Глава 6. Все это было с нами как во сне

Глава 6. Все это было с нами как во сне

В кромешной темноте сложно было что-либо разобрать. Тусклый свет, падающий из окон двухэтажного напротив дома, подтвердил раннюю догадку: что мы находимся в нищем квартале. Представив, что нас может ожидать на улицах неблагополучного района столицы, содрогнулась и тут же чуть не заплакала.

Цокот копыт по мощенной мостовой усиливался. Закрыв плотно входную дверь, схватив графиню за руку, поволокла ее на дорогу, стараясь на ходу не потерять размера на четыре ботинки.

Мне пришлось окриком остановить бричку. Кучер, видно, побаивался ездить в неблагополучном районе и не хотел останавливать лошадей. Но и я не желала оставаться с едва стоящей на ногах графиней Куварской, да и, находясь в темноте, сама испытывала страх.

– Дядечка! – взмолилась я, скинув ботинки, бросилась вдогонку уезжающей повозке. – Подождите, пожалуйста! Со мной тяжелобольная девушка. Нам срочно нужно к врачу. Я заплачу золотом, – бросила вдогонку аргумент, от которого сложно было отказаться.

И он подействовал. Остановив лошадей, кучер, с опаской повернув голову, стал всматриваться в темноту.

– Кого тут нелегкая носит?! – прикрикнул он.

– Прошу вас! – взмолилась я. Схватившись рукой за упряжь коня, тяжело дыша, не обращая внимания на хлынувшие из глаз потоки слезы, с мольбой смотрела на мужчину. Меня стал сотрясать озноб. Скорей всего, отпустило напряжение, охватившее тело с того времени, как попала в лапы насильника. Да и убийство трех человек, как бы я не храбрилась, сильно повлияло на мою душевную гармонию. А то, что они были последними тварями, уже не имело никакого значения.

– Чего посреди ночи по столице бродите? Облавы кругом. Сам глава Тайной канцелярии кварталы прочесывает. Свирепствует, что разъяренный вепрь. Поговаривают, все камеры в тюрьмах забил. Так больная-то где? – спросил кучер, вновь стал с опаской всматриваться в темноту.

– Умоляю, ради Единого. Только не уезжайте. Я сейчