела, потом резко поднялся. Перепугавшись, я проскользнула в свою комнату и там села на кровать.

Кто она, эта Джен?

Что такое проект "Вега"?

И как все это относится ко мне?

Сон уже не шел, но я все равно легла и пыталась придумать рациональное объяснение этому разговору до тех пор, пока не заболела голова. Потом сдалась и до ужина лежала, чувствуя себя совершенно разбитой. За окном свет звезды постепенно мерк, стал крапать дождик. Грег не будил меня, но я слышала, как он на кухне чем-то занять. Надо будет с завтрашнего дня начать учиться готовить, а то я живу, как на курорте. Мне готовят есть, развлекают меня, выгуливают. А пользы никакой. Если я возьму на себя готовку, Грегу, возможно, будет легче.

Дни текли размеренно, с незначительными изменениями.

Я просыпалась в одиннадцатом часу и спускалась завтракать. Потом или занималась, если Грег был занят, или мы шли купаться. Один раз встретили Энн. Рейра жутко обрадовалась приготовленным бутербродам и слопала почти все.

Я сносно держалась на воде, хоть и гребла немного неуклюже. Но Грег постоянно страховал и страшно не было. Потом мы вместе готовили обед — мужчина таки внял моему желанию научиться готовить. Потом отдыхали, устраивали прогулку перед ужином и потом хулиганили. Совсем чуть-чуть. Мясо на открытом огне, пирог со сладкими фруктами, жареный сыр с соусом, огромные бутерброды с беконом. Каждый раз мы выдумывали что-то новое и ужасно интересное. Один раз мы варили рыбку прямо на пляже, закрепив над костром импровизированный котелок. Поначалу я скептически смотрела на блюдо, ибо в доме была техника, способная справиться с этим делом раз в десять быстрее.

Но результат превзошел все мои ожидания: такого вкусного ужина у нас еще не было!

В один из вечеров Грег приготовил совсем уж легкий ужин из овощей и свежего, чуть подсушенного, хлеба. Я не наелась, но не стала возражать. В конце концов, не так уж плохо и немного разгрузиться. Я заметно набрала вес. Приборов, чтобы это определить, не было, но я чувствовала, что немного полнею. Хотя, скорее, выздоравливаю, потому что набранные килограммы совсем не были заметны в зеркале. Зато Грег, кажется, этим удовлетворился.

Так вот, в тот вечер я легла спать немного голодная. Точнее, как легла? Собралась. Уже даже переоделась в пижаму и причесывала волосы, когда заглянул Грег. Одетый и странно улыбающийся.

— Привет, — сказал он. — Уже разделась? Одевайся!

— Зачем? — нахмурилась я.

— Поздний ужин, плавно переходящий в завтрак, — ответ ясности не внес, но любопытство уже зажглось и я мигом натянула свободные черные штаны и легкую майку.

— Куртку бери! — донеслось снизу.

На улицу? Я заинтригована!

По лестнице почти летела, Грег даже фыркнул. Тихонько, надеясь, что я не замечу. Но я заметила и решила фыркнуть в ответ позже, когда удовлетворю любопытство. Мы привычно вышли из дома и направились к пляжу.

— И что там такое? — не выдержала и спросила я.

На ответ, в общем-то, и не надеялась, но Грег все же спросил:

— Ты фильмы любишь?

— Не знаю. — Я пожала плечами. — Те, что давали родители, были не интересные.

— Я выбрал интересный и смешной. Осторожно, не упади в темноте. Шэй, ты хорошо видишь? Мы можем заказать тебе линзы.

Нет, видела я хорошо. А спотыкалась о корни деревьев и камни из-за детского волнения. Я совершенно не ждала от Грега чего-то плохого, а узнав его за последние недели ждала либо чего-то очень интересного, либо… вкусного.

На пляже небольшой кусочек был заставлен прожекторами. Они освещали песок и непривычно спокойное море. Два кресла с откидными спинками блестели в свете Иары — спутника планеты. Перед креслами в песок был вкопан низенький столик, на котором в охлаждающих контейнерах стояли какие-то бутылки, на тарелках лежали разные вкусности.

— Ой, а это по какому поводу? — смутилась я.

Мы и раньше ужинали после наступления темноты здесь, на пляже, но с таким размахом — никогда!

— Много поводов. Во-первых, диагност разрешил тебе употреблять алкоголь. Ты не пробовала еще вино, поэтому я заказал три разных бутылки, какое понравится — твое. Во-вторых, сгладить неприятную новость. Через неделю мне придется уехать почти на сутки, ты будешь ночевать одна. Я научу тебя пользоваться системой безопасности. Ничего не случится.

Он заправил мои волосы.

— Ты расстроилась?

— Не знаю. Страшновато.

— Тогда вино. Какое тебе больше нравится? Выбирай скорее, я тут одну штуку собрал, хочу тебе показать. Думаю, если запатентовать, можно не работать до конца жизни.

Я перепробовала все вино и остановилась на светлом. Золотистая жидкость в свете прожекторов казалась сказочной. Пузырьки весело выныривали на поверхность, содержимое бокала немного шипело. На вкус вино оказалось сладким, с легкой кислинкой. Прохладным, газированным. Я сделала несколько больших глотков и… повело немного. Во избежание падения я уселась в кресло.

Грег собрал мне полную тарелку вкусностей. Я не наелась за ужином (теперь понимала, почему), так что с удовольствием схватилась за горячее мясо с ароматными специями.

— Будем смотреть?

Грег прямо сгорал от нетерпения, так ему хотелось мне что-то показать. Когда я кивнула, он поставил перед столом какой-то небольшой ящик и по сенсорной панели побежали буквы. Незнакомые мне. Грег что-то переключил и множество лучшей устремилось к горизонту. Заиграла тихая музыка.

Потом из низких темных облаков спустилась лошадь. Я забыла, как жевать, и даже, мне кажется, как дышать. Огромные фигуры, сотканные из разноцветных лучей, двигались, отбрасывали светящиеся тени. Это был огромный театр, декорациями которому служили море, лес вокруг, небо и горизонт. Какая-то легенда разыгрывалась перед нами под тихую музыку. У самого горизонта выросла арка, охватив луну, а по ней взбирались мальчик и девочка. Они уселись на круглом чуть зеленоватом диске и открыли книгу.

— Вообще это из моих разработок систем слежения, — признался Грег. — Но я решил подключить их к обычному голо-транслятору и вот.

Сказку я никогда не видела, а потому серьезно переживала за всех героев и ощутила сожаление, когда все кончилось. В сочетании с вином и вкусной едой, легким шумом моря, деревьев, представление стало, наверное, самым ярким впечатлением последних недель. Не сравнится даже с побегом от родителей.

— Я переведу в этот формат еще какие-нибудь фильмы, — сказал Грег. — И попробую продать технологию. Она приживется на курортах и в частных владениях.

Я слушала, засыпая. Вино, хоть я и выпила совсем немного, ударило в голову, сытость тоже бодрости не добавляла. Нет, все, пора спать. Надо убрать со стола и идти в комнату, чтобы там уже совершенно довольной уснуть.

Но Грег не дал мне начать убираться:

— Пошли, спать. Утром уберем, ничего не случится, здесь все на магнитных подставках, даже буря не унесет.

Спорить сил не было. Я поднялась, пошатнулась и хихикнула, представив, как смотрюсь со стороны. Немного пьяная, объевшаяся, сонная. Ужас!

— Идти сможешь? — отчего-то с улыбкой спросил Грег. — Или донести?

— Смогу! — Я покраснела.

Не настолько я пьяна, чтобы нести меня на руках. Сама дойду!

И тут же споткнулась и чуть не упала. Но вино высвободило во мне упрямство, так что до дома я ковыляла сама, а Грег только тихо смеялся. Наверное, это и впрямь было забавно.

Около двери в мою комнату мы остановились.

— Спасибо! — сказала я прежде, чем Грег успел открыть рот. — Мне очень понравилось.

— Завтра спи дольше, не вскакивай готовить.

В последнее время я вставала раньше Грега и готовила завтрак. Пока только по записанным в память планшета рецептам. Но получалось у меня все лучше и лучше, даже съедобно. Грег, кажется, был доволен возможностью поспать на часок подольше.

Я все гадала, пока мы стояли у комнаты, поцелует или нет. Почему-то мне казалось, что должен и… даже хотелось. Но Грег в свойственной ему манере погладил меня по голове и сказал:

— Спокойной ночи.

Я долго смотрела ему в след, а в голове вертелись вечные вопросы. Когда-нибудь я добьюсь от него ответа, в качестве кого я здесь живу. Он заботится обо мне, как о дочери, но устраивает свидания, как возлюбленной. При этом не прикасается, даже взглядом. Так чего он в итоге хочет?

Нет, без проблем человек жить не может. Когда я жила у родителей, проблемы были с ними. Теперь живу у Грега, и все равно есть, о чем поразмыслить. Если б он еще отвечал на прямые вопросы!

* * *

День, когда я осталась одна, наступил внезапно. И не поверишь, что пролетело времени — больше недели! С Грегом это как-то все проходило незаметно, за ежедневными заботами, делами, развлечениями, учебой, я не замечала, как дни сменяются ночью раз за разом. И в итоге очутилась перед необходимостью остаться одной на целый день, ночь и кусочек утра.

Накануне Грег учил меня пользоваться системой безопасности.

— Это голо-модель всей территории, данные обновляются каждую десятую долю секунды, ничто незамеченным не пройдет. Синим обозначены животные, не несущие вреда, черным — приборы и металлы, красным — люди. Если ты увидишь человека, посмотри на камеру и выясни, кто это. Если это буду я, все в порядке, если нет, просто нажми на эту кнопку. Система сама предупредит его, проконтролирует, чтобы убрался, а если не поможет, устроит ему веселую жизнь. Ну, и заблокирует дом. Двери и стекло способны выдержать прямой удар из плазмопушки, так что им нипочем даже армия психопатов. Свяжешься со мной, и я приеду.

Грег заметил мои огромные глаза и добавил:

— Шэй, все будет хорошо! Здесь никого не бывает, никто не знает, где мы, никто не причинит тебе вреда.

Так-то оно так, но посреди леса, в полустеклянном доме, было страшно. Я бы чувствовала себя лучше в городе, где есть, куда бежать, где нет черного леса за окном и не менее пугающего моря. Когда Грег был рядом, окружающий пейзаж казался волнительно-манящим, а как пришло время побыть одной, стал казаться жутким.

