глава четырнадцатая

Ближе к вечеру, когда компания снова собралась в библиотеке, обсудить набралось уже много чего, причем у всех. Пепел с Красавчиком выяснили-таки, кому третий курс был обязан очередной практической работой с вениками — Парсу. Дари сначала ржал, потом думал, потом махнул рукой:

— Демоны с ним. Все равно понять не могу: то ли все три погрома его рук дело, то ли два, то ли вообще исключительно последний. И если первое — мотивы там покрыты таким мраком, что никакой фонарь не спасет. А потому забудем о нем пока, тем более, что на какое-то время он сам себя со счетов скинул.

— Угу, — кивнул Роши. — На двое суток, минимум. Раньше его из подвала хр… не выпустят.

— Двое? — насторожилась Фэл?

— Ну да, двойное ж наказание.

— Совсем без еды? — продолжала нагнетать ресса.

— Предлагаешь сходить покормить? — насупился Красавчик, который до сих пор так и не определился: продолжать ли считать Парса приятелем или переводить уже в другую категорию. Но вот интерес кадета Фаон к Шкафу не нравился ему однозначно и категорически.

— Именно, — Фэл продолжала настаивать, механически, словно от усталости, потирая виски.

— А, знаете, в этом что-то есть, — задумался Пепел. — Интересное.

— Я тоже за гуманизм, — поддержала Рин.

— Не, я вообще-то не о том, — отмахнулся Пепел. — Я про честный обмен. Мы ему немного пожрать, он нам немного информации…

Но увидев, с каким выражением смотрят на него обе девушки, предпочел тему свернуть:

— Ладно, это потом обсудим. А сейчас… Рин, расскажешь, что узнала? Пока мы тут от любопытства совсем не загнулись?

И Рин рассказала.

История действительно оказалась и любовной, и… с душком. Стало ясно, почему отец не торопился делиться ею с молоденькой дочуркой.

Хотя началось все неплохо и крайне банально — он был ее пациентом. Молодой, красивый, благодарный за спасение… Очень благодарный. И, видно, очень красноречивый. Потому, что ресса, ранее ничего подобного себе не позволявшая, все-таки позволила. А еще, как выяснилось чуть позже, трусливый. Узнав, что ресса готовится родить ему ребенка, он просто сбежал. Не рискнул пойти наперекор своей семье, стеной вставшей против этого союза — такая невестка их не устраивала. Мало того, что старше, мало того что из этих… беловолосых, так еще и медичка! Женщина, ковыряющаяся в язвах и сделавшая это своей профессией? Немыслимо!

Кто поставил в известность род самой рессы — неизвестно. Недоброжелателей, как и завистников, у нее хватало. Но закончилось все тем, что трое старших рода Шоргуа нагрянули в госпиталь как снег на голову, вытащили ее прямо из-за операционного стола и увезли неизвестно куда.

На том история и закончилась — для большинства из тех, кто вообще был в курсе. Но не для лорда Сорвени, в дом которого ресса Эрселин постучала пять лет спустя. Поэтому тот знал, что случилось дальше.

Ее заперли дома, дали возможность родить, и тут же, не спрашивая, выдали замуж по выбору главы рода. Сына она не увидела ни разу — не позволили. Через день после рождения мальчик умер, и спасти его ей не позволили тоже. Не позволили даже попытаться. Но отомстить Эрс смогла — ее муж так и не получил того, ради чего затеяли этот брак: наследника. Одного урока ей хватило с лихвой, теперь она знала, как этого не допустить: все-таки медик.

Пять лет спустя муж умер, и нет, она здесь была не при чем — несчастный случай. Но это подарило Эрселин шанс на свободу, и она его не упустила. Из дома ресса ушла в ночь после похорон, в чем была, а новую жизнь ей помог начать лорд Сорвени, уже здесь, в Шант Эли.

Когда Рин закончила с рассказом, минуту, не меньше, в библиотеке висела тишина — переварить услышанное удалось далеко не сразу. Но потом отреагировал Пепел, не иначе как задницей чуявший, что все это очень важно:

— Н-да… — других слов не нашлось даже у него. — Понять бы еще, как оно связано с той хренью, что творится сейчас в академии?

— А, думаешь, оно связано? — отозвалась Фэл.

— Не думаю. Чувствую. Но определенно да. — И он с надеждой обвел взглядом остальных: — Есть у кого идеи?

Увы, но таковых не нашлось. И тогда он вытащил пузырек с усилителем:

— Ладно. Раз так, будем считать, что есть у меня. Кину на Эрс руны под вот это вот дело, — тряхнул он флаконом. — Глядишь, что и прояснится.

— Пепел, — вскинулся Роши, — сгоришь! Сам говорил — не чаще раза в неделю.

— Говорил, — не стал тот спорить. — Но это без кристаллов. А как с ними, никто не знает. И не узнаем, пока не проверим.

— Давай хоть до завтра отложим, — включилась Фэл, в очередной раз потирая виски и даже не замечая этого. Похоже, чувствовала она себя не очень. — Может, за ночь к тебе и без этого экстрима какие мысли придут?

