глава двадцать седьмая

А утром, за завтраком, произошло невероятное.

— Дари, есть иди. — позвала Лаис, раскладывая по тарелкам бутерброды.

— Нет, я не буду, — откликнулся мальчишка.

— Что?!! — и у Лаиссы, и у Ретена одинаково вытянулись лица. — Заболел?!

— Здоров, вашими молитвами. Просто так надо.

— Подожди, — нахмурился ресс, — ты что, руны кидать собрался?

— Собрался, — с вызовом глянул тот на него. — Давно пора было.

— Больница для психических, а не дом, — Ретен преувеличено аккуратно отложил в сторону намазанный маслом хлеб. — Не успели одну из отката вытащить, второй туда же. Зачем? Зачем тебе это сейчас?

Пепел набычился и посмотрел исподлобья:

— А ты считаешь, что в нашем будущем все ясно, словно солнечный полдень? И ни единого вопроса на горизонте?

— Дари, — подошла к нему Лаисса и, положив руки на плечи, заставила сесть. — Давай не сейчас, а? Все равно понятнее ситуация не станет — просто потому, что отталкиваться пока не от чего. Вот когда всплывет что-нибудь конкретное, или вдруг перед выбором окажемся — тогда и кинешь. Договорились?

Пепел принюхался к бутерброду, коварно положенному прямо перед его носом, и сдался:

— Договорились… — конец слова было не разобрать — мальчишка уже вгрызся в ветчину.

Ретен и Лаис подмигнули друг другу, но сделали это незаметно.

А через полчаса очередь переглядываться пришла для Пепла с рессом:

— И куда ты так собралась? — осторожно поинтересовался Ретен, разглядывая темно-серое, почти черное платье с белым ажурным воротником, надетое на девушку.

— В окружную управу, — ответила она. — В наследство вступать.

— Мы же пока ничего не решили.

— Ну так давай решим, — отозвалась она. — Пора уже.

Ретен в сомнении посмотрел сначала на Лаис, потом на Пепла и медленно проговорил:

— Эрдари прав в одном — если дом и дальше будет стоять пустым, он обязательно привлечет внимание. Им заинтересуются, обыщут и найдут, — он кивнул в сторону сундука. — Я не готов делать такой подарок тем, кто играет против нас. К тому же соседи…

— Лучше бы, конечно, вывезти бумаги куда-нибудь, — задумчиво протянула девушка.

— Сестричка, — ухмыльнулся Пепел, — лучше всего этот архив достать и прочитать. Если он вообще там. Но какой смысл мечтать о небесных кренделях?.

— Да, — отозвался ресс. — Так что согласен, пробуем вариант с наследством. Документы для тебя я сейчас сделаю. И возьмешь с собой Эрдари…

— Нет! — Лаис была непреклонна. — Пойду одна. Даже если мы все рассчитали правильно, и измененные здесь пока не появились, его присутствие многое осложнит. Самой мне будет гораздо проще. Версия будет такая: я вступила в наследство, оставшееся после… э-э… дядюшки, да? Но прежде чем ехать сюда семьей, решила сначала сама взглянуть на дом. И немного привести его в порядок. Через пару дней уеду, а вернемся мы уже всеми… ну, скажем, в следующем месяце.

— Разумно, — вынужден был согласиться Ретен, хотя отпускать Лаис одну ему категорически не хотелось.

Впрочем, в управе все прошло лучше не придумаешь. Молодой, франтоватого вида чиновник вился вокруг Лаис шмелем, и готов был смести для нее любые бюрократические преграды. Да, конечно, документы он примет, тем более что они явно в порядке. И да, конечно, Лаис получит все необходимые разрешения, но… не сегодня. За один день подобные вещи не в силах сделать даже он. Даже для такой прекрасной госпожи. Увы, как бы ему этого не хотелось, но он все-таки не всесилен.

Но поскольку оформление бумаг всего лишь вопрос времени, начать уборку дома она может хоть сейчас. Ах, не дома, а сада? Ну так тем более! Как раз в первом этаже здания управы недавно открылась очень ответственная контора, которая этим занимается. Может ли он проводить туда леди? Нет необходимости? Ну, тогда хотя бы сошлитесь на меня, при заключении договора — так он вам обойдется несколько дешевле…

Но как только за девушкой закрылась дверь, улыбка мгновенно слиняла с лица франта, и тот звякнул в колокольчик, вызывая секретаря:

— Отложи их в ту стопку, — протянул он бумаги помощнику, — что для господина Роти из фискального управления. Они его наверняка заинтересуют. Сдается, как раз что-то такое там и ожидают.