Накануне отъезда Грега я долго старалась не заснуть, чтобы продлить этот день, отстрочить наступление отъезда. Может, хотелось остаться на ночь в комнате Грега, но я не решилась. Он не делал никаких попыток к сближению, и я заключила, что и не собирается.

Может, я ему уже не нравлюсь? Или он уедет и не вернется совсем?

Такие глупые мысли лезли в голову до тех пор, пока я не уснула. Спала тревожно, проснулась рано. И приготовила для Грега завтрак.

Он спустился, одетый в черную куртку из неизвестного, на ощупь бархатистого, материала, в белую рубашку и белые же брюки. Будто бы официально.

— Вы едете устраиваться на работу? — спросила я.

— Не совсем. Я еду заключать договор. Мне поручат работу, делать ее я буду дома, и только раз в несколько недель ездить и отчитываться о прогрессе. Удобный вариант. Переночую в городе, встреча наверняка закончится поздно. Тебе привезти что-то?

"Возвращайтесь" — хотела сказать я, но не стала.

Украдкой смотрела, как Грег идет по пляжу к флаеру, садится и поднимает машину в воздух. Едва маленькая черная точка на сером небе скрылась из виду, я тяжело вздохнула. Сидишь, как в стеклянной клетке. Но наружу выйти — еще страшнее, здесь дом, привычный и знакомый, а там лес, море и неизвестность.

Как страшно оставаться одной: ты можешь упасть, удариться, отравиться, тебе может стать плохо. И помочь некому, а вокруг — лес и бескрайняя водная гладь.

— Без глупостей! — сказала я сама себе. — Всегда можно связаться с Грегом. И миллиарды девушек остаются дома одни на ночь. Некоторые даже живут одни!

Чтобы хоть как-то успокоиться, я распланировала весь день. Позаниматься, пока есть дневной свет, потом разогреть обед — его приготовил Грег, потом поспать или посмотреть фильм, приготовить какой-нибудь вкусный ужин, неторопливо его съесть, или досматривая фильм, или делая танцевальные упражнения — я в последнее время приноровилась немного двигаться. Правда, делала это обычно на пляже, пока Грег в отдалении читал, но и площадь гостиной позволяла.

Однако на деле все оказалось не так радужно. Я выполняла все пункты плана намного быстрее, чем планировала и все равно оставалась куча времени. Страх в конце концов ушел, но скука никуда не делась. У родителей я бы пялилась в экран беспрестанно и не чувствовала потребности что-то делать, но с Грегом в моей жизни появилось столько интересных занятий, что глупые фильмы казались невыносимыми.

У Грега глупых фильмов не было, так что все свободное время я решила провести за ними. Села в кухне, почему-то там, вдали от огромных окон, мне казалось уютнее всего. И когда наступила темнота, осталась там же, только включила свет. Постепенно день начал казаться не таким ужасным, как в начале.

На ужин я выбрала рецепт — к сожалению, не запомнила название — чего-то, напоминающего открытый пирог. На тонкую заготовку из теста, сдобренную соусом, выкладывалось мясо, овощи, сыр и специи. Все это запекалось несколько минут и на выходе получалось очень вкусно и сытно. У меня получился огромный круглый пирог, целиком который я съесть не смогла бы даже если захотела. Ничего, Грег вернется, позавтракает, или я съем за ночь. Не думаю, что смогу уснуть.

Чай имел приятный розовый оттенок, пах какими-то цветами и хорошо бодрил. Я потянулась, выглянула в окно, где невозмутимо и спокойно качались деревья, шумело море. Уже разрезала ужин, накрыла на стол и даже ощутила какое-то удовольствие от этой самостоятельности, ранее недоступной, как из гостиной раздался пронзительный звуковой сигнал.

Я тотчас его узнала: система безопасности засекла что-то… или кого-то на территории.

Как и учил Грег, я спокойно нажала на кнопку панели управления, которая должна была включить систему безопасности. То было, конечно, только внешнее спокойствие. Сердце колотилось, как бешеное. Я вспомнила, что на территории есть камеры и можно посмотреть, кто там пришел. Дрожащей рукой я нашла нужное окно и запустила трансляцию изображения.

Не знаю, чего я ждала, но молодая девушка с небольшим рюкзаком и коммуникатором в руке — не то, что я ожидала увидеть. Ее светлые волосы были собраны в высокий, но короткий хвост. Она задумчиво осматривалась и будто бы прислушивалась.

Я даже не знала, что в таких случаях делать. Все, что показывал Грег, я уже сделала, осталось только позвонить ему, но я не спешила. Не чувствовалось в девушке угрозы. Может, она просто заблудилась? Я бы в здешних лесах точно блуждала, если б одна пошла.

Я вздрогнула, когда услышала стук в стеклянную дверь и выглянула. Девушка стояла, вглядываясь внутрь дома. Увидев меня, она так округлила глаза, будто увидела неведомую зверушку. Через стекло не было слышно, что она говорит. Поэтому девушка достала планшет. Я напряглась: пока что чтение давалось мне с трудом.

"Ты Шэй?" — это я прочитала легко.

Кивнула, все больше понимая, что я ничего не понимаю.

"Открой!"

Покачала головой. Девушка тяжело вздохнула.

"Я — Джен!" — написала она.

Джен… это имя я уже слышала. Грег просил у нее помощи, просил рассказать о проекте "Вега", а она отказывалась. Враг эта Джен, или друг? Рука сама потянулась к кнопке открытия дверей. Миг — и стекло отъехало в сторону.

— Слава Империи! — выдохнула Джен. — Эта система угрожала мне. Я уже думала, придется звонить Трину и просить помощи.

— Кто такой Трин? — зачем-то спросила я.

— А, знакомый. Крупный спец по технике. Ты Шэй, значит. Он дома?

— Грег? Н-нет.

— Удачно я зашла. А скоро будет? Мне бы с ним поговорить.

— Завтра утром, — честно призналась я.

— Дела-а-а, — протянула Джен. — Сесть можно?

— Конечно!

Я опомнилась и заперла дверь, а еще отключила истерично мигающую систему безопасности. Как это сделать, мне тоже показал Грег. На случай, если я выйду и забуду про нее, или еще что.

— Может, есть хочешь? Я только что приготовила.

— Было бы здорово, — улыбнулась Джен.

Она сбросила непромокаемую черную куртку, аккуратно поставила рюкзак возле двери и осмотрелась.

— Красиво. — Джен встала у окна, глядя на море. — Красивая планета. Здесь часто идут дожди, да? Я пока добралась, три раза промокла!

— Частенько, — ответила я. — Но мне нравится, воздух всегда такой свежий. Не сравнить с тем, где я жила раньше.

— А где ты жила?

— В системе Адары. Не знаю названия планеты. Там было очень жарко и душно, почти невозможно.

На столик в гостиной я поставила блюдо с разрезанным пирогом и две чашки с розоватым ароматным чаем.

— О, пицца! — воскликнула Джен. — Обалдеть!

Я скептически посмотрела на свое творение, названное "пиццей". Ладно, пусть будет называться так, мне не жалко.

— Офень вкуфно! — оценила девушка мою стряпню.

— Спасибо. Грег меня убьет, за то, что я тебя впустила!

Когда прошел шок от появления этой Джен, я начала представлять себе последствия этого визита. А Джен неожиданно посерьезнела.

— Не убьет, не волнуйся. Я тебе помогу!

— Что…

— Меня зовут Джен Эко, я — глава поискового отряда "Денеб". Меня наняли для поиска Грегори Рейдлинга.

Я вскочила, едва не опрокинув кружку с горячим напитком.

— Что?! Они знают, где я? Ты им рассказала?

— Нет, конечно, нет. Я и сама не ожидала увидеть тебя здесь. Я искала Грега и никак не думала, что он тебя увез. И, как я понимаю, ты сейчас мне скажешь, что не хочешь с ним расставаться, верно?

— Нет, не хочу. Ты не представляешь, какая жизнь была с этими родителями!

— Так расскажи, — Джен с аппетитом уминала пиццу.

Никто еще, кроме Грега, не пробовал моей стряпни, а он, мне кажется, хвалил бы меня даже если б я испекла откровенную гадость. Но Джен, похоже, нравилось.

— Они поили меня успокоительным, чтобы я не задавала лишних вопросов и не перечила. Собирались выдать замуж за человека, который за меня заплатил и требовал сделать ему минет прямо в гостиной, где мы завтракали.

Джен подавилась, и мне стало стыдно за слишком резкие слова. Я подала ей стакан воды и та залпом его осушила.

— Грег меня забрал оттуда. Привез сюда. Учит читать, писать, готовить, пользоваться компьютерами и другой техникой. Плавать, танцевать. Устраивает разные интересные прогулки, читает мне вслух. И ты спрашиваешь, хочу ли я с ним расстаться?

— Дела-а-а, — протянула Джен. — Но, Шэй, ты ведь можешь жить самостоятельно. Если все так, как ты говоришь, я обращусь к мужу, он сможет тебе помочь. Будешь жить одна, тебе не придется спать с Грегом, чтобы учиться читать и плавать!

— Что? — Я опять моргнула, а потом покраснела. — А мы не… не спим. Вообще. У меня своя комната.

— Дела-а-а, — повторила Джен. — Похоже, я опять вляпалась. Так, ладно, разберемся. Слушай, не возражаешь, если я мужу позвоню? Я тебе не помешаю?

Я покачала головой, рассматривая эту активную девушку. Она была очень молодой для главы отряда, симпатичной и активной.

— Привет, милый! — Джен поставила на столик коммуникатор, который спроецировал голограмму торса мужчины. Видно было плохо из-за слабого сигнала, но мне он показался симпатичным. Широкоплечий, с коротко стрижеными волосами.

— Дженни, радость моя, где ты?

— Я у подруги! — как-то очень осторожно произнесла Джен.

Сначала я удивилась, но потом, когда ее муж рявкнул, поняла, что опасаться стоило!

— Какой, мать твою, подруги, мы прилетели сюда три часа назад! Еще позавчера ты не знала названия этой планеты! Какая подруга?!

— Тут все так завертелось. Слушай, не злись. Я только ночевать не приду, ладно?

— ДЖЕН!

— Брэнд!

Так они переругивались минут пять.

— Я сейчас буду у тебя, — наконец отрывисто бросил мужчина. — И лучше тебе или спрятаться, или раздеться.

Я опять покраснела, а Джен только самодовольно улыбнулась:

— Ты меня не найдешь.

— Уже нашел. На тебе стоит чип, отслеживающий твои перемещения. Я не собираюсь неделями искать твой труп, если ты залезешь в какую-то задницу!

