Глава 36 · Так вперед, за… звездой

'Встречи буду ждать неустанно я

Странная судьба моя, странная

Где же ты, для сердца желанная?

Не со мною ты, не со мной

Нежных глаз твоих не забуду я

Глупая судьба моя, глупая

За тобой пойду, за тобой пойду

За тобой…'

А. Губин «Милая моя»

Ник

Получив по морде и вербально и кулаками, наконец, задумался.

— А давно пора было бы, да, — укоризненно покачала головой Маргарита Алексеевна, меняя мне на лбу очередной компресс.

Маяться и страдать было можно, но я уже это проходил. Пришла пора нормальной работы: сбора исходных данных о состоянии моей внутренней и внешней жизненной системы, их вдумчивого анализа, а потом подготовки выводов и рекомендаций.

Чем я и собирался заняться, как только смогу встать с условной больничной койки, куда меня определил все ж таки старший братец.

Естественно, добрым советом помог отец:

— Что тебе удавалось лучше всего в школе, когда ты психовал, а терапевта под рукой не было?

Как только смог сам подняться, так и пошел играть в шахматы.

С десяток задач, пять партий с профессором Ланским-Коломенским и я понял:

— Хочу свое дело, а не работать в «Равелине». Люблю Лизу. Готов разобраться со всеми неподходящими ей поклонниками, а потом ухаживать за любимой и ее завоевывать.

Так, вчерне, определил для себя план. И сунулся собирать материал для изучения и выводов. По родне, знакомым, друзьям и прочим всяким. Нашлось много занимательного, да.

Здоровье мое восстанавливалось медленно, так что с завещанным мне дедом Мишей наказом: «Никитушка, не расстраивай мамочку!» пока выходило хреново. Но я не сдавался.

Помогал своим в семейном Клубе, а все время свободное обдумывал, что узнал и пытался определиться: как быть дальше, какой путь выбрать и что сначала делать?

Ну, когда в башке нет порядка, а сам ты — как бегемот, то есть в болоте застрял, у нас в семье всегда найдется «помощь зала».

Мать пригласила в гости Карпову-Князеву.

Якобы на чай, ага.

— Ладно, твои косноязычные извинения я принимаю, это понятно, –подруга матушки, шикарная женщина и офигенный спец по мозгам и душам, хмыкнула и покачала головой.

Покаянно склонил свою «бестолковку», потому что реально было стыдно.

И сам дурак, и глупости болтал, и родителей опозорил. А лет-то «маминой крошечке» почти тридцатник. Стыдобища.

— Хотя должна заметить, для кандидата наук у вас, Никита Владимирович, категорически усох словарный запас. Хорошо бы с мозгами и некоторыми важными частями организма не случилось этой же беды, — ехидно фыркнула Вера Алексеевна, пробуя пуэр в мандарине, который матушка заваривала для нее в последние годы специально.

С той нагрузкой, которую вкатили мне Рус и батя, вздохнуть-то времени не было, зато физически организм функционировал уже почти нормально.

Хмыкнул:

— Ланские не дают расслабиться и жирком заплыть.

Матушка Мота, который пару раз мне даже слегка накидал перед отбытием в учебку, довольно потерла руки и приступила к вдумчивому препарированию меня.

Магия, которой владела госпожа Карпова-Князева, через пару часов проявилась во всей красе. Я внезапно понял многое, особенно когда проговорил:

— Я уважаю выбор Лизы, но не перестану доказывать ей, что со мной она будет в большей безопасности, чем с кем бы то ни было другим. Я люблю ее. Давно. Но только сейчас смог это осознать, признать и принять. Она как голос разума в голове, как половина сердца, как кровь в венах.

— Эк тебя занесло в лирику, герой, — покивала наш семейный психотерапевт.

А меня перло так, что я боялся потерять нить и не успеть доформулировать:

— Сын с племянниками ваши слишком молоды для нее, а братья, наоборот — стары и имеют иные горячие симпатии. С левыми подкатами я разберусь. Главное: понять, что именно и как сделает Лизочку счастливой.

Вера Алексеевна уставилась на меня с изумлением, но и с одобрением.

— А чего? Батя в тыкву мне настучал, мать мозги причесала, план я сверстал, пошуршал немного. И вуаля…

Что я, зря, что ли, тряс отца с матерью и брата на предмет информации? Потом посидел, сбил данные в таблицу и картину такую занятную не только про себя, но и про Стрельниковых и Янтарских вывел.

— В целом — годно. Меня вопрос постоянства взглядов тревожит…

Улыбнулся широко:

— С тех пор как я признался себе в том, что люблю Лизу, допустил возможность быть с ней, беречь ее и баловать, то, как говорит отец, «альтернативы исчезли из слоя реальности». Моя любовь получила право на жизнь. И я счастлив.

— Ну и отлично, коли так. Но ты же знаешь?

— Север смотрит на тебя? — засмеялся, припомнив, как первая наследница Стрельниковых, дочь тети Нади — Алия Руслановна, частенько повторяла эту фразу, передразнивая многочисленных бабушек.

— Север еще и мстит, — криво усмехнувшись, тетя Вера поднялась со скамьи в беседке, где мы сидели, и направилась прощаться с матушкой.

А я за это время у ворот успел пообщаться с ее вечной тенью — Гариком Карповым. Рыжий выслушал мою бизнес-идею, покивал задумчиво и посоветовал:

— Тебе бы с Фарик-джоном переговорить или с Демоном. Экстремальная часть курорта — их тема.

— Спасибо. Позвоню, — кивнул благодарно.

— Звони Надин сразу. Без ее отмашки даже суперприбыльная вещь не будет реализована, — спокойно заметил Гарик.

И добавил:

— Женщина — это не только домашняя кошечка. Чаще всего, это львица, которая все может сама. И крут тот мужик, с кем львица позволяет себе иногда быть кошечкой. Ключевое здесь — иногда.

Прифигел от откровений, конечно, но Карпов в этой теме эксперт: столько лет с неугомонной и всезнающей тетей Верой так счастливо прожить — дорогого стоит.

Так что я чуть скорректировал свой проект, набрался наглости и побеспокоил Железную Надин.

А перед самым отъездом на Север, согласованным с Надеждой Алексеевной, парни доложили из Новосиба:

— Все штатно: посылку пристроили и присматриваем. Санька уделали и сдали кому следует, так что он завербовался на контракт и ближайшие три года про него вряд ли услышим. Но наводку кадровикам оставили.

— Добре, Фей, спасибо, — выдохнул все же довольно: никаких неожиданностей не вылезло, но контроль не помешает.

— Не тупи больше, Доцент. И не подставляйся. Если будет какое дело — шли весть, — разведка наша фыркнул в трубку.

А я прикинул перспективы и не удержался:

— На подумать тебе: собираюсь устроить за Полярным Кругом нечто, как у родителей, но в рамках выездной базы. Если интересно — пиши.

Стрельниковым новая концепция их курорта: «Здоровый отдых. Безопасность. Путь героя» — понравилась.

— Безопасность — это, Никита, очень важно. Особенно в «Северном Янтаре», — грустно заметила Надежда Алексеевна.

Я помнил открытие курорта и с уважением помолчал. Да, Берг-старший был мощный чувак и служил семье достойно.

Руслан Фаридович обнял супругу за плечи и хмыкнул:

— А «Путь героя» нашим безбашенным парням зайдет на ура.

На том и порешили: я взялся за организацию на курорте базы экстремальных развлечений.

Экскурсии, квесты, «Школа выживания». Семейно, корпоративно, индивидуально. На полигоне, в горах и в тундре. У нас все для вас. Оперативно. Качественно. Безопасно.

Дел было выше крыши, но сильно помогали и мужики из СБ Стрельниковых, и та команда, что со мной отрядил из «Равелина» отец. Со дня на день, кстати, ждал прибытия из Новосиба братьев по оружию, пожелавших поискать свое счастье на Севере. Так что мы справлялись и должны были успеть к сроку.

Ну, да, спал пока мало, но это всегда время такое до запуска проекта.

В один из дней конца сентября, пригнав новый болотоход на испытания в Поместье, радостно выдохнул: большую часть подготовительной работы мы сделали. Планы вроде с реальностью состыковались, на местности еще этого зверя обкатаем и можно включать в программу экскурсий и квестов.

А потом, как насквозь прошило сердце. Обернулся, уже зная, кого увижу.

Моя обалденная сладкая мечта стояла полураздетая на веранде в легком домашнем костюмчике.

— Да ну, не май месяц же, Лиз, как можно? — пробормотал себе под нос, стягивая куртку и направляясь к дому.

Глядя на нее, такую родную и желанную, уверенно шел к веранде, а в голове крутился план:

— Мы не будем спешить. Познакомимся заново. Ты привыкнешь ко мне, сможешь доверять. Я узнаю, что ты любишь, к чему лежит душа, о чем мечтаешь. Я все сделаю для твоей счастливой улыбки, любимая.

Малышка смотрела на меня так удивленно, что я не удержался:

— Привет, Лизавета. Как тебе северная кухня? — хмыкнул, заворачивая маленькую в куртку.

А что? Надо же с чего-то начинать?

Тут и в теме Лизочка точно шарит, и поговорить о еде она всегда с удовольствием.

— Привет. Ты больше интересуешься новыми блюдами в меню или тем, что за мной ухаживает лучший Мурманский ресторатор?

Лихо!

Хотя кто обещал, что будет легко, м?