Глава 13

Передо мной возвышается Илья, грозно сверкая глазами и держа в руках аккуратную папку.

— Юлия Владимировна, вы забыли рекомендацию от владельца «Гейтс».

Чего? Машинально хватаю документы и почти швыряю в препода.

— Еще раз коснетесь студентки, сломаю руки, — совершенно буднично сообщает мой охранник.

Хрыч продолжает булькать, а я тащу бугая к выходу. Надеюсь, эту жуткую картину никто не видел. Он невозмутимо идет за мной, совершенно не осознавая, что может похоронить мою репутацию отличницы и серой мыши. Оглядываюсь в поисках Левина, но, слава богу, вокруг почти никого нет.

— Откуда у тебя эта бумага? — пытаюсь вывести «незаметного» охранника, не привлекая внимания, но вдруг…

— Юлька! — ко мне на всех парах несется Лёлька.

В глазах подруги читается неподдельный ужас. Она замирает в паре метров от нас, переводя взгляд с меня на охранника. Сегодня воистину день откровений.

— Это же… — она тычет пальцем в крупного мужчину, а он невозмутимо протягивает ей руку.

— Осипов Илья, телохранитель Юлии Владимировны.

Вот тут мы обе офигеваем и сверлим взглядом этого болтуна. Ну кто просил?

— Лёля, лучшая подруга Юлии Владимировны, — она первая берет себя в руки и как-то странно смотрит на великана рядом со мной.

Погодите минуточку! Лёлька что, краснеет? Вижу, как ее взгляд гуляет по мощным мышцам охранника и понимаю, что теперь на беднягу начнется самая настоящая охота. Как раз ее типаж. Моя подруга любит мужчин постарше, с мощной мускулатурой. Держись, Илья! Почти что сочувственно хлопаю его по плечу.

— А вы сейчас на машине? — голос Лёли меняется, она начинает щебетать, словно маленькая птичка.

— Если хотите, подвезем, — охранник будто бы не замечает бешеных феромонов, швыряемых в его тушу моей подругой.

— Огромное спасибо! — она почти вешается на Илью, пока мы медленно движемся к машине.

Лёлька будто забывает обо мне, самозабвенно мурлыча около охранника. Глаза Стаса лезут на лоб, когда мы подходим к «Мерседесу». Я сажусь на заднее сидение, как вдруг вижу чуть поодаль два больших черных тонированных внедорожника. Почему-то сердце екает и начинает ощущать тревогу. Кто это? Никогда ничего подобного не видела рядом с универом. Ладно, Овечкина, прекрати.

— А вы сказали, что охраняете Юльку? — продолжает наглеть подруга, когда мы выезжаем на большую дорогу.

— Да, — отрезает Илья.

А мужик-то кремень. Обычно пышные формы Лёльки сразу вызывают неконтролируемое слюноотделение у противоположного пола. Взгляд падает в окно, и я вижу, как эти внедорожники следуют за нами.

— Илья, — пищу, пытаясь совладать с накатывающей паникой, — а те две машины… это нормально, что они с универа за нами едут?

— Нет, это люди Левина, — невозмутимо выдает он.

— Зачем ему следить за нами? — понимаю, что голос начинает выдавать волнение.

— Не имею представления, — говорит охранник, затем обращается к Стасу, — сможешь их сбросить?

— Думаю, да, — отвечает тот и резко крутит руль вправо.

Мы съезжаем с главной дороги на дубль, с трудом вписываясь в ближайший поворот. Меня бросает в сторону, Лелька заваливается сверху.

— Блин, погоня! Круто! — верещит она.

— Девушки, пристегнитесь, — говорит Илья, — сейчас может слегка тряхануть.

И как следствие, нас бросает в противоположную сторону. Вижу, как гигантские внедорожники следуют за нашим «мерседесом». Но зачем Левину натравливать на меня… резкий бросок вперед, и мощная рука Ильи не дает мне впечататься в спинку Стаса. Водитель выглядит собранным, а охранник вдруг достает пистолет. Вот тут я уже точно начинаю паниковать!

