глава двадцать седьмая

— Ну что? — Ретен высунулся из неприметного экипажа, стоявшего недалеко от выхода из сада, и Пепел лишь чудом удержался, чтобы не вздрогнуть.

— Сьер Шунерутли не отказался от нашего предложения, — проговорил он со значительной мордой, умудрившись быстро взять себя в руки. — По крайней мере, не отказался сразу.

— А знаете, — задумчиво посмотрел тот на нежданное явление главы имперской тайной канцелярии, — я его, пожалуй, даже приму все-таки. Вот прямо сейчас и приму. Мне нравится стиль вашей работы, ресс. И как вы прикрываете своих — тоже.

— Прекрасно, — кивнул тот. — Тогда жду вас на той лавочке в Сонресорме, где вы с Эрдари знакомились. Дня через три. Вам хватит, чтобы вернуться в посольство?

— Хватит.

— Вот там и обговорим все подробности. А так же обменяемся кое-какими знаками взаимного внимания.

— Хорошо. И… — атташе задумался на секунду, но продолжил. — Я хочу еще кое-чем с вами поделиться. В подтверждение, так, сказать, серьезности намерений. Думаю, вам оно будет кстати.

— Присаживайтесь, — подвинулся Ретен, освобождая сиденье рядом с собой. — Не стоит здесь маячить.

— Благодарю, — сьер устроился на предложенном месте, подождал, пока Пепел захлопнет дверцу и усядется напротив, а коляска отъедет за угол, после чего продолжил: — У меня есть кое-какие сведения о резиденте Фирмиллита в Таронке. Вернее, в городишке прямо возле нее.

— Я слушаю, — даже в темноте экипажа было понятно, что Ретенауи напрягся. — И очень внимательно.

— Недавно, — не сразу, но все же начал дипломат, — Фирмиллит отправил туда начальника охраны — считай, ближайшего своего помощника в плане… сложных дел. Вроде бы нашли они там какую-то давнюю свою потерю, человека, которого больше десяти лет выцепить не могли. Контрабандист бывший, хорошо следы путал, умело. Но нашли все-таки. И еще к той истории каким-то боком причастны ваши беловолосые, но подробностей не знаю. Так вот, именно этот помощник от охраны и отписался Фирмиллиту, что в Таронке появилась Норин Сорвени. А следом сам генерал. У вас там здорово течет, имейте ввиду.

— Знаем уже, — кивнул Ретен. — И спасибо.

— Пожалуйста. Но это не главное. Дело в том, что за крепостью присматривают давно, поехал тот помощник не на пустое место, а… к некоему человеку. Который сидит там минимум года три. И что-то там готовит. Этакое… грандиозное. Тоже учтите.

— Учтем. И еще раз примите мою благодарность.

— Надеюсь, она найдет свое отражение и в том… чем мы обменяемся в Сонресорме? В количестве того, что я там получу?

— Разумеется, — кивнул Ретенауи. — Даже не сомневайтесь. Вас подвезти?

— Нет, спасибо, прогуляюсь. Тем более, что отель недалеко, а мне есть о чем подумать.

— Раз так — не буду настаивать. До скорой встречи, сьер.

— До скорой, ресс.

— Эрдари?

— А? Да, сейчас, — встряхнувшись, Пепел выскочил на улицу, помог спуститься Шунерутли с его больными коленками, влез обратно в коляску, и папенька махнул кучеру, чтобы трогал.

— Ты как догадался? — спросил парень через пару секунд.

— Что тебя сюда понесло?

— Ну да.

— А куда еще?

— И правда, — вынужден был кивнуть Дари. — Ругаться будешь?

— Хотел. Пока Шунерутли рядом с тобой не увидел.

— Ну и хорошо, раз не будешь, время сэкономим. Давай тогда быстро на вокзал, умника одного ловить будем.

— На воздушный?

— Не-а. Этот умник у нас высоты боится, так что с ним проще. На железку. И быстрее, пока не опоздали.

— Рассказывай! Все.

— Ну, все-не-все, а сколько успею…

Увы, но они все-таки опоздали.

Состав на Сонресорм ушел четверть часа назад, а следующий обещали лишь утром, причем уже отнюдь не ранним. Пепел ругнулся так, что Ретен заподозрил нехорошее влияние будущего тестя, но высказаться по этому поводу не успел.

