Глава 8. Сорок две тысячи

Я не стала звонить Кириллу. Написала: «Приезжай домой. Привези всё, что есть по переводу. Елена тоже будет».

Он ответил: «А Воронов?»

«Нет».

Появились три точки. Пропали. Наконец пришло: «Буду минут через сорок».

— Думаешь, он знал? — спросила Даша.

— Не знаю.

Мне хотелось сказать, что нет, не мог. Кирилл бывает безалаберным, тратит больше, чем зарабатывает, но не стал бы… Я остановилась. Полчаса назад я так же мало знала о фирме Даши.

У выхода нас ждал Антон.

— Поехали домой, — сказал он жене. — Поговорим нормально.

Даша поправила сумку на плече.

— Я к маме. Детей заберу.

— Я сам за ними съезжу.

— Не надо.

Он посмотрел на меня, потом снова на неё.

— Ты сейчас на взводе. Давай поедим, успокоимся.

Даша шагнула было к нему, но остановилась.

— Я поем у мамы.

— Даш…

— Не сейчас, Антон.

Она пошла к моей машине. Я задержалась.

— Ключ от дома верни, пожалуйста.

— Какой ещё ключ?

— От моего дома. Которым ты дверь открываешь.

Он усмехнулся.

— Уже и ключ? Серьёзно?

— Да.

— Он в машине.

— Привезёшь сегодня.

Антон посмотрел мне в лицо.

— Вы хоть понимаете, что делаете? Она сейчас наговорит такого, что потом не исправишь.

— Она пока только вопросы задаёт. Почему нельзя ответить?

Он отвернулся и достал телефон. Я не стала ждать.

Даша сидела в машине, поставив сумку на колени. Я села за руль и написала Елене, что мы едем и скоро приедет Кирилл. Потом проверила, пристегнулась ли дочь. Даша заметила.

— Пристегнулась, мам.

— Вижу.

Некоторое время мы ехали молча.

— Можно мы у тебя побудем? — спросила она. — Я пока не хочу домой.

— Конечно.

— Только не начинай, пожалуйста, про развод. Я не знаю, что делать.

— И не надо сейчас решать.

— Ты же думаешь, что надо уходить.

Я остановилась на красный.

— Я думаю, что ты совсем вымоталась. Доедем, поешь. Потом решишь, где сегодня ночевать.

Она кивнула и стала смотреть в окно.

— Дети слышали, как мы утром разговаривали?

— Они больше женихами моими интересовались.

Даша повернула голову.

— Какими женихами?

— Семён Воронову экзамен устроил. Спросил, как динозавра зовут. Тот не знал.

Дочь тихо засмеялась.

— Всё, не взяли?

— Пока на пересдачу отправили.

Она улыбалась ещё несколько секунд. Потом губы задрожали, и она закрыла лицо рукой.

Я остановилась у обочины и достала из бардачка салфетки.

— Не надо, — сказала Даша. — Поехали. Я сейчас.

— Постою минутку.

Я гладила её по спине, неудобно перегнувшись через ручник. Даша отодвинулась, чтобы не испачкать мне рукав тушью. Я снова притянула её к себе.

Дома Елена ещё разговаривала с участковым возле сарая. Алексей собирал измерительные инструменты у калитки.

— Всё нормально? — спросил он.

— Нет. Но мы доехали.

Он посмотрел на Дашу и убрал рулетку в сумку.

— Я закончу здесь и уеду.

— Спасибо.

Хорошо, что он не стал расспрашивать при Даше. Я и сама едва держалась.

На кухне Оксана поставила перед нами тарелки с супом. Даша взяла ложку, но так и держала её над столом.

Полина сидела у окна с книгой. Она смотрела на мать поверх страницы.

— Вы с папой поругались?

Даша положила ложку.

— Да.

— Сильно?

— Поля, мы разберёмся. Вы с Семёном пока побудете здесь, хорошо?

— Он говорил, что вечером нас заберёт.

— Я ему позвоню.

