глава двенадцатая

— Господин Увлиш, я рад, что вы нашли-таки время заглянуть ко мне, — Ретен приглашающе махнул в сторону удобно стоящего кресла, но усевшись в него, министр юстиции быстро сообразил, что удобно оно лишь с виду, да и то издалека. А вот по ощущениям здорово навевает на пыточную. Как и радушная улыбка хозяина кабинета, если к ней хорошенько приглядеться.

Господин министр, как раз чего-то подобного и ожидавший, испугался не сильно, но все-таки поерзал, пытаясь умоститься поудобнее. И лишь потом выложил на стол папку, которую принес с собой:

— Вот.

— Что это? — выразительно изогнул бровь глава тайной канцелярии.

— То, о чем вы сейчас будете меня спрашивать.

— Да? — взглядом попросив разрешения и получив в ответ кивок, ресс не спеша подтянул ее к себе, открыл и, прочитав пару предложений, хмыкнул.

— Да, — подтвердил господин Увлиш. — То самое анонимное письмо, из-за которого я и заинтересовался делами нашего коллеги, генерала Сорвени.

— Знаете, я начинаю завидовать вашему ведомству…

— Почему? — охотно клюнул гость на нехитрую приманку, поддерживая игру.

— Ну, если вы так внимательно рассматриваете каждую анонимку, — хозяин кабинета, дочитав до конца, закрыл корки и чуть их отодвинул их от себя, — видно, у вас их совсем не так много, как в нашей конторе.

— Нет, каждую мы так, конечно, не рассматриваем, — слегка неестественно улыбнулись ему в ответ. — Но тут все же речь о министре…

— Так я именно об этом и говорю, — кивнул ресс. — К нам такая писанина мешками идет, читать не успеваем. И большая часть, как ни странно, именно на министров. Хотите, покажу те папки, где на вас лежит? За, скажем, последний месяц, не позже? А то слишком тяжело таскать будет.

— Э-э… Не стоит, — улыбка господина Увлиша еще чуток облиняла, став совсем натянутой. — Я вам верю. Но у нас своя специфика. Нам такое все больше на соседей пишут. Иногда на родственников…

— Понимаю, да, — не сразу, но все-таки подхватил провисшую нить беседы Ретен, приходя на помощь коллеге. — Наверное, вас оно действительно чем-то привлекло.

И вдруг резко подался вперед:

— Чем же?

— Э-э… — от неожиданности министр дернулся и отпрянул, до конца провалившись в кресло, ставшее совсем уж некомфортным. После чего позволил-таки недовольству просочиться в голос. — Говорю же, тем, что речь шла о главе военного ведомства. О его семье.

— Ладно, зайдем с другой стороны, — ресс продолжил сверлить собеседника взглядом. — Как к вам попала эта бумага?

— Н-ну… — тот растерялся, но немного. — Почтой пришла. Вероятно.

— Я спрашиваю, кто ее принес лично вам? Или вы просматриваете всю почту министерства?

— Нет, конечно. Только самое важное. Секретарь собирает это в папку и кладет мне на стол.

— Поня-а-атно.

Ретен очень любил это слово. Не выражавшее ничего конкретного, но навевающее массу подозрений о том, что же этот беловолосый зануда понял на самом деле. Работало почти всегда и почти со всеми, но, увы, не сегодня. Министр, наоборот, подобрался, взял себя в руки и в очередной раз попытался устроиться на своем пыточном насесте поудобнее. Видать, тоже знал этот немудрящий приемчик — коллега, как-никак. Почти.

— Что вам понятно? — поинтересовался он резко и недовольно.

— Ну, к примеру, что лежало это послание в папке у вас на столе… толстая, наверное?

— А?

— Папка, спрашиваю, толстая? И не говорите, что я ошибаюсь, а то снова начну завидовать вашему ведомству. У меня, например, вот, — ресс ткнул в массивные корки, занимавшие весь угол столешницы. — А ваши?

— Нет, не завидуйте, не стоит, — ощутимо расслабился господин Увлиш. — Моя даже побольше будет. И каждый день словно пухнет, хотя бумаги из нее регулярно сортируются.

— Вот именно, — почти с ненавистью глянул на своего бумажного монстра ресс, в этом вопросе абсолютно солидарный с собратом-министром. — Словно плодятся они там.