— Вызвать его? — поинтересовался секретарь.

— А разве он не собирался сам заглянуть к нам завтра? — отозвался чиновник.

— Да. Сразу после обеда.

— Вот и прекрасно. Дергать его мы не будем. Дамочка до этого времени никуда не денется, голову я ей задурил на славу.

Радушие чиновника могло обмануть кого угодно, но не ищейку. Уже закрывая за собой дверь кабинета, она поняла — вляпались. Чем-то она его насторожила. Или их настораживает любая подобная ситуация? Похоже, слежку за подозрительным округом вели не только измененные, но и здешние чинуши. Тем не менее Лаис сходила, как и собиралась, на первый этаж управы, договорилась с рабочими на завтра, оплатив им расчистку сада, и лишь после этого отправилась домой. По пути, правда, заглянула еще в и лавку, где продавали инструмент, фартуки, рукавицы и прочее в этом роде. У нее появились кое-какие идеи.

— Все-таки придется уходить, — немедленно отреагировал Ретен, услышав новости.

— И как это сделать? — Пепел с сомнением крутил в руках рабочий фартук, который вручила ему Лаис, но не рискуя его примерить. — Опять же архив…

— Дари, тебе что дороже, жизнь или эти бумажки? — обернулась к нему девушка.

— Ну, это как посмотреть. Мы же не знаем, что там за бумажки? Может, они и подороже окажутся.

— Не мели чепуху. Но… — она внезапно задумалась. — Вообще-то, завтра с утра приедут рабочие, расчищать сад. Возможно, удастся как-то вынести тот демонов сундук, спрятать его под мусором и вывезти отсюда. Это единственный выход.

— Не-а. Это не выход, — поморщился мальчишка. — Это, наоборот, якорь который выйти нам не даст. Пробовала эту хрень хотя бы приподнять? Не говоря уж про вынести? Нужно не меньше четырех грузчиков, чтобы с ним справиться.

— Стоп! Я кажется, знаю, кто может нам помочь, — оживилась она.

— Э-э… гвардия? — проявил понимание ресс.

— Именно. Сдается, самое время мне встретиться с семьей. Я сейчас поеду, попробую договориться.

— Нет. — Ретен был непреклонен. — Вот теперь точно нет. Больше ты никуда одна не поедешь. И не пойдешь!

— Но для вас это лишний риск нарваться на измененных.

— Значит, будем рисковать, — пожал он плечами.

— Не-не-не, сестричка, — поддержал его и Пепел. — Одни мы тут точно не останемся. Без тебя нам будет о-очень страшно. Поэтому придется взять нас с собой, чтобы мы не плакали. Сейчас, подожди минутку!

И тут же чуть ли не лбом столкнулся с рессом в дверях ванной:

— Так нечестно! Ты же там был!

Ретен в ответ только хмыкнул, но уже задвигая за собой щеколду с обратной стороны.

— Дари, — зашептала Лаис ему в ухо. — Может, все-таки удастся уговорить его остаться?

— Угу, приложить чем-нибудь тяжелым, — внес предложение Пепел. — Для убедительности. Главное, так рассчитать, что б не совсем до смерти.

— Я же серьезно! — возмутилась девушка.

— Я тоже. Все остальное несерьезно и можно даже не рассматривать — не сработает.

— А за тем же архивом приглядеть?

— Сестричка, ты в самом деле думаешь, что выбирая между «приглядеть» за тобой и этим вот, — Пепел ткнул в ящик, — твой ресс будет сомневаться, что выбрать?

— Не буду, — тут же подтвердил Ретен, выходя обратно в кухню. — Даже не надейся.

— Ладно, — смирилась Лаисса. — Тогда быстро переодевайтесь. А то там возле калитки уже какой-то дед топчется. Если что — увидеть он должен двух садовников, заглянувших оценить количество работы на завтра.

— А не всё ли равно, если уже засветились? — Дари опять в сомнении покрутил в руках жесткий черный фартук, что Лаис прикупила им для создания подходящего образа.

— Не всё, — поддержал ее Ретен. — Бегом переодеваться.

Через десять минут «рабочие» уже вовсю перекликались в саду, решая, что они будут завтра рубить и как вывозить. А Лаис, подойдя к калитке, нос к носу столкнулась с тем самым кружившим вокруг дома дедом.

— Добрый день, госпожа?.. — вежливо приподнял он шляпу.