Девочка погладила угол книги.

— А если он придёт раньше?

— Тогда я сама с ним поговорю, — сказала Даша. — Тебе ничего объяснять не надо.

Полина кивнула, но с места не встала.

Я предложила ей отнести Семёну яблоко. Она взяла два, проверила, нет ли на них пятен, и пошла наверх. Я попросила Оксану побыть с детьми, когда приедет Кирилл. Она убрала со стола свою чашку.

Вскоре у дома остановилась чёрная машина — похожая на ту, в которую Кирилл сел накануне. Он вышел с заднего сиденья и достал с пола папку.

— Это не твоя? — спросила я с крыльца.

— Нет, я его иногда вызываю. У него багажник большой, аппаратура помещается.

— Я думала, ты купил.

— Мам, на какие шиши?

Я посмотрела на папку.

Кирилл проследил за моим взглядом и перестал улыбаться.

— Нет. Вот только этого не надо.

— Заходи.

На кухне он разложил ноутбук, телефон, бумаги. Даша убрала тарелки и села рядом со мной. Елена пришла через несколько минут.

Кирилл оглядел нас.

— Прямо допрос.

— Я бы тоже с удовольствием просто попила с тобой чай, — сказала я. — Объясни про деньги.

Он потёр лоб.

— Папа попросил заказать материалы. Для северного крыла.

— Через твой счёт?

— Да.

— Зачем?

— Я снимал рекламу для поставщика. Меня там знали, дали хорошую скидку. Папа сказал, на фирму сейчас неудобно проводить.

— Почему неудобно?

— Требования на счетах. Долги. Он не хотел, чтобы деньги списали раньше, чем мы купим.

Елена записала несколько слов.

— Это он вам так объяснил?

— Да. Я сам не проверял.

Сын отвечал Елене. В мою сторону не смотрел.

— Кирилл, посмотри на меня.

Он поднял глаза.

— Ты понимал, что помогаешь ему обходить долги?

— Я понимал, что покупаю двери и плитку. Мам, он же не сказал: давай спрячем деньги. Сказал, надо ремонт заканчивать. У Полины опять стена отсырела, ты ругалась.

Я помнила. Я ещё просила сделать всё до летнего заезда, чтобы потом не переселять постояльцев.

— Заказ на сколько?

Он вынул счёт.

— Миллион девятьсот две тысячи.

Я вычла из суммы счёта перевод с Дашиной фирмы. Проверила ещё раз.

— Сорок две…

Кирилл молчал.

— Те, которые ты у меня занял?

— Да.

— На студию.

Он опустил глаза.

— Да, я сказал, что на студию.

— Ты мне врал.

— Папа просил пока не говорить. Обещал всё вернуть.

— Но занимал-то ты.

— Я знаю.

Даша отодвинула от себя чашку.

— А я думала, тебе правда аренду платить нечем.

— Даш, не начинай.

— Я ещё Антону сказала: помоги ему с работой.

— Я не хотел, чтобы вы…

Он замолчал.

Вспомнилось, как Кирилл стоял вот здесь, у раковины, и рассказывал про помещение с большими окнами. Сказал, что там свет хороший, можно без дорогих ламп снимать. Я тогда обрадовалась: наконец-то у сына будет своё дело, место, куда он по утрам ездит.

Я ещё предлагала сшить ему плотные шторы. Он сказал: потом, мам, сначала с арендой разберусь.

— Мам, — сказал он, — ну не смотри так.

— А как мне смотреть?

Он сел.

— Дураком был. Думал, купим, папа отдаст, и всё.

— Мне почему не сказал потом?

— Сначала он заболел. Потом… Ты же помнишь, как было.

— Помню.

Я помнила, как сын после похорон ночевал на диване и просыпался, стоило мне пройти по коридору. Тогда он боялся оставлять меня одну. А рассказать про деньги так и не решился. Я помнила, как благодарна была ему за те ночи, и не знала теперь, что сказать.

Елена подождала, затем спросила:

— Вы поставщику всю сумму перевели?

