28

— Ты как? — послышался знакомый голос.

Аня.

Я осторожно пошевелила сначала кончиками пальцев на руках, затем на ногах. В затылке болело, словно кто-то раскроил мне череп. Но, кажется, я была в порядке. Щека вжималась во что-то твёрдое и холодное. Я лежала на животе, уткнувшись лицом в пол.

— Нормально, — тихо ответила я и медленно приоткрыла глаза.

Полутьма помещения немного рассеялась, и я увидела взволнованную Аню. У нее была разбита губа, но, кажется, кровь уже запеклась, образуя темно-красную корочку. Туш немного размазалась, волосы взъерошились, но в остальном Аня, вроде бы, тоже была в порядке.

— Ты? — всё равно спросила я, чтобы окончательно убедиться.

— Жить буду, — Аня невесело улыбнулась и помогла мне сесть.

— Где мы? — я аккуратно завертела головой, чтобы осмотреться.

Небольшое помещение с низким потолком. Горела лишь одна лампочка. Ее тусклый желтоватый свет удручал. Вокруг ничего не было. Пустота.

— Думаю, это гараж, — ответила Аня. — Тут ворота железные. Наглухо закрытые. А еще дверь. Тоже железная и закрытая. Должно быть, она ведет в дом.

— Кто… Кто это сделал? — я осторожно коснулась ладонью затылка. Шишка, но крови нет. Это уже радовало.

— Хотелось бы мне знать, — Аня выпрямилась и принялась расхаживать туда-сюда по небольшому гаражному пространству. — Но они в любом случае покойники. Захар быстро размажет их по стенке. Даже следа не останется.

Я на несколько секунд прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Казалось, что мы буквально минуту назад находились в столовой и завтракали. Аня рассказывала о том, что через несколько дней должна будет состояться операция по удалению шрама на спине. А в следующую секунду к нам вломилась охрана и… меня быстро «отключили». Хватило одного меткого удара по затылку. И вот теперь мы здесь.

— Нужно что-то делать, — прошептала я, помассировав переносицу.

— Что? Кричать бесполезно, ковырять замки — тоже. Тут вообще ничего нет, чем можно было воспользоваться в качестве оружия, — Аня потёрла ладонью лоб, продолжая ходить из угла в угол.

Я поднялась с холодного бетонного пола и привалилась плечом к шершавой твёрдой стене. Пространство гаража было наполнено тошнотворным запахом бензина и каких-то машинных масел. Страха не было. Только лёгкая паника и чувство растерянности. Я больше беспокоилась о том, чтобы с Захаром всё было в порядке.

— Уроды, — выругалась Аня и зачесала пальцами волосы за уши.

— Всё будет хорошо, — удивительно, как это в моем голосе прозвучало так много непоколебимой уверенности. — Сама же сказала, что Захар всех по стенке размажет, — я едва заметно и вымученно улыбнулась. Затылок всё еще ныл.

— Да, ты права, — Аня глубоко вздохнула и еще раз внимательно осмотрелась. — Ну и сколько они здесь собираются нас удерживать? — фыркнула она и ударила ладонью по стене. Несильно, но достаточно нервно.

Я не успела ничего ответить, потому что раздался какой-то шум. Мы обе притихли и прислушались. Шум был за металлической дверью, что вела в дом. Невнятный и очень тихий. Я даже подумала, что мне послышалось. Но и Аня его слышала, значит, это точно не галлюцинация.

Радоваться ни я, ни подруга тоже не спешили. Мало ли, кто именно издавал этот шум и к чему он мог привести. Аня медленно и на носочках подобралась ближе к двери, остановилась чуть слева от нее. Таким образом, если кто-то всё же откроет эту проклятую дверь, то Аню вот так сразу вряд ли обнаружит.

В замок кто-то вставил ключ. Он с оглушающим скрежетом начал прокручиваться и мне на секунду почудилось, что это кто-то проворачивает под моими ребрами ржавую старую кочергу. Аня схватила меня за руку и резко притянула к себе.

— Надо его треснуть и валить, — прошептала Аня, прижавшись губами к моему уху.

Я затаила дыхание. Ключ еще несколько раз провернулся, затем его вынули и металлические двери открылись. Медленно так, будто в фильме ужасов. Тишина стала тяжелой и вязкой. Кажется, все вокруг слышали, как оглушительно колотилось мое сердце.

Аня, точно кошка, выпрыгнула из нашего укрытия и напала на пришельца со спины. Я поспешила прикрыть дверь, чтобы никто нас не услышал.

— Меня голыми руками не возьмешь, гадёныш, — процедила сквозь зубы Аня и вжала локоть между лопаток мужчины.

Он что-то нечленораздельно замычал. В тусклом свете одинокой лампочки я не сразу заметила в припечатанном к бетонному полу человеке, родного брата.

— Гера? — не веря собственным глазам, спросила я.

— Я-я, — пробормотал он.

— Что ты здесь делаешь? — я подошла ближе и присела на корточки.

— Тебя пытаюсь спасти.

— Что за хрень здесь происходит? — Аня с подозрением посмотрела сначала на меня, затем на Геру, которого она всё еще крепко удерживала за загривок.

— Когда узнал, что вас привезли, то решил, что должен помочь убежать, — продолжил Гера. — Басманов уже в городе суету навёл. Те, кто решил прижучить его тоже сейчас взволнованы. Я просто воспользовался моментом.

Аня настороженно отпустила Геру, но подниматься пока что не спешила. Брат развернулся.

— Я же говорил, Эмилия, что они опасны и нужно делать правильный выбор.

— Я его и сделала. Выбрала Захара.

— Поэтому ты теперь здесь. У нас нет времени на разговоры. Я должен вас вывести, — Гера медленно поднялся с пола.

— Но… Зачем ты это делаешь? — растерянно спросила я. — Зачем спасаешь?

— Слишком много дерьма натворил. Слишком. Я не могу позволить, чтобы тебя убили. Не могу, — Гера качнул головой. — Уходим. У нас времени в обрез.

— Идем с нами, — я вцепилась в руку Геры. — Вместе выберемся.

— Не могу. Мне надо будет вернуться, чтобы они ничего не заподозрили. Идем.

Голова шла кругом. Мыслей было много, а времени, чтобы сосредоточиться хотя бы на одной — катастрофически мало.

Свет люминесцентных ламп в коридоре неожиданно больно ударил по глазам. Всё же полутьма в гараже была куда более щадящей. Гера шел впереди, за ним Аня, а потом уже я. Страх, что до этого момента спал, теперь начал постепенно пробуждаться. Почему я поверила Гере? Вдруг он нас сейчас приведет к тем людям, которые без лишних разговоров пустят пули в лоб? И всё. Нет ни меня, ни Ани. Но внутренний голос упрямо твердил, что ничего подобного уж точно не произойдет.

Судя, по окружающей обстановке, Гера нас хотел вывести через черный ход. Послышались чьи-то шаги. Брат резко остановился и мы, соответственно, тоже. Я понятия не имела, кого стоит ожидать. Появление Феди выбило из моих лёгких остатки воздуха. Облегчение тяжелой волной снесло весь страх. Аня отпустила мою руку.

— Федька, — прошептала она и бросилась к нему. — Ты за нами? Я знала, что Басманов нас…

Аня вдруг замолчала. Это произошло неестественно резко. Я вообще не поняла, что случилось. До определённого момента. Тело Ани как-то странно дёрнулось. Оно, будто бы обмякло и повисло на Федьке. Когда я увидела чёрные пятна на полу, неосознанно сделала шаг назад. Гера тоже. Кровь. Эта была кровь. Глаза видели, а мозг не воспринимал.

Федя оттолкнул от себя Аню. Она тяжело привалилась спиной к стене, держась за живот. Федя занес руку с окровавленным ножом-бабочкой и нанес еще несколько ударов.

— Нет! — вырвалось из меня, царапая глотку. — Нет, — повторила я и бросилась к Ане.