— На воздушный! Быстро! — Дари рысью кинулся через разделявшую вокзалы площадь, не удосужившись проверить даже, успевает ли за ним Ретен. Впрочем, тот успевал — длинные ноги помогали:

— Зачем?

— Не сбивай дыхание, папенька. Все потом.

И бежали они не зря, до отправления последнего на сегодня… или первого на завтра… в общем, до отправления полуночного рейса оставалось еще десять минут. Ретенауи даже пару строк в посольство чиркнуть успел и билеты купить вполне законно, так что не пришлось брать дирижабль штурмом, к чему Пепел уже прицеливался. Но лишь оказавшись в воздухе, прояснил, что же они сейчас делают. И зачем.

— Душка Олли не летает, он высоты боится, поэтому наверняка едет тем паровозом, что мы упустили.

— Наверняка? То есть ты в этом уверен?

— Да.

— Что ж, — спорить с ним не стали. — И все равно мы окажемся в Сонресорме много раньше, уже часа через три. И встретим его. Так даже лучше получится.

— Хуже, — мрачно буркнул Пепел. — Он не поедет до конца.

— А?

— Только до границы, чтобы крюк не делать. А там пересядет на местный состав в сторону крепости.

— Расписание? — сообразил Ретен.

— Да. На пересадку будет минут десять, он успеет. И доедет до самой Тарны. Оттуда экипаж до места… В общем, утром уже там будет. Рано.

— Так. А мы? Нам есть на что пересесть?

— Есть. Из Сонресорма паровоз туда тоже идет. Но на месте мы будем лишь к обеду.

— Демоны!

— Угу. Но ведь у нас в знакомцах есть Орнути. С его самолетиками.

— Уговоришь?

— А куда деваться? Иначе хрен мы его догоним.

— Ладно. Тогда мойся и отдыхай пока. Сколько получится.

— Ну да. Часика полтора перехватить успею, — не стал тот возражать.

Орнути, до света выдернутый из постели жены, даже несмотря на это легко поддался на уговоры побыть извозчиком. Хуже оказалось с самолетиком.

— Там вокруг горы, — развел руками механик. — Куда я машину посажу?

— А что делать? — Дари почти растерялся.

— Верхом умеешь?

— Не то чтобы очень, но учили, да.

— Тогда порядок. Есть у меня знакомый в тех местах, как раз лошадок разводит. Вот к нему на выгон и будем садиться — там ровно, и пилотов он привечает, потому что сам такой. Оттуда до места где-то час верхами, если поторопиться. Вроде должны успеть…

И на рассвете, едва стало возможно различить хоть что-то, маленький биплан с парой пассажиров на борту оторвался от земли в Сонресорме, а приземлился в поле на берегу приграничной реки Тарны. Еще час спустя два запылённых всадника наметом подлетели к воротам крепости Таронка:

— Тайная канцелярия, ресс Ретенауи, — бросил караульным тот, что выглядел повыше. — Открывайте! Быстрее!

Лошадей, чтобы о них позаботились, они оставили караульным, но не успели даже из ворот выйти, как увидели несущегося к ним Красавчика:

— Вовремя! — притормозил тот в последний момент, лишь чудом не сбив Пепла. — Идемте в госпиталь. Штаб у нас почему-то там получился.

— Кто-то ранен? — напрягся Ретен. — Генерал?

— Нет, с ним порядок. И с Лаис. И ты в обморок не падай, — обернулся он к побледневшему Пеплу. — С Рин тоже все нормально. Почти.

— Почти?! — вконец вымотанный Дари, толком не спавший несколько суток и накрученный страхами за невесту, понял, что сейчас все-таки грохнется. В тот самый обморок.

— Нормально, говорю, пошли. В госпитале мы потому засели, что Сорвени не хочет посвящать в свои проблемы свиту, что с ним прикатила, вот и держит ее подальше — в дирижабле. Ладно, сейчас все подробности расскажем. Да шевелись же, генерал от нетерпения, небось, кроме мата ничего уже выговорить не может.

— Что? Прям настолько хреново? — Пепел прислонился к стене, чтобы перевести дух и сейчас просто тянул время, собираясь с силами.

— Совсем.

— Ага. Ну тогда погоди, блокнотик возьму. Идиомы за ним записывать.

— Блокнотик может пригодится мне, а ты и без того все в точности запомнишь.

— Не, все равно возьму. Если там и правда задница, боюсь с потоком красноречия генерала не справиться даже моя память.

— Шагай давай, — Красавчик огрел его по спине и вдруг улыбнулся — удивительно искренне. — Чтобы ты — да с чем-то не справился?..

