Глава 23

Москва. Квартира Дымова

— Вкусно, — констатировал Дымов, разрезая сочный кусок мяса столовым ножом, и довольно посмотрел на Таню.

От его взгляда она немного смутилась и лишь робко улыбнулась. Куликова всегда неплохо готовила, но чаще всего самую обычную домашнюю еду — на кулинарные изыски времени совсем не хватало.

— Давно не ел человеческую еду, — добавил Стас и слабо улыбнулся в ответ.

— Я заметила, — иронично заключила Татьяна.

В воздухе повисло неловкое молчание. Оба понимали, что должен состояться какой-то разговор, но никто не решался его начать.

Дымов никогда не любил пустую болтовню, считал все эти разговоры лишь напрасной тратой времени: какой смысл в обсуждении их отношений? Ему нравилась Таня, он хотел ее как женщину, и это нормально — ведь он здоровый мужчина, простая физиология и ничего более. Зачем усложнять?

Куликова смотрела на Стаса и понимала, что он обычный человек, со своими достоинствами и недостатками, но она, наверно, одна из немногих, кто видел его именно таким.

Невольно вспомнилась их первая встреча — не самые приятные обстоятельства. Мало того, что Дымов чуть не задавил ее и окатил водой из лужи, резко затормозив перед пешеходным переходом, так еще и нахамил. У себя в отделе он тоже оказал не очень-то радушный прием, да и вообще все их встречи, которые можно было пересчитать по пальцам, походили, скорее, на гневные перепалки или же саркастичные подколы, нежели на нормальное общение. И Таня никак не могла поверить, что со Стасом можно спокойно разговаривать за ужином.

Нет, он не изменился с тех пор, просто она узнала его другого, настоящего и закрытого для всех. События мелькали один за другим, и она еще не успела осознать, что происходит. Татьяна сама не заметила, как взаимная неприязнь переросла во что-то большее, и вот теперь она сидит на кухне грозного подполковника и наблюдает за тем, с каким аппетитом он поглощает приготовленную ею еду.

Куликова не знала, как к нему подступиться, какие слова подобрать. Не хотелось ходить вокруг да около, говорить банальности, ну и Дымов не производил впечатление человека, понимающего тонкие намеки, поэтому она начала прямо в лоб:

— Стас, ты мне небезразличен. Я не знаю, получится у нас что-то или нет, но давай будем честными друг с другом…

Дымов не был готов к таким серьезным заявлениям и даже на секунду растерялся, но вовремя сумел взять себя в руки, продолжая невозмутимо пережевывать пищу. Никогда прежде он не слышал подобных слов в свой адрес, а потому не знал, как на них реагировать. Таня говорила искренне и этим обезоруживала. С одной стороны, Стасу было приятно, а с другой… Нужны ли ему такие признания?

— Я должен что-то ответить? — спросил он, глядя Куликовой в глаза.

Она лишь неопределенно пожала плечами. Конечно, не такую реакцию Таня ожидала от Дымова, но, тем не менее, не сожалела о сказанном. Если Стас не показал свои эмоции внешне, это не значит, что их вовсе нет. Выдержав короткую паузу, Татьяна пришла к выводу, что инициативу вновь придется брать на себя.

— Ну, значит, мир? — она накрыла его руку своей ладонью и внимательно посмотрела на его лицо, ища в нем малейшие изменения.

— Мир, — спокойно ответил Дымов, даже не взглянув на Куликову.

Желваки вновь заиграли, выдавая внутреннее напряжение. От этого теплого прикосновения сердце непривычно сжалось. Внезапно обрушившееся чувство напоминало волнение, но, скорее, приятное. Стас нервно сглотнул, однако ладонь все же не убрал.

Несильно сжав его руку в ответ, Таня мягко улыбнулась. Она все прекрасно видела и теперь была на сто процентов уверена, что ее слова непременно подействовали.

На кухне снова образовалась тишина, изредка нарушаемая лишь звяканьем столовых приборов.

— По поводу Иры ничего не узнал? — решив сменить тему разговора, поинтересовалась Татьяна.

— Какой Иры? — переспросил Дымов.

— Я про судью, ты обещал помочь, — напомнила Таня.

— А, да я помню, там не все так просто…

— Ну я так и думала, — горько усмехнувшись, обреченно произнесла она. Настроение резко испортилось, и Стас это тут же заметил.

— Да не переживай, найдем твою Иру. Если я обещал, значит, сделаю, — твердо сказал он, не дав Тане повода усомниться в его словах.

Куликова вышла из-за стола, собрала грязную посуду, и сложив ее в раковину, включила воду.

Дымов боролся с желанием подойти к ней со спины, обнять и прижать к себе, поэтому раздавшаяся трель мобильного стала для него настоящим спасением.

Москва. Деловой центр «Москва-Сити». Офис фирмы «RED Company»

— Лен, подожди! — крикнул Алексей, но Зимина даже не обернулась, продолжая уверенным шагом идти к лифту.

Ускорив темп, он догнал ее и попытался обнять, но она отвернулась и закрыла лицо руками. Тело ее сотрясали беззвучные рыдания. Хабаров растерялся. Женские слезы всегда вызывали в нем отвращение, а сейчас он просто не знал, что с этим делать. Он не был виноват в случившемся, но оправдываться все равно придется. Меньше всего Алексею хотелось потерять Елену.

— Лен, прости, я не знал, — пытался подобрать слова Хабаров, но все они звучали как-то глупо.

— Лен, у меня ничего с ней нет, правда, — взяв за запястья, он отвел ее руки от лица. Зимина засмеялась и отошла в сторону.

— Хабаров, ну только ты мог попасть в такую идиотскую ситуацию, — заключила она.

— Ты что, не плачешь? — удивился Леша и невольно улыбнулся.

Эта женщина являлась для него самой сложной загадкой. Она была настолько противоречива и непредсказуема, что Алексей просто не знал, чего от нее ожидать. Он был уверен, что ситуация со Светой задела ее и истерики не избежать, а она смеется…

— А почему я должна плакать? — переведя дух, спросила Лена. — Все это, конечно, малоприятно, но забавно… Видел бы ты свое лицо!

Она снова засмеялась, вспомнив произошедшее в кабинете.

— Все, правда, хорошо? Ты не ревнуешь? — с сомнением поинтересовался он.

— Нет конечно, Леш, мы взрослые люди, если бы ты хотел быть с ней, ты был бы с ней, а не со мной. Тем более, мы ничего друг другу не обещали. Помнишь? Просто секс без обязательств.

Елена говорила спокойно и уверенно, стараясь поверить в свои слова. Но с каждой секундой все больше понимала, что уже давно все изменилось, ей мало просто секса, она хочет большего. А возможно ли это? Ведь пытаясь что-то изменить, она рискует потерять все, что имеет.

После ее слов настроение Хабарова окончательно испортилось. Зимина права — именно на такой формат отношений они и договаривались, но для него она уже не женщина на ночь. Алексей все чаще ловил себя на мысли, что хочет быть с ней все свое время.

— Да, ты права, — все же согласился он и привлек Лену к себе. — Извини, мне нужно уладить это недоразумение.

— Конечно, — она кивнула и высвободилась из объятий. — Дай мне ключи, я подожду тебя в машине.

Хабаров достал брелок и вложил его в протянутую ладонь.

— Я скоро, — пообещал он и, легко поцеловав Зимину в губы, направился в сторону своего кабинета.

Елена спустилась на парковку, села в машину и завела двигатель. Мысли в голове гудели, словно пчелиный рой.

Увидев на столе обнаженную секретаршу, она сразу догадалась, что ее с Алексеем связывали не только деловые отношения. Но, как бы там ни было, правда не ревновала Хабарова к этой девушке, Света вызывала лишь жалость, не более. Зимина знала себе цену и ни за что бы не опустилась до ее уровня.

Мысли плавно перетекли на Алексея. У него сегодня день рождения, а она не приготовила никакого подарка. Можно было, конечно, заехать в магазин, но на поиски времени совсем не оставалось. Перебирая в голове разные варианты, Лена не заметила, как задремала под монотонное урчание мотора.

Московская область. Коттеджный поселок на Новорижском шоссе

— Да, Олег, — послышался голос на другом конце провода.

— Здарова, Стас, — коротко поприветствовал Стрельцов. — Я на базу собираюсь, — пояснил он, выходя из дома.

— Чет ты рано в этот раз, случилось чего? — поинтересовался Дымов, догадываясь, что у друга появились какие-то проблемы.

— Да забей, нормально все, — ответил Олег и, сняв свой автомобиль с сигнализации, сел в салон.

— Помнишь, ты говорил, что у них там судья появилась? — прежде чем спросить, Стас убедился, что Таня все еще на кухне, и прикрыл в комнату дверь.

— Ну, помню, — немного подумав, отозвался Стрельцов.

— Спроси у Громова, она все еще там? Если да, узнай про нее все, что сможешь.

— Понял, постараюсь. Это все? — уточнил он.

— Да, ну если что, по ходу сориентируешься.

— Лан, я погнал, — сказал Олег и завел двигатель.

— Ну давай, удачи, — попрощался Дымов.

— На связи.

Бросив телефон на переднее сидение, Стрельцов выехал со двора. Проведя несколько дней в одиночестве, он уже успел насытиться долгожданной свободой. Каждый раз, возвращаясь в пустой дом, Олег отмечал, как ему не хватает Веры. Он уже привык, что она встречала его с работы, кормила ужином, плавно перетекающим в завтрак. Чертовски не хватало ее прикосновений, запаха, мягкой улыбки и нежного голоса.

Стрельцов никак не мог определиться, чего он хочет на самом деле. Когда Смирнова была рядом, он воспринимал ее присутствие как должное, само собой разумеющееся, и только потеряв ее, он осознал, насколько эта девушка была для него важна. Свободная жизнь быстро наскучила, но, чтобы сделать правильные выводы, Олег должен был побыть один, на собственных ошибках убедиться в том, что, скорее всего, созрел для серьезных отношений.

Но как вернуть Веру, не знал. Он сильно провинился перед ней и уже сомневался, что сможет добиться прощения. Отмахнувшись от назойливых мыслей, Стрельцов свернул на асфальтированную дорогу и, приоткрыв окно, выжал педаль газа.

Московская область. БО «Васильки»

Вскоре начали собираться гости, а Ира со стороны наблюдала за происходящим. Все больше мужчин заполоняло просторный зал, кто-то был вежлив, кто-то, наоборот, выбирал девушку, как лошадь на рынке. Сразу стало понятно, что представительницы женского пола здесь не имеют право голоса, хотя зачастую они вели себя развязно и пошло, привлекая как можно больше внимания к своей персоне. Мерзко и противно было наблюдать за этим маскарадом, и Романова старательно опускала глаза. Она попыталась поставить себя на место одной из девушек и тут же внутренне содрогнулась. То и дело Ирина ловила на себе взгляд Тимура и чувствовала его поддержку и защиту.

Громов, как мог, следил за ней. Весь вечер он был в полнейшем напряжении, яростно оберегал свою женщину от малейшей опасности и никак не мог дождаться момента, чтобы увести ее в комнату без приключений. Несколько раз он замечал, как кто-то из клиентов подходил к Ире, а она лишь испуганно хлопала глазами, но, к счастью, мужчины быстро теряли к ней интерес и отвлекались на других девушек.

— Здарова, — раздался голос Стрельцова за спиной, и Тим, повернувшись к нему лицом, пожал протянутую руку.

— И тебе привет, — сухо поздоровался он.

— Как жизнь молодая?

— Лучше всех, Олег давай ближе к телу, а. Кого тебе? — сейчас Тимур был совершенно не расположен к юмору.

— Помнишь, ты про судью говорил?

— Ну, и? — спросил он, хмуро глядя на Стрельцова.

— Она здесь?

— Да, — сквозь зубы процедил Громов, мышцы его мгновенно напряглись, а кулаки непроизвольно сжались. Он пытался понять, зачем вдруг Ирина понадобилась Олегу.

— Покажи, — попросил тот, отмечая странную реакцию Тима.

— В дальнем углу в моем пиджаке, — он кивнул в направлении Иры, и Стрельцов, обернувшись, нашел ее глазами. Он был большим ценителем женской красоты, а потому, увидев Романову, довольно улыбнулся, думая о том, что сегодняшняя ночь удастся на славу.

— Сколько? — привычно поинтересовался Олег.

— Нисколько, — невозмутимо ответил Тимур, рассматривая янтарную жидкость в своем бокале.

— Не понял.

— Не работает она, — пояснил Тим, стараясь сохранять спокойствие.

— Вот несмешно, — раздраженно отозвался Стрельцов. — Мне надо с ней…

— Нет, — перебил его Громов и добавил почти одними губами: — Она моя.

— Ты че, придурок?

— Я все сказал, выбери любую другую.

Олег пожал плечами и, забрав свой стакан, присел за свободный столик. Его сразу же окружили девушки, и он напрочь забыл и о судье, и о важном разговоре.

Отпив из бокала обжигающий напиток, Тимур задумался: он не сможет вечно прятать Ирину. Это Стрельцова он с легкостью послал, а будь на его месте какая-то высокопоставленная шишка, шансы на успех резко сократились бы. Все так запуталось… Мысли, чувства и обязанности переплелись в тугой клубок. Тим знал, что должен делать, но не мог, больше не мог. Ира и его любовь к ней сделали его уязвимым, теперь он выдвигал на первый план ее потребности и переживания.

Громов невольно вспомнил про Дымова. И сейчас понимал его — Стас никогда не заводил серьезные отношения, не желая подвергать близкого человека опасности, и между личной жизнью и карьерой, он всегда выбирал второе. Но Тимур не такой, он, конечно, любил свою службу, но не готов был ради нее рискнуть любимой женщиной. Все, что он когда-то считал ванильными соплями, оказалось глобальным чувством, полностью перевернувшим его мировоззрение.

Тим посмотрел на Романову — одна ее улыбка, и пульс его вмиг участился. До невозможности нежная и обжигающе страстная, только его женщина. Он улыбнулся в ответ и отвернулся, чтобы не привлекать ненужного внимания. Вопрос оставался открытым: как уберечь Ирину? Прикрыв глаза на несколько секунд, чтобы сосредоточиться, Тимур не заметил, как в зал вошел Бушин.

Увидев его, Ира непроизвольно сжалась, хотелось провалиться сквозь землю. Его холодный взгляд пронизывал до костей, заставляя трепетать от страха и отвращения. Она не забыла грубые руки на своем теле и каждый раз, когда сталкивалась с Гитлером лицом к лицу, непроизвольно вспоминала ту боль и унижение, которые он ей причинил. Романова боялась, что Адольф подойдет к ней, но он лишь безучастно окинул зал взглядом и направился к Тиму. Ирина, затаив дыхание, наблюдала за их диалогом, пытаясь догадаться, о чем идет речь.

— Тимур, — крикнул управляющий, подойдя к барной стойке.

— Адольф Михайлович, добрый вечер, — вздрогнув от неожиданности, поздоровался Громов и хотел было встать, но Бушин остановил его, положив руку ему на плечо.

— Сиди, не вставай. Как дела? — жестом он попросил бармена плеснуть алкогольный напиток и сел рядом.

— Все в штатном режиме, — спокойно ответил Тим. Эта процедура обмена любезностями происходила практически каждый вечер.

— Карина где? — поинтересовался Гитлер, оглядывая зал в поисках девушки.

— В третьем випе, у нее же бронь, — напомнил Тимур, удивляясь его заинтересованности.

— Да, точно, вспомнил… А судья?

— Вон там, за столиком в углу, — Громов указал на Иру, заглянув в ее полные страха глаза, и сжал кулаки. Обстановка накалялась. Тим замер, с ужасом ожидая дальнейших указаний управляющего. Он очень надеялся, что Адольф не потребует привести Ирину к нему.

— Хороша! — воскликнул тот, пожирая Романову взглядом, в очередной раз довольный собой, что смог рассмотреть такой бриллиант. Бушин был уверен, что ее красота принесет ему немалую прибыль, но вместе с этим понимал, она будоражит его фантазию как женщина. Пока он без труда мог сдерживать свои желания, но, насколько его хватит, и сам не знал. — Спрятал, да? — засмеялся Гитлер.

— Ну вы же сами сказали, эту неделю подождать, — пытался оправдаться Тим и внутренне напрягся. Ему не нравилось, как управляющий смотрел на Иру, он кожей чувствовал опасность.

— Да, все правильно, пусть попривыкнет, вон смотри, какие глазищи от страха.

— Как скажете, — согласился Тимур.

— Ладно, я у себя, если что, — предупредил Адольф Михайлович и, залпом осушив свой бокал, направился к выходу.

— Хорошо.

Спустя несколько минут, Громов осмотрелся и, не заметив никого важного, подошел к Ирине.

— Вставай, — он протянул руку.

— Все? — с надеждой спросила она.

— Все-все, пойдем.

Ира послушно протянула руку. Тим мягко сжал ее ладонь и повел через толпу на выход.

— Как ты? — заботливо спросил он, ощущая легкую дрожь по ее телу.

— Нормально. Куда мы?

— Отведу тебя и вернусь, мой вечер еще не закончен. А ты ложись спать, устала, наверное.

— Я не хочу, — прошептала Ира, крепче сжимая его руку.

— Ну, значит, не ложись, но по коридорам не ходи. Да, кстати, Ингу не жди, она поздно будет, — проинструктировал ее Тимур.

— Ее…

— Да, — перебил он, не дав Романовой договорить.

Дальше шли молча. Поднявшись на второй этаж, они свернули за угол. Громов не сдержался и, втянув Ирину в нишу в стене, прижал ее своим телом. Он знал, что в темном коридоре их не будет видно на камерах.

Ира охнула от неожиданности, но не сопротивлялась. Она так долго мечтала об этом, однако оказалась совершенно не готова к такому повороту событий.

Тим наклонился к ней и вдохнул аромат ее духов, нежный, сводящий с ума. Ощутил, как дрожь нетерпения охватывает его тело. Прикрыв глаза, он слушал бешеный стук ее сердца, такой же, как и его собственный, и наслаждался ее близостью. Но Тимур боялся переступить черту, за которой обратного пути не будет.

Москва. Квартира Дымова

Завершив вызов, Стас еще несколько минут смотрел в окно и думал о том, как вытащить Романову из этого клуба, но чем больше вариантов он рассматривал, тем больше убеждался в том, что это практически невозможно. По крайней мере сейчас.

Услышав, что шум воды стих, Дымов вышел из гостиной и направился в спальню. Облокотившись о дверной косяк, он наблюдал за тем, как Куликова переодевалась, стоя к нему спиной.

Сняв футболку, она аккуратно сложила ее на кровать и, накинув на себя блузку, принялась застегивать мелкие пуговицы.

Волна дикого желания мгновенно прокатила по телу. Буквально в два шага Стас преодолел расстояние между ними и остановился в нескольких сантиметрах от Тани.

— Стас, — громко позвала она, думая, что он находится в соседней комнате. — Мне пора!

— Останься, — его тихий вкрадчивый голос, раздавшийся над самым ухом, пробрал до мурашек, и Татьяна, резко развернувшись, тут же уперлась руками в крепкое мужское тело.

— Ты меня напугал… — растерявшись, только и смогла вымолвить она. — Стас, ну мне, правда, пора, скоро последняя электричка, — зачем-то начала сопротивляться, хотя совершенно не хотела этого делать.

— Останься, — настойчиво повторил Дымов и приблизился к ней вплотную.

Взор невольно упал на упругую грудь, едва прикрытую полурасстегнутой кофточкой. Вдыхая сладкий аромат ее духов, Стас терял остатки самообладания. Он хотел ее здесь и сейчас, нестерпимо, до одури.

Куликова инстинктивно шагнула назад, но отступать было некуда — кровать стояла прямо за спиной. В ту же секунду она ощутила сильные руки на своей талии. Тепло мгновенно разлилось по венам, и терпкий, тягучий поцелуй окончательно развеял все сомнения. Таня сдалась и, прикрыв глаза от удовольствия, со вкусом принялась отвечать на требовательные ласки.

Москва. Деловой центр «Москва-Сити». Офис фирмы «RED Company»

Хабаров вернулся в офис. Света ждала его с шампанским и фруктами, но он проигнорировал протянутый бокал и строго спросил:

— Что ты здесь устроила? К чему весь этот цирк?

— Леш, не сердись, я просто хотела сделать тебе сюрприз на день рождения, — виновато ответила Голковская.

— Не прикидывайся дурой! — воскликнул Алексей. Его злость вспыхнула с новой силой. — Ты прекрасно знаешь, что я не люблю сюрпризы и день рождения я тоже не отмечаю.

— Прости, я сглупила, ну раз уж ты все равно здесь, давай выпьем, мы же не чужие друг другу, — предложила Света, списывая его раздражительность на расставание с Зиминой. Она уже чувствовала сладкий вкус победы.

— Свет, ты слышишь, что я тебе говорю? Я не буду с тобой пить, есть, проводить свободное время, — нервно перечислял Хабаров. — Между нами ничего нет и не будет!

— Это все из-за нее, да? — скрипнув зубами, спросила девушка.

— Не только, точнее, не столько, — как можно честнее ответил мужчина. — Свет, наши отношения давно закончились, еще до появления Лены. Я не понимаю, почему ты не хочешь это признать. Если так будет продолжаться и дальше, мне придется найти себе другую секретаршу.

— Да что в ней такого? Обычная тетка, не лучше и не хуже других, потрахаешь, как всегда, в одном из отелей и бросишь, как и всех остальных.

— Заткнись, — гневно прорычал Алексей. Светлана намеренно переходила границы дозволенного, выводя его на эмоции.

— Что, правда глаза колет? — ехидно заметила Голковская, в очередной раз уверенная в своей правоте. — Мы ведь оба знаем, что так будет и вернешься ты снова ко мне, потому что я всегда тебя жду и любого приму. Я люблю тебя! Я! А не она! И только я способна сделать тебя счастливым.

Хабаров отвернулся к окну и устало закрыл глаза, медленно считая до десяти.

— Все, хватит этого бреда, мне пора, — спокойно произнес он и направился к выходу.

— Ну хоть подарок возьми, — Света достала галстук и протянула его Алексею. — Это от чистого сердца, правда.

Шумно выдохнув, Леша забрал подарок и сунул его в карман.

— Убери за собой, — приказал он, окидывая помещение неодобрительным взглядом. — Чтобы в понедельник мой кабинет выглядел как нужно.

— Хорошо, — отозвалась девушка, наблюдая, как за Хабаровым закрывается дверь.

Московская область. БО «Васильки»

— Тимур, — прошептала Ира, и он, не выдержав, обрушился на нее всей силой своего желания.

В темноте его губы безошибочно нашли ее, язык яростно ворвался в ее рот, жадно лаская его полость. Ирина не ожидала такого напора, но прекратить это безумие не было сил. Одной рукой Громов гладил спину, буквально прожигая насквозь тонкую ткань платья, а другой поддерживал за затылок, зарываясь пальцами в мягкие волосы. Романова потерялась во времени и пространстве, остался только безумный огонь страсти, который сжигал обоих дотла.

В легких стремительно заканчивался воздух, и Тим все же отстранился, чтобы прижаться губами к бешено бьющейся жилке на ее шее. Нежно покусывая и зализывая гладкую кожу. Ира забыла, как дышать, каждое прикосновение его языка стирало границы реальности, все больше погружая ее в сладостный омут. Она неистово ласкала его тело ладонями, вызывая хриплые стоны.

Спустив платье с одного плеча, Тимур принялся безудержно покрывать жаркими поцелуями ее тело, слегка царапая его щетиной. Такой контраст вызывал сумасшедшие ощущения, заставляя Ирину вздрагивать от удовольствия и возбуждения. Расстегнув его рубашку, она положила руки на грудь и слегка провела по ней ноготками.

Громов шумно выдохнул и, осознав, что может облажаться, как мальчишка, глухо зарычал. Закинул ее ногу себе на бедро, скользнул рукой от колена до ягодиц и страстно сжал шелковистую кожу, отчего Ира вскрикнула и задрожала. Вкус ее губ и терпкий аромат духов пьянил лучше любого алкоголя.

Прерывистое дыхание и рваные ласки говорили о том, что она хочет его с не меньшей силой. Тим был как безумный, он практически перестал контролировать себя. Головой понимал, что не хочет так, здесь, что это неправильно, с Ириной так нельзя, но он слишком сильно хотел ее. Еще чуть-чуть, и прыжка в бездну не избежать…

«Остановись… Пожалуйста», — услышал он на краю сознания и замер. Почувствовав, как Ира дрожит, он наконец оторвался и, вытянув руки по обе стороны от нее, прижался лбом к ее лбу. Тяжело дыша, Тимур пытался хоть как-то обрести способность мыслить здраво.

— Я напугал тебя?

Ира не ответила. Она просто не знала, что сказать, и не понимала, почему ее так колотит: от страха, что Громов возьмет ее прямо здесь, в коридоре у стены, или от невероятного желания.

— Прости, я не хотел, просто рядом с тобой я не могу себя контролировать, — попытался оправдаться мужчина.

— Я тоже, — честно призналась она.

Тим мягко улыбнулся и, поцеловав ее в нос, прижал к себе.

— Пойдем, я провожу тебя, — прошептал он.

— Спасибо…

***

Войдя в помещение, Ирина сразу прошла в ванную и взглянула на себя в зеркало. Красные от поцелуев губы, горящие глаза, растрепанные волосы… Да, определенно, такой она себя никогда не видела. Счастливо рассмеявшись в голос, разделась и, включив воду, шагнула под теплые струи.

Все тело ныло от неутоленного желания, в голове мелькнула шальная мысль, но Ира отогнала ее, даже не дав ей четко сформироваться. Сейчас она жалела о том, что остановила Тимура, испугавшись близости. Светлая сторона вновь победила, не позволив ей совершить грехопадение.

***

Проводив Ирину, Громов зашел в свою комнату. Эрекция стала настолько болезненной, что терпеть становилось все сложнее, но справиться с ней не представлялось возможным. Применять старый проверенный способ не было времени, поэтому Тим отправился в ванную и умылся холодной водой. Легче не стало, но мысли прояснились. Прикрыв глаза, он оперся на раковину.

Тимур безумно хотел Иру, но хотел всю, целиком, ему мало было овладеть ее телом, он хотел пробудить в ее сердце такой же огонь, что сжигал его. Ему было важно, чтобы она сама решилась на близость. Громов готов был ждать сколько потребуется, но что делать с потребностями тела? «Карина?» — услужливо предложил внутренний голос, и Тим неприятно поморщился, он совсем про нее забыл… Проблемы множились на глазах, а решение найти не получалось.

— Блядь! Да как это все разрулить-то? — спросил свое отражение и устало потер лицо ладонями. Ответа не последовало. Шумно выдохнув, Тимур выключил воду и вышел из комнаты.

Москва. Деловой центр «Москва-Сити». Офис фирмы «RED Company»

Спустившись на парковку, Алексей открыл дверцу машины и увидел, что Зимина спит. Осторожно сел в салон, чтобы не разбудить ее, и невольно залюбовался ее красотой. Поддавшись порыву, он аккуратно заправил прядь ей за ухо и нежно провел пальцами по щеке.

Лена была похожа на маленькую девочку: мягкие черты лица, губы в полуулыбке, густые ресницы. Как в ней сочетаются безудержная страсть и щемящая нежность?

Улыбнувшись своим мыслям, Хабаров вырулил со стоянки и поехал в отель, где их давно ждал прекрасный ужин и комфортабельный номер.

Невольно вспомнился разговор со Светой. Она права, чертовски права. С Еленой он делал все так же, как и со всеми остальными женщинами, но она другая, особенная. Сама того не замечая, Зимина сумела заполнить пустоту в его душе и раскрасила серую жизнь. С ней он чувствовал себя влюбленным мальчишкой, способным на подвиги. И пусть их отношения были четко ограничены постелью, для себя Алексей решил, что готов шагнуть дальше. Он хочет узнать ее ближе, понять. Хабаров не хотел даже думать о том, что Лене это не нужно, что ее все устраивает. Где-то на подсознательном уровне он чувствовал: она тоже тянется к нему.

Хабаров резко развернул автомобиль и направил его совершенно в другую сторону. Через некоторое время он въехал на подземную парковку и, заглушив двигатель, поцеловал Елену в щеку.

— Лен, просыпайся, — прошептал он на ухо.

Она мечтательно улыбнулась и открыла глаза.

— Уже приехали?

— Приехали…

— Долго я спала? — спросила Зимина и потянулась, разминая затекшие мышцы.

— Минут сорок, — ответил Алексей, взглянув на часы.

— Как все прошло?

— Ты действительно хочешь знать?

— Если честно, совсем не хочу, — зевая, призналась она.

— Вот и не будем вспоминать об этом досадном инциденте, пойдем, — Хабаров вышел из машины и, открыв перед Еленой дверь.

— Как скажешь, — согласилась она и вложила свою ладонь в протянутую руку. — Где это мы?

— Сейчас узнаешь…