Глава 8. Он

Я приезжаю домой, сжимая ключи в кулаке настолько сильно, что оставляю на ладони царапины. Все внутри гудит — телефон разряжается, мысли разбежались. Как объяснить Агнии то, что я сам себе не могу объяснить? Как оправдать свое предательство, если никаким словам не веришь?

Вспоминаю тот вечер, когда переспал с ее подругой.

Отмечал небольшое, но приятное достижение. На выставке машин был спонсором одного из участников, меня отметили, добавилось клиентов.

Все как будто в тумане: музыка, чужие лица, запах крепкого алкоголя, смех не свой. Даже девушка — будто нарисованная, ее образ дрожит и исчезает, едва начинаю вспоминать.

Я не помнил, как провел с ней ночь, но наутро обнаружил в постели подружку Агнии и выгнал ее. Она сделала вид, что тоже не понимала, как это произошло.

А я почти ничего не помнил.

Был ли это вообще я? Или персонаж из чужой жизни, за чью ошибку я теперь плачу каждым прожитым днем?

Если бы можно было повернуть все обратно, стереть, как мел с доски...

В доме пахнет иначе, чем всегда.

Домашнюю еду, приготовленную руками любимой, узнаешь сразу же

Но сегодня пахнет иначе.

И тихо. Слишком тихо, пусто. Я зову осторожно:

— Агния?

Тишина, только посуда звякнула на кухне.

Захожу — за столом сидит помощница, которая приходит домой к моей маме.

— Марина Ивановна, здравствуйте.

Она улыбается мне.

— Добрый вечер, Антон.

— А где все?

В доме ни Агнии, ни Савы.

Помощница пожимает плечами, даже не глядя на меня.

— И что вы здесь делаете? Вас Агния пригласила?

— Нет, — поднимает на меня взгляд. — Они ушли еще в первой половине дня. Ругались с вашей мамой, обзывали ее последними словами. Ваша мама велела собрать их вещи. А я вот… прибрала, покушать вам приготовила.

Я будто проваливаюсь сквозь землю.

— Что?!

Стою, держусь за дверной косяк, не понимаю — как так? Как посмела?

Ушла.

Ничего не сказав.

Без разговора. Это что, конец?

Звоню Агнии — пальцы дрожат настолько, что едва попадаю по кнопкам. Гудки. Она берет трубку, но голос звучит отстраненно.

— Агния, пожалуйста... Ты где?

— Тебя больше не касается, — она глухо выдыхает. — Все, Антон. Не ищи нас. Я не вернусь. Сын у меня. Будет суд, он определит, как и когда ты с ним будешь видеться.

— Но я...

Слова застревают. Я не знаю, с чего начать — с того ли, что виноват, или с того, что не ожидал такого ультиматума.

— Ты можешь ответить, почему?

— Потому что мы — тебе не ровня? Или потому, что твоя мама прилетела, как коршун, и начала нас выгонять?

— Мама? Она не могла так поступить. Мне помощница сказала, что ты с ней ругалась.

Она перебивает, яростно и холодно сказав:

— Конечно, я. Всегда — я. Только я виновата, а ты — святой. Только трахался с моей подругой, святоша. Знаешь… Наверное, она права.

— Кто? Объясни!

— Даша сказала, что ты — кобель, а я ей не поверила. Теперь я думаю, она была права.

— Опять эта Даша. Так… Вернись домой, живо.

— К тебе домой, да? Нет! Мне не нужно от вашей семьи ни одной копейки!

Твою же мать! Как с ней непросто!

Мне хочется рычать и швырять предметы, но вместо этого я говорю глухим, напряженным голосом:

— Скажи хоть, где ты. Сын. Тоже. Тебе что-нибудь нужно?

— От тебя и твоей семьи?! Ничего! Я лучше сдохну с голода, чем приму подачки после того, что вы сделали.

Я прижимаю мобильник к уху, но слышу только шорох ее дыхания в трубке.

Все рушится.

На секунду кажется, что меня нет — ни в этом доме, ни в ее жизни, ни рядом с сыном.

Вспоминаю, как она когда-то смеялась на кухне в этом доме. Теперь здесь только пустота и голос в трубке, полный боли и разочарования.

И гудки.

Безжалостные гудки.

Домработница маячит рядом, говорит что-то. Я ее прогоняю.

Возможно, слишком резко.

Плевать. Мне не до нее!

Сажусь на пол в коридоре, стискиваю руки до белых костяшек.

Даже свои мысли сейчас не могу оправдать.

Сколько я так сижу, не знаю. Время утекает сквозь пальцы.

Я злюсь и открываю бутылку спиртного.

Кто-то звонит в домофон.

Уже поздний вечер, почти ночь.

Вдруг это жена? Я открываю, не глядя.

Стою и сверлю взглядом дверь, чуть пошатываясь на ногах.

Слышится стук каблуков.

Шаг — уверенный, четкий.

Дверь распахивается.

Я разочарованно выдыхаю: это не Агния.

Конечно, это не она!

На что я надеялся, болван?

Там — Даша.

— Скучаешь, красавчик? — кокетливо мурлычет она и скидывает пальто, под которым…

Ничего нет.