Глава 54 "Анабиоз. Сон разума"

Вязкая жидкость опустилась глубоко в моё тело, обжигая всё от горла и до самого желудка. Отчего я тут же сделала пасс назад, переводя скомканное дыхание.

На языке застыл необычный кисловато-сладкий вкус, не позволяя выкинуть из головы всё то, что тут только что произошло. Сама не верю, что я на самом деле это сделала. Выполнила все наставления «От» и «До», именно так, как и учила Эрика.

Заглатывала. Дышала носом. Облизывала. Чередовала губы и язык. Использовала щеки и немного зубов. И, конечно же, проглотила всё, что он в меня кончил.

И судя по состоянию самого Уилена, сделала я всё более чем «Достойно».

Прижимаясь лопатками к светлой стене, он продолжал сжимать в кулаке мои волосы, не позволяя получить долгожданного освобождения. Его кадык слегка подрагивал в такт сбившемуся дыханию, а артерия на шее пульсировала настолько сильно, что я могла сосчитать каждый удар рвущегося из груди сердца.

Затуманенный взгляд Уилена засасывал меня какую-то невообразимую, огненную воронку, от которой становилось не по себе. Казалось, ещё немного и он сделает что-то невообразимое. Дикое! Ненормальное! Не знаю что именно, но перепуганное сознание было готово забиться в самые отдалённые уголки моего разума, только бы не позволить этому случиться!

— Если это всё, то могу я быть свободна? — нервно сглотнула, смотря на него снизу вверх.

Колени так сильно врезались в деревянный пол, что тело уже начало сдавать позиции заставляя сказать что угодно, только бы прекратить эту болезненную резь в голове и на коже.

— Можешь, — снова скривился Уилен, избавляясь от моих волос, словно отчего-то омерзительного. И я сразу же оставила его один на один с открытым душем, напоминающим вышедший из-под контроля тропический ливень.

Быстренько обмотавшись полотенцем и убрав волосы, я, тут же начала чистить зубы, стараясь выжечь со своего рта вкус Хэммела, хотя бы этой ядовито-мятной пастой.

Но ничего не получалось.

Кисловато-сладкая жидкость, с консистенцией сахарного сиропа настолько сильно въелась мне под корку, что избавить от этих ощущений, могла разве что лоботомия.

Сделав последний глоток воды, я опустилась на корточки, начиная собирать разброшенные по полу вещи. Штаны и трусики лежали рядом, а вот рубашку я скинула прямо на вещи Хэммела.

Подняв её, закидывая себе на руку, я уже собиралась уйти, как моё внимание привлёк раскрытый бумажник. Уилен настолько резко снимал с себя одежду, что тот выпал из кармана брюк, так и оставшись лежать здесь, незамеченный своим хозяином.

Кто знает, возможно в любое другое время я бы переступила через него и пошла дальше, но только не сейчас. Не тогда, когда на меня «смотрела» чья-то фотография.

Убедившись, что Уилен до сих пор держит голову под бегущей водой, я потянулась к чёрному бумажнику, высвобождая из прозрачного кармашка затёртое фото. Помятое, разорванное и заново склеенное, оно совершенно не позволяло определить, когда именно было сделано: то ли два года, то ли десять лет назад. Отчего, всё, что мне удалось понять, что это молодая и довольно привлекательная девушка. Именно такая, которые совершенно не нравятся Хэммелу.

Тёмные волосы, спадали по плечам аккуратной волной, а выразительные, карие глаза, делали её настоящей красавицей. А в купе с идеально отчерчеными губами она могла дать фору абсолютно любой моделе или кинозвезде!

Отчего у меня в голове возникли вполне естественные и закономерные вопросы: Кто эта девушка и почему он постоянно носит с собой её фото?

* * *

Спать с Уиленом — всё равно, что находиться в совершенно пустой кровати. Он никогда не обнимал и никогда не пытался прижаться. Уткнувшись лицом в подушку, он спал всегда на одной и той же стороне кровати — в своей собственной зоне комфорта.

А затем наступало утро, и он покидал меня ещё задолго до моего пробуждения. Обычно это происходило около шести утра. Несколько раз я пыталась уловить этот момент, но он снова и снова растворялся в сумерках рассвета, словно медведь из сказки, не позволяя никому увидеть своего настоящего лица. (Имеется в виду сказка о заколдованном принце, который превращался в человека только по ночам)

Но только не на этот раз.

Всю прошлую ночь я совершенно не могла найти себе места на бескрайних просторах теплой постели. Думала о женщине с разорванной фотографии. Представляла как буду говорить с Дэваном о нашем с ним ребёнке. И снова и снова перекатывалась с бока на бок, изучая мутные узоры погруженного во мрак потолка, стараясь не сойти с ума от ожидания. И именно поэтому, когда Уилен наконец-то проснулся, уже давным-давно отсчитывала секунды до его ухода.

Странно, как тихо он скользил в серой дымке рассвета, неспешно выходя из ванной. Как выбирал костюм и как тихо надевал отглаженную рубашку, застёгивая манжеты и поправляя накрахмаленный воротник. Словно и не человек вовсе, а самый настоящий призрак, рождённый из пепла человеческих жизней и тумана пролитых слёз.

И я смотрела на него словно заколдованная, раз и навсегда прощаясь со всем тем чёрно-серым миром, в который он утянул мою душу.

Наконец-то приглушенные шаги растаяли за входной дверью, позволяя мне оставить кровать и подбежать к окну гостиной, провожая взглядом отъезжающее авто.

Сердце забилось барабанной дробью, когда я разблокировала телефон, смотря ничего невидящими глазами, на утопающий в цветах дисплей. Номер Дэвана я знала так же хорошо, как и «Отче наш». Разбудите меня в час ночи или спросите его пока я схожу с ума в лихорадке, а я всё равно назову все с первой до последней цифры.