— Точно. Как кролики, — хохотнул тот в ответ, полностью откинувшись на спинку кресла и даже умудрившись найти более-менее удобную позу. — Но в этом случае неожиданную помощь мне оказал господин Итарули, случайно зацепивший папку и опрокинувший документы на пол. Вот тогда-то, сгребая их обратно, я на это письмо и наткнулся.

— Поня-а-атно, — повторил Ретен, но уже с таким выражением, что Увлиша все-таки пробрало, потому как напускное участие с ресса словно ветром сдуло. — Итарули, говорите? Проверим.

— Да нет же! — подобрался министр. — При чем тут он? Это же случайность, говорю вам. В принципе, я и без него наткнулся бы на этот донос…

— То есть про донос вы все понимаете, да? — прищурился Ретенауи.

— Но ведь сведения подтвердились! При нашей проверке.

— При вашей так называемой проверке, демонам в за… пасть пошли результаты операции, которую я готовил больше года! Не забыли?

— Нет, — нахмурился тот. — Вы уже не в первый раз об этом напоминаете.

— И не в последний, — охотно кивнули ему в ответ. — Потому как мне придется провести в вашем министерстве тщательное расследование, выясняя малейшие подробности, связанные с э-э… письмом. И с тем, почему первым делом вы не обратились с возникшими вопросами к нам, в тайную канцелярию. Что, согласитесь, напрашивалось. Даете мне добро?

— Нет, конечно! — вспыхнул господин министр, выпрямляясь, а потом и вовсе выбравшись, наконец, из объятий ненавистной мебели и грозно нависая над столом. — Не хватало мне еще ваших методов в собственном ведомстве. Ни за что!

— Ладно, — ресс смотрел на господина Увлиша снизу вверх, но, казалось, это его совсем не беспокоит. — Значит будем получать его решением общего министерского совета. Через неделю. Когда придет мое время отчитываться по сиенурским аппаратам связи. Вот и вы заодно отчитаетесь, с какой стати ставили нам палки в колеса в расследовании.

— Да как вы!..

— Все, господин Увлиш. Я вас больше не задерживаю.

Дождавшись, пока кипящий от возмущения чиновник промарширует к двери и захлопнет ее за собой, ресс вышел из-за стола и шагнул в сторону дальнего угла своего кабинета:

— Ну, и что вы на этот счет думаете? — распахнул он прикрытую до этого дверь в личную уборную, где вполне комфортно устроился прослушавший всю беседу генерал. И, надо сказать, место, выбранное сейчас для засады, оказалось не самым экзотичным в его богатой на неожиданные повороты карьере.

— Врет — как дышит, — охотно прокомментировал Сорвени.

— Это я и сам знаю, — ресс поморщился, словно ему только что насильно скормили не меньше дюжины лимонов. — А по существу?

— По существу там интересно лишь одно внезапно мелькнувшее имя.

— Два, — тонко улыбнулся ресс.

— Да ну? — с интересом уставился на него генерал. — И кого же я пропустил?

— Секретаря, конечно.

Услышав про секретаря, Сорвени вопросительно приподнял бровь, получив в ответ неожиданное:

— Вообще-то, именно он как раз и интересен. Только он. Второго господина нам сейчас явно сдали, а вот про него проговорились.

— Уверены?

— Уверен. Господин министр готовился это сделать еще до появления здесь.

— А я то думал, это вы его раскололи. В смысле, подловили. Э-э… Неожиданно и мастерски, да.

Ретен в ответ лишь поморщился:

— Увлишь давно уже не начинающий филер, чтобы попадаться на такое, поверьте, я знаю о чем говорю. Да и пост свой он занял и удерживает много лет вовсе не потому, что не умеет ловко подбирать за собой хвосты.

Но увидев скепсис на лице собеседника, продолжил:

— Его самого использовали. Не то чтобы совсем втемную, но и не рассказав всего — господин министр сейчас это очень хорошо прочувствовал. А потому и готов сдать нам кое-кого, лишь бы прикрыть понадежнее собственную зад… собственные тылы. Так что все он прекрасно понимал, когда упомянул о столь удачной неуклюжести господина э-э… Итарули.

— Но вы полагаете, что этот господин нам совсем не пригодится?

