11. Я не такая

Он хватает меня за руку. Больно! Вскрикиваю, пытаюсь вырваться, но Азиз крепко держит и не думает о том, что причиняет мне боль.

— Что ты от меня скрываешь?

И тут я решаю рассказать ему правду. С меня хватит! Покрывая других, я подставляю себя. Если они не думают о моем благополучии, то почему я должна переживать за них?

— Я твой муж, не чужой человек, — продолжает он тем временем. — Мы одни. Нас никто не слушает.

— Какая разница? У вас как? Одному скажешь — ОАЭ знает!

— Замолчи!

— Так мне говорить или молчать?

С психом он бросает меня на подушки. Я быстро отползаю в угол, срываю с себя абайю и бросаю на пол, словно ненужные тряпки.

— Иди к чёрту! Не нужен мне такой брак. Муж всегда должен быть на стороне жены, тогда и жена будет доверять мужу. Хочешь правду? Держи! — Я снимаю с головы душащий платок и распускаю волосы. — Аника давно крутит любовь с парнем по имени Мажид. Он беден и не способен заплатить махр. Но они любят друг друга, поэтому побег — единственное решение, которое смогла принять Аника. Я предупреждала, что не стоит выдавать её замуж…

Не договариваю. Щёку словно что-то неожиданно обожгло. Не сразу понимаю, что получила от Азиза оплеуху. Он склоняется надо мной и грозится пальцем.

— Ты понимаешь, что натворила? Понимаешь?

Глубина гнева в его глазах ужасающая. И я на самом деле не знаю, как себя вести. Это не первая наша ссора, но так я его ещё не боялась.

— Я не советовала ей…

— Да плевать, что ты советовала, Эрика! Ты скрыла от её семьи важную вещь! Поддерживала эту позорную связь. Знаешь, кто ты после этого?

— И кто же? — осмеливаюсь спросить я. А потом встаю и, вздёрнув подбородок, выплёвываю ему в лицо следующее: — А знаешь, кто ты после всего? Говнюк! Твоя любовь не стоит ровным счётом ничего. Так давай, взращивай живот Самиры, а меня не трогай. Уеду в Москву, как только выпадет возможность.

Толкнув ошарашенного Азиза в сторону, быстрым шагом покидаю комнату, даже не думая набрасывать на голову платок. В этом доме я больше не стану покрывать голову. Это протест. Решили, что я конченая идиотка, которая будет выполнять каждое их желание? Я не такая.

В тот же вечер Ляйсан зовёт меня к себе, и я уверена, что она, как и Азиз, станет отчитывать меня и угрожать. Но внезапно я получаю от неё поддержку.

— Аника никогда не слушала, что ей говорят. У неё характер, как у матери. Та тоже делала так, как хочется, а не как велят устои. Не переживай, Эрика, никто не винит тебя в произошедшем.

Не винит? Ах, хотелось бы, чтобы так и было!

— Азиз зол. Он ударил меня, — жалуюсь я, мозгом понимая, что не должна этого делать. Слово не воробей… — Но я не обижаюсь на него за это. Сама напросилась. Нечего было Анику слушать.

— Я поговорю с Азизом, — обнимая меня, ласково говорит Ляйсан.

— Не надо, Ляйсан, это не поможет. Я ведь скрыла правду. Скрыла просто потому, что Аника доверилась мне. Я отговаривала её, предлагала поговорить с Азизом, но она умоляла не делать этого. Как, скажите, как я могла пойти и растрезвонить не свою тайну?

— То, что ты умеешь хранить тайны — хорошо, — задумчиво произносит Ляйсан, поглаживая меня по волосам. Я не понимаю, что именно она имеет этими словами в виду, но не допытываюсь. И так тошно. Вдруг Ляйсан отстраняет меня и мягко говорит: — А знаешь, что мы с тобой сделаем?

— Что?

— Пока не уляжется паника с этим побегом, мы с тобой поедем в Дубай. Как раз подучишься, начнёшь работать. А они пусть сами Аникой занимаются.

— Азиз не одобрит…

— Одобрит. Я с ним поговорю, объясню, что так будет лучше и для тебя и для него. Я ведь еду с тобой.

— Только если Азиз не будет против, — сомневаюсь я.

Ляйсан смеётся, отчего на лице её прибавляется морщин и она выглядит намного старше, чем пытается себя показать. Эту женщину сложно назвать старухой, она ухаживает за собой. Даже платок и абайя не мешают ей быть женственной, красивой. Дагман очень сильно на неё похож.

Перед тем как уйти к себе, я интересуюсь у неё — что будет с Аникой, когда её найдут.

— Выдадут замуж и изгонят из семьи. То, что она сделала, позорит нашу фамилию, наш род. Её поступок грешен.

После этих слов я в действительности чувствую себя виноватой и крик Азиза становится оправданным. Аника пошла на безумство, которое я могла бы остановить.