глава шестнадцатая

— Твааааю ж! — Пепел, открывший Лаис дверь, едва устоял на ногах. Да и то лишь потому, что прислонился к стене. — Что за хрень?!!

Лаисса все-таки немного не рассчитала, времени добраться домой не хватило — кровь носом хлынула, пока она поднималась по лестнице.

— Дай что-нибудь, остановить это, — прогундосила она через прижатый к лицу носовой платок, уже насквозь мокрый. — Побольше. И быстрей, сейчас платье испорчу.

— Уже, — утешил ее мальчишка, глянув на капли, заляпавшие ей грудь, но к ящику с чистым бельем метнулся резво. — Кстати, такими темпами твои простынки закончатся очень скоро. Перейдем на пододеяльники?

— А это кто? — оторопела она, глядя на старика, сидевшего на краю ее кровати. И сама того не осознавая повторила за Дари: — Что за хрень?!

Загадочный дед отбросил стоявшую рядом трость и неловко начал вставать.

— Ретен, сиди на месте! — Пепел, уже успевший рвануть от простынки основательный кусок, подскочил к девушке и подхватил ее под руку. — Я сам ей помогу. Не хватало мне потом еще и тебя поднимать.

— Ретен? — теперь Лаис гундосила уже сквозь солидный кусок полотна, прижатый к лицу вместо платка. — Он?!

— Потом объясню! — Дари потащил ее к постели. — Что, демоны задери, с тобой случилось?!

Старик, все-таки успевший сделать пару шагов ей навстречу, подхватил с другой стороны и действительно голосом Ретена выдохнул:

— Лаис, что?!

Та недоверчиво глянула на него, наткнулась на потемневший от беспокойства взгляд ресса и окончательно растерялась:

— Демоны, это что за цирк?

— Ложись сначала! — Пепел чуть ли не силой опрокинул ее на кровать.

— Не так, — поморщилась она. — Подушку подними.

Первым сообразил, что нужно делать наемник. Он приподнял подушку, усадил девушку полулежа и спросил:

— Откат?

Та кивнула.

— Сколько еще у тебя времени?

— Минут десять. Может, меньше. — Лаис говорила уже с трудом.

— Сколько кристаллов?

Она хотела отмолчаться, но ресс оказался неумолим:

— Сколько ты приняла кристаллов, спрашиваю?! — жестко тряхнул он ее за плечи.

— Четыре, — сдалась девушка, поняв, что тот все равно не отстанет.

— Не ври!

— Четыре! Сначала. А потом еще два. Иначе мы не успевали.

Пепел присвистнул, ресс выругался. Грязно и неизящно.

— Так, — обернулся он к Дари. — Быстро раздеваем ее, потом неси воду и уксус.

— Эй, вы что делаете? — попыталась возмутиться та, чувствуя, что с нее потянули платье.

— Восстанавливаем справедливость, — несмотря на серьезность ситуации Пепел не смог удержаться от смешка. — Теперь его очередь на тебя пялиться.

— Да вашу ж!.. — девушка поняла, что сил сопротивляться у нее нет и предпочла дезертировать в обморок. Тем более что туда ей было давно пора.

Пепел никогда еще не видел такого отката. Не сказать, что он был большим специалистом в подобных вещах, но кое-что все же понимал. А кое-что знал и по собственному опыту. И это знание говорило ему совершенно однозначно — Лаис сегодня прошлась по грани. По самому краешку. И если бы не Ретен, еще не известно, чем бы оно закончилось.

Ресс сразу взял ситуацию в свои руки — стянув с девушки платье, накапал уксус в воду и этим раствором обтирал несколько часов, стараясь сбить жар. Пригодились и остатки жаропонижающего, принесенные в свое время для него самого. Разболтать порошок в воде и влить в рот потерявшей сознание девушке оказалось той еще задачей. Из-за постоянных судорог зубы Лаис были так сжаты, что раздвинуть их удалось лишь с большим трудом. А потом он еще и свернутый кусок полотна между ними всунул, чтобы, не дай боги, не сломала. Дари носился на подхвате, по первому слову наемника притаскивая все необходимое и помогая, чем получится.

К полуночи ситуация стабилизировалась, судороги перестали накатывать с удручающим постоянством, жар спал, а Ретен успокоился, по крайней мере, с виду. Пепел понял — кризис миновал. И лишь после этого позволил отогнать себя от постели и тихонечко примостился в кресле, чтобы вздремнуть. Ресс же так и остался сидеть возле девушки, бдительно следя за тем, чтобы она в беспамятстве не сбросила одеяло.

Уже в полудреме Дари услышал, что Лаис пришла в себя:

— Все нормально, — выговорила она, глядя на Ретена.

— Нормально, — согласился тот. — Почти. Но какому идиоту пришло в голову отпустить тебя домой в таком состоянии?

— Знакомому.

— Покажешь потом, я его прибью.

— Костылем? — бледно улыбнулась она, кивнув на трость.

— Взглядом. Мне хватит. И ему, уверен, тоже.

— Ретен, — девушка вдруг стала неожиданно серьезной, — нужно многое обсудить. Кое-что случилось.

— Конечно. Завтра поговорим. А пока спи.

— Это действительно важно.

— Я понял. Но неужели все настолько срочно, что не подождет до утра?

— Подождет, — смирилась та.

— Раз так — спи.

— Да запихни ты ей револьвер под подушку, — Пепел все-таки решил вмешаться. — Иначе не угомонится. Он у нее вместо снотворного, наверное. И успокоительного заодно.

— Не надо, — ответила Лаис на вопросительный взгляд ресса. — Мне и так вполне спокойно.

И провалилась, наконец, в сон.

Проснувшись, она первым делом увидела, что полоска солнечного света от окна успела переползти к шкафу, выходит, утро было отнюдь не ранним. В кресле, где вчера пытался дремать Дари, спал ресс. Уже отмытый от странного давешнего грима, немного скособоченный из-за раны, но с виду вполне здоровый, хоть и бледный. Еще бы! Опять целую ночь не спали, на этот раз для разнообразия из-за нее.

Вспомнив подробности, она прижала заалевшие уши руками. И тут же поняла, что кроме одеяла на ней только панталоны. Наличие последних, конечно, радовало, а вот отсутствие хотя бы рубашки — уже нет. Что ж, справедливость, о которой вчера болтал Пепел, восстановлена. Все, кто хотел, имели прекрасную возможность пялиться на нее хоть всю ночь.

Девушка непроизвольно натянула одеяло до подбородка, и тем разбудила Ретена.

— Как спалось? — вежливо поинтересовался он, пряча зевок в кулак. — Как себя чувствуешь?

— Нормально. — Лаис прислушалась к себе и поняла, что не соврала. Слабость, конечно, присутствовала, но это и все последствия вчерашнего отката. Впрочем, восстанавливалась она всегда быстро. — А ты как?

— Тоже вполне прилично, — пожал он плечами. — Я же говорил, на нас все быстро заживает. Старая кровь.

— А Дари где?

— Наверх ушел. Совсем недавно. Позавтракал и сразу на чердак — досыпать.

— Да уж, вымотался он с нами.

— Ничего, отоспится, будет как новый. — Взгляд ресса все время сползал Лаис на грудь, что заставляло ее краснеть, несмотря на плотное одеяло, натянутое чуть не на нос. Да и Ретену, похоже, удовольствия не доставляло, но поделать с собой он ничего не мог. Девушку утешала лишь уверенность, что в этом плане стесняться ей нечего, но утешала как-то слабо.

— Точно, выспаться как следует ему не помешает, — попыталась она продолжить как ни в чем не бывало. — А завтракали чем?

— Эрдари яичницу поджарил, тебе тоже оставили. Наверное, не остыло еще даже. Голодная? Принести?

— Ужасно голодная, — призналась девушка и опять не соврала. Впрочем, после отката так и должно быть, и наемник это явно знал.

— Сейчас. А ты пока можешь умыться, — ресс бодро двинул в сторону кухни, уже почти не хромая, но все-таки стараясь ногу беречь. Лаис поняла, что и он ей не врал — чувствовал себя тот совсем не плохо, и заживало на нем все действительно как на собаке.

Дождавшись, пока он демонстративно громко захлопнет за собой дверь, девушка выбралась из постели, почти не глядя схватила какое-то платье и заперлась в ванной. Хватит уже между ними неловких моментов.

Яичница была вкусной, а кофе, который Ретен успел сварить, пока она приводила себя в порядок, еще вкуснее. Ресс оказался кладезью талантов. Кстати…

— Что за представление вы здесь вчера устроили? — поинтересовалась Лаис между двумя глотками. — С переодеванием?

— Это не представление, это подготовка. Думаю, нам с Дари пора съехать в гостиницу, а поскольку некий наемник уже умер, на смену ему должен явиться другой персонаж. Как он тебе?

— Впечатляет, — согласилась девушка, — но почему гостиница?

— Я не думаю, что стоит злоупотреблять твоим гостеприимством. И не уверен, что чердак так уж надежен.

— Зря не уверен. Там никто не бывает.

— Но не можем же мы прятаться на нем вечно? А шныряющие в черный ход вашего дома незнакомцы обязательно привлекут внимание, причем скорее рано, чем поздно.

— Да. Это проблема. Но…

— Что?

— Ретен, я еще вчера хотела рассказать… Йени убили.

— Как убили? — ресс мгновенно подобрался.

— Взрыв. В морге. Сдается, не все поверили в нашу сказочку с твоим трупом. И не все поверили во внезапное исчезновение измененного. А еще кто-то, видимо, сопоставил эти два факта и сумел сделать правильные выводы. И Йени убили так, чтобы заодно уничтожить и главную улику. От того трупа не осталось ничего. Вообще.

— И? — он чувствовал, что девушка сказала еще не все.

— Я прошла по следу.

— Потому и откат?

— Да.

— Ну же, Лаис, договаривай, — подтолкнул тот ее.

— Он привел ко множеству интересных мест. Но самое интересное — вилла господина Эстарпа, заместителя начальника полиции. Заочно нам уже знакомого.

— Почему заочно? — мрачно хмыкнул ресс. — Я с ним и очно вполне себе знаком. Он Шант Эли всего на два года позже меня закончил, так что пересекались.

— Значит, и он тебя знает?

Тот кивнул.

— В общем, думаю лучше тебе в городе пока не появляться. И лучше тебе быть поближе. Какое-то нехорошее у меня предчувствие. — Сказав это, Лаис замерла, ожидая его решения.

— Я… Мы останемся, если тебе так будет спокойней.

— Да, — она и сама не ожидала, что эти слова принесут ей такое облегчение. — Так будет спокойнее для нас всех.

Девушка, наконец, выдохнула, поднялась и начала собирать посуду, Ретен помог ей донести все до кухни. Но уже возвращаясь в комнату, она внезапно остановилась в дверях и со значением на него посмотрела:

— А еще я думаю, что нам стоит к нему заглянуть. К этому господину заместителю начальника полиции.

— Зачем? — ресс тоже не отрывал от нее глаз.

— Там что-то есть. Но полицейским узнать это без шансов. Господин Эстарп выкрутится и не пустит их даже на порог. Найдет способ. А там явно след, я это видела вчера.

— Лаис, — задумчиво глядя на нее, начал Ретен, — Эстарп на самом деле не фигура. Он пешка. Всегда ею был и, уверен, остается сейчас. Настоящий след не там.

— В столице, — подтвердила та. — Да, я знаю.

— Так стоит ли этот господинчик риска?

— А что предлагаешь ты? Ехать прямо туда?

Ресс кивнул:

— Только в столице можно узнать все. И, главное, разобраться с проблемами Эрдари.

— Так для тебя главное именно этот мальчик?

— Понимаешь, у него вся жизнь к демонам из-за какой-то сволочи. И семья. В пепел, понимаешь? Все в пепел. Я обязан ему помочь.

— Да уж, прозвище ему дал кто-то очень умный, — девушка не спорила.

— Скорее чуткий, — улыбнулся он в ответ. — Ты ведь с нами? Со мной?

Его губы оказались рядом с шеей девушки, дыхание отчетливо щекотало кожу с каждым словом. Да, он опять влез в ее личное пространство, но в отличие от прошлого раза был трогательно аккуратен. Никаких попыток загнать в угол, схватить, ограничить. Просто стоял и ждал. Что ж, Лаис всегда любила умных. А то, что еще и смазливый — ну так идеальных людей не бывает. Все не без недостатков. И она сама потянулась к нему губами. А через пару минут, когда поцелуй пришлось прервать, чтобы вдохнуть, девушка сделала неожиданное открытие — от красавчиков тоже может быть толк, ресс был потрясающе опытен. Так ее не целовал еще никто.