Скорости увеличиваются, когда мы выезжаем на кольцевую дорогу. Несмотря на мощь нашей машины, внедорожники не отстают ни на метр. Стас виляет по полосам, стараясь стряхнуть преследователей, но очевидно они не планируют просто так нас отпускать. Мы несемся все быстрее и быстрее. В один момент понимаю, что у меня заложило уши. Лёлька орет рядом, я гляжу в окно и вижу, что наш «Мерседес» взяли в клещи с двух сторон. С переднего сидения раздается характерный звук и окно Ильи опускается. Затем звучит выстрел. Первый внедорожник делает резкий рывок вправо и несется прямиком в кювет.

— Один готов, — отчитывается охранник, и быстро перезаряжает.

Но второй внедорожник внезапно снижает скорость и отстает. Я выглядываю из-за сидения и вижу вокруг лишь спокойно движущиеся машины. Руки трясутся, а подруга рядом нервно всхлипывает. Конечно, погоня — это может быть круто, но стрельба точно выбила ее из колеи.

— Юлька, во что ты вляпалась? — ошарашенно смотрит на меня.

— Ну…

— Отвезите меня домой! — выпаливает Лёля.

— Нельзя, — отрезает Илья, — вас видели. Нужно на время скрыться.

— Чего? — она таращится на невозмутимо убирающего пистолет в кобуру охранника и сжимает руки в кулаки.

— Сейчас мы отвезем вас в отель. Поживете там неделю. — говорит он.

— С какого… — начинает возмущаться подруга.

— Мы все оплатим. Будут все удобства, не беспокойтесь. Также в университет будете ездить на такси. Стас, нужно связаться с боссом.

Оставшийся путь до отеля мы проделываем молча. Каждый думает о своем. Из головы не выходят эти две машины. Неужели Илья убил водителя? Сердце начинает бешено колотиться. Значит, Волков и правда замешан в каких-то темных делах. Вот блин. А теперь и я вместе с ним. Лёлька выкатывается из машины и окидывает меня взглядом, говорящим, что мы это еще обсудим. Киваю, затем обнимаю себя руками. Илья выходит вслед за подругой. Минуты тянутся бесконечно, а вот Стас выглядит совершенно расслабленным. Видимо для них такие ситуации — норма. Почему-то ощущаю стойкое желание оказаться в руках бесчувственного тирана. Странное ощущение, ненормальное и глупое. Но оно есть… тем временем Илья возвращается в машину, а Лёлька пишет мне сообщение: «Завтра в универе ты мне все расскажешь. PS твой охранник просто секс!».

Невольно улыбаюсь непосредственности подруги. Даже после такого стресса она умудряется думать о мужиках.

— Вы в порядке, Юлия Владимировна? — сухо уточняет охранник, когда Стас заводит машину.

— Можете называть меня Юля, — отвечаю ему, — вроде в порядке.

— Я попробую, — в голосе мужчины сквозит смущение.

Замолкаю и смотрю в окно. Вот они — настоящие атрибуты роскошной жизни. Погони, бесконечная опасность, конкуренция. Неудивительно, что Волков такой собранный. В любой момент ему могут нанести удар. Словно падальщики, враги чувствуют малейшее проявление слабости и немедля бьют в больное место. Так что, вполне возможно, что у сероглазого тирана есть душа, спрятанная за толстой бетонной стеной самозащиты. Смогу ли я пробить эту преграду? Так, что за мысли, Овечкина?

В особняк мы возвращаемся уже после обеда. Инна Алексеевна уже в курсе ситуации. Она внимательно меня осматривает и шикает на Илью.

— Зачем подвергли девочку опасности? — тащит меня в столовую.

После обеда я чувствую приятную усталость. Но нужно заниматься, так что достаю из сумки лекции мымры и выхожу на улицу, наслаждаясь летним солнышком и свежим воздухом. Ко мне подбегает Честер, начиная ластиться. Оглядываю высокие ворота, скрывающие особняк Волкова от посторонних глаз. Интересно, за этим массивным забором вообще безопасно? Так, где бы пристроиться? Бреду вдоль белых стен, обнимая единственное, что истинно моё — тетрадки и ручки. Мда, Овечкина…

Честер покорно следует рядом, словно телохранитель. Вижу впереди пышный сад. Вхожу внутрь и вдыхаю яркий цветочный аромат. Выбираю максимально укрытую листвой скамеечку и присаживаюсь, раскладывая принадлежности. Никогда не любила редакторское дело, ведь оно требует собранности и скрупулезности. А я долго не могу усидеть на одном месте. Внезапно собака, все это время лежавшая рядом, срывается с места и бежит к особняку. Поднимаю глаза, и вижу Волкова. Он одет совершенно буднично: синие джинсы, футболка, обтягивающая тугие мышцы, сигарета в зубах. До чего же сексуальный мужчина!

