Эпилог 1

Саша.

Шесть долгих лет с момента нашего последнего свидания в маленьком домике в горах, мы прожили с Виктором в гостевом браке. Он и пальцем ко мне не прикоснулся. Да и я не собиралась ничего делать для того, чтобы проверить на прочность собственные нервы.

Шесть долгих лет мы прожили в гостевом браке и не так, что он приезжал ко мне, ужинал, завтракал.

Нет.

У нас ничего этого не было. Я отсекла от себя часть, которая отвечает за чувства, потому что так было проще. Я понимала ‚ что в какой-то момент наверное чокнусь, если просто закрыв глаза, окажусь с Виктором ближе, чем мне того бы хотелось.

Это тяжело, болезненно и страшно вновь довериться человеку, который предал.

Я не наказывала его гостевым браком. Я не желала, чтобы он что-то осознал. Мне просто показалось это необходимо, самый лучший вариант и Виктор не был против.

— Знаешь, мне кажется‚ что после всего, что у нас с тобой было, твоё решение не такое абсурдное. Скорее оно идеально выверенное.

Гостевой брак подразумевал совместные выезды к детям, походы в театры, ведение бизнеса. Гостевой брак подразумевал иногда долгие разговоры.

— Если бы ты знал, ты бы меня боялся. — Однажды сказала я ему искренне и честно.

Меня пугал страх, не свой, а именно его. Что он бы боялся со мной быть настоящим собой. Наверное поэтому я молчала всю жизнь. Наверное поэтому мне не хотелось приоткрывать двери в прошлое, чтобы не разрушилось моё настоящее.

— Да, я бы напугался.

Было такое странное время, когда мы оба понимали что лукавить, подслащивать пилюлю бессмысленно.

Я и Виктор за эти шесть лет были настолько максимально честными друг с другом, что оборачиваясь на всю свою жизнь, я не могла припомнить настолько глубокого доверия.

— Я бы боялся причинить тебе боль. Я бы боялся повести себя как-то по-ужасному.

И если честно, я бы боялся в принципе показывать какой я человек. Я бы все время пытался быть лучше, чем я есть на самом деле. Однажды бы оказался в ловушке собственной идеальности и тогда бы наверное произошло все тоже самое. Просто правда жизни, Саша‚ такова‚ что я не идеален. Я совершал ошибки и не только с тобой, но и в принципе по жизни. Где-то я не был достаточно честным. где-то я не был достаточно искренним. Я все это, Саш‚ понимаю. И сейчас уже после всего я прекрасно понимаю тебя, почему ты молчала и это не говорит о том, что я по-прежнему считаю ‚ что тебе необходимо было рассказать мне обо всем.

— Но ты бы мог — Призналась, потому что не могла молчать.

Он бы мог признаться о том, что его беспокоило.

Шесть долгих лет мы были в гостевом браке, который оказался для меня самым лучшим лекарством. Лекарством против разбитого сердца, против боли, против страха и одиночества.

Гостевой брак оказался именно той микстурой, что позволил мне не теряя родного человека, сохранить собственные принципы. И здесь дело было не в том, что я не могла его простить. Я очень хотела. Я реально иногда лежала по ночам и думала, как бы было хорошо, если бы завтра я проснулась и не помнила ничего. Я иногда действительно убеждала себя, что я просто ненормальная. Но когда случайно рассказала об этом Виктору, он покачал головой.

— Ты самый нормальный человек, которого я когда-либо встречал. И дело не в том, что я тебя люблю. Дело не в том, что я хочу быть с тобой. Не только в качестве приходящего мужчины, который разговаривает с тобой, обсуждает бизнес и выезжает в театры, и растит детей. Нет, Саш ‚ я это говорю как просто человек, который видел разное. Ты самая нормальная из всех, кого я когда-либо знал. Это я у тебя просто дураком оказался.

Я грустно смеялась над этими его фразами и не могла ничего с собой поделать, чтобы толкнуть себя, либо от него, либо к нему. Тот кто говорит о том, что измену простить невозможно, лукавит. И тот, кто говорит о том, что прощать нужно всегда-тоже врёт. На самом деле никому нам не выдали методичку, как себя вести и что испытывать в самые сложные моменты.

Шесть долгих лет мы прожили в гостевом браке.

А потом у нас родилась малютка Аглая- старшая дочь Димы и его жены Светланы, которая оказалась одним из специалистов, которых нанял средний сын в свою компанию. Отношения у них завязались сначала дружеские, а потом перешли в более личные.

Шесть лет гостевого брака закончились малюткой Аглаей, которая почему-то оказалась безумно важной для всех. Это не было так, как с Олесей. С Олесей было чувство чего-то впервые произошедшего. Олесю обожали, тетёшкали. А на Аглаю смотрели осознанно.

И вот глядя на то, как Виктор после затяжного молчания со средним сыном вдруг оказался рядом, держал на руках новорождённую внучку, у меня сердце щемануло.

Да так сильно‚ что я задыхаясь, постаралась спрятаться в небольшой столовой.

— Тебе плохо? — Спросил тихо Тимофей, приближаясь ко мне и обнимая за плечи.

Я толкнулась спиной сыну в грудь, и он словно бы укутал меня в свои объятия.

Простить, ты знаешь, такое невозможно. Но мне настолько больно без него, что я говорю о несоизмеримых вещах.

— Тогда успокой свою боль, мам. — Тихо произнёс Тим.

Я погладила его по широкому запястью.

—А вдруг ему это уже не надо? А вдруг его устраивает‚ что у нас есть сейчас?

—Ему это надо, мам. Ни один мужчина, который находится в отношениях, которые его не устраивают, не будет шесть лет верным, искренним, понимающим. Ему… Вам это надо.

Я тяжело вздохнула. Понимала‚ что Тимофей впервые смягчился. Понимала, что Тимофей говорил голосом моей души и наверное, было в этом что-то безумно правильное и настоящее. Я обернулась к сыну, посмотрела на него снизу вверх.

Тим прижал меня ещё сильнее, заставляя тыкнуться носом в грудь. Провёл широкой ладонью мне по волосам.

—Ты не обязана. Но если вдруг ты понимаешь ‚ что без отца намного хуже, чем с ним, даже с предателем, даже с жестоким изменником, то я думаю нельзя терять время. Время- единственное, что мы не можем восполнить. Как выяснилось, даже здоровье поправить мы в силах, а вот время вернуть нет. Я больше, чем уверен, что об этом он сожалеет, как никто другой. Он бы хотел отмотать время назад.

— Спасибо тебе.

Я обняла сына, понимая‚ что разговаривала уже не с моим маленьким мальчиком, а с мужчиной. С мужчиной, у которого крепкая большая семья. У которого есть все для того, чтобы стать главой семьи.

Дима ходил немножко напуганный, не понимая, что теперь будет Демьян вздыхал и закатывал глаза. Он жениться не собирался, но врал, потому что уже через три года мы гуляли на его свадьбе. Но тогда, в день, когда мы все познакомились с Аглаей, был самый тёплый вечер.

— Слушай. - сказала я тихо, сидя в машине. Виктор привёз меня к моему загородному дому. Нет я его не купила. Я его снимала. Разводила лаванду и высаживала её вдоль небольших грядок. — У меня там что-то котел барахлит. Не знаю, может быть я просто не понимаю чего-то. Зайди, посмотри, а?

Виктор улыбнулся и кивнул мне. Казалось, он понимал меня без слов. Теперь понимал.

В доме вкусно пахло аромадиффузором с ароматом морской соли и табака.

— Прости меня. — Стоя в прихожей, прошептал мне в спину Виктор.

Я обхватила его руки‚ когда он подойдя, обнял меня. Сдавила крепко-крепко.

— Я правда не могу. Вик, я не могу. Но я не хочу, чтобы и дальше было так, как сейчас. Мне не хватает тебя рядом и твоя дурацкая большая кружка стоит в этом доме. Смотрит на меня с укором. А ещё тот самый стёганый плед. Помнишь его?

Виктор кивнул, вжимая меня в себя и вдыхая аромат волос.

— Вот я этот плед хотела выкинуть, а потом вспомнила, сколько раз он нас с тобой выручал. И не смогла. И он тоже лежит здесь. Прячется в маленьком диванчике в большой спальне. Я бы хотела время отмотать назад, но у меня не получится этого сделать. Поэтому я просто хочу закончить эту историю и перевернуть страницу.

Написать новую, где ты знаешь о своей жене абсолютно все и где она знает о том, что было сложно, было трудно, были страшные ошибки. Но они превратились в бесценный опыт. Я не могу сказать, что я тебя прощаю. Но я точно знаю‚ что я тебя‚ люблю.

Виктор дрогнул. Я поняла‚ что у меня в груди заныло. Обернулась к нему и столкнулась с глубоким пронизывающим до самого дна души взглядом.

— Я бы тоже хотел отмотать время назад, Саш. Но у меня ничего не выйдет и ничего не получится. И как бы не стыковались мои чувства с моими действиями за эти чертовы шесть лет, любить я стал тебя лишь только сильнее, потому что пришло осознание того, насколько ты для меня бесценна, насколько моя жизнь пуста без тебя. И как меня задрало возвращаться в холодную квартиру. Прости меня, пожалуйста. Я просто буду с тобой рядом, чтобы ты не решила. Я просто буду всегда принадлежать тебе. Моя смелость. Моя любовь. Моя надежда. Моя самая искренняя вера. Моя неповторимая Александра.