— Полагаю, мы его совсем не найдем. Или найдем в таком виде, что уже да, не пригодится… Хотя, — ресс, нарочито прищурившись, прошелся по генералу пристальным взглядом: — Говорят, вы своими матюками поднимаете в бой не только армии живых, но и мертвых?

— Врут.

— Ну да, так я думал. Значит, и вышеназванного господина тоже, увы, не поднимете. И придется нам работать с тем, что есть.

— С секретарем господина Увлиша.

— Точно.

— А для этого у вас есть господин Остарн.

— Снова в точку. Странно, почему все рассказывают, что вояки тупы и не отличаются сообразительностью?

— Опять врут. Создается впечатление, что вашему ведомству правду вообще никогда не говорят.

Какую колкость собирался сказать в ответ глава тайной канцелярии так и осталось загадкой, потому что на этом месте собеседников прервали:

— Ресс Ретенауи, — в дверь кабинета сначала постучал, а потом просунул голову помощник, стороживший приемную. — Извините, но тут срочно.

— Слушаю, — ресс старательно сделал вид, будто не разговаривал только что с собственным сортиром. Или с кем-то, кто там прятался.

— К вам господин… простите, ресс Ютиси из Сонресорма. Очень настаивает на срочной встрече. Очень!

— Секунду, я сейчас сам к нему выйду, — Ретен дождался, пока понятливый служащий закроет дверь, и развернулся к генералу:

— Э-э…

— Не мямлите, Ретенауи. Хотите меня выгнать? Не выйдет. Что-то мне, тупому вояке, подсказывает — дело, по которому сюда явился ваш соплеменничек, напрямую связано с тем, из-за которого я тут у вас рулон бумаги для подтирки изображаю, если не чего похуже. Поэтому я останусь. Вот только пересяду отсюда на вон тот диванчик. Даже если вы против!

— Не настолько, чтобы выкидывать вас силой, генерал. Так что оставайтесь, разрешаю.

Пока ресс, сохранивший таким образом лицо, шагал в приемную, ухмыляющийся генерал перебрался в темный угол кабинета и устроил засаду уже там, умело слившись с обивкой и с обстановкой. И прекрасно понимая, что будь хозяин кабинета и в самом деле против его присутствия, перед выкидыванием генералов силой он бы не остановился. И даже выкинул бы — умения вполне хватало. Но, видать, тоже просчитал, что такое совпадение совпадением быть не может.

— Шоралт, — донеслось из приемной. — Рад тебя видеть.

— Я тоже. Телеграмму о моем приезде получили?

— Да. Проходи в кабинет. Там пообщаемся.

Но взволнованный Ютиси начал говорить еще на ходу:

— Ретенауи, ваше послание пришло слишком поздно, остановить Пепла мы не успели.

А шагнув в кабинет, первым делом выцепил взглядом затаившегося там Сорвени, тут же недоуменно обернувшись к Ретену.

— Продолжай, все в порядке, — ответил тот на немой вопрос.

Ралт пожал плечами и закончил, тем более что и так почти все сказал:

— Вероятно, он уже в Насагонте. Там же, где оказались и две женщины из Фаон, тут вы не ошиблись в своих предположениях.

— Сведения точные?

— Эрдари немного… попророчествовал, — кивнул тот. — Под кристаллами. Так что да.

Ретен тихо, но смачно ругнулся и быстро рванул обратно к выходу. Но перед дверью слегка притормозил:

— Господа, вынужден вас ненадолго оставить, а вы пока располагайтесь и знакомьтесь. Ресс Ютиси, хочу представить вам генерала Сорвени.

— Спасибо, наслышан, — обозначил нарочито чопорный кивок Шоралт.

— Не сомневаюсь, — прищурились ему в ответ.

— Генерал, — Ретен сделал вид, что ничего не заметил, — разрешите познакомить, перед вами второй ресс Ютиси, будущий Ютис и, полагаю, будущий же глава правительства Сонресорма.

После чего, во внезапно повисшей тишине, развернулся к Ралту:

— Что? Не говори, будто для тебя это новость.

— Да нет, — протянул тот не торопясь. — Но странно, что это не новость для вас.

— …! — не выдержал генерал. — Идите уже, Ретенауи, делайте, что там нужно для спасения задницы этого вашего любителя совать башку куда попало. И возвращайтесь. Чувствую, разговор у нас тут намечается интересный.