— Всю. У меня платёжка есть.

— Покажите её и выписку по счёту за эти дни. Нам важно видеть сам перевод, а не только выставленный счёт.

Кирилл начал искать в ноутбуке.

— Пароль забыл, что ли, — пробормотал он.

Никто не ответил. Он ввёл ещё раз, открыл папку.

Я подождала, пока он повернёт к Елене экран.

— С долгом что будем делать?

— Я верну, мам.

— Когда?

— После оплаты за ролик.

— Ты так и весной говорил.

Он посмотрел на меня, потом взял телефон.

— Сейчас шестнадцать могу. Остальное за два месяца.

— Договорились. Только даты напиши, чтобы я больше за тобой не ходила.

Деньги пришли через минуту.

Я смотрела на уведомление о переводе. Шестнадцать тысяч пришли. Кирилл ждал, что я скажу, а я боялась открыть рот.

Я подвинула ему чашку.

— Чай будешь?

— Буду.

Он обхватил её ладонями. Чай уже остыл.

Кирилл показал платёж поставщику. Елена попросила вечером принести полную выписку, а сейчас стала разбирать накладные.

Доставок было три. Две — в наш дом. Третья — на Заводскую, восемь, склад три.

— Почему туда? — спросила я.

— Папа сказал, у нас негде сложить.

— В пустом северном крыле?

— Там штукатурили. Я не вникал, мам.

— Кто принимал?

Кирилл перевернул последний лист.

Даша наклонилась ближе.

— Антон?

— Да.

Рядом с его фамилией стояла подпись.

Я стала читать перечень: двери, светильники, сантехника, плитка. Четыреста восемьдесят две тысячи рублей.

— Это нам потом привезли?

— Я не знаю.

— Ты не спрашивал?

— Спрашивал. Антон сказал, с поставкой всё закрыто. Я решил, довезли.

Я провела пальцем по строке со светильниками. Осенью, уже после похорон, я сама покупала четыре штуки для северного коридора. Старые мигали, постояльцы жаловались. Виктор обещал новые ещё летом.

Получалось, он их всё-таки купил. Только до нашего коридора они не доехали.

— И когда принесли иск, ты даже не вспомнил про эту поставку? — спросила Даша.

Кирилл потёр шею.

— Вспомнил.

Она откинулась на спинку стула.

— Ну прекрасно.

— Я не знал, откуда были деньги. Папа переводил, не какие-то вкладчики.

— Со счёта моей фирмы.

— Да видел я, откуда перевод! Я про то, чьи они были до этого!

— Не кричи, — сказала я.

Кирилл закрыл рот. Несколько секунд было слышно, как на веранде постояльцы двигают стулья.

— А про семнадцать человек откуда ты знал? — спросила Даша тише. — Ты на меня тогда так посмотрел.

— После похорон у папы на компьютере таблицу видел. Искал документы на машину. Антон зашёл, закрыл файл. Сказал, старые обязательства, сам разберётся.

— Ты ему поверил?

— Да. Он в этом работал, я нет.

— А меня хоть спросить можно было?

Кирилл посмотрел на сестру.

— Я думал, ты знаешь.

Даша встала.

— Конечно. Я же жена. Директор. Все всё знали, кроме меня.

Она вышла на веранду и прикрыла за собой дверь. Кирилл хотел пойти следом.

— Подожди, — сказала я. — Пусть посидит одна.

Он остался стоять у стола.

Из прихожей донёсся звук поворачивающегося ключа.

Антон вошёл без звонка. Увидел нас, задержал взгляд на ноутбуке.

— Даша где?

— На веранде, — ответила я. — Ключ принёс?

— Сейчас, Марина Львовна.

Он шагнул к двери, но Кирилл загородил проход.

— Сначала скажи, что с материалами.

— Какими?

Сын взял накладную.

— Которые ты на Заводской получал. Ты же мне сказал, всё закрыто.

Антон протянул руку к листу. Кирилл убрал его за спину.

