38. Алика
— Нет? — отчаянно переспрашиваю. — Но я свободный человек! И ты не можешь меня держать силой! Найди себе другую домработницу!
У меня есть еще пара обидных фраз, но все они вылетают из головы, как только Камиль оказывается слишком близко, буквально отрезая мне пути к бегству. Прижимает к стене, а руки ставит по обе стороны, так что теперь вряд ли выйдет ускользнуть.
— Это вопрос безопасности, — ровным голосом произносит он.
— Какой безопасности? Не обманывай меня. Единственный человек, которому я была нужна, теперь не в состоянии сам ходить. Он ведь едва жив, ты сам так сказал. Нет никаких угроз, чтобы…
— Ты ошибаешься, Аля. Ты нужна мне. И я не отпущу тебя, — невозмутимо перебивает меня Камиль. — Просто прими этот факт.
От такого заявления у меня пропадает дар речи. То есть, как это — прими?
— Я, что, пленница?!
— Ты — моя.
Ошарашенно смотрю в ответ. Я ожидала чего угодно, но не этого.
— Что? Это шутка такая?
Взгляд Камиля ощутимо темнеет, скользит ниже, на мои губы. И я снова реагирую на него. Просто не могу не реагировать. Не выходит.
Он молчит. Только смотрит так внимательно, словно в самую душу пробраться хочет.
— Зачем? — шепчу расстроенная. — Это жестоко…
— Аля, ты теперь моя. Насовсем. Не пытайся сбежать.
Вроде он говорит мягко, но слова-то такие, как угроза звучат.
— А если я не хочу? Если мне плохо рядом с тобой?
— А тебе плохо? — Тагаев пристально смотрит, будто ищет ответы на невысказанные вопросы, что так и витают между нами.
— Плохо, — дрожащим голосом говорю, собрав остатки воли в кулак.
— Разве я обидел тебя? Сделал больно?
— Нет, но…. Я не хочу быть заменой. Бледной тенью прошлого.
Камиль не торопится меня разубеждать. Только чуть хмурится, будто я чем-то его озадачила.
— Ты правда так думаешь? — судя по его голосу, он действительно не понимает этого. — Да, у тебя есть сходство с Марго, но поверь, вы очень разные. Ты не она. И я это отлично понимаю.
Упрямо поджимаю губы и отворачиваюсь, чтобы спрятать слёзы, выступившие на глазах против моего желания. Но Тагаев упрям — мягко возвращает обратно, вынуждая смотреть ему в глаза.
— Ты мне не веришь?