45. Алика

Все случается слишком быстро. Я даже не успеваю понять, как уже сижу в чужой машине с мешком на голове. По коже мороз — все опять повторяется! Снова!

Единственная разница — в этот раз обращаются со мной на порядок лучше и не запихивают в багажник.

Как так вышло, что охрана упустила момент, и меня перехватили возле самого дома? Я не понимаю. И мне очень страшно.

— Сиди тихо, — приказывает один из похитителей. Первая мысль — это снова отчим. Но я же помню, что Камиль обмолвился, что больше он меня не потревожит. На прямой вопрос, жив ли Эдуард, не ответил, но многозначительно посмотрел.

Тогда кто? Неужели это из-за Тагаева? Ведь я-то вряд ли кому-то нужна…

Невольно вспоминаю про Марата и понимаю, что тоже могу быть его слабым местом. А значит, вряд ли меня везут на увеселительную прогулку.

Едем мы недолго, но из-за мешка на голове я совершенно не понимаю, куда именно. Даже когда машина останавливается, его не снимают. Так и выводят на улицу в нем.

Естественно, я спотыкаюсь, и тут же с двух сторон чувствую крепкую хватку. Руки связаны спереди, и эта беспомощность угнетает.

— Топай, давай, — прилетает еще один приказ. Меня отпускают, и я пытаюсь сделать шаг, затем другой. Но когда ты ничего не видишь, это очень сложно. Выставляю перед собой руки. Слышу, как один их мужчин чертыхается и снова хватает меня за плечо.

Когда с меня стягивают мешок, то почти сразу буквально вносят в какое-то помещение. От света щурюсь, и только спустя несколько секунд понимаю, что вижу Камиля. Тут же расслабляюсь, потому что он рядом.

И, как оказывается, зря…

Ведь кроме Тагаева тут еще один мужчина с обезображенным лицом и с пистолетом в руке.

— Ой, забыл сказать, что и не только ты, братишка. Вы оба. Оба сдохнете здесь. Вопрос в том — как. Это зависит от того, чьи предпочтения победят…

Его слова заставляют меня рвано вдохнуть. Смотрю на Камиля, и по его лицу понимаю, что это не шутка.

— Что ж, время начинать, дорогие мои. Гостям не терпится сделать ставки.

Только тут я замечаю огромную плазму на стене, на которой изображение какого-то кабинета и людей в масках. У каждого из них в руках что-то вроде пульта, а рядом появляется вдруг картинка, на которой бегут непонятные цифры, двигаются столбики.

И только надписи заставляет внутри все похолодеть.

“Застрелить”.

“Вырезать сердце”.

“Газовая горелка”…

В ужасе читаю то, что мелькает на экране, и с трудом осознаю — все это не сон, все по-настоящему.

Ноги становятся ватными, а когда Камиль делает шаг ко мне, звучит выстрел.

— Еще один, и я остановлю голосование, — жестко заявляет изуродованный незнакомец. — Но тогда я сам выберу для нее мое любимое.

Тагаев стискивает зубы и медленно кивает, возвращаясь на место.

— Рад, что ты получаешь удовольствие от игры, братишка, — скалится тот, а я шокированно выдыхаю.

Братишка? Это что значит? Это брат Камиля?!