Глава 27.2

— Я должен! — рыкнул Хальстейн, и с влажным хрустом обрушил секиру на очередную чудовищную тварь, похожую на огромного пса с двумя сросшимися головами — пёсьей и медвежьей. Нежить брызгала чёрной слюной и клацала обеими челюстями, пытаясь дорваться до тёплой плоти, но секира ярла с размаху разрубила её пополам. Доброе серебро сделало своё дело: разрубленные половины твари рухнули в грязь, зашипев и обугливаясь от прикосновения заговорённого металла, и больше не дёрнулись.

Её место тут же заняли два немёртвых волка с проваленными боками. Каждому из них досталось по короткому, безжалостному удару — один от ярла, разрубившего хрупкий череп, второй от самого Ивара, прорубившегося через трёх мертвяков вплотную к Хальстейну.

— Значит, идём на дядюшку, — тяжело дыша, усмехнулся Ивар, оказавшись достаточно близко к союзнику, чтобы чувствовать исходящий от него разгорячённый жар.

— У нас не так уж много времени! — голос ярла едва не заглушил первобытный, яростный рёв сразу двух громадных бурых медведей. Живых. Они вывалились из чащи, круша мертвяков мощными лапами, сминая скелеты своим весом, чтобы сражаться на стороне людей. Анника… раньше Северная Ведьма не делала подобного, но Ивар не сомневался: это её Зов. Её рук дело. Хальстейн даже не обратил на неожиданную подмогу внимания, только чуть повысил голос, перекрикивая треск ломающихся костей и звериный рык:

— Людям тяжело, они быстро теряют силы! Идём скорее!

Ивар молча кивнул, и перекатился по промёрзшей земле, чудом ускользая от щёлкнувших над самым ухом клыков костяного медведя. Он хотел было вскочить и добить его, но скелетом уже занялся настоящий медведь, дробя сухие кости лапами, а на помощь зверю поспели Волки. Поднимаясь, Ивар едва не столкнулся лицом к лицу с Фергусом. Старик был уже изрядно разложившимся, кожа свисала с лица серыми лоскутами, но пустые глаза горели чужой злобой. Он оставался при Ильмере до конца, плёл интриги на его стороне, но от посмертного рабства это его не спасло. Ивар ударил ходячий труп наотмашь, без капли сожалений, искренне пожелав, чтобы этот старый интриган отправился к Холле под крыло, а не сгинул навсегда в Море Душ.

Труп рассыпался быстро, точнее, осел и расплылся под ногами противной смердящей лужей, смешиваясь с грязью и вытоптанным снегом. Ивар же бросился вперёд, догоняя Хальстейна. Верная секира ярла разила безостановочно, превращая в труху сразу пятерых врагов, и ему следовало помочь. Казалось, ярл не знает ни боли, ни усталости, одержимый одной лишь яростной целью — добраться до некроманта. На помощь людям из подлеска вдруг выметнулось несколько огненно-рыжих лисиц. Они бесстрашно бросались прямо под ноги мертвецам с пронзительным визгом, путались в их ногах, и неуклюжая нежить валилась на снег, давая человеку драгоценные мгновения преимущества. Из-под взрытой земли тут же пробивались ожившие корни деревьев, жадно оплетая лодыжки упавших трупов и не давая им подняться. Мертвецы не обращали на лесных помощников никакого внимания, слепо стремясь вперёд, но даже лишнее падение здорово облегчало работу серебру.