Федя ринулся в мою сторону, но я почувствовала, как меня оттянуло назад. Я не удержалась на ногах и упала прям на задницу. Это был Гера. Он меня оттянул. Я быстро поднялась. Перед глазами всё закружилось. Завязалась борьба. Не знаю, сколько она длилась. Кажется, что всё происходило очень и очень быстро. Федя оттолкнул Геру. Крови вокруг было просто немерено. Или… Это я никогда ее не видела в таких количествах? Не знаю.

Я слышала лишь истеричные удары собственного сердца, хрипы и странное бульканье. Брат не шевелился. Федя бросился ко мне, но вдруг раздалась череда выстрелов. Где-то впереди. Где-то там в доме. Федя взглянул на меня выпученными, возбужденно горящими глазами. Затем выронил нож и побежал прочь.

Мои колени почему-то не сгибались. Я еле могла передвигать ногами. Опустилась к Гере. Его грудная клетка быстро и мелко вздымалась. Брат находился в полуобморочном состоянии. Я не знала, что делать. Кровь продолжала расползаться по грязному кафельному полу. Я почувствовала ее своими ладонями и коленями. Она мешала нормально передвигаться. Я скользила, но продолжала упорно подбираться к Ане. На четвереньках, потому что физически подняться не было сил.

Аня была бледная. И крови она, кажется, потеряла значительно больше. Я не знала, что делать. И меня это бесило, потому что я должна была хоть что-то сделать. Хоть что-то…

— Аня, Аня, ты слышишь меня? — я аккуратно приподняла ее голову.

Губы обескровлены. Федя, похоже, задел артерию.

— Почему здесь так чертовски холодно? — едва шевеля губами, спросила Аня.

— Не разговаривай. Не надо. И лучше не шевелись. Федя… Он убежал. Испугался. Думаю, наши уже здесь. Подожди. Немного пожди, — у меня начал трястись подбородок. Да я вся тряслась, как ненормальная. Голова вдруг отчего-то стало угрожающе пустой и легкой.

— Нормально, — упрямо продолжила Аня и едва заметно улыбнулась. — Всё нормально.

На ее лбу и висках возникли крупные горошины пота.

— Атаман, — едва расслышала я.

Тело Ани вздрогнуло. Я слышала шаги. Где-то отдаленно. Они были быстрыми.

— Нет! Нет! Нет! — будто молотом по голове прозвучал голос Атамана.

Он грубо оттолкнул меня. Я вытерла тыльной стороной ладони слёзы с щёк, размазывая по лицу кровь. Вернулась к Гере. Он дышал.

— Аня! Аня! — Атаман бросил пистолет и сел рядом с Аней.

Он прижался ухом к ее груди. Попытался нащупать пульс. Меня накрыли рыдания. Беззвучные, но разрывающие грудную клетку изнутри, кажется, я даже ощутила, как разъезжаются в разные стороны мои ребра. Это не правда. Всё это не могло быть правдой. Это какой-то чертов фильм ужасов. Это мир Басманова. Кровавый и жестокий.

Силуэт Атамана начал нещадно плыть у меня перед глазами. Он пытался привести Аню в чувства. Но безуспешно. А потом… Потом раздался такой оглушительный рёв… крик… стон… я не знаю, на что именно был похож этот звук. Но он не мог принадлежать человеку. Это вырвалось из Атамана. Да. Из его горла.

Он вжался лбом в ее грудь. Аня не шевелилась. И не дышала. Ее глаза были прикрыты. Атаман начал задыхаться. Астма… Его руки не дрожали, как мои, но всё равно не могли вынуть из кармана этот чертов ингалятор. Я подползла и принялась похолодевшими и будто окаменевшими пальцами шарить по карманам. Ингалятор оказался в заднем кармане джинсов.

Атаман еле выхватил его у меня, я помогла открыть крышку. Несколько нажатий… вдох… лекарство уже в лёгких. Жаль, что только в них, а не в сердце.