Один гудок. Второй. Третий и наконец-то я слышу знакомый голос из прошлого.

— Слушаю, — довольно бодро проговорил Дэв, собираясь на работу.

— Это я, Энни, — как же сильно в этот момент тряслись мои руки, заставляя меня хвататься за телефон, словно за спасательный круг. Голос дрожал, а язык отказывался подчиняться здравому рассудку, превращая мои слова во взволнованный шепот. — Нам нужно встретиться и поговорить. Это важно Дэв. Очень важно.

— Где и когда? — наконец-то проговорил он, возвращая мне возможность дышать.

— В твой обеденный перерыв. Кафе «Брейк Холлден».

— Хорошо, Эн. Я позвоню.

— Спасибо, — расплылась в счастливой улыбке, чувствуя, как мне в ладони положили крохотный камушек, всё ещё позволяя восстановить руины наших с ним отношений.

Часы до нашей встречи высасывали из меня совершенно все соки и всё терпение. Я тонула в бесконечности секунд, теряясь в нескончаемых пустынях удушающих минут. Чувствуя себя столетней старухой, рассыпающейся от каждого лишнего движения.

Наконец-то заиграл установленный будильник, и я тут же соскочила с дивана, словно диспетчер объявил о прибывающем поезде.

Ехать с Куртом я не могла, так что вызвала такси и, ничего не объяснив Саре, выбежала из дома, направляясь к припаркованной у порога машине. Хорошо, что Уилен не страдал паранойей и не держал меня на цепи, с браслетом на ноге как самую настоящую заключенную.

Когда же я зашла в зал небольшого, но по-настоящему уютного кафе, Дэван уже сидел за столиком у окна, помешивая свой любимый американо.

Ноги стали ватными, а тонкий ковёр каким-то липким и вязким, засасывая меня в зыбучие пески волнения. Но я всё-таки нашла в себе силы, вырваться из его навязчивого плена, вышагивая уверенной походкой к ждущему меня мужчине.

Дэван не сразу обратил внимание на моё приближение, но стоило нашим глазам встретиться, как он тут же поднялся, отодвигая для меня стул вместо официанта.

— Хорошо выглядишь, Эн, — спокойно и с некоторым придыханием проговорил Дэван, изучая меня, словно музейный экспонат.

— Да, я знаю. Деньги мне к лицу, — улыбнулась, вспоминая его слова.

— Извини, просто был не в себе, Всё-таки не каждый день твоя бывшая приходит на банкет в компании начальника, — присел он напротив, а я тут же отпустила от нас молодого парня, заказав крабовый салат. — Ну так и о чём же ты хотела со мной поговорить? — не знаю почему, но Дэван практически сиял, не сводя с меня блестящего взгляда. Казалось, что он ждёт от меня кого-то конкретного ответа или предложения, из-за чего я слегка напряглась, не зная как именно ему обо всём рассказать.

— Знаю, что это немного неожиданно и может показаться тебе чем-то противоестественным, — потупила взгляд да его улыбке, не зная, куда подевать руки, но стоило мне замолчать, как Дэван мгновенно перехватил мои пальцы, сжимая их у себя в ладони.

— Всё хорошо, Энни. Можешь сказать мне всё что пожелаешь, — понимающе проговорил, стараясь заглянуть мне в лицо. — Мы ведь не чужие друг другу.

— Дэв… — практически простонала, от его понимающего тона. — Я беременна, Дэв. И срок уже больше восьми недель. Ты ведь понимаешь что именно это значит, верно? — засосала губу, смотря на сидящего напротив мужчину, готовясь расплакаться в совершенно любой момент.

— Что? — переспросил, пытаясь уловить смысл только что услышанных слов. — Ты что?

— Помнишь Рождественское утро? Мы тогда ещё в последний раз переспали без защиты.

— Ты в этом уверена? — молниеносно напрягся, и я болезненно скривилась от того, как сильно он сжал мои пальцы, втискивая тонкие кольца в соседние фаланги.

— Более чем. Хэммел бесплоден, а ты единственный с кем я была помимо него.

— Ясно, — наконец-то выпустил он мою руку, позволяя облегчённо выдохнуть. — И что же теперь? Что ты собираешься делать? — устремив на меня сосредоточенный взгляд, Дэв поднёс к губам переплетённые в замок пальцы,

— Оставить, — потянулась к приборам, чувствуя настолько сильный прилив голода, что всё помимо небольшой тарелки салата тотчас прекратило для меня своё существование. — Я надеялась, что ты обрадуешься этой новости.

— Ну что ты, Энни. Я, конечноже, рад, — провёл он рукой по затылку, взъерошив идеально уложенные волосы. — Но как ты собираешься раскрутить всё это? Я имею в виду, знает ли об этом мистер Хэммел?

— Ещё нет. Но не думаю, что возникнут проблемы. Я знаю, что предложить ему в обмен на свободу. Ну а если он будет против, то мы всегда сможем убежать, — пожала плечами отправляя в рот кусочек краба.

— Хорошо, Энни, думаю, ты права. Главное что у тебя есть чем крыть, — шумно втянув воздух, он снова взял меня за куру, поглаживая большими пальцами тыльную сторону ладони. — Тогда давай сегодня же всё и решим, — улыбнулся мне Дэван. — Ты поезжай домой, а я приеду, как только закончу на работе. И мы оба поговорим с мистером Хэммелом. Хорошо?

— Да, — утвердительно качнула, чувствуя, как моя потерянная планета наконец-то возвращается на свою прежнюю орбиту, приводя в порядок разрозненные мысли.