40. Алика

Когда голоса снова становятся слышны, я все же осторожно выглядываю из комнаты, но мужчины говорят довольно тихо, так что слов разобрать не выходит.

Зато, как только дверь за гостем закрывается, Камиль оборачивается в мою сторону и едва заметно усмехается. А затем идет ко мне.

И в ответ на этот вот взгляд во мне снова все откликается. В первую очередь предвкушение. Я ведь помню, на чем нас прервали.

— Подслушивала? — мягко спрашивает он.

— Немного, — признаюсь, завороженно глядя на мужчину.

И чем ближе тот подходит, тем медленнее я отступаю обратно в комнату. А потом и вовсе оказываюсь возле кровати.

— Ай-яй-яй, Алика, нехорошая девочка, — продолжает игру Камиль.

В момент, когда он оказывается достаточно близко, я чувствую, как внизу живота разливается приятное тепло. Понимаю, что это банальное возбуждение, но вместе с этим испытываю еще и потребность в том, чтобы убедиться, расставить все точки по местам.

— Кто приходил?

— Друг, — не сразу отвечает он. — Но это неважно, мы остановились на очень важном моменте и…

Я знаю, что будет дальше. Чувствую. И отлично понимаю, что стоит ему ко мне прикоснуться, как все мысли просто растворятся. Поэтому торможу Камиля, выставляя перед собой руки.

— Подожди.

— Что? Ты передумала?

— Я не могу… вот так…

Выражение лица Тагаева неуловимо меняется.

— Вот так?

— Когда ты называешь чужие имена… ну, когда…

Чувствую себя такой дурой в этот момент, но пока Камиль общался со своим другом, я поняла кое-что очень четко — не смогу просто закрыть на это глаза. Я должна выяснить, так ли это было. Сейчас, спустя столько времени, у меня не было уверенности в этом. Но я надеялась, что если Тагаев станет врать, то я это пойму. И тогда… Что будет тогда, я не придумала пока. Но эта необъяснимая ревность к его прошлому отравляла те моменты, когда мы были вместе.

— Когда что? — Камиль поддел пальцами мое лицо, заставляя посмотреть ему в глаза. — Аля, ты о чем вообще?