Глава 16

Профессор Барлор Приложение к диссертации профессора Рейнольда – заметки научного руководителя, выполненные в вольной форме – Магрит, может быть, ты успокоишься? – мы с моим другом черным драконом Родвером Гайнорисом сидели в креслах, попивая вкусный кохве, и удивленно глядели, как его жена и моя подруга ректор Магрит Гайнорис расхаживает из угла в угол. Вообще Магрит весьма спокойная и рациональная женщина (хоть и с авантюрной жилкой), такая нервозность ей не свойственна. Мы с Родвером даже перекинулись парой ментальных фраз, мол, не беременна ли она снова. Вроде нет, сообщил мне Родвер. – Успокоюсь, когда ты выполнишь мою просьбу и слетаешь к своим, на драконий остров. Узнаешь, кто, когда и почему строил эти порталы! – Магрит остановилась напротив, взяла у меня из рук чашку с кохве и отпила глоток. Потрясающая наглость! – С тех пор, как мы его засунули туда, у меня сердце не на месте. Это все ты, Бар! Уговорил меня! А мы ведь не знаем в точности, что там за порталом. И зачем вообще их построили… – Рейнольд – не маленький мальчик, он куда старше твоих и моих сыновей, – усмехнулся я. – Справится, чтобы там не было. Не хуже меня или Родвера. – И все же… Знаешь, запихнуть его через портал прежде, чем мы узнали исторические аспекты его создания, было очень опрометчиво. Я сама удивлена, как позволила подобное! Прошу тебя, – она уставилась на меня. Устоять было сложно. Привыкшая повелевать в Академии Магрит редко о чем-то просила. Скорее приказывала. – Ну слетай ты туда! Поговори со старейшими… Разве это сложно? Я поморщился. С тех пор, как я женился на подруге Магрит Алис, я не шибко-то любил бывать на родине. Каждый раз мне тыкали тем, что я женат на человеческой женщине. Не взял ее в наложницы, а именно женился. И отношусь к ней по-человечески, а не просто, как к скоту, предназначенному родить мне новых драконов – такая практика среди драконов как раз была распространена. – Мужа попроси, – посоветовал я. – Его там любят. Родвер за спиной у Магрит сердито свел брови и отрицательно покачал головой – мол, не хочу, перестань. Но вообще-то Родвер, воплощение легендарного дракона Гайнира, пользовался у меня на родине большим уважением. Даже факт, что он тоже женат на человеческой женщине, совершенно не влиял на его репутацию. Но бывать среди драконов он не любил. Ведь всякий раз его умоляли покинуть дела на человеческом континенте и возглавить драконов, как когда-то в другом его воплощении. – Нет, муж мне нужен здесь. Ты забыл, что у нашей Маггигрейн, – так звали их самого младшего ребенка, долгожданную дочку, – день рожденья! Только не хватало, чтобы Родвер или мы все отмечали его среди ваших спесивых соотечественников. Бар, ну будь человеком… Пожалуйста! Я что, часто о чем-то прошу?! – Человеком я стать не могу – я дракон до мозга костей, – вздохнул я. – Но ладно… День рожденья ребенка – весомый аргумент… В общем, я передал свои обязанности по Академии заместителю и вылетел на драконий остров. Мне предстояло расследование – примерно такое, как двенадцать лет назад, когда над миром нависла угроза, и я выяснял, что скрывают подземелья Академии. Как оказалось, там почивал Огненный Дух, способный спалить весь мир. (Примечание: интересующиеся историей Огненного Духа могут прочитать исторические и научные источники, касающиеся «последней огненной войны и роли Академии в ней», а также художественную книгу современного автора «Ректор на выданье»). Мне снова предстояло кланяться в ноги старейшим драконам с просьбой рассказать, зачем они когда-то строили порталы. Ведь письменных источников у драконов нет. Слишком долго живем, не привыкли составлять летописи. Ведь почти всегда найдется тот, кто помнит о древних временах. На острове я провел три дня. Этого хватило, чтобы попикировать с приятелями на тему моего «подкаблучничества» у человеческой «девки». И посетить нескольких вальяжных древних драконов, посмеивавшихся, что