— Что за… Брэнд, так нельзя!

Но он уже отключился. Джен тяжело вздохнула и с горя схватила еще один кусок пиццы.

— Блин! — скривилась она. — Скоро мне будет…

— Погоди, к нам что, сейчас твой муж приедет?

Последовал тяжелый вздох и кивок.

— Замечательно! Приезжает Грег, а у меня тут дискотека!

— Вообще-то, — Джен закусила губу.

Потом подумала и закусила пиццу, а затем закончила:

— Он приедет с ребенком.

— С ребенком? — тихо переспросила я.

— Ну, да, я недавно родила дочку. Ее не с кем было оставить, а няням и кибер-системам я не доверяю. Пришлось ее с собой брать, потому что дома сидеть с ней Брэнд отказывался. Пришлось тащить их сюда с условием, что будут сидеть и не мешать. Так что сейчас притащатся оба. Слушай, а у тебя есть, где спрятаться?

На это я не нашлась, что ответить, и тоже принялась есть. Со всеми этими визитами у меня обострился аппетит. А если в дом придет мужик, поесть лучше до этого знаменательного события. Просто на опыте Грега — едят мужики много.

Джен расспрашивала меня о жизни с Грегом и жизни с родителями. Я отвечала честно и видела, как меняется выражение лица девушки. Она явно пыталась поверить в то, что я рассказываю, но пришла из того мира, где не бывает замужества по договоренности и за деньги, а мужчины не похищают девушек, чтобы восстанавливать их здоровье и учить их читать.

— А зачем ты ищешь Грега? Его снова отправят в тюрьму?

Этого я боялась, наверное, сильнее всего. Как я без него? Не выживу.

Но Джен ответить не успела. Я снова вздрогнула от стука в стекло и только подивилась: как быстро ее муж прилетел!

— Так, ладно, — вздохнула девушка. — Вперед, на баррикады!

Она выскочила из гостиной и направилась к двери. Строго говоря, гостиная соединялась с прихожей, но небольшой шкаф загораживал обзор, и я не видела, что там происходит и как выглядит ее муж. Но все прекрасно слышала.

— Спокойно! — рявкнула Джен. — Ой, Сатьяна, привет, дорогая!

Послышалось детское лопотание. Я откинулась на мягкую спинку дивана и закрыла лицо руками. Что будет… я осталась одна впервые в жизни, на одну ночь? И что я тут устроила?!

— Зря ты не разделась, — донесся громкий и чуть хрипловатый мужской голос. — Это единственный шанс для тебя остаться живой, Джен! Ты обещала, что просто найдешь сбежавшего отца и расскажешь, что у него есть дочь! Когда ты прекратишь мне врать.

— Строго говоря, я его и искала. Только не отца, а… бойфренда! Подумаешь, чуть-чуть переделала. Я не хотела тебя волновать! Ай! За что по попе?

И уже мужской голос:

— Опять, зараза, кусаешься!

Вконец ошеломленная, я выглянула из-за шкафа и рассмотрела мужа этой Джен. Высокий, выше Джен и, пожалуй, будет выше Грега. Широкоплечий, с внушительной мускулатурой, коротко стриженными темными волосами и хмурым выражением лица.

— Привет, — кивнул он мне. — Я — Брэнд.

— Шэй, — представилась я.

Дурдом какой-то!

— Шэй! — вдруг воскликнул Брэнд. — Слышишь, Джен, как называют детей в этой Империи? Шэй! А не Сатьяна. Откуда ты взяла это имя?

— Ой, можно подумать, тебя зовут оригинально. Ты вообще торговая марка! Отдай ребенка! Не нравится Сатьяна, будешь звать ее просто "дочь". Я же зову тебя "эй, ты!".

Джен не выдержала и фыркнула, получив еще раз легкий шлепок по мягкому месту. Я смотрела, как они переругиваются, и понимала, что в наших отношениях с Грегом что-то не так. В отношениях этих двоих было что-то неуловимо веселое, была страсть, наверное. Они были равными. А Грег возился со мной как с племяшкой или сестренкой.

Сатьяна мирно спала на руках отца и не реагировала на перебранку родителей.

Я сделала еще чай, достала печенье. Мое желание сбылось: я не заснула в эту ночь. И к приходу Грега чувствовала себя как шкурку от Шэй. Вялую, сонную, ничего не чувствующую шкурку.

— Прости, что так ворвались, — вздохнула Джен. — Но мне правда нужно поговорить с Грегом. А этот изверг не выпустит меня второй раз.

— Этот изверг — твой муж. Зачем замуж выходила?

— У меня не было вариантов, — отрезала Джен.

— Так что ты там несла за чушь про бойфренда, у которого ребенок? — подозрительно спросил Брэнд. — Давай, рассказывай, Дженни. Что тебе надо от этого Рейдлинга и во что ты нас втянула.

Он ласково пощекотал проснувшуюся дочь. Та хихикнула, зевнула и снова провалилась в сон. Удивительно спокойный ребенок при таких-то родителях.

— Прости, Брэнд, но я не могу, это информация Грега, только он может решить, что с ней делать.

От меня не укрылось, как они переглянулись, и все сразу стало ясно. Информация не предназначалась для меня. Брэнду Джен потом все расскажет.

Чтобы хоть чем-то занять себя, я отправилась на кухню, загружать робота-уборщика. Каждый день он делал во всем доме влажную уборку. Просто и быстро. Именно я первая заметила флаер Грега, который мягко опустился на песок. Животе как-то сразу стало нехорошо от страха.

— Не волнуйся, — заметила мое состояние Джен, — я тебя не сдам, скажу, взломала систему.

— Камеры же есть, — покачала головой я.

Но на самом деле я боялась не того, что Грег будет ругаться. Я боялась, что визит и информация Джен разрушат привычный уклад нашей жизни на этой чудесной планете с совершенно невероятными туманными грозами. Я боялась перемен.

Грег наверняка заметил в доме посторонних еще когда был на пляже. Мы с Джен следили за ним, стоя у окна, и поражались. Я поражалась мысленно, Джен — вслух. На лице Грега не отразилось ничего: ни удивления, ни злости, ни страха. Он совершенно спокойно шел к дому. Мне бы на месте Джен стало страшно. Мне и на своем было не по себе.

— Здравствуйте. — Я вышла к нему. — К вам тут приехали.

Грег повесил куртку на вешалку, и та с едва слышным жужжанием спряталась в шкаф.

— Ты как? Все хорошо?

Я кивнула.

— Завтракать будете?

— Позже. Ты чего такая уставшая? Не спала что ли?

— Нет. Эти, — я кивнула на Джен, Брэнда и Сатьяну, — приехали поздно вечером. Мы ждали вас.

— Иди, спи. Я сам разберусь и с завтраком, и с ними.

Мне показалась в последних словах Грега угроза. Он перевел взгляд на Джен, и та мрачно кивнула, тоже предчувствуя что-то очень нехорошее. Инстинктивно я поняла, что лучше не спорить. Мне все равно расскажут то, что сочтут нужным, а подслушивать у меня нет ни сил, ни желания.

А может, и не нужно мне ничего знать. Я доверилась Грегу, уехала с ним, ни разу еще не пожалев. Зачем лезть туда, где меня предпочли бы не видеть?

Грег

Он долго рассматривал леди Эко, ее мужа и маленькую дочь, а потом отрывисто бросил:

— Пройдемся.

И открыл перед девушкой дверь. Ее муж порывался было остановить ее, но Джен что-то тихо ему сказала. Попросила остаться — понял Грег. Что ж, решение разумное. Зачем пугать ребенка?

Они вышли на прохладный утренний воздух и медленно побрели прочь от дома, в сторону леса. Молча. Грег обдумывал все, что ей скажет и, в итоге, ни к чему так и не пришел.

Они остановились метрах в ста от дома. За деревьями было видно только часть дома, а именно — комнату Грега. Где-то там спит Шэй.

Он вдруг повернулся к Джен и, прежде чем та успела что-то сообразить, схватил ее за горло и прижал к дереву. Дыхание он ей не перекрыл, но очень надеялся, что напугал.

— Ты знаешь, Джен, я могу бить, не оставляя следов. Твой муж даже не поймет, что с тобой случилось. А еще здесь есть пирс, с которого я скину твое тело, если ты хоть кому-то рассказала о том, где я. Рекомендую отвечать честно и немногословно.

— Отпусти меня!

— Размечталась. Кто заказал тебе поиск?

— Лиам Фальта, капитан управления правопорядка.

Он чуть отстранил ее от холодного ствола дерева и ударил. Не сильно, вряд ли ей было больно, разве что задницу ушибла. Но достаточно красноречиво.

— Смысл мне врать? Ты прекрасно знаешь, что я не ищейка, а глава поискового отряда. Мне нет резона вредить Шэй.

— И поэтому ты вломилась в дом, когда она была одна.

— Я не знала, что она там!

— Хочешь сказать, все так удачно совпало? И ты просто шла ко мне в гости, а я — неудача какая — улетел. Заходишь ты в дом, обойдя сложную систему охраны, а там Шэй. Надо же, какая встреча! Или ты с мужем и ребенком просто путешествовала? По местным достопримечательностям. И заблудилась, да? А может, у вас где-то флаер заглох? Так ты покажи, где. И рекомендую ответить честно, потому что если меня ответ твой не устроит, я утоплю вас вместе с флаером.

Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Не получилось.

— Знаешь, как я от вас устал? От каждого якобы официального лица, которому насрать на все, кроме собственной шкуры? Вы игнорировали мои просьбы проверить семью Шэй, а потом поверили вранью ее родителей, что я ее изнасиловал и закрыли меня на четыре года. И пока я отдыхал, одни звезды знают, что с ней делали. А теперь ты являешься сюда по приказу Фальты и угрожаешь Шэй. Одним своим существованием угрожаешь. Думаешь, у меня не поднимется рука? Я зол, леди Эко, я очень зол и я не собираюсь подвергать ее жизнь опасности. Еще раз спрашиваю…

Задать вопрос он не успел. Его сшибли на землю, а затем последовал ощутимый удар в живот. Не думая ни о чем, Грег ударил. Потом отшвырнул нападавшего ногой и поднялся. Муж Джен двинул ему еще раз и тут же сам получил по лицу.

— Хватит! — заорала Джен. — Хватит! Брэнд! Господин Рейдлинг! Прекратите!

Только Джен, разделившая мужчин, остановила их от убийства. Причем неизвестно, кто бы кого убил. Грег только сейчас увидел на груди Брэнда татуировки, почти такие же, как у него. Они просвечивали через рубашку. Из какого он рода? У Грега появилась смутная и очень нехорошая догадка.