— Петрен, — сурово глянула на него девушка. — С кем имею честь?

— Аси Нерм, к вашим услугам, — поклонился старичок. — Сосед я ваш. А вы, выходит, та самая наследница которую уже год как ждут?

— Да, племянница.

— Это хорошо, что мы с вами встретились. А то я ведь чуть было в полицию не пошел, — тоненько хихикнул дедуля. — Вчера кто-то здесь ходил, сегодня ходят — подозрительно же, не находите?

Лаис не находила, но и не спорить тоже не стала. Старалась лишь построже поджимать губы, в надежде, что навязчивый дед уберется. А тот делать этого не спешил, продолжая пристально разглядывать девушку:

— Вам, госпожа Петрен, нужно было сразу нам сказать, что вы приехали, а не пугать так всю округу, особенно после того вчерашнего убийства. Глядишь, мы бы вам еще и помогли чем…

Теперь старик упорно пытался рассмотреть, что происходит за забором.

— Да, это я не подумала, — все-таки извинилась Лаисса, поняв, что просто так тот не отстанет. — Столько всего сразу навалилось… Вон, рабочих в управе наняла, завтра приедут сад расчищать, а пока пришли глянуть, влезет ли мусор в одну телегу.

— Должен. — Аси Нерм бросил еще один внимательный взгляд поверх ограды. — Старый Петрен тут, вообще-то, порядок держал, разве что в последнее время подзапустил чуток. Так что сильно-то зарасти не успело… О! А вон и наш околоточный идет. Не иначе как его госпожа Ирда позвала. Говорю же, испугали вы нас всех давеча…

Вырваться Лаис удалось только через полчаса. «Рабочие» ушли раньше, и встретились все уже на площади перед храмом Пресветлой — на той самой стоянке экипажей, куда их привезли вчера. А еще час спустя, они высадились из коляски на Императорской площади Рески и зашагали к тому крылу дворцового комплекса, где находились казармы охраны. Все три брата Лаиссы, служившие в гвардии, устроились именно там. И устроились весьма неплохо для сыновей небогатого провинциального пекаря.

Дари, пока они шли через самый центр столицы, все время крутил головой по сторонам, пока не созрел для неожиданного вопроса:

— Зачем такие широкие улицы?

— Что б невозможно было перекрыть их баррикадами во время волнений, — не задумываясь ответил Ретен.

Пепел глянул с уважением:

— Это тебе опять в твоей Шант Эли объяснили?

— Нет. Но после нее такое и без объяснений начинаешь понимать.

— Ага. — Уважения во взгляде мальчишки лишь прибавилось.

— Эрдари, — ресс вдруг остановился и глянул на него в упор, — а как насчет того, чтобы самому там поучиться?

— Ты охренел? — не удержался Дари и вытаращил глаза.

— Почему? — поморщился тот от такой непосредственности.

— Ну… — мальчишка вдруг задумался. — Разве что удастся подтвердить титул отца… Нет, нереально. Чушь все это.

— А как насчет титула ресса из рода Ретенауи? — будничным тоном поинтересовался Ретен. — Могу тебе его подтвердить хоть сейчас.

— Ты готов из-за меня так подставиться? — Пепел вытаращил глаза еще больше. — Десять лет ото всех бегал, а тут прямо сам явишься и сдашься? Просто чтоб подтвердить мне титул?

— Посмотрим, — ответил тот, но посмотрел почему-то на Лаис, тоже потерявшую дар речи. — Объявиться мне все равно придется, без этого брак не заключить. Надо продумать, как все устроить… поаккуратнее.

— Брак? С ней? Охренеть! — снова не удержался мальчишка. — Ресс, да вы полны сюрпризов. Вы просто-таки набиты ими, как погремушка горохом.

— Нет! — внезапно отмерла девушка. — Даже не думай! Чтобы из-за меня ты так рисковал…

— Радость моя, — Ретен, как ни в чем не бывало, зашагал дальше, увлекая их за собой. — Это ты даже не думай указывать мне, о чем думать. Ты дала согласие — остальное не твоя забота.

— Твааааю ж… — не веря своим ушам, протянул Пепел.

— А ты, мальчик, учись держать себя в рамках и следить за языком. Пора уже. Если тебе, конечно, тебе интересно мое предложение — позорить род Ретенауи я не позволю никому. — Ресс глянул так, что желание пререкаться отшибло напрочь. Причем у обоих.

— Ага, — тихо согласился Пепел. И тоже за обоих — к Лаис дар речи еще не вернулся.