— Ум-м, — пробормотала она почти в забытьи, — кажется, я не против узнать, что ты еще умеешь так же хорошо, как целоваться.

Ретен, как выяснилось, тоже был не против. Очень-очень не против — так быстро в постели она не оказывалась еще никогда. И никогда еще ее не раздевали так уверенно неторопливо… И не покрывали поцелуями так томительно нежно, коварно стараясь не пропустить ни малейшего участка кожи… И звание лучшего любовника Шант Эли он тоже не посрамил. Кстати, потом нужно будет уточнить, носил ли тот его? Если нет — Лаис готова была присвоить его лично.

Хотя нет, не станет она ничего уточнять. Ведь ей совершенно все равно, сколько дам побывало в его постели. Абсолютно не интересно! Да, абсолютно!

Даже себя убеждать в этом получалось хреново.

— Ты удивишься, насколько мало, — муркнул ресс ей в шею, каким-то образом угадав, о чем она сейчас думает.

И Лаис поверила. А потом поняла почему.

— Из-за твоего дара, да?

— Угу, — подтвердил он, щекотнув шею дыханием. — Иногда просто невозможно фонит. Невозможно… ничего.

— А как… В смысле, откуда…

— Это не опыт, — тот опять понял все, о чем она не смогла сказать. — Это я тебя так чувствую. Впервые получилось настолько полно. Сам не верю. Давай-ка еще разок убедимся… Что не показалось… М-м…

— Ох, Рети, — непроизвольно вырвалось у девушки, мигом отвлекая от всех посторонних мыслей. — Ох-х…

Нет, к хорькам рассуждения. Не до того…

Чуть позже, когда Ретен, как сытый кот, лениво ловил губами ее пальцы, Лаис все же рискнула спросить:

— А мать Дари… Она тебе кто?

— Она мне ресса Лиссерине. Глава рода. Была.

— Ты поэтому так переживал? Из-за того, что… Из-за борделя?

— Да. За ее честь я бы отдал жизнь. — Реплика прозвучала на удивление буднично, подтверждая серьезность сказанного. — И она бы приняла. У нее было это право.

Ресс помолчал, а потом добавил, со странным напряжением глядя на девушку:

— А теперь такое право будет у тебя. Ты примешь?

Лаис почувствовала, что ответ на этот странный вопрос почему-то очень важен для него и кивнула, не в силах отвести взгляд от его глаз.

— Да? — настойчиво уточнил тот.

И она подтвердила:

— Да.

— Это хорошо, — улыбнулся Ретен и явно расслабился, — это очень хорошо.

А до девушки вдруг дошла еще одна вещь:

— Так вы с Дари родственники?

— Очень дальние. Но да, общая кровь у нас есть.

— А кто еще? В смысле, кто у него еще из родни остался?

— Никого.

— Что?

— Больше никого. После смерти рессы Лиссерине, я глава рода. А он… весь мой род, собственно.

— Охре… То есть, поверить не могу. А Варан? С его стороны?

— Там все сложнее. Много сложнее. Но давай не сейчас, м-м?

И его губы вновь начали томительно-долгое путешествие вдоль ее шеи.

— По-моему, ресс Ретенауи, нам пора уже вспомнить о приличиях.

— Угум… — он и не подумал прерваться.

— Дари сейчас проснется.

— Угум… Я дверь запер, а он не настолько глуп, чтобы в нее ломиться.

— Встаем! — Лаис всё-таки вывернулась из объятий Ретена. — Нужно хоть что-нибудь и на завтра оставить.

— Ну только если поэтому.

— В ванную первым пойдешь?

— Вместе, радость моя. Вместе. Ты даже представить себе не можешь, сколько я об этом мечтал.

Спустя час Лаисса, уже одетая и расческой в руке, пыталась найти в своей сумочке выпавшие вчера из волос шпильки, а ресс, застегивая последние пуговицы на сюртуке, ловил в зеркале ее взгляд.

— Погоди, — вдруг напряглась она. — Усилитель. Где пузырек? Я не могла его потерять.

— Усилитель?

— Ну да, кристаллы. Я вчера прихватила их с собой.

— Дари! — Ретен, подволакивая ногу, бросился в сторону лестницы на чердак. — Вот ведь маленький гадёныш! Убью!

— Сама убью! — опередила его девушка, срывая ногти о щеколду на двери черного хода. — Боги, лишь бы только этот засранец выжил!