И Дари шагнул, потому что попустило. Поверил — они и вправду успели. Или, по крайней мере, прошляпили еще не совсем все.

Просвещали их насчет здешнего положения дел лаконично и толково, потому что за это взялся Сорвени с его армейским подходом. Получилось пусть и несколько… солоновато, но зато образно и доступно. Впрочем, одну скользкую тему генерал все-таки старательно обошел. Очень старательно. Даже не глядя в сторону этой темы, устало примостившейся на стуле в углу.

А госпожа Шарот в это время заботилась о других нуждах не спавшей всю ночь компании — заваривая чай, выставляя джем и открывая большущую коробку с печеньем, которая тут же словно сама собой перекочевала ближе к Пеплу. Из госпитальной палаты до приезда гостей уйти не успел никто, даже Литси, которую Фаэлин чуть не силой выпроваживала в свою комнату спать, но не добилась ничего. Ее и саму хотели отправить туда же, но… справиться с этой задачей не смог даже генерал. И в итоге с их присутствием смирились.

Закончив с отчетом о событиях в крепости, Сорвени потребовал того же от Ретена, при этом продолжая демонстративно не замечать Пепла. Настолько демонстративно, что тот понял — письмо от Олли все-таки дошло, с ним они не успели точно. И видела его, судя по всему, не только Рин. Но папенька и тут оказался на высоте, чтобы закрыть тему хватило пары его фраз:

— Равеслаута пытались грязно перевербовать, но в итоге наоборот, лишились своего агента — он теперь наш.

— Медовая ловушка? — госпожа Шарот понимающе прищурилась на обрывки фотокарточки, все еще лежавшие на тумбочке.

— На этого-то? Меду они еще там у себя не напасли на такую пчелу. Нет, просто грязная подстава, — ресс проследил за направлением бабушкиного взгляда и хмыкнул. — Это же очевидно. Видите ее лицо и то, куда она смотрит? И как? Странно, что кто-то мог принять подобный водевиль за чистую монету.

— Вот и ладно, считай, разобрались, — генерал сам подхватил клочки фотографии, с видимым облегчением порвал их еще несколько раз и бросил в кювету с использованной перевязкой. — И даже уши никому обрывать не пришлось.

Дари выдохнул было, но, увы, ненадолго.

Привлеченная шумом и суетой сверху спустилась Норин. Увидев его, застыла на пороге, и он успел выпалить:

— Рин, я этого не делал!

Та молча развернулась и, хлопнув створкой, ушла. Пепел поежился, но вслед не побежал. Удержался. Зато поднялся генерал:

— Я с ней поговорю.

— Не сейчас, — вмешалась госпожа Шарот. — Не надо.

— Почему?

— Она никому из вас не поверит, все-таки не совсем гладко у нее снятие той мерзости прошло. Ни вам, генерал пока не достучаться до ее логики, ни тебе, мальчик, до ее сердца. Слишком там все перепутано. Так что придется потерпеть. Да и ей оно на пользу, честно говоря — стрессы девочку сейчас лечат.

Дари опять поежился, но кивнул, соглашаясь, а вот Литси… Литси оказалась категорически против.

Подскочив к двери, девчонка открыла ее и проорала вслед поднимающейся на второй этаж Рин:

— Он не врет! А ты дура!

Наверху споткнулись.

— Не ругайся! — донеслось оттуда, но… уже не столь яростно, как лупили дверью.

— Не могу, — пожала та плечами с такой дивной непосредственностью, что мало кто смог удержаться от улыбки.

— Ну вот разве что так стучать, — хмыкнула госпожа Шарот.

Дари вдруг встрепенулся и повеселел, осененный идей:

— Точно! Именно, что так.

Подхватился с места, в секунду оказался у стола с чаем, быстро сунул на стоявший там поднос вазочку с джемом, заварник, пару чашек и поманил девчонку:

— Деточка, а не прогуляться ли тебе с этим наверх, а? Как думаешь?

— Думаю, не зря она сюда сейчас спускалась, — кивнули ему в ответ. — Так что да, и прогуляюсь, и отнесу. И даже беседой немного развлеку, пока есть будет.

— С меня причитается, — подмигнул ей Пепел.

— А то. Я потом скажу, что должен будешь.

Тот присвистнул и почесал нос:

— Далеко пойдешь, мелкая. Но ладно, я прослежу, чтоб куда надо.