Похоже, он только что ударил брата.

— Прекратите! Прекратите оба, я сказала!

Джен выдохнула. Ее русые волосы растрепались, а глаза блестели. Брэнд вытер кровь, все-таки Грег хорошо ему попал. Да и ему прилетело неслабо: ребра ныли, а упал он на некогда травмированное плечо.

— Брэнд, он… может злиться. Он думает, я сдала его психованным родителям Шэй, которые мечтают продать ее замуж.

Брэнд медленно перевел взгляд на жену. Та хлопнула пару раз ресницами и подскочила к нему. Женские приемы, известные с начала времен, но до сих пор действующие на мужчин. После битвы подойти, приласкать, что-то шепнуть. И мужик твой на веки вечные. Каждая женщина этим пользуется, Джен не исключение. Норов у ее мужа, конечно, крутой. Но, похоже, она его изучила, потому что Брэнд более-менее успокоился. Грег решил отложить выяснение родовой принадлежности.

— Я еще раз повторяю: никто не знает, где я и где вы. Я искала, чтобы поговорить с вами о проекте "Вега". И теперь мне кажется, что я не совсем понимаю, что вообще происходит. Брэнд, ты что, оставил Сатьяну одну?!

— Я чувствовал, что он тебе что-то сделает, — буркнул Брэнд.

— Ладно, мы не собираемся больше драться и меня не прикопают под деревом. Брэнд, ты можешь уйти в дом?

— Нет.

Джен осеклась, потому что спорить с такой безапелляционностью невозможно.

— Все идем, — наконец решил Грег. — Я тебя предупредил, Эко. Если хоть одна живая душа узнает…

— Не узнает! — опередила Джен Брэнда. — Меня просила Шэй, если хотите знать, а ее мнение в этом деле — главное.

Что ж, в этом они сошлись, и слава звездам. И если у леди Эко есть информация, Грег ее выслушает и примет к сведению.

Что он уже знал: отец Шэй каждый год получал внушительную сумму, отследить которую было практически нереально. Но все вело к некоему проекту "Вега", который и перечислял Каю Камински суммы. Вопрос — за что. Одновременно с этим настораживало отсутствия лечения Шэй. А так же странно совпадение: едва деньги перестали поступать, Шэй тут же спешно и дорого попытались выдать замуж.

То, что говорила Джен, было новым, ибо начала девушка издалека.

— Когда вы упомянули о проекте "Вега", я начала искать. Просто из любопытства. Упоминаний о нем немного, и они очень хорошо спрятаны. Однако хвосты торчат, особенно если есть связи в органах. Шэй и ее семья жили на космической станции "Денеб", верно? И после скандала с вами уехали. Я, кстати, хотела услышать вашу версию событий. Что-то в версии капитана Фальты не сходится.

Грег пожал плечами. Он не очень любил вспоминать те времена. Далеко не всегда он вел себя, как порядочный человек, в том числе и с Шэй. Но что толку вспоминать? Лучше он изменит что-то здесь и сейчас.

— Мы с ее отцом дружили, еще со студенческих времен. Я катался по галактике, работал на правительство, зарабатывал. Он жил с семьей, вел небольшой бизнес. Как и все любители красивой жизни — играл, изменял жене, игнорировал детей. Я иногда заезжал к ним, привозил для Шэй и ее сестер небольшие подарки из поездок. Шэй была больна, все, что мне говорили — слабая память, поэтому в каждый мой приезд она знакомилась со мной заново. Когда ей было семнадцать, я приехал снова и задержался на месяц на планете. Мы много времени проводили вместе, ей тогда разрешали гулять и бродить по городу.

Естественно, ее ко мне тянуло, в семнадцать-то лет. И естественно, я воспользовался этим. Кая не было, ее мать никогда не интересовало, где Шэй бродит. Я остался у них и Шэй пришла вечером, там и осталась.

Один нюанс — когда мне говорили, что у нее проблемы с памятью, я не знал, что раз в год ее память обнуляется. Она совсем ничего не помнила, когда проснулась. Увидела меня, поняла, что произошло, естественно, перепугалась и закричала. Я не успел ей ничего объяснить. Ее родители обвинили меня в изнасиловании. Суд не нашел признаков сопротивления, поэтому дали минимальный срок с таким объяснением: я воспользовался ее состоянием, зная, что она ничего не вспомнит на утро, и случайно уснул. Мол, я не хотел оставаться с ней рядом до утра.

Остальное ты знаешь, как только меня отпустили, я начал ее искать. Когда нашел, родители уже собирались выдать ее замуж. Кай перестал получать от "Веги" деньги и намеревался продать Шэй Жавьену Тоайто. Мы сбежали, причем Шэй пошла добровольно. Вот и вся история.

Джен кивала, задумчиво мучая обручальное кольцо. Она его то вертела на пальце, то снимала и тискала, то катала по стеклянной столешнице.

— Недавно службой безопасности императора была проведена операция по уничтожению незаконных исследовательских проектов. Среди прочего были эксперименты по клонированию, генетическому программированию, изменению личности и звезды знают, чего еще. Мне удалось узнать о трех проектах: "Амбивалент" — клонирование, "Лира" — биокибернетика и "Вега". Знаете, что вела "Вега"? Проекты по исследованию памяти и программирование поведения. К сожалению, все засекречено, но капитан, который вел ваше дело — мой должник, а потому я выяснила, что Вегу прикрыли немногим позже остальных проектов. И они успели уничтожить практически всю информацию.

— Иными словами, — Грег пытался в сжатые сроки обдумать услышанное, — теперь мы уже не узнаем, чем они занимались?

Одно хорошо: Шэй, кем бы ни были эти люди, они уже не навредят.

— Ты хочешь сказать, что Шэй — была их проектом? Они стирали ей память каждый год и что-то исследовали, а Кай получал за это деньги?

— По срокам все сходится. "Вегу" прикрыли, Камински остался без денег и решил выдать Шэй замуж, — кивнула Джен. — Вот такая вот история. Извините. Надо было вам поверить сразу, но капитан — лицо официальное и я уверена, что он не замешан ни в чем незаконном. А он был категорически против вас.

— А сюда ты зачем прилетела? И как меня нашла?

— Хотела выяснить, как вы связаны с проектом. И услышать вашу версию событий. Не сходилось ничего, совсем ничего. А нашла вас просто — у меня есть знакомый, работавший с советником императора. Он отличный техник, так что отследить звонок для него — плевое дело.

— Он сможет выполнить эту работу для кого-то еще?

— О, нет! Он не будет этого делать. Это было одолжение для меня и он даже не знает, кого я искала. Он не возьмется за такой заказ, он сейчас вообще в другой области занят. Никто не знает, что вы здесь, и не узнает. Не от меня точно.

Грег откинулся на спинку кресла почти с облегчением. Если Джен говорит правду (а он найдет способ проверить ее слова), то ничто не отделяет их с Шэй от безопасной и счастливой жизни.

— Единственная причина, — медленно проговорил он, прежде всего, чтобы самому поверить, — по которой я с тобой связался, было желание выяснить, угрожает ли проект "Вега" Шэй.

— Нет. — Джен покачала головой. — Он больше не существует. Единственные существа, могущие угрожать Шэй — ее родители.

— С ними я разберусь. Что ж, ты принесла неплохие новости. Однако если еще раз влезешь в мой дом, пеняй на себя.

Джен, к его удивлению, улыбнулась. Она вообще оказалась девушкой довольно странной и, признаться честно, Грег не понимал, за что ее можно любить. Но не отрицал, что нашелся во всей галактике дурак, влюбившийся в это нечто. В сравнении с Шэй Джен казалась гадким утенком, да еще и плохо воспитанным. Впрочем, это в Греге говорила злость на нее. Помнится, когда он пытался обратиться к ней за помощью, она казалась ему симпатичной и умной молодой женщиной.

Они вышли в гостиную. Там Брэнд о чем-то разговаривал с Шэй, а та с удовольствием возилась с малышкой. Грег даже замер, любуясь такой картиной. Из нее получится хорошая мать. Может, он уговорит ее не поступать ни в какие академии и университеты, а воспитывать детей, жить с ним.

— Она мне понравилась, — сказала Джен. — И вы ей нравитесь. Я, если честно, в шоке. Никогда не видела, чтобы так любили, чтобы так заботились.

— Твой муж, хочешь сказать, тебя не любит?

Они прошли на кухню. Грег хотел есть, а там оставалось что-то, приготовленное Шэй. Она даже отложила ему несколько кусочков — на душе потеплело. Приятно, когда подаренную заботу возвращают искренне. А все, что делала Шэй, было искренним.

— Любит, конечно. Стал бы он ввязываться в драку тогда. Просто я не могу себе представить, чтобы он находился со мной в одном помещении неделями и не приставал. Даже если я буду умирать с температурой под сорок два градуса, он все равно ко мне пристанет.

— Шэй воспринимает секс и другие аспекты семейной жизни как способ отблагодарить меня. Увольте, я не содержанку привез. Захочет — будет, не захочет — уйдет.

— Грег, мы пробудем здесь еще неделю. Я могла бы взять Шэй в город. Развеяться, поужинать, поболтать. Ей пригодится подруга. Мы могли бы общаться виртуально, я попрошу Трина как-нибудь организовать зашифрованную переписку.

— Я подумаю, — хмыкнул Грег.

Он не спал всю ночь, но был жутко довольный: все сложилось, как нельзя, лучше. И работу получил, и информацию. И с Шэй все в порядке. Еще бы ушли эти Эко, а он, может, уговорит ее поваляться с ним и поспать перед обедом.

— Вы мне не доверяете, — догадалась Джен. — Ладно, думайте, я как-нибудь наведаюсь. А сейчас, пожалуй, мы пойдем. Я, правда, не хотела пугать Шэй. Но ваша система безопасности мне угрожала, и выбора другого не было. Она правда способна стрелять с дальностью до двухсот метров?

Уходили они долго — Шэй никак не могла расстаться с Сатьяной. Грег смотрел на все это и уж было махнул рукой, пусть попробует развлечься с Джен, хуже не будет. Надо давать Шэй самостоятельно решать, хочет она поехать в город, или остаться дома, хочет дружить с Джен, или общаться с Энн. Хотя Энн, похоже, ей не очень понравилась, а вот с Джен они нашли общий язык.