— Н-ну, давай, — в сомнении протянул Пепел, внимательнее присматриваясь к девушке. — В принципе, особой разницы нет.

— Тогда сейчас пошли ужинать, — радостно поддержал идею Роши.

— И не забудьте, каждый должен спереть что-нибудь для Парса, — напомнил всем Дари. — Нужно же на что-то менять его информацию… Демоны, Фэл, хватит драться, больно! Ну ладно, ладно… Переформулирую: нужно же помочь несчастному.

— Вот так-то лучше, — согласились та.

— Но спереть все равно не забудьте!

А уже на выходе, когда все с энтузиазмом потянулись в столовую, Пепел чуть приотстал, придержав рессу:

— Фэл, ты выглядишь больной. Это из-за дара? Не можешь к нему привыкнуть?

— Дар? — явно удивилась она. — А, нет конечно. С даром все в порядке.

— Тогда что?

— Неуютно мне, Равеслаут. Неспокойно. Словно… Нет, не знаю.

— Словно тянет?

— Д-да. Пожалуй, — Фаэлин смотрела на него озадачено.

— Сильный род, ресса? Это они тебя тянут?

— Демоны! Точно же. Как я сама об этом не подумала?

— Готовься к известиям, Фэл. Что-то там у твоих Фаонов происходит.

— Наверное, — зло нахмурилась девушка. — Да, наверное ты прав. Что-то происходит.

Пепел отметил эту реакцию, но спрашивать ничего не стал. Не маленькая, если помощь потребуется — сама попросит.

А уже прямо возле столовой они налетели на господина Зеранта:

— О! — неприкрыто обрадовался химик увидев Дари, — Кадет Равеслаут! Надеюсь, ваш отчет об экспериментах готов?

— Эмм… Почти, — без заминки ответил тот.

— Прекрасно! Потому, что если завтра он не будет лежать на моем столе, экзамен я вам не зачту.

— Завтра? — напрягся Пепел. — Но вы этого не говорили.

— Да? — Проф сделал вид, что удивился. — Ну, тогда говорю сейчас. Вы ведь меня поняли?

— Понял, господин Зерант, — кивнул Пепел, на самом деле ничего не понимая. Последнее время это состояние приходило к нему слишком уж часто. И, демоны, оно ему ее нравилось!

— Дамы, добычу сдаем мне и на сегодня прощаемся, — объявил Пепел, когда они, закончив с ужином, уже выходили из столовой.

— Мы с вами, — насупилась ресса, — тоже в карцер пойдем.

— Нет, Фэл. Вот просто нет и все. Вам там делать нечего, кроме как мешать, а без этого мы с Красавчиком обойдемся вполне.

И отобрав у обоих девушек все нечестно добытое, Пепел решительно отправил их наверх, на четвертый этаж. Те пару раз обернулись, пока поднимались по лестнице, но наткнувшись на непреклонные взгляды парней все-таки ушли.

— Роши, а теперь к нам. Нужно завернуть жратву покомпактнее, а у меня там в столе бумага есть… Демоны! — Пепел вспомнил, во что сейчас превратился и стол, и его содержимое, и ругнулся еще разок: — Твааааю ж! Ладно, все равно с этим бардаком когда-нибудь придется разбираться, вот как раз и начнем. Чем не повод?

— Кстати, — откликнулся тот, — Не помнишь, кто сейчас по карцеру дежурный?

— Помню, разумеется. Если замен не было то… Слушай, — внезапно перебил он сам себя, — Фигня это. Потому, что через час их сменят Ченчи, из ваших и Варс, медик!

— Ага! — Красавчик тут же сообразил к чему Пепел клонит: Ченчи тоже дружил с Парсом, так что особых проблем с передачей ужина не возникнет. — Отлично! Вот после смены тогда к ним и прогуляемся. Иди пока за бумагой, а я хоть ноги вытяну на часок. Задолбали нас сегодня по полосе гонять.

— Угу. Сейчас, — и Дари метнулся к себе.

Приоткрыв дверь в комнату он замер на пороге, разглядывая бардак и не решаясь войти, когда услышал в спину:

— Кадет Равеслаут! Решили разобрать тут? Это правильно. — Костыль, он же господин комендант, словно мышь из норы выглядывал из своей комнаты, которую по старой армейской привычке все еще называл каптеркой. — Давайте так договоримся: вы сейчас оттуда все нужное заберите… Ну, то, что еще целое более-менее, а я завтра прям с утра, пока вы на занятиях, пришлю парочку уборщиков выволочь оттуда остальное. Ну, и отмыть, что получится. Что не получится ближе к вечеру закрасим, а как просохнет, сможете уже и обратно въезжать.

— Годится, — кивнул Пепел, одобряя этот план, — я сейчас за Ноксом схожу, что б помог.

Комендант в свою очередь тоже кивнул и закрыл дверь.

— Роши, — позвал Пепел, вернувшись, — Кончай валяться, дело есть.

— А когда у тебя их нет? — обреченно спустил тот ноги с постели, на которой уже с комфортом развалился, и начал разыскивать сапоги. — Будешь должен, Равеслаут.