всезнающий профессор Барлор пожаловал к ним на поклон. И надо сказать, они знали… Они знали, зачем это все. Теперь узнал и я. Поэтому возвращался в Академию я срочно. Ведь теперь уже я волновался за Рейнольда. Конечно, Рейнольд действительно далеко не маленький мальчик. Он вообще ненамного младше меня! Да и дракон хоть куда – сильный, умный, решительный! Но, будучи его научным руководителем, я ощущал за него некую ответственность. К тому же, он такой увлекающийся исследователь, может не заметить опасность. Тем более что он совсем не предполагает встретить в том мире других драконов. К Магрит и Родверу я влетел посреди ночи. Велел дворецкому разбудить хозяев. А когда запахнутая в пеньюар раздраженная Магрит в сопровождении мужа (в расписном халате) спустились ко мне из спальни, на их лицах было написано страшное недовольство. К тому же от них пахло… сладостью близости. Темной ночью эта высокопоставленная чета явно предавалась далеко не спокойному сну. – Хорошо, хоть в спальню к нам не ворвался, – усмехнулся Родвер. – Магрит, надо нам тоже нанести Бару с Алис непредвиденный ночной визит… Ммм… Как ты на это смотришь? – Обязательно, милый, это лучшая идея за последний месяц! Так мы над ними еще не издевались!.. Что случилось, Бар? Ты узнал? – спросила Магрит. – Да, я знаю, зачем строили порталы. И что может грозить ему там. Послушай, Магрит, я должен вытащить его оттуда. Или хотя бы сходить в том мир сам и разведать, что к чему. Выпиши мне, пожалуйста, разрешение на повторное использование портала. Не хотелось бы драться с твоими охранниками и брать его штурмом. Тем более, что ты знаешь, кто победит в этом противостоянии. Не могу даже обещать, что не покалечу. – Не раньше, чем ты все объяснишь, – ехидно усмехнулась Магрит. – У меня нет цели потерять в том мире еще одного дракона. Ладно… Это было ожидаемо. Я попросил Магрит, чтобы она распорядилась о кохве для нас, и мы все развалились в креслах. – Когда-то драконы мечтали свободно ходить по мирам, и проводили исследования, как бы им это сделать. И научились строить порталы… Дело это было сложное и трудоемкое, но ради своей мечты они шли на это. Но… когда несколько порталов было построено, драконы разочаровались. Так уж получается, что наш мир соседствует с мирами неинтересными: отсталыми, не магическими или слабомагическими. В общем, драконы потеряли интерес к своему изобретению. Можно было, конечно, строить порталы уже в соседних, неразвитых мирах, но это сочли слишком трудоемким. Кроме того, появилась концепция, что наш развитый мир находится в центре некой кучки миров, в которой все остальные – отсталые. А чтобы проникнуть в «иную кучку», нужно стать бесплотным духом, то есть умереть. А этого хотели немногие. Старые порталы разрушили или забросили, да и было их совсем немного. Но технология-то осталась! И со временем придумали, как можно использовать порталы и соседние неразвитые миры. Решили применять их для казни преступников в случае особо тяжелых преступлений. Смертная казнь-то у нас не принята, вы знаете. Когда слишком долго живешь, и очень мало потомков, то идея убить за преступление не приживается. Зачем? За многие столетия и тысячелетия каждый может побыть и законопослушным драконом, и аморальной тварью. К тому же, вы знаете, наши моральные нормы несколько отличаются… В общем, в другие миры через порталы стали ссылать избранных преступников. Обычно это делалось так. Ничего не подозревающего преступника усыпляли и переносили в другой мир. Бросали где-нибудь в особо неприятном месте. А проснувшись, он понятия не имел, где находится вход портала в том мире. Конечно, случайно мог найти – но такого никогда не происходило. Портал оставляли на случай, если срок «заключения» выйдет, и дракона решат забрать обратно. И вроде бы так нескольких даже вернули, когда они «отсидели» в других мирах. Подозреваю, из-за этих сомнительных личностей у жителей соседних миров могло сложиться предвзятое мнение о драконах… Потом эта форма казни как-то вышла из моды. Про нее просто начали забывать. Но несколько столетий назад, когда случилась вся эта история с Грайзиром, про ссылку через портал вспомнили. Тяжесть преступлений диктовала самую суровую казнь. Либо смерть, либо… ну да, мои собратья не самым порядочным образом вели себя в отношении других миров. Решили, как когда-то, выкинуть Грайзира в неразвитый, дискомфортный мир… Мол, для него это будет шикарным наказанием. – Что?! Грайзир?! – воскликнула Магрит и вскочила на ноги. – А чего ты тогда молчишь!? Чего мы сидим?! Если там Грайзир – нужно срочно вытаскивать Рейнольда из того мира! Я вздохнул. «Она точно опять беременна, проверь что ли» – сказал я Родверу мысленно. – «Потрясающая непоследовательность… Обычно Магрит так себя не ведет». «Нет, я уже проверял», – с усмешкой ответил мне Родвер. – «Наоборот, это у жены перед… особыми днями женского цикла. А ты прервал нам лечебную акцию, между прочим!». – Вот я и прошу разрешение на повторное использование портала, – как можно спокойнее сказал я, старательно игнорируя несправедливые претензии подруги. Если у нее такие дни – следует быть непробиваемыми, как скала. Ведь у моей любимой жены они тоже бывают, эх… – Если ситуация в том мире неважная, то я приведу Рейнольда обратно. Пусть меняет тему диссертации! Это безопаснее! – я слегла улыбнулся, чтобы разрядить ситуацию. – Все очень серьезно. Пойдем вместе. Я тоже дракон – портал меня пропустит, – сказал Родвер. – А меня тогда возьмешь на руки и перенесешь! – улыбнулась ему Магрит. – Магрит!!! – хором воскликнули мы с Родвером. – Ты мать и ректор, нельзя подвергать тебя такой опасности! – отрезал Родвер. – Вот именно, я ректор, а ты (в том числе) – мой секретарь! Как распоряжусь – так и будет! – парировала его жена. Это правда. Когда-то Родвер пришел устраиваться к нашей ректорше секретарем (преследуя на самом деле другие цели), хоть она и хотела девушку-секретаршу. Потом была история с Огненным Духом (Примечание: наиболее увлекательным источником по этой теме является книга «Ректор на выданье»). А когда все закончилось, Магрит была беременна, и Родвер так и остался ее секретарем, чтобы постоянно быть рядом и заботиться о своей жене-ректоре. При том, что к этому моменту он стал черным драконом, герцогом Гайнорисом и лучшим спецагентом своей страны… – Впрочем… – вздохнула Магрит. – Я действительно мать. Наши дети не могут рисковать матерью. И отцом тоже, – она строго посмотрела на мужа. – Поэтому… увы, Бар пойдет один. А мы с тобой слетаем к порталу, посмотрим, как там дела. И, если потребуется – покараулим до возвращения Бара. – Слушаюсь, милая, – улыбнулся Родвер. – Конечно, как скажешь – так и будет. И подмигнул мне. В этот момент раздался шорох, потом – звонкие мальчишеские голоса: – Папа, мама, мы с вами! Папа, скажи маме, что мы должны полететь с вами! На большой лестнице, ведущей на второй этаж, появились двое темноволосых мальчишек – сыновья Магрит и Родвера – девятилетний Гаурин и семилетний Бодир. Оба в пижамах, всклокоченные, но явно настроенные крайне решительные. Я закрылся рукавом и засмеялся. Глаза Родвера сверкнули. Он махнул рукой и безобидная, но эффектная молния ударила рядом с мальчишками. Они вскликнули, отскочили, но не особо испугались – привыкли к магии с младенчества. – Я кому говорил, что подслушивать – плохо! – рявкнул черный дракон Родвер Гайнорис. – А ну пошли спать! А то останетесь без каникул и без сладкого! – Если не хочешь, чтоб мы слушали – поставь полог тишины… – громко пробурчал Гаурин, приобнял брата за плечи, опустил голову, и они побрели обратно в свою спальню. Видимо, угроза остаться без каникул и сладкого была очень весомой… * * *Кира – Что, нас уже нашли? – напряженно спросила я. – Бар – это же твой научрук? – Да, они здесь всей командой, – усмехнулся Рейнольд. В усмешке