Глава 26

Вечер плавно перетекал в ночь. Я обзавелась массивным ожерельем, что торжественно приобрёл для меня Дэмир, заверив, что это не хрусталь, а самые настоящие слёзы дракона. Я не знала, что такое слёзы дракона, но висюльки на тонкой золотой цепочке напоминали мне о люстре на тысячу свеч, что висела у нас в тронном зале.

Спорить не стала, с благодарностью приняла подарок, позволив демону застегнуть ожерелье на своей шее.

Этот вечер изменил во мне многое. Это странно, ведь я сбежавшая принцесса, не доехавшая до монастыря, неумёха целительница, стихийница, которая ничего не знала до недавнего времени о стихии огня, замужняя госпожа… а чувствовала я себя на удивление легко и свободно. Будто ничего из вышеперечисленного совершенно меня не касается.

К тому же посетила такая неуместная и ошеломляющая мысль, что я мигом собрала волю в кулак и тряхнула головой, пытаясь вытеснить подобную глупость хотя бы таким образом.

Насколько всё было бы проще, родись я и в самом деле в семье земледельца или фермера? Насколько всё было бы проще, будь я демоницей?

— Демоны… — выдохнула я, не желая омрачать ночь тяжёлыми разговорами, но не спросить не могла, — Почему вы… люди, а не в истинной сущности или ипостаси?

— А драконы тебя не смутили? — хмыкнул Дэмир, остановившись у лавки со сладостями. Демон подал знак лавочнику, что с нескрываемым любопытством наблюдал за нами, сохраняя на упитанном лице добродушное выражение. — И леденец, пожалуйста. — добавил Дэм, хитро покосившись в мою сторону.

Безусловно, в Найвае тоже есть леденцы. Но не такие же! Это целый снежный ком на палочке, ещё и шоколадный, почему-то. Как это безобразие можно есть?

Упустила из виду, как именно демон рассчитывался с лавочником, потому что мне нагло всунули в руки этот леденец, от которого я не могла отвести взгляда. Такое мне в рот точно не поместится.

— Идём? — Дэм насмешливо посмотрел на леденец, посоветовав — Съешь шоколад.

— А может, ты угостишь меня чем-то другим? — ворчливо поинтересовалась я, не разделяя энтузиазма демона. Ему лавочник целую корзину всякой всячины вручил, а он мне леденец какой-то впихнул.

— Попробуй. Можешь это считать традиционным десертом демонов.

Ну да, конечно. Что в леденце необычного? Ну, полили карамель шоколадом, и всё, считают теперь, что изобрели десерт? Самомнение у них, как у эльфов, честное слово.

Помня, что наша прогулка не может длиться вечность, я решила уступить демону и не тратить время на прирекательства и споры. Пусть.

Какое же меня ждало изумление, когда за молочным, невероятно нежным и воздушным шоколадом, оказалась никакая не карамель! Не знаю, как обозвать это наивкуснейшее безобразие… это… божественно. Словно мякоть клубники немыслимым образом сформировали в шар из чистого льда. Это так вкусно! Это невозможно просто вкусно!

Я и подумать не могла, что леденец у демонов от слова лёд!

— Я знал, что тебе понравится. — хохотнул Дэм, пока я с нескрываемым удовольствием гоняла во рту ледяной шар. Даже если я простужусь, заболею, я никогда не пожалею об этом моменте. Это того стоит. Очень вкусно. Невероятно насыщенный вкус, особенно когда шоколад уже подтаял…

— Ладно. Не буду донимать вопросами. — хмыкнув, Дэмир взял мою руку в свою, увлекая меня к смутно знакомой площади.

Да, вот и всё. Волшебный вечер подошёл к концу. Мы шли к Фраю.

Очень жаль. Я бы ещё посидела с Дэмом на лавочке, послушала его проникновенный голос, погуляла бы по улочкам… Ещё бы чего-то вкусного, может быть, попробовала.

Довольно быстро мы оказались в колеснице, что нисколечко меня не радовало на самом деле. Чудо-леденец почти закончился, а я… я расстроилась. Вот, казалось бы, не хотела портить нашу прогулку, такое себе тёплое свидание, а сама же себя накрутила так, что вовсе пожалела о том, что сюда отправилась.

