Глава 27.1

Ивар

Ивар понятия не имел, откуда он знал, что дядюшка добрался до Анники. Он почувствовал это ледяным уколом в собственное сердце, едва не пропустив рваный, тяжёлый удар огромной твари, собранной из переломанных человеческих и медвежьих костей. Воздух вышибло из гружи. Следующим, что он ощутил, был короткий рык Волка: одно из защитных колец рассыпалось прахом прямо на пальце, приняв на себя смертельный магический удар и сохранив жизнь тому, кто носил его.

Он не позволил себе облегчения, заставив тело двигаться на одной лишь воле. Стоило надеяться, он почувствовал кольцо на пальце Северной Ведьмы, но в кровавой, смердящей гнилью горячке боя не до молитв к Холле. Ивар выжег страх из головы, шагнул под замах костяных лап и ударил по колену скелетосущества, с хрустом выбивая суставную кость. В руку отдало тупой болью, но тварь покачнулась.

Кости заскрипели, сухо и мерзко, тварь рассыпалась, а Ивар щедро полил дёргающиеся останки серебрёной водой. Влага зашипела, взвиваясь белым едким дымом, выжигая скверну некромантских чар. Отряд с флягами такой воды успешно пробрался к нежити, которую Ильмер ещё не поднял или не взял под активный контроль, потому армия заклинателя мёртвых была несколько меньше, чем он ожидал.

И всё же это по-прежнему было чудовищное войско, которое невозможно было полностью перемолоть уставшими руками не такой уж и большой армии живых. В одном эта падаль была права: погибшие действительно легко меняли сторону. Самым страшным в бойне было то, что в кровавой суматохе далеко не всегда сходу было ясно, жив ли ещё рубящийся рядом товарищ, или его глаза уже подёрнуты мутной пеленой, а сам он скалится волею некроманта лишь для того, чтобы сподручнее было вогнать клинок живому в спину.

Вереница мертвецов, лязгающая ржавым железом и костями, тянулась до самого горизонта, к замку Волков, что чужаки знали, как родовой. По левую руку от Ивара, подобно разъярённому медведю, прорубался ярл Хальстейн. Измазанный чужой кровью, чёрной слизью и гноем, он не знал пощады. Недалеко от правой — Волки под началом Ньяла сомкнули щиты, намертво держа строй. Они защищали Аннику, Гейра и Тиллу, которая, в свою очередь держала над ними мерцающий золотистый щит. Купол не был непроницаем, его поверхность шла рябью от каждого удара нежити, и под ним нужно было удержаться, отбивая прорвавшиеся клинки. Мертвецам то и дело удавалось добраться до живых, чтобы рвануть их когтями и зубами, но пока Волки держали оборону.

Ивар не мог не думать о том, что силы его людей конечны. Тело горело, дыхание со свистом вырывалось из горла. Нет, они должны добраться до самого некроманта, и тогда большая часть этого кошмара просто рухнет в снег. Да, Ивар видел среди мертвяков знакомые лица живых — как Анника и предсказывала, древнепоклонники, с которыми он когда-то делил кров и стол, добровольно встали на сторону Ильмера, с фанатичным блеском в глазах сражаясь бок о бок с нежитью. Но их было не так уж и много.

Если уничтожить дядюшку, его чёрная воля больше не будет держать нежить, и та упадёт. Только до него не так-то просто добраться. Ильмер не был глупцом. Он стоял далеко за своим воинством, окружённый плотным кольцом охраны, сосредоточенный на чём-то настолько, что на ход основного боя он даже не смотрел. Он ткал свою смерть. Ивар крикнул ярлу, перекрывая звон стали и хрипы умирающих:

— Мы должны его уничтожить! Другого шанса не будет!