13. Куда бежать

Просыпаюсь от того, что в дверь кто-то негромко стучит и зовёт меня. Спросонья не могу сообразить, кому принадлежит голос. Зато вмиг понимаю, что под одеялом я абсолютно голая, а рядом без задних ног спит мой будущий муж.

Который час?

Кручу головой. На стене часы показывают что-то около десяти. Не может быть?! Когда мы успели уснуть? Я вообще не помню, как вырубилась.

Расталкиваю Азиза и с шёпотом ужаса проговариваю ему в ухо:

— Азиз! Тебе надо уходить! Утро! Кто-то стучит в дверь!

Сонный Азиз отрывает голову от подушки и пытается сообразить. Снова стук в дверь, за ручку подёргали.

— Эрика? Ты проснулась? — Это Аника.

Услышав голос сестры, с именем Аллаха Азиз вылетает с постели, натягивает брюки. Остальную одежду я беру в охапку и сую ему в руки, затем открываю окно. Он уже собирается вылезти, как вдруг пятится назад.

— Нет.

Я смотрю в окно и тут же закрываю его шторкой.

— Чёрт! Там люди. Что делать?

Аника вроде ушла. Азиз замер посреди комнаты с одеждой в руках.

— Почему ты меня не разбудила?

— Я?! Да я сама уснула! Ещё теперь меня обвини во всём.

Он смотрит на часы, и глаза становятся круглыми.

— Я пропустил намаз. Меня ищут, наверно.

Азиз снова смотрит в окно, стараясь не высовываться. Неподалёку стоят мужчины, увлечённые беседой. Отойдя от окна, Азиз начинает одеваться. А я все это время голая стою! Быстро надеваю пижаму. Если что, скажу, что крепко спала.

Азиз успевает заправить рубашку в брюки, как в мою комнату снова стучат. На этот раз — Таисия.

— Эрика? Ты зачем закрылась? Всё хорошо? — потом она кому-то говорит что-то на арабском. Азиз переводит: — Надо её разбудить. А вдруг она заболела. Не понимаю, почему она заперла дверь.

Гневно смотрю на Азиза, только мысленно говоря: «Всё из-за тебя». Мой рот сжат в одну полоску. Он сам растерян, взъерошил свои волосы. Такой лапочка, когда беспомощен.

С минуту думаю, затем велю лезть под кровать.

— Но, Эрика, я не могу…

— Можешь. Ко мне в комнату ночью залезть смог, под кровать тоже полезешь. Доверься мне.

Надо открыть Тае и Анике, а то они Ляйсан позовут. Быстро набрасываю одеяло так, чтобы края доставали до пола, затем претворяюсь очень сонной и, открыв дверь, высовываю голову.

— Наконец-то! Почему ты заперла дверь?

— Потому что… потому что она постоянно открывалась. Честно, мне было страшно. Полночи не спала. Разрешите ещё немного поспать.

— А завтрак? — удивляется Аника.

— Позже. Я не могу на ногах держаться, а о еде и думать не хочу.

Они мне верят и уходят. Я снова запираю дверь, а потом начинаю смеяться до истерики. Азиз выползает из-под кровати.

— Я ведь не собирался спать всю ночь.

А я хохочу в ответ, плечи трясутся, не могу заставить себя стать серьёзной.

— Смейся, смейся, — говорит он с глупым выражением на лице. Он правда похож на ребёнка, который напроказничал, а теперь не знает, как выкрутиться.

— Будешь… — новый приступ смеха. — Будешь отбывать срок до свадьбы вместе… со мной… — и снова хохочу, аж живот разболелся.

Азиз недолго держится, затем всё же показывает улыбку.