— Ты думаешь, что между нами пропасть, но это не так. — умостив корзину со сладостями между нами, демон потянулся к вожжам. — Начнём с того, что наша истинная ипостась и сущность — эта та, что ты видишь, а не та, о которой думаешь. Тебя запугали демонами, вот ты и ждёшь чудищ, изумляясь двум рукам и ногам.

Фрай неспешно пошёл вперёд, осыпав воздух летящими от его гривы искрами.

— Ты же не хочешь сказать, что вы люди? — без особого энтузиазма спросила я, подавив грустный вздох. Не хочу во дворец демона возвращаться! Осточертел этот песок, жарища, духота и девицы его полуголые!

— Мы демоны, Лилиан. Но демоны — люди.

— Это какая-то философия? — простонала я. Я никогда её не любила и не понимала. Зачем и к чему она, когда можно всё сказать прямо, без метафор, без крылатых и весьма спорных выражений? Своими словами и по существу, не сотрясая воздух напрасно.

— Это не философия, Лилиан. Это правда. Демоны — это люди, которые были прокляты и преданы огню. Точнее, так они ими стали. Так родилась новая раса.

— Ты это серьёзно? — да, я не ловила демона на лжи, но ведь это невозможно. — Что значит, прокляты и преданы огню?

— Земли Пепла не были Землями Пепла. — грустно усмехнулся демон. — Это была территория эльфов и людей. Когда-то прибрежье называли Приграничьем, потому что оно граничило с океаном и Драконьим Островами, что находились не так уж и далеко, если полагаться на водные мили.

— Океан? Ты про Лазорево море?

— Это сейчас оно море. — фыркнул Дэм, тут же дополнив — А был океан до того, как природа восстала против человека.

— О чём ты? — не понимая и половины из услышанного, я почему-то не на шутку разнервничалась, чувствуя себя неуютно и неспокойно.

— О том, как появилась четвёртая стихия и моя раса. — спокойно проговорил Дэм, отпустив вожжи и погрузив руку в корзину со сладостями. — Океан. Порт. Леса. Поля… и древние вулканы, которые люди по неблагоразумию нарекли Спящими Братьями. Старший — самый большой из них. Средний — меньше Старшего, но больше Младшего — самого маленького вулкана. Они пробудились по очереди, не дав людям и эльфам опомниться и оправиться после пробуждения предыдущего. Лава каменела, превращая бурные воды океана в песок и камень, разрушала поля и поселения. Катастрофа. Катастрофа, с которой стали бороться все — люди, эльфы, драконы, маги и артефакторы. Прогнозы были неутешительные. После пробуждения Среднего Брата началась борьба за выживание целого континента. Старшего боялись. Даже драконы, вставшие тогда на защиту Приграничья, не остались в стороне. Потоки лавы добирались до ближайших островов, принадлежащим крылатым, уничтожая водные просторы. Возможно, это не было жестом доброй воли с их стороны. Братья сплотили все народы. Только спасение и защиту от Старшего Спящего Брата принесли не они. Тёмный эльф принёс жертву своим богам, бросив в жерло вулкана сотню людей. Жертва была принята, Лилиан. Последствия… ты их видишь.

Когда Дэм замолчал, я далеко не всё успела осмыслить и обдумать.

— Ты… — замолчала, скомкав пальцами юбку платья, — Какого возраста?

— Ох, Лилиан, — озорно прищурился демон, — За что я тебя и люблю, так за твою непосредственность. Я тебе о гибели, природной катастрофе и жертвоприношении, а ты думаешь, что я настолько древний, что застал те времена. Боишься, весь этот песок, что нас окружает, из меня насыпался? Мне двадцать девять лет по вашим и по нашим меркам.

Конечно, я примерно так и подумала. Не настолько глобально, но всё же. Он просто так говорил об этом, что его лицо…

— Ты что? — осенило меня, выбив остальные мысли напрочь. — Ты меня любишь?