Глава 11

Глава 11

В панике я пытаюсь соорудить из собственных рук подобие защитного щита.

Задача, мягко говоря, провальная, учитывая выдающуюся пышность моей груди (натуральный четвёртый с половиной размер, между прочим), спрятать всё это богатство за ладошками – это примерно как пытаться замаскировать танк «Армада» за кустиком садовой герани.

Эффект нулевой, зато суеты много.

– Да отвернись ты, чудовище! – чувствуя, как уши начинают гореть почище дров в нашем камине, рявкаю на Влада. – Что уставился? Глаза лопнут! Отвернись, кому говорю!

Влад медленно, с явным усилием переводит взгляд с моих стратегических объектов чуть выше. Смотрит мне прямо в глаза – как-то странно, по-особенному, и тихо так, с хрипотцой в голосе говорит:

– Забыл… Господи, Вер, я совсем забыл, какая ты красивая.

Я аж давлюсь воздухом от такой неприкрытой наглости. Красивая я, посмотрите-ка! Вспомнил на три года позже, чем следовало.

– Смерти ищешь, Владичка? – рычу, судорожно нащупывая на диване лямки своего беглого кружевного девайса. – Напоминаю для слабослышащих: я профессиональный кондитер и скалкой работать умею так, что никакой пластический хирург потом твою анатомию обратно не соберёт! Отвернись, живо!

Он как-то уж очень неохотно, словно преодолевая силу всего земного притяжения, поднимается на ноги и наконец поворачивается ко мне спиной.

Я, не теряя ни секунды, устраиваю скоростной спринт по натягиванию лифа и топа. Руки дрожат, щёки полыхают, но я справляюсь за рекордные три секунды.

И тут Влад, стоя спиной к камину и разглядывая сосновые доски на стене, выдаёт тихим, глуховатым голосом:

– Вер… Знаешь, а я ведь с Кариной тогда… ну, после развода… я с ней так и не…

Договорить не успевает, потому что в эту самую секунду дверь гостиной с грохотом распахивается, и в комнату ураганом врывается Карина.

Мы с Владом синхронно замираем, превращаясь в две соляные статуи. Я мысленно зажмуриваюсь и уже морально готовлюсь к сокрушительному удару очередного ультразвука.

Ну, плавали – знаем.

Я прекрасно помню, как Каринка умеет визжать на высоких частотах: в такие моменты кажется, что твой собственный мозг сейчас просто превратится в жижу и аккуратно вытечет через уши.

Но Карина не визжит.

Она… улыбается.

И вот это выглядит по-настоящему жутко. Учитывая, в каком двусмысленном состоянии она нас только что застала (я растрёпанная на диване, Влад с виноватой миной топчется у камина), любая нормальная женщина на её месте уже катала бы по полу вторую серию кухонного триллера «Измена в горах».

А эта стоит, сияет, как новенький половник.

Карина грациозно подплывает к Владу, намертво цепляется наманикюренными пальчиками за его локоть и смотрит на меня ласково-ласково. Прямо как сказочная лиса на глупую ворону с сыром.

– Верочка, милая! А я там на кухне кофе заварила. Твой любимый, с корицей! – щебечет эта святая женщина и преданно заглядывает мне в лицо. – Слушай, у тебя там не осталось ещё тех вкусных пончиков? А то мне после сна что-то так сладенького захотелось… Просто умираю!

Я незаметно прищуриваюсь, переводя взгляд с её сияющего лица на побелевшего Влада.

Так, стоп.

Если она уже успела наварить кофе, значит, сто процентов видела из коридора, как мой бывший муж делал мне массаж. И то, что она сейчас не пытается выцарапать мне глаза, означает только одно: эта змея задумала что-то куда более изощрённое.

Пытается усыпить мою бдительность, чтобы потом подсыпать мне в муку крысиный яд?

Ну-ну.

– Окей, – настороженно киваю я, поднимаюсь с дивана и привычно опираюсь о стенку. – От хорошего кофе я ещё никогда в жизни не отказывалась.

Карина буквально тащит Влада на кухню, как на буксире, я хромаю следом. Мы перемещаемся в зону кулинарии, и тут я обнаруживаю на столе три аккуратно выставленные чашки.

Дымящийся напиток уже ждёт.

Ладно, признаю, пахнет прилично.

Подковыляв к холодильнику, я достаю наше утреннее спасение – блюдо с оставшимися пончиками в шоколадной глазури – и сдвигаю чашки поплотнее, чтобы уместить эту углеводную гору по центру.

Мы все втроём рассаживаемся по стульям.

Пьём кофе. И вся эта идиллическая картина, честное слово, до боли напоминает мне знаменитое чаепитие Безумного Шляпочника из «Алисы».

Напряжение в воздухе такое, что от него можно заряжать смартфоны без розетки. Я сижу, мелкими глотками отхлёбываю напиток и лихорадочно соображаю: что, блин, происходит с Кариной? Кто её покусал в спальне? Откуда эта внезапная вспышка вселенского дружелюбия к женщине, которую она ещё недавно ласково именовала «некоторые с такими телесами»?

Но, как говорится, всё тайное рано или поздно становится явным. Причём в нашем случае – очень рано и максимально наглядно.

Не успеваю поднести к рту сочный пончик с корицей, как Карина вдруг как-то странно затихает посреди своего очередного комплимента в адрес моей домашней кулинарии.

Её глаза медленно закатываются, а лицо приобретает абсолютно блаженное выражение полного отсутствия мысли.

Карина качается раз, качается два, а в следующий миг с глухим, сочным звуком «плюх!» падает лицом прямиком в самую середину блюда. Точно в центр самого большого шоколадного пончика.

Глазурь красивыми брызгами разлетается по столу, а мы с Владом синхронно роняем ложечки.