Понимаю, что уже какое-то время пялюсь на него. Заставляю себя вновь нырнуть в лекции. Однако спустя минуту сероглазый тиран садится рядом со мной.

— Добрый день, Юля, — от его голоса внутри все дрожит и прыгает.

— Здрасте, — бурчу, пытаясь сконцентрироваться на пляшущих перед глазами буквах.

— Ты как после сегодняшнего?

— А вы почему здесь? — выдаю, не в силах удержать коварный язык за зубами.

— Это мой дом.

— Вы же были с этой, как ее… Региной, — все мое равнодушие стремительно рассыпается, когда он выхватывает из моих рук тетрадь.

— Ты ревнуешь? — серые глаза неотрывно следят за каждой моей эмоцией.

— Вот еще… — отворачиваюсь, но жесткая рука ложится на мою скулу.

— Не ври мне, девочка, — шепчет этот изверг, а я чувствую, как начинаю стремительно таять.

— Я…ннее… — блею что-то нечленораздельное, как вдруг он поднимается со скамейки, аккуратно укладывая тетрадку рядом.

— Сегодня ты ужинаешь со мной. Одежду я оставил в твоей комнате. Отнесись к этому серьезно, Юля.

Затем Волков просто уходит. Вот всегда так! Разволновал мое сердце, заставил бабочек в животе работать на износ и просто ушел. А Честер довольно побежал за хозяином. Блиин! Стону в голос от охвативших меня чувств. Как же он будоражит! Овечкина, прошу, не сдавайся! До вечера сижу, уткнувшись в лекционную тетрадь, но запомнить ничего не получается. Меня мымра завтра заклюет. Но мысли бродят совершенно в иной плоскости. Волков… сероглазый тиран. Неужели я влюбилась?

Когда начинает темнеть, воздух становится прохладнее и вдоль мощеных дорожек загораются фонарики, собираюсь и ковыляю в спальню. Не вижу никого из слуг, прошмыгиваю в свою комнату. Включаю свет и вижу тонкое черное шелковое платье, аккуратно распластавшееся на заправленной постели. А рядом — небольшой алый пакетик с непонятным названием. Около кровати — коробка с туфлями. Иду в душ и тщательно мою голову. Даже не знаю, зачем это делаю. Ведь это всего лишь ужин. Но что-то подсказывает, что нужно выглядеть подобающе.

Вздыхаю, начиная выбирать нижнее белье. И тут что-то внутри щелкает. Я забираюсь в небольшой пакетик и мгновенно краснею. Это трусики… почти прозрачные, лишь несколько ниточек, соединенных тонким кружевом. Только вот… кручу их в руках, не в силах понять, как это носить. Ведь между ног ничего нет! Продолжаю вертеть их, не понимая, брак это или что-то еще? И тут до меня доходит. Ну неет! Я это не надену! Бегу к шкафу, дергаю и… ничего! Они заперли остальные вещи? Да какого же черта происходит? Хватаю трусики и надеваю, ощущая страшный дискомфорт. Зачем он заставляет меня такое носить? На глаза наворачиваются слезы бессилия.

Стискиваю зубы, и надеваю платье. Оно отлично ложится по фигуре, но слишком откровенное декольте почти до пупка открывает часть округлости груди. Спина тоже почти голая, однако длинная юбка в пол скрывает порочное белье. Надеваю туфли, почти не чувствую боли в ноге. Кручусь-верчусь перед зеркалом, ощущая ранее неизвестные чувства. Желание выглядеть красивее, чем его Регина. Это платье полностью меняет меня. Чувствую себя увереннее, эффектнее и даже где-то сексуальнее.

Выглядываю за дверь, затем спускаюсь вниз. В холле стоит полумрак, будто свет специально не зажигали, а из столовой доносится тихая музыка. Страшно! Мнусь, затем слышу властный голос Волкова.

— Юля, не стой у порога, заходи!

Делаю шаг вперед и оказываюсь в плену ледяных серых глаз.