Пока девушки ворковали над ребенком и собирали дочь Эко в дорогу, Грег подошел к Брэнду. Они долго рассматривали друг друга, потом Грег протянул руку, как знак примирения. Брэнд не принял. Вместо этого спросил:

— Ты когда-нибудь видел стеклянный взгляд любимой женщины? Когда она уже давно не дышит и нет там ничего, просто глаза, застывшие.

Грег молчал. Что тут ответить? Он надеялся, никогда не увидит.

— Я видел. Еще раз к ней прикоснешься, я тебя прикончу. Голыми руками.

И Брэнд Эко не стал больше разговаривать с ним, хоть они оба и поняли уже, что являются братьями. Но на самом деле, это родство никакой роли не играло. Где-то в галактике у Грега есть несколько десятков братьев и сестер. А с этим он, может статься, никогда больше не увидится. Бывает.

— Простите, — вздохнула Шэй, когда он вернулся на кухню. — Что впустила ее.

— Да брось, такую сложно не впустить. К тому же, ей не поздоровилось бы, если б ты не открыла дверь. И я рад, что ты умеешь принимать решения, а не слепо следуешь моим указаниям. Только, пожалуйста, трезво оценивай уровень угрозы. Так… я хочу спать, а ты?

— Можно, — пожала плечами Шэй. — Я не смогла уснуть.

— Тогда пошли наверх, — решил Грег. — Заодно посмотришь, что я тебе привез.

Она любопытно на него посмотрела, но все равно как-то вяло поднималась наверх и укладывалась на кровать. Даже не замешкалась, не смутилась и никак не отреагировала на то, что они пошли к нему, а не к ней. Устала, что ли?

В городе он был совсем ничего: много времени отняли переговоры. Но все же нашел время заскочить в пару магазинов. На этой планете они были очень приятные: сплошь небольшие, а работали там преимущественно сами хозяева.

Грег протянул Шэй коробку. Упаковка тоже была старомодной: пластиковый легкий материал с имитацией бумаги, да авторский рисунок поверх.

В коробке лежали две заколки, ярко-голубые, с кристаллами местного происхождения. Изящные веточки сияли серебром и изящно изгибались, удерживая пряди густых волос. Шэй должно пойти.

— Спасибо, — улыбнулась она, — красивые. Очень. А как их надевать?

Грег с удовольствием помог собрать волосы и прикрепить заколки. Кристаллы блеснули на свету. С убранными волосами Шэй выглядела взрослее и… сексуальнее. Грег с трудом оставил идею ее поцеловать и улегся на кровать, прямо как бы, в одежде.

— Ложись, поспим до ужина. Потом приготовим что-нибудь вкусное.

— Ага.

Шэй свернулась калачиком. Грег хотел было переложить ее на соседнюю подушку — не кошка же она домашняя, но потом передумал. Уснула, зачем будить? Он и сам быстро заснул. А когда проснулся, Шэй заболела.

Шэй

Почему-то после пробуждения было такое чувство, что на меня упал флаер. Голова гудела, словно я пила всю прошлую неделю. И все тело будто налилось тяжестью. Плохая была идея — не спать ночью и отсыпаться днем. Даже когда меня кормили успокоительным дома, было проще.

Пошатываясь и едва передвигая ноги, я спустилась вниз, где Грег готовил ужин.

— Еще минут двадцать. Можешь достать посуду, — крикнул он.

Потом повернулся и с лица мигом слетело веселое выражение.

— Шэй? Что такое?

Я пожала плечами и рухнула на диван. Я просто останусь здесь, и никуда не пойду. Буду сидеть, пока не полегчает, тихо-тихо!

— А, ну, дай-ка.

Грег притронулся к моему лбу и присвистнул. Только тогда я ощутила жар, самый настоящий. Я-то думала, это просто в доме так жарко.

— Ну вот, где ты так умудрилась? Иди наверх, укладывайся лежать, я принесу диагност. Это обычная простуда, лекарство справится с ней за ночь. Давай, ужин тоже туда принесу.

— Я не хочу есть, — вяло промямлила я и все-таки сделала, как было велено.

В комнате, едва я переоделась в сорочку и легла, погас свет. Осталась только небольшая подсветка по периметру потолка, чтобы можно было ориентироваться в пространстве. Окна затемнились, включился режим усиленной вентиляции. Стало немного легче.

Грег пришел чуть позже. Принес портативный диагност, который быстро провел обследование и выявил только небольшую простуду. Лекарства, которые обещали поставить меня на ноги за ночь. Немного еды и большой графин с водой. От еды я отказалась, а вот воду выпила с удовольствием. Жар обещал отступить через час-другой, так что следовало потерпеть.

Я думала, придется поваляться в постели и поскучать некоторое время, но у Грега на этот счет были свои планы. Он поужинал и уселся рядом, достав планшет.

— Хочешь, почитаю тебе что-нибудь?

— Как сказку для маленькой девочки? — Я слабо улыбнулась.

— Я могу почитать сказку для больших девочек. — Грег мое веселье поддержал. — Думаю, тебе уже можно читать. Детские книги хороши для времени, когда ты только учишь буквы, но можно начинать и хорошие книги. Какие ты хочешь? О любви, фантастические, классические, смешные?

— Только не грустные. Что-нибудь про приключения есть?

— Ладно, давай выберешь сама.

Он принялся зачитывать мне аннотации книг и некоторые отзывы читателей, а я выбирала. В итоге решила послушать что-то фантастическое про правительницу небольшой планеты. Начало оказалось интересным, а читал Грег очень хорошо. Его мягкий голос увлекал за собой в иной мир, полный интересных вещей и веселых происшествий. Я вроде бы и бодрствовала, но в то же время дремала, слушая интересную историю. Грег будто бы не уставал, только изредка останавливался, чтобы отпить чай. А я постоянно спрашивала:

— А что это?

— Как это работает?

— Где это?

И он терпеливо объяснял. Рассказывал о традициях разных планет, живых существах, расах. Получалась эдакая интерактивная книга, рассказанная голосом самого лучшего мужчины. Таким он мне казался в этот момент.

— Будешь спать? — спросил Грег на восьмой главе.

Жар потихоньку спадал, появилось желание поспать. А там, глядишь, и есть смогу.

— Ага, — зевнула. — Спасибо. Можете остаться, мне не мешает.

Он еще немного повздыхал у меня над ухом, снова включил диагност. Потом спросил:

— Долго ты мне выкать будешь?

— Ну… — смутилась я. — Сколько скажете. Вы же не просили перейти на "ты".

— Прошу. Можешь называть меня, как тебе нравится. Но я люблю неформальное общение, попробуй, может, и тебе понравится.

Я кивнула, устраиваясь поудобнее. Под одеялом жарко, без одеяла — холодно и стыдно, рубашка-то короткая! Высунула одну ногу и почему-то вдруг так удобно стало, что я даже потянулась. И головная боль постепенно утихала.

— Еще почитать? — спросил Грег.

— Нет, не надо. Спасибо. Мне еще никто никогда не читал на ночь.

— Откуда ты знаешь, — проворчал Грег. — Просто не помнишь.

— Знаю. — Я вздохнула. — Конечно, не читали. Неужели могло быть как-то иначе? Вы… ты хорошо читаешь.

— Давай, я буду тебе читать каждый вечер? — вдруг предложил он. — До тех пор, пока не научишься сама?

— Хорошо, — уже сонно улыбнулась я. — Скоро научусь.

— Обязательно, — последнее, что я услышала, прежде чем уснуть.

А на утро простуды как будто и не было. Только купаться нельзя было еще неделю.

* * *

Время шло, а вместе с временем увеличивались мои умения. Я уже сносно читала, писала, готовила, танцевала и плавала. Всем этим нагружал меня Грег, не давая ни единой свободной минуты. И, если честно, это было потрясающе! Каждый день меня ждала куча интересных вещей, вкусная еда, море, туманные грозы. Грег, наконец.

Он работал, конечно, подолгу. Но в основном вечерами и ночами. Пока я готовила завтрак и читала в гостиной, он отсыпался. Потом мы обедали, шли на пляж, там плавали или просто гуляли. Возвращались домой, смотрели фильмы, играли в голо-игры, готовили или разогревали ужин. Грег показал мне, как ужинать при свечах и неожиданно маленькие восковые кубики с крохотным пламенем привнесли нотку уюта в ежедневные вечерние посиделки.

Грег шел работать, а я — снова читать. И так каждый день, но это однообразие ни разу мне не наскучило. А еще (я, правда, стеснялась в этом признаться) я пробовала и сама писать рассказы в планшете. Больше для того, чтобы научиться быстро печатать. Но все же было интересно.

Я почти привыкла общаться с Грегом на равных, лишь изредка проскакивало "вы", да и то, что называется, на автомате. Так действительно оказалось проще, а еще мы будто стали ближе. По-прежнему он не делал даже намека на мою роль в его жизни, но хотя бы я чувствовала, что живу не у постороннего человека.

Иногда мне казалось, что я в него влюбляюсь. И хотелось подтолкнуть к чему-то… например, как тогда, на корабле. Тогда я еще не знала, что от меня требуется, и Грег решил совсем исключить из наших отношений подобные события. Обидно.

Я все думала, как бы подтолкнуть его, ненавязчиво, чтобы, если вдруг я ошибаюсь, и ему совсем не нужны мои чувства, не разрушить дружбу, зародившуюся в последние месяцы. Долго думать не пришлось: звезды снова послали мне Джен.

— Шэй, позвонила Джен, — сказал Грег, когда мы ужинали, — приглашает тебя в город, прогуляться, пообщаться. Хочешь?

У меня кусок мяса в горле застрял. Город? Я никогда там не была и, если честно, думала, что туда мне ездить не позволено. Грег раз в неделю уезжал на сутки, оставляя меня одну, и в итоге мне даже понравилось быть самостоятельной. Страх почти исчез, инцидентов, кроме самого первого, не было.

— Я бы хотела… если можно.

— Конечно, можно, потому и спрашиваю. Завтра? Она ненадолго прилетела. Говорит, пролетала мимо по делам, но, похоже, ты ей просто понравилась.

— Ты же хотел завтра работать, — возразила я, — может, послезавтра?

— Шэй, — Грег усмехнулся, — я не поеду с тобой. Меньше всего мне хочется ходить за вами по магазинам и таскать покупки. Возьмешь флаер и на автопилоте долетишь, а там тебя встретит Джен. Точно так же и обратно. Недалеко ведь.

— А… а если что случится?

— Шэй, что может случится с флаером за двадцать минут полета? Город ближе, чем космопорт. А в машине такая система безопасности, что даже если в нее начнут стрелять, она защитит пассажира. Не волнуйся, безопасность я обеспечил. И предусмотрел практически все. Вот, возьми.

Он протянул мне небольшой пластиковый прямоугольник с нанесенной микросхемой.

— Это чип для оплаты. Рестораны, магазины — куда вам там приспичит пойти. Никаких паролей, никаких идентификаций, все зарегистрировано, отследить нереально.

— Да я…

Хотела было сказать, что обойдусь без ресторанов и магазинов, но под взглядом Грега умолкла. Уже выяснила: если он хочет что-то отдать, лучше взять. Использовать, или нет — мое дело, но отказываться — только время терять, Грега переспорить нереально.

— Не бойся ты, Шэй. Я для этого работаю. Какой смысл в деньгах, если их не тратить? Так что развлекайтесь, дамы. А я буду работать. Кстати… можешь зайти в какой-нибудь магазин и купить на вечер что-то вкусное. У меня есть бутылка шампанского.

— Хорошо.

Завтра, значит, меня ждет удивительный в своей насыщенности день. Прогулка с Джен, самостоятельная вылазка в город и шампанское вечером с Грегом! Количество приятного в моей жизни превысило отметку нормы и, похоже, грозило обернуться неприятностями. Не бывает так, что все хорошо, а где-то по мою душу наверняка исходит злобой Тоайто.

Но, как бы там ни было, я отправилась в город, чтобы увидеться с Джен. И получила одно-единственное указание от Грега:

— Только, Шэй, прошу, вернись к десяти, ладно? Ночью летать опасно, да и в городе оставаться тоже. Не хочу за тебя волноваться.

К десяти? Да я думала, вернусь часов на шесть раньше! Что можно делать в городе почти двенадцать часов?

Флаер вез меня к городу. Я теребила в руках куртку, которую взяла на случай дождя. Нервничала. Грег проводил, но, вместо напутствий и предупреждений озвучил список того, что нужно купить. Что-то вкусное на вечер, к шампанскому, а еще красивое платье. На вопрос "зачем?" загадочно улыбнулся и сообщил, что не только Джен хочет погулять со мной по городу.

Джен встретила меня на стоянке флаеров. Помогла припарковаться и поставить защиту.

На этот раз Джен выглядела так, словно и впрямь находилась здесь в отпуске. Темные брюки облегали длинные ноги, светлая и свободная рубашка открывала одно плечо, а волосы были кудрявыми и небрежно уложенными.

— Как дела? — спросила она, когда мы шли по улице, вдоль однотипных серых домов.

Строения в городе ничем не напоминали высокотехнологичные города, которые я видела на фото и в фильмах. Я уже поняла, что город был из тех, где технологии внедрялись неохотно, с большим трудом. Множество магазинов, располагавшихся на центральной улице, управлялись людьми или коренными жителями системы Альтаира — невысокими коренастыми гуманоидами с серой, морщинистой кожей.

— Ну, предлагаю позавтракать, потом побродить по магазинам, потом пообедать и еще что-то придумать. Мне надо купить подарки своим, так что я даже теряюсь. Все, если сейчас не поем, умру!

За завтраком, когда мы ели удивительно вкусный сладкий суп, Джен спросила:

— Ну что, как у тебя дела с Грегом? Вы все еще спите в разных комнатах?

— Угу. — Я не смогла скрыть досаду в голосе.

— Как я понимаю, ты этим недовольна?

— Я довольна тем, что происходит. Меня учат, кормят, одевают, развлекают. Я просто хочу какой-то определенности. Кто я? Дочь? Девушка? Любовница? Мне надо знать, какое место я занимаю в его жизни.

— Вопрос в том, — Джен отставила в сторону тарелку, — какое ты хочешь место занимать.

Вот тут я глубоко задумалась. Еще бы знать! Как я могу решить, что чувствую к Грегу, если мне не на что опереться? Как я могу отличить любовь к другу от любви к мужчине? Как я могу понять, чего я хочу, если даже выбор начинки к блинам для меня тяжел? Я все время порываюсь выбрать то, что берет Грег, а он нарочно выбирает грибы, которые я не люблю, чтобы подтолкнуть меня к собственному выбору. Так и живем.

И это не только блин. Это везде. Куда пойдем после обеда? Я либо спрашиваю "а куда можно?", либо "куда скажешь!". И ведь я знаю, куда можно. И знаю даже, куда хочу, но настолько сложно сделать выбор, что просто язык не поворачивается признаться.

А самое смешное, что понимать я это начала не так давно. Что нужно учиться решать самой. Грег говорит, я делаю шаги, а мне кажется, топчусь на месте. Вот Джен я впустила, приняла решение. И теперь вознаграждена прогулкой по городу.

— Давай по-другому, — вернула меня к реальности Джен. — Ты его хочешь?

Тут я залилась краской и от дальнейших вопросов леди Эко отказалась.

Мы прошли по магазинам, причем Джен накупила столько, что едва могла удержать. Она рассказывала про автоматические доставки покупок, роботов, которые ездят за тобой и возят купленное, и я только удивлялась.

— Основной принцип Империи, — объясняла Джен, — "не мешай планете развиваться самостоятельно". Есть планеты, где технологии легко входят в обиход, есть — где тяжело. На самом деле, есть планеты, которые даже не подозревают о существовании Империи. Там развитие еще не дошло до точки выхода в космос. Все это строго отслеживается. Задача Империи не вобрать в себя все и унифицировать, а помочь развиться. Так, во всяком случае, учат в университетах.

Она тяжело вздохнула.

— Вот поэтому я таскаюсь с набором для Брэнда. Даже не хочу знать, что он будет делать с этими инструментами. Мне просто пишут список пожеланий, а я покупаю им подарки. Все вместе мы делаем вид, будто жутко удивлены.

Пришлось даже вернуться к стоянке с флаерами, чтобы закинуть покупки внутрь. Благо, городок был небольшой. Потом мы отправились за платьем для меня и туфлями для Джен — у нее сломалась застежка.

Я брела меж рядов с вешалками и… да, опять встала проблема выбора. Какое платье купить? Длинное, короткое, яркое, пастельное, открытое, закрытое, легкое, теплое, пышное, по фигуре? Хорошо, что я была не одна!

— Так, канареечный — не твое! — сообщила Джен.

Что такое канареечный, я не поняла, но решила промолчать.

— Значит, так, — когда мы обошли весь салон, сказала она, — есть три варианта. Садись.

Я послушно уселась на небольшой стул и краем глаза заметила, как смотрит на нас хозяйка салона. С любопытством.

Джен откашлялась.

— Вариант первый! Платье называется "Я не знаю, что такое секс и вообще забыла, что я женщина".

Я фыркнула, а она показала мне длинное коричневое платье "в пол" с рукавами три четверти. Подол чуть расширялся к низу, а так, в целом, платье больше напоминало чехол от платья.

— Вариант второй! Платье называется "Я просто вышла погулять с мужиком. Если он вам понравился — берите!".

Платье, на мой взгляд, выглядело очень и очень прилично. Серое, с V-образным вырезом и короткими рукавами-фонариками, не длинное, но и не слишком короткое, с ремешком на талии. Вполне скромное и не слишком праздничное. Приятное платье, в общем, хотя название ему Джен дала забавное.

— И наконец, вариант третий! Лучший экземпляр нашей коллекции… "Этот мужчина мой и убери от него свои руки!".

Мне было продемонстрировано черное платье. Самое обычное: без лямок и бретелек, короткое, по фигуре. Но не слишком пошлое. Пожалуй, в таком платье можно было выйти куда-то на праздник, или на свидание в шикарный ресторан.

— Какое тебе нравится? — спросила Джен.

— Серое, — честно призналась я.

— Значит, его брать не будем. Коричневое не нравится мне, а вот от черного Грег придет в восторг! Пошли, померяешь.

— Джен, он просил купить платье для прогулки, а не для…

Я опять покраснела!

— Но ты ведь хочешь ему понравиться! Хочешь, чтобы он разглядел в тебе привлекательную девушку! Поверь, я знаю, о чем говорю, я от мужа несколько месяцев бегала. Он вообще в неадеквате был.

Она, не дожидаясь моего ответа, потащила платье, чтобы расплатиться. Но я ее остановила.

Перспектива понравиться Грегу была заманчивой. Очень. Я страстно этого хотела и готова была надеть что угодно. Вот только именно об этом он и говорил: отказываться от собственных желаний в стремлении ему угодить. Я могу нацепить вызывающе красивое платье, но вряд ли я себе в нем понравлюсь.

Мне плевать, что носить, однако имея возможность выбора, я предпочитаю что-то неброское и спокойное. Как симпатичное серое платье, которое Джен повесила обратно.

— Я его возьму. Правда, так лучше.

— Ну, ладно, — вздохнула Джен. — Тогда померяю я. У мужа день рождения скоро… может, сэкономлю на подарке.

Потом мы пообедали в симпатичном ресторанчике и отправились в кино. На кино настояла Джен, она же и оплатила билеты, хотя я предлагала разделить. Мы оказались единственными посетителями и вольготно развалились перед большим голо-проектором. Зрелище впечатляло, но не шло ни в какое сравнение с тем, что устроил Грег на пляже. Я рассказала об этом "свидании" Джен и та, кажется, действительно восхитилась.

Но оказалось, что смотреть с этой девушкой фильмы — одно удовольствие! Она так смешно комментировала все происходящее, что мы весь сеанс практически пролежали на креслах от смеха. Время пролетело так незаметно и приятно, что неприятности подкрались неслышно.

Мы выходили из здания кино как раз, когда начался дождь. И тут я посмотрела на часы.

— О, нет! Опаздываю!

Часы показывали половину десятого.

— Спокойно, здесь двадцать минут лету. Успеваешь.

— Знаю, просто хотела вернуться пораньше. Вдруг что?

Джен фыркнула и только отмахнулась. На стоянке кроме наших флаеров уже никого не было. Постепенно смеркалось. Мы быстро попрощались, Джен пообещала звонить и писать — связаться сначала с Грегом, а он даст связь со мной. Затем я села в флаер и нажала на кнопку. Автопилот поднял машину на нужную высоту и двинул в сторону дома.

Почему-то я нервничала. Хотя время еще было, я все равно нервничала и, как оказалось, не зря. Вокруг сгущался туман. На планете туманы свидетельствовали о приближающейся грозе. Дождь усиливался, капли барабанили по стеклу с такой силой, что мое сердце вторило им в унисон, и я никак не могла совладать с дыханием. В один прекрасный момент движение прекратилось и… флаер начал снижаться.

Я ничего не видела, но была уверена, что до дома мы еще не доехали. А клубы тумана окутывали флаер. Вдалеке послышались первые раскаты грома.

— Аварийная ситуация, — объявил автопилот. — Дальнейший полет невозможен. Оставайтесь внутри. Система безопасности контролирует ситуацию.

Флаер мягко сел и замер. Послышалась негромкая музыка, чтоб ее! Он предлагает расслабиться и переждать непогоду?

Дождь только усиливался, вокруг клубился туман. Флаер под порывами ветра раскачивался. Я включила экран, чтобы хоть посмотреть, где села. И вышло, что довольно далеко от дома. Автопилот отклонился от стандартного маршрута и теперь я даже не знаю, как здесь послать сообщение Грегу. Он с ума сойдет! За окном такая гроза, а я не вернулась. Естественно, свяжется с Джен, та ему скажет, что я вылетела. И больше никогда я не поеду в город, даже на прогулку.

Что может случиться? Ничего. Обычный полет, запрограммированный флаер Никакой опасности, никаких внештатных ситуаций. И вот я сижу посреди какого-то поля, в жуткую грозу, и жду неизвестно чего. Грозы здесь могут длиться долго. Поднять флаер в воздух самостоятельно — нет проблем, но опыта довести его до дома в такую погоду мне не хватит.

— Прости, Грег, — вздохнула я.

Самое обидное, что мне действительно жаль его огорчать. Я как представлю, что он там с ума сходит… ну вот глупая ведь! Что стоило выйти пораньше? Зная местную погоду и зная временной лимит.

Так я сидела и себя ругала ровно до тех пор, пока не увидела на карте точку, быстро приближающуюся ко мне. Точка мигала красным — флаер. Сердце несколько раз пропустило удары, я выглянула в окно, но ничего не рассмотрела.

Я думала пересесть на задние сидения и поспать — там хватило бы места на четверых минимум, но теперь просто сидела и ждала. Точка остановилась возле моего флаера, а уже через пару секунд я вздрогнула от стука в стекло.

Грег!

Я быстро разблокировала дверь, впуская его. Руки немного дрожал от нахлынувшего облегчения.

— Шэй, я велел вернуться к десяти! — почти рявкнул он.

— Я собиралась! — разум требовал опустить голову и покаяться, но сердце почему-то требовало влезть в драку, невзирая на последствия и страхи. — Вылетела. Но тут эта гроза, и флаер встал. Я побоялась вести его в грозу.

— А связаться со мной?! Шэй, я же сунул тебе в сумку планшет со связью! Как ты расплачивалась и ходила по магазинам, его не заметив?

Краска медленно заливала мое лицо, а слезы застилали глаза. Я не собиралась так глупо себя вести, но ничего не могла с собой поделать. Дура! Идиотка! Как я могла не заметить планшет в сумке?! Эту тонкую полупрозрачную пластину, размером чуть меньше сумки!

— Прости, — поморщилась я. — Я не увидела.

Я впервые видела, что Грег на меня сердится. И у него были на то причины, конечно. Но все же этот гнев был настолько непривычен, что я безумно расстроилась и не знала, куда себя деть.

— Шэй, я понимаю, что тебе сложно, — вздохнул он. — Я забочусь о тебе, я действительно хочу, чтобы с тобой все было хорошо. И я понимаю, что для тебя все это в новинку. Что ты много пережила и сейчас отдыхаешь, позволяя все за тебя решать. Но нельзя постоянно вести и чувствовать себя, как ребенок. Ты — взрослая девушка.

И вот тут-то я по-настоящему обиделась. Не на то, что меня ругали за глупую ошибку. Не на то, что на меня кричали. А на то, что обвинял меня Грег, по сути, в том, чего сам, путем упорных попыток, добился.

Я подняла взгляд и выпалила:

— Так может, ты уже начнешь относиться ко мне, как к взрослой девушке?

— Ты хочешь, — Грег медленно обвел взглядом меня, — чтобы я отнесся к тебе, как к девушке?

Его взгляд гипнотизировал. Я видела, как стекает по шее мужчины капелька воды — он ведь только вышел из-под дождя. Видела, как его взгляд скользит по разрезу моего платья.

— Хочешь, значит, быть взрослой, — хрипло пробормотал Грег.

Ответить я не успела. Поцелуй обрушился неожиданно и в то же время был таким долгожданным, что я задохнулась. В нем не было ничего осторожного или ласкового, Грег брал то, что хотел. И я ему позволяла.

— Я за тебя испугался, — пробормотал он, на пару секунд оторвавшись.

Потом снова поцелуи и так, пока не начали задыхаться оба. Руки словно жили отдельной жизнью, расстегивали пуговки рубашки и ремешок платья, касались разгоряченной кожи. Снаружи бился в окна дождь, а внутри мы забыли обо всем на свете.

Запотели окна. Я чувствовала прикосновения и поцелуи, нисколько не желала все это прекратить и делала все, чтобы у Грега и мысли такой не возникло. Пусть я не умела почти ничего, но он так долго ждал, что любое мое движение вызывало волну приятной дрожи.

Никогда я не думала, что все будет вот так, во флаере, посреди бушующей стихии. Мы не включали свет, но иногда вспышки молний озаряли все вокруг и наши взгляды встречались. Чувствительная кожа бедер ощущала его пальцы, каждой клеточкой.

— Шэй, — он с трудом отстранился, — что, сейчас и вот так?

— А чем плохо это "сейчас"? — тихо спросила я. — Я уже не… остановлюсь.

— Да, я тоже. — Он улыбнулся и вновь вернулся к поцелуям.

Грег

Странное чувство не покидало его, пока он целовал Шэй и незаметно пытался нащупать рычаг, чтобы опустить кресло. Наверное, Грег не верил в то, что это происходит здесь и сейчас, что эта восхитительная девушка сама его целует и обнимает. Он наслаждался каждым ее вздохом. Запахом духов, смешанным с запахом дождя.

Он касался нежной кожи, в голове мешались картинки из одной-единственной их ночи, которая стала началом долгой разлуки. Даже несмотря на тюрьму и потерю всего, ради чего он жил, Грег не согласился бы исключить из своей жизни Шэй. Он и сам не мог сказать, почему влюбился в нее. Но с восхищением наблюдал, как из запуганной тихой девочки она превращается в красивую молодую девушку и тоже влюбляется. Ему нравилось, что он может доставить ей удовольствие, нравилось держать ее в объятиях.

Она обняла его ногами. Мелькнула мысль, что это у нее из прошлого, которое Шэй совсем не помнит. Тогда она точно так же лишила его способности контролировать себя. Красивая. Грег с трудом сдерживался, чтобы не причинить ей боль и не напугать, но потемневший взгляд девушки действовал, словно удар по голове. На несколько секунд Грег просто сжал ее в объятиях и не отпускал. Что ему стоило продержаться несколько лишних минут — знали одни звезды.

Но он был вознагражден видом Шэй. Нет никого, беззащитнее и трогательнее женщины в постели. Он никогда не понимал тех, кто может поднять руку на такое чудо, которое полностью от тебя зависит, на девушку, которая доверила тебе себя.

Она выгнулась, под его ладонью билось ее сердце, очень быстро. Грег поймал губами вскрик Шэй и расслабился сам. Лавина из чувств, эмоций, наслаждения снесла все преграды. Он прошептал ее имя, прижался губами к пульсирующей жилке на шее. И не отпускал бы до конца жизни.

Но реальность была суровее фантазий, и уже через пятнадцать минут ему пришлось выпустить Шэй из объятий, чтобы дать одеться. Внутри было прохладно, гроза проникала внутрь всех помещений. Грег никак не мог отвести взгляд.

— Что? — Она чуть покраснела.

— Все в порядке?

— Да, все хорошо.

Не стал отказывать себе в удовольствии, нагнулся и поцеловал. Шэй с секундным колебанием, но ответила.

— Точно? — уточнил.

— Точно, — только теперь на ее губах заиграла улыбка.

— Я тебя люблю.

Шэй растерялась. Потом испугалась. Потом открыла было рот, но Грег приложил палец к ее губкам:

— Не надо. Не говори ничего, ладно? Я знаю, что ты сейчас запуталась. Просто я хочу, чтобы ты знала. Я тебя люблю, и если тебе хоть что-то в наших отношениях не понравится, дай мне знать, ладно?

О себе он уже давно не думал и не говорил. Иногда случается, пересекаешь ту черту, когда о себе уже не заботишься. Весь сосредотачиваешься на любимом человеке и кажется, что если ей будет лучше, то ты даже умереть готов. Очень часто жизнь ломает тех, кто так оступился, и Грег это знал, но поделать ничего не мог. Долгое время он жил ради Шэй, и теперь уже найти новый смысл вряд ли сможет.

— Поехали домой? — спросил он.

— Уже? — в голосе Шэй послышалось разочарование.

— У нас есть шампанское и что-то вкусное. Сделаем тебе ванну, организуем ужин, усядемся перед окнами в гостиной и будем есть в грозу. При свечах.

Она мечтательно улыбнулась. За недели жизни с ней Грег уже изучил все вкусы и знал, чем можно исправить плохое настроение, чем успокоить, а чем наоборот, взволновать. Сегодня он отложит работу и что-нибудь приготовит к шампанскому. А там, глядишь, удастся убедить ее спать в его комнате. И жизнь тогда удастся.

Но что-то было не так. Шэй улыбалась, когда он на нее смотрел, а как только Грег отворачивался, на красивом лице отражалось смятение. Похоже, она снова боялась его расстроить и изображала бурную радость и любовь. Ну, нельзя же так! Что он сделал неправильно? Шэй не из тех, кто способен изображать удовольствие, но зато она очень осторожно выбирает поведение и способна перепугаться насмерть, если вдруг придумает, что отныне теперь обязана по первому слову прыгать к нему в койку.

Вот идиот! Когда она говорила относиться к ней как к взрослой девушке, она вряд ли подразумевала соблазнять ее прямо во флаере. В голове Шэй это — ее первый раз, а он повел себя, как подросток на первом свидании.

Впрочем, по приезду оказалось, что он действительно идиот. Только по другой причине.

Грег не стал ее спрашивать и выяснять причину плохого настроения. От ванны Шэй отказалась, приняла короткий душ, но пренебрегать шампанским и ужином не стала. Она купила весьма интересную вещь — настоящую кларийскую клубнику, сохраненную в специальном сейфе практически свежей. Так что они быстро поужинали и принялись за десерт. Вот тут-то Грег не выдержал:

— Шэй, что с тобой? Ты погрустнела. Расскажи, пожалуйста, что я сделал не так. Я не злюсь и не расстраиваюсь, я просто не хочу, чтобы ты хмурилась.

— Дело не в тебе. — Она разом допила остатки шампанского и Грег вновь наполнил ее бокал. — Просто… понимаешь, еще дома я познакомилась с Линаром, его рассматривали как потенциального мужа. И он сказал…

Она немного покраснела.

— Что со мной нельзя спать, потому что я девственница, а за них платят больше. Я не знаю, может, моя раса… или что-то еще… но ведь когда лишаешься невинности, должно быть больно, да?

Грег выругался и резко захотел выпить что-то покрепче. Да, этого он никак не ожидал. Конечно, у нее возник такой вопрос, как иначе? Он сосредоточился на ее благополучии и самостоятельности, а о таких простых вещах напрочь забыл. Как и о предохранении, кстати.

Что ж, придется ей все рассказать, тянуть дальше — уже врать, а это не вызовет у нее восторга.

— Шэй, я должен тебе рассказать кое-что о тебе и… о себе. Мы с тобой уже занимались любовью, когда тебе было семнадцать.

Вот так, сказал. И захотелось ее сразу же обнять, потому что вид у Шэй был такой, словно Грег ей по голове чем-то тяжелым дал.

— Я жил у вас некоторое время, мы сдружились. Я ничего о тебе не знал, о твоей памяти. Мы общались, я тебе нравился, и я воспользовался ситуацией. То есть я не… Шэй, я тебя не насиловал. Все было добровольно, все было чудесно, ты же чувствуешь это, твое тело помнит. Но на утро у тебя обнулилась память и ты меня не вспомнила, ты кричала, а я хоть как-то пытался понять, что происходит. Разумеется, твои родители обвинили меня в изнасиловании, а доказать, что все было добровольно, я не смог. Надо было тебе рассказать, но я так хотел, чтобы ты жила нормально, чтобы перестала всего вокруг бояться.

— Мои родители отправили тебя в тюрьму, я тебя забыла, а ты забрал меня и хочешь, чтобы я жила нормально? Зачем?

— Я попробую объяснить, но не знаю, получится ли. Знаешь, мужчина моего возраста, когда в него влюбляется такая девушка, как ты, теряет голову. Ты была готова на все. Возможно, надеялась, что я увезу тебя от родителей и смогу защитить. А меня это пьянило. Я поступил не очень хорошо, Шэй, по отношению к тебе. Если бы ты не забыла обо всем, то в любом случае пожалела бы.

— И почему ты вернулся?

В ее глазах он видел и желание услышать ответ, и страх, что ответ ей придется не по душе. Шэй едва-едва смирилась с мыслью, что Грег заботится о ней и любит, а теперь у нее эту веру отнимали.

— Я никак не мог тебя забыть. Я видел твою жизнь, мне казалась она неправильной. Я решил, что заберу тебя и дам шанс начать все сначала. Хотя бы потому что сильно напугал тогда. А уж полюбим мы друг друга, или нет — как сложится.

Он немного перевел дух и отпил шампанского.

— Шэй, я люблю тебя. И буду заботиться, что бы ты ни подумала, что бы ни решила. Ты на меня злишься?

Она медленно, словно сама не была в этом уверена, покачала головой.

— Я не могу на… на тебя злиться. Лучше, чем с тобой, мне еще не было. Не представляешь, как здорово, когда на тебя обращают внимание.

Он с облегчением рассмеялся и сгреб ее в объятия. Волосы пахли лимонным шампунем. Приятный и удивительно простой запах, так подходящий Шэй.

— Еще пить будешь? — глухо спросил Грег.

— Буду, наливай!

Налить — это пожалуйста. А вот выпускать из объятий он ее не собирался. И вопрос о переезде в одну комнату считал решенным.

Пьянела Шэй быстро. Два бокала — и глазки закрывались, а сама она расслабилась в его руках.

— Тебя отнести? — спросил Грег.

— Сама. — Шэй сладко зевнула.

— Только со мной, ладно? Я не хочу тебя отпускать.

— Хорошо.

Он наплевал на посуду и мусор, который хорошо было бы выбросить. Успеется еще, завтра утром будет готовить завтрак, да уберет. Лечь вместе с Шэй и смотреть, как она засыпает — ни с чем не сравнимое удовольствие.

У нее даже не нашлось сил сходить за пижамой. Она вышла из душа, завернутая в полотенце и, пока он готовился ко сну, улеглась прямо обнаженной. Специально его дразнила? Вряд ли, скорее устала и выпила. Что ж, он не против.

Шэй уже спала, но он все равно, рискуя ее разбудить, притянул к себе. Снаружи включилась вентиляция помещения, стало немного прохладно, и Грег укрыл девушку едва ли не с ног до головы. Она пробормотала что-то, перевернулась на живот и успокоилась. Он долго слушал ее мерное дыхание, а потом, чувствуя, что засыпает, осторожно поцеловал в макушку.

Вообще Грегори Рейдлинг никогда не думал, что, будучи взрослым и адекватным мужчиной, так влюбится в какую-то девушку.

Посередине ночи, когда спутник планеты, небольшая луна, освещала спальню, он почувствовал, как его трясет Шэй. Сначала Грег испугался, потом сообразил, что система безопасности не воет, сам он ничего не ощущает, а значит, Шэй просто чего-то испугалась, или увидела плохой сон.

— Что такое, родная? — сонно пробормотал он. — Что случилось?

Голос Шэй звучал резко и напряженно:

— Кто такая Кира?!

Вот тут-то сон с него и слетел в один миг…

— Шэй, милая, что тебе снилось?

Она немного дрожала и, кажется, замерзла. Грег накинул на нее то, до чего первым дотянулся — свою рубашку.

— Кто такая Кира? — повторила Шэй вопрос, и стало ясно, что сдаваться и забывать она не собирается.

— Ладно, сейчас расскажу, только успокойся. Подожди немного, я сделаю что-нибудь горячее.

Выходя из комнаты, Грег изменил климат-режим. Пройдет минут десять, и комната нагреется.

Так. Чай? Слишком слабо. Кофе? Поднимет давление, она и так сейчас переволнуется. Шоколад. Горячий, сладкий, с кусочками мороженого. То, что нужно.

Кира… она вспомнила ее, или Грег сказал что-то во сне? Или может, сон был у Шэй? Надо выяснить этот вопрос. Как же ей сказать-то… так, чтобы она поняла, что он не врал ей, а просто не хотел шокировать всем и сразу Пытался дать привыкнуть и, кажется, не сумел.

Как можно за один вечер наделать столько ошибок? О Кире он хотел ей рассказать совсем не так.

— Держи, — протянул Грег дымящуюся чашку, когда вернулся в комнату.

Потеплело, но Шэй все равно куталась и немного дрожала.

— Расскажи мне, что тебе приснилось, — попросил Грег. — Ты видела во сне кого-то?

— Я… я не знаю, это как-то странно. Как будто вспышка. Даже не знаю, сон это, или нет. Грег, расскажи мне все. Пожалуйста, мне нужно это знать. Я так решила.

— Ладно. Только не дрожи так, выпей, успокойся.

Она послушно сделала несколько глотков. Большие красивые глаза смотрели тревожно, с нетерпением.

— Кира — твоя дочь. Наша, в смысле.

Кружка выскользнула из пальцев Шэй и упала на кровать.

— Ай! — Шэй обожглась и подскочила.

— Тихо, иди сюда, сильно обожглась?

На глазах у нее выступили слезы от боли, но упрямая девчонка — покачала головой и попыталась вырваться. Куда там. Усадил ее к себе на колени, достал из ящика охлаждающую мазь и принялся смазывать ожог.

— Одеяло испортила, — вздохнула Шэй.

— Плевать, у нас есть еще одна комната. Завтра разберемся. Сильно болит? Идти сможешь?

— Смогу. Грег, объясни, пожалуйста. Как это… дочь? Где она?

— Мы с тобой тогда не утруждали себя предохранением. Ты забеременела и родила девочку. Я к этому времени был уже в тюрьме, но информацию получал. Девочку назвали Кирой, забрали у тебя и отдали в приют на одной из планет дальних систем. Материнский инстинкт сложно вытравить из сознания. Ты приходишь в себя, и что-то вспоминаешь. Наверное, ты ее любила.

— У меня есть дочь. Звезды, что происходит с моей жизнью? И чего я еще о себе не знаю?

— Этого не знаю даже я. Наверное, тот год был не из легких. Я не хотел сразу рассказывать тебе о Кире. Ребенок — это ответственность, а ты пока не готова ее нести. Но не предусмотрел, что ты сможешь что-то вспомнить. Прости. Я хотел рассказывать постепенно.

Шэй молчала, глядя в одну точку. Она явно была в шоке, но как вывести ее из такого состояния, Грег не знал.

— Ей почти три, да? — девушка подняла на него растерянный взгляд.

— Да, скоро исполнится три.

— У тебя есть фото?

Грег покачал головой. Ни фото, ни описания. Все это он надеялся выяснить на месте. Конечно же, он планировал забрать Киру.

— Почему ты спас меня, а ее нет? — вдруг спросила Шэй, и вот этого вопроса он не ожидал.

— Тебе угрожала реальная опасность. Кира хоть и в приюте, но в безопасности. Твоим родителям она не нужна. А тебя надо было вытаскивать. К тому же Киру просто так мне не отдадут, нужны деньги и ресурсы. Я получу крупную сумму за проект и использую ее. А еще надо было заработать доверие Джен — ее муж владелец крупной транспортной компании. Он сможет организовать мою поездку к Земле — так называется планета, куда отдали Киру.

Он умолк, видя, что Шэй пропускает половину всего мимо ушей. Бедная, какой шок посреди ночи. Каково это: узнать, что у тебя есть дочь? Грег готовился к этому несколько лет, вынашивал планы и идеи. А для Шэй в последнее время все вокруг — новое. Как бы она не сорвалась.

— Слушай, — он взял ее за руку, — я знаю, что это тяжело. Страшно. Я знаю, что ты еще не готова. Но когда я закончу проект, я поеду за Кирой. Она моя дочь. Ее родила моя любимая девушка, я должен Киру оттуда забрать, понимаешь? Я не могу обязать тебя заботиться о ней, не могу заставить любить меня. Но…

— Нет, ее надо забрать, — решительно прервала его Шэй. — Конечно, надо. Я хочу… да, я хочу тоже поехать.

Она сжала его руку и уверенно кивнула. Глаза блеснули в свете луны.

— Я поезду с тобой, Грег. Я так решила!