звучала откровенная досада, что его оторвали от приставаний к невесте. Рывком сел и явно сосредоточился на ментальной беседе с собратом. Интересно, кто это «вся команда», подумалось мне. Сама я тоже испытывала некоторое недовольство, что перспективы выбраться появились как раз, когда мы так приятно обнимались. – Ну все, осталось немного подождать. Сейчас они нас вытащат, – сказал Рейнольд без особой радости. Пристально поглядел на меня, буквально прожигая дыру. Мне даже показалось, что от меня пошел пар под его взглядом. Резко наклонился обратно, вновь навис надо мной, прижимая к полу. Тело снова свело сладкой судорогой. – Потом может не выйти, извини… – хрипло произнес Рейнольд, проведя кистью по моей щеке. И впился поцелуем в мои губы. Боже! Страсть просто скрутила меня в ответ на его напор. Почему-то он целовал меня отчаянно, словно последний раз (впрочем, в нашей ситуации любой раз и верно может оказать последним…). Исследовал каждую точку губами и языком, припадал снова и снова. А я даже не думала сопротивляться. Слишком немыслимо-сладко нам было. Руки сами собой гладили крепкие плечи, зарывались в его густые волосы… Потом, когда казалось, все границы между нами рухнули, Рейнольд вдруг дернулся и отстранился с выражением крайней досады на лице. – Ну, вот и все, – сказал он – как-то обреченно. Первые мгновения я просто пыталась отдышаться, медленно выплывая в реальность. Сперва ощутила, что стало как-то жарко. Потом мне показалось, что, что свод нашей пещеры словно бы слегка вибрирует. Рейнольд рукой показал мне на одну из стен: – Вот здесь! В то же мгновение часть стены вдруг почернела, расплавилась – и в пещеру ворвался сноп алого пламени. К счастью, до нас было далеко. – Хватит! – Рейнольд явно обращался не ко мне, но инстинктивно произнес это вслух. – Что это было… – Драконье пламя, – ответил Рейнольд и поглядел на меня искоса. Словно бы с какой-то опаской. Что-то с ним странное творится, подумала я. Неужели, думает, что его друзья помешают нам быть вместе? Или что? Вдруг испугался, что Иван нас убьет? Тоже вряд ли. В чем вообще дело?! Разум, затуманенный драконьим поцелуем, ворочался еще медленно, не желал дать ответ на этот вопрос. – Сейчас остынет немного, и пойдем, – сказал Рейнольд. Вскочил на ноги, подал мне руку, вздернул вверх меня. С сожалением обвел расстеленную мантию и разложенные на ней продукты нашей уединенной трапезы. Мне тоже было немного жаль, что наш романтический вечер (пусть в неподходящем месте!) так быстро закончился. Да, наверно, Рейнольд досадует только на это… И это радует. Еще одно свидетельство истинности его чувств. Мы подхватили рюкзаки и, взявшись за руки, вступили в проплавленный туннель. Здесь и верно было горячо – примерно, как в натопленной русской бане. Но ничего страшного. И, конечно, туннель был совершенно прямой, а его стены – гладкие. Как и должно быть, есть его прожег драконий огонь. Наверно… Я ведь еще не видела драконьего огня. Знала его только по картинкам в книгах Семена. Серебристый огонек освещал нам путь, других источников света не было даже вдалеке. – А где свет в конце туннеля? – чтобы развеять молчание, спросила я. – У нас ночь, – ответил Рейнольд. – И, видимо, беззвездная. Эти неугомонные прилетели спасать нас, не дожидаясь рассвета… Эх… Примерно сотня шагов, и потянуло холодком. Вскоре мы вышли… в почти полную темноту. Лишь что-то отсвечивало перед нами, кажется, гладь воды. Да еще пара магических огней витала на отдалении – над группой из трех человек. Двух мужчин и одной женщины. Все они двинулись к нам, что-то говоря на непонятном языке. Один из них такой же черноволосый, знойный и похожий на испанца, как Рейнольд, хлопал его по плечу. А я стояла, как дура, под вполне благожелательными взглядами и раздраженно думала, что мой имплант помешал Рейнольду передать мне знание местного языка. Как я, скажите пожалуйста, пойму, что там лопочут иномиряне?!