— Посмотреть-то дай.

— Копия есть, — сказала Елена. — Сядьте, разберёмся.

Антон посмотрел на неё.

— Я с вами ничего разбирать не собираюсь.

— Тогда верни ключ, — сказала я.

Он снова повернулся к Кириллу.

— Ты лучше расскажи, сколько сам получил.

— И сколько перечислил поставщику. Я уже показал.

— Полную выписку принеси. А то на такси деньги есть, на духи твои дорогие тоже, а матери всё должен.

— Ты охренел? — Кирилл шагнул к нему. — Ты мне сам сказал: не трогай это, я разберусь!

Я встала между ними.

— Назад оба. Кирилл, сядь.

Он тяжело дышал. Я положила руку ему на грудь и почувствовала, как часто бьётся сердце.

— Сядь, пожалуйста.

Он отступил.

В дверях веранды стояла Даша.

— Зачем ты приехал? — спросила она у мужа.

— За тобой. И за детьми.

— Мы сегодня здесь останемся.

— Даш, ну хватит уже. Дома поговорим.

— Я не поеду.

Он посмотрел на меня.

— Вы довольны?

— Антон, она тебе отвечает.

— Она сутки не спала и наслушалась…

— Я тебя слушала, — перебила Даша. — Полдня слушала. В банке. Хватит на сегодня.

Он понизил голос.

— Пойдём на улицу. На две минуты.

Она покачала головой.

— Ключ отдай. И езжай.

Антон некоторое время смотрел на неё, потом достал связку.

Ключ никак не снимался с тугого кольца. Он зацепил ногтем край, выругался себе под нос. Мы молча ждали.

Наконец ключ лёг на стол.

— Я пытался разобраться с долгами вашего отца, пока вы все дома сидели.

У Даши задрожали губы.

— Мы его хоронили.

— Я тоже хоронил.

— Тогда зачем ты так говоришь?

Он отвёл глаза.

Дочь долго смотрела на него. Я видела, что ей хочется услышать хоть что-нибудь другое: что сорвался, что не это имел в виду. Он молчал.

— Уходи, — сказала она.

На этот раз он ушёл.

Я закрыла дверь. Ладонь скользила по круглой ручке — руки почему-то вспотели. Пришлось вытереть их о юбку.

Кирилл сидел, уставившись в стол. Даша взяла его чашку и отнесла к раковине.

— Не трогай, я сам, — сказал он.

Она поставила чашку обратно. Брат отодвинул её к себе, не поднимая глаз.

— Мам, я себе ничего не оставил, — сказал Кирилл.

— Давай проверим. И закроем хотя бы этот вопрос.

— Ты совсем мне не веришь?

Я села рядом.

— Хочу верить. Но ты только что рассказал, как обманул меня со студией. Мне нужно время, Кирилл.

Он опустил голову.

Я погладила его по затылку. Он на секунду прислонился к моей руке.

— Выписку привези.

— Привезу.

Пока Елена копировала бумаги, я вышла позвонить мастеру по замкам. Оксана дала номер, мастер обещал приехать вечером.

У калитки стоял Алексей. Машина с инструментами стояла рядом.

— Я уезжаю, — сказал он, увидев меня. — Хотел попрощаться, но у вас там…

— Да.

— Тебе помочь чем-нибудь?

— Пока не знаю.

Он не стал расспрашивать. Я прислонилась к столбу калитки и наконец выдохнула.

— Мы нашли адрес склада, — сказала я. — Часть материалов отвезли туда. Поможешь посмотреть?

— Конечно.

— С Еленой сначала договоримся, чтобы нас пустили. Может быть, завтра.

— Напишешь время.

Елена подошла к нам с бумагами.

— Здесь ещё лист к доставке приколот, — сказала она. — Сведения для пропуска на территорию. Надо проверить у владельца, действует ли аренда.

Я взяла лист.

— Там Антон?

— Он указан как принимающий груз. А арендатор другой.

Под адресом стояло имя.

Надежда Андреевна Воронова.