Глава 11. Она

Как оказалось спустя два месяца, подруга была права: работа пойдет мне на пользу. Стало меньше времени на рефлексию и бесконечные мысли по кругу. Усталость с непривычки забирала все силы. Плюс после работы по возвращению домой меня ждали привычные хлопоты, поэтому я почти все время была занята.

Это повлияло даже на общение с детьми.

С сыном мы связывались раз в несколько дней, а дочь половину недели проводила у отца, и я с этим смирилась, больше не пытаясь устроить скандал.

Может быть, Вика и пыталась иногда вывести меня из себя, но, не получая должной отдачи, ей стало неинтересно это делать.

Как-то у Анатолия была назначена встреча с партнером в ресторане, и я тоже должна была там присутствовать, приехала раньше, сделала заказ. Перед обедом решила посетить дамскую комнату и замерла у двери, услышав разговор:

— Видела, кого сюда занесло? Жену Островского!

— Она?

— Да, она. Скажи, не узнать. Постарела.

— И не говори, сдала. Вот что делает развод с женщинами! Превращает их в старух…

Две сплетницы обсуждают меня. По голосам узнаю приятельниц, жены друзей Матвея. Не самые близкие, но все же раньше мы часто пересекались на мероприятиях, я была уверена, что у нас неплохие отношения.

— Сама виновата, закрыла бы глаза на гулянку мужа, жила бы как прежде. Умная женщина знает, когда закрыть глаза.

— Она явно не умная. Осталась одна… Типичная разведенка с прицепом, а муж ее цветет. Была бы я не замужем, я бы подсуетилась…

— Подсуетилась? Ха! Уже поздно! Рядом с Островским юная красотка. Хищница… Из рук его не выпускает.

— Ой да видела я ее. Что там особенного? Соска типичная! И, кстати, у них не все гладко. Пересеклась с ними на прошлой неделе, вид у них был такой, как после недавней ссоры.

Ого, значит, не все гладко в Датском королевстве?

Может быть, поэтому дочь в последнюю неделю почти не ночевала у отца?

Не желая больше стоять и подслушивать, я захожу, и стук моих каблуков звучит четко и уверенно. Подружки аж словами подавились, и вид у них стал такой нервный, глазки забегали из стороны в сторону.

Они явно засуетились и на лицах читался вопрос: слышала ли я их злые сплетни?

Я решила поступить умнее.

— Добрый день, девочки.

— Яся? Привет!

— Привет, дорогая, тебе так идет это платье! Ты похудела, что ли?

— Алена, ты? — спрашиваю у той, которая говорила, что я выгляжу плохо. — Честное слово, не узнала сразу. Кажется, тебе филлеры в скулы неудачно вкололи, одна скула выше другой! Губы теперь на лице совсем потерялись. А ты, Маш… — смотрю на вторую. — Сто лет тебя не видела. Все еще живешь со своим Митей, боровом. Слышала, он совсем уже спился, в ресторане дебош устроил. И, кажется, он был в компани… шлюх.

Улыбки приятельниц стали неестественными и натянутыми.

Они хотели ужалить меня, но мне тоже было, чем ответить.

Пусть не думают, что живут лучше, чем я, или что у них жизнь — как у небожителей.

Все мы ходим под одним солнцем. Но сегодня оно светит тебе ярко и освещает дорогу в светлое будущее, а завтра оно светит кому-то другому, а на твоей улице — темно и холодно.