Часть 41
— Вот так вот просто выгнала едва ли не с порога? — во второй раз за последние пару минут уточнила Ира, держащая на руках Алину.
— Кажется, я сказал именно это, — рыкнул Герман, вновь принимаясь метаться по комнате.
С полчаса назад он приехал от матери Нино, к которой первым делом и отправился в надежде найти там саму Нино. И которая прогнала его, едва он «нарисовался» на пороге их квартиры.
«Она уехала. Не знаю, куда. Не приходите сюда больше», — проговорила женщина, после чего попросту захлопнула перед лицом Ильинского дверь. И как он ни звонил и ни стучал после — не открыла.
— Прекрасно. Но в целом ожидаемо. И что будешь делать теперь?
— Не знаю.
Герман подошёл к бару, налил себе полный бокал виски, опрокинул в себя залпом и добавил ещё порцию.
— Ты сможешь помочь?
— Если она куда-то уехала?
— Да.
— Ну, Ильинский. Я не настолько всемогущая. И муж мой тоже.
Она ссадила забеспокоившуюся Алину с рук, и та быстро поползла к отцу. После чего остановилась на полпути, уселась на полу и принялась болтать что-то на своём языке.
— Хорошо. А идеи какие-то есть?
— Ммм…
Ира устроилась в кресле, положила ногу на ногу и замолчала. Только смотрела за тем, как Алина передвигается по комнате, то доползает до одной стены, то разворачивается и, быстро перебирая руками и ногами, мчится ко второй.
— Ты можешь попробовать съездить к маме Нино с ней, — сестра указала на Алину. — Вы же уже раз были там и кажется, всё прошло как нельзя лучше.
— То есть, сам по себе со своими желаниями и потребностями я уже не котируюсь?
— Как ты успел понять — нет. Да и женщины… ты же знаешь их.
Алина подползла к Ире, и та, снова взяв её на руки, продолжила:
— Одно дело, когда к матери Нино приехал мужик, который сначала обрюхатил её дочь, а потом вынудил сбежать…
— Ира…
— Что — Ира? Я тебе рассказываю о том, что она может думать. Не перебивай. Так вот… — сестра сделала вид, что размышляет. — Естественно, первой и самой правильной реакцией было тебя отослать куда подальше. И совсем другое, когда ты приедешь с Алиной. Мама Нино явно знает, что её дочь привязалась к малышке. Ну а дальше… дальше всё будет зависеть от твоего красноречия. Попробуй убедить её, что у тебя серьёзные намерения, и что вообще бы по-хорошему вам с Нино не помешало бы поговорить. Ну, с учётом всех открывшихся тебе обстоятельств.
Герман снова залпом допил виски. Отставил пустой бокал и сложил руки на груди. В словах Иры была доля правды. Точнее, разумности. Но он всё же собирался обдумать всё ещё раз, чтобы теперь действовать наверняка.
— Ладно. Я в душ сползаю. Через десять минут буду, — буркнул он и направился в ванную, на ходу стаскивая пиджак. Но приостановился возле Иры и проговорил: — Спасибо. За всё.
После чего решительно вышел из комнаты.
Голосить на чём свет стоит Алина начала в тот момент, когда они с Германом поднялись на лестничную площадку, где находилась дверь в уже знакомую ему квартиру. Ильинскому хватило ровно одного вечера, чтобы решиться и попробовать тот способ достучаться до матери Нино, который предложила Ира. И уже на следующий день он собрал Алину и отправился к ней.
С каждой минутой, что делала всё более длительным расставание с женщиной, которая смогла его вытащить из дерьма, он нервничал всё сильнее. В голову лезли совершенно идиотские мысли, их диктовал страх. Страх, что они сейчас разбежались на слишком долгий период, за который он, по собственной глупости, пропустит слишком многое. И Герман собирался сделать всё, чтобы только этого не допустить.
— Чего надо? — с порога вопросил одетый в драные спортивные штаны мужик. Алина тут же замолчала, и Герман её прекрасно понимал. Он что — ошибся дверью?
— Вообще я к Нино. Или к её матери, — как можно спокойнее проговорил в ответ, не зная, что и думать.
— А. Заходи.
Мужик ушёл, так и оставив дверь распахнутой, и Ильинский переступил порог квартиры, оказываясь в привычной обстановке, которую уже видел не раз. И как он раньше не понял, что это самая натуральная коммуналка?
Сцепив зубы, Герман направился в комнату, которая служила спальней Нино и её матери. И на этот раз — собирался пойти до конца и вытрясти, если понадобится, из мамы Нино всё правду.
Дверь была не заперта. Это он понял, стоило только толкнуть её перед собой. Не было ни единого сомнения в том, что поступает правильно. Даже если бы опасался, что может застать женщину, скажем, голой или в неприглядном виде, всё равно бы поступил именно так.
Она сидела на постели и что-то вязала. Едва Герман оказался в комнате, вскинула на него удивлённый взгляд, который почти сразу перевела на Алину. Потом нахмурилась и поджала губы. Опустила голову, снова сосредоточившись на своём занятии, и спросила тихо:
— Вы же сами найдёте дорогу к выходу или вам её показать?