— Буду, ага. На два щелбана меньше. Вставай быстрей, нам потом еще в карцер успевать!

— Вот уж куда сроду не торопился, — меланхолично возразил Красавчик, натягивая второй сапог. — Да иду уже, кончай приплясывать, в глазах рябит!

Час спустя, когда все, что можно было спасти, спасли и временно сложили неустойчивой кучей в углу комнаты Нокса, Пепел, стоя перед ней, озадаченно чесал нос:

— Н-да… Хотя, чего-то такого и следовало ожидать, на самом деле.

— Не, но ты точно уверен, что больше ничего не пропало?

— Обижаешь, — Дари действительно обиделся, правда не сильно.

— И не добавилось?

— Роши, кончай нудить, повторяю, пропал только черновик отчета Профу, все. И нет, я понятия не имею кому и нахрена он сдался. Он даже мне особо не нужен, и так все помню.

— Н-да… — теперь этим глубокомысленным замечанием разродился Нокс.

— Именно. Ладно, пошли что ли Шкафа расколем? Может хоть он чего прояснит?

— Это если и в самом деле причастен.

— Вот и разберемся заодно.

Пока спускались в подвал, договорились поделить между собой роли — Роши развлекает и отвлекает дежурных, в то время как Пепел пытается вытрясти из Парса сведения. По возможности, конечно. Поэтому первым дернул створку двери, ведущей к дежурке, Нокс:

— Ченчи, ты тут? — бросил он в полумрак внизу и услышав ответ, который Пепел не разобрал, продолжил: — Да нет, мы вообще-то к Парсу, пожрать принесли. Пустишь?

— А нам? — усмехнулся тот в ответ.

— А вам пища духовная. Анекдот свежий хочешь?

— Кто там с тобой? — насторожился второй дежурный. — Равеслаут, ты что ли?

— Я, ага, — не стал скрывать тот очевидное.

— Тоже веселить нас будешь?

— Не-а, я таких анекдотов, как он, не знаю. А если знаю — стесняюсь. Поэтому лучше кормильцем побуду, — и пока Роши с энтузиазмом развлекал парней в караулке, Дари, с двумя свертками в руках, подошел к двери в карцер:

— Эй, Парс, живой еще?

— Пепел, ты? — откликнулись из-за створки, — Если тебя в похоронную команду назначили, то рано еще. К утру приходи, как раз окочурюсь и закопаете.

— Не, Шкаф. Закапывать тебя дело хлопотное — котлован рыть придется, не меньше. А уж тащить до него… Короче, мы тут решили, что лень нам этим всем заниматься. Проще будет сохранить твою никчемную жизнь. На, держи. — Дари один за другим просунул сквозь решетку два плоско увязанных свертка с бутербродами. — И не урчи так громко, пока сюда звероловов не пригнали. С перепугу.

Когда шуршание бумаги и чавканье затихли, Пепел решил, что настал момент переходить к интересному:

— А теперь, в качестве благодарности, можешь покаяться, нахрена тебе понадобились мои бумажки?

На пару секунд в карцере повисла настороженная тишина, а потом Парс недоверчиво прошипел:

— Демоны! Кто тебе сказал?

«Да!» — Пепел понял, что, рыбка попалась! Теперь Парсу выкрутиться было без шансов.

— Шкаф, какая разница, а? Ты лучше подумай, на сколько тебя здесь поселят, если все всплывет? А уж когда всплывет, что лаборатория тоже твоих рук дело…

— Пепел, какая сволочь меня сдала?! — в отчаянии взревел тот.

— Уймись! И не ори. Колоться тебе следует потихоньку, чтоб слышал только я. Лишние зрители нужны тебе сейчас меньше всего.

— А если нет? — после томительной паузы откликнулись из-за двери.

— Хорош строить из себя дурака! — обозлился Дари. — А то ты сам не знаешь? Или думаешь, я забыл дорогу к ректору?

— Не, Пепел, ты меня не сдашь, — не слишком уверенно ответил тот. — Ты не стукач. Пока что.

Нервно хихикнув на последней фразе, Парс притих, сообразив, что сейчас не та ситуация, чтоб еще и нарываться. Дари коварно выдержал подходящую к случаю паузу, дав ему возможность хорошенько это осознать, и согласился:

— Ты прав, пока не стукач. Но не в том случае, когда меня хотят убить.

— Пепел, охренел? — не на шутку перепугался Шкаф. — Когда я такое хотел?

— Ну, не ты, так твои друзья. Новые.

— Это кто? — совсем растерялся тот.

— Это Гарлат! Кончай прикидываться слабоумным!

— Пепел, я к той истории вообще отношения не имею! — в отчаянии взвыл Парс, поняв какой оборот принимают дела.

— А к чему имеешь? Колись, говорю, пока мне эта лабуда не надоела, и я не скинул ее на ректора.

— Ладно, — в конце концов сдался тот. — И знаешь, Пепел, я наверное даже рад, что ты будешь в курсе. А то как-то оно уже совсем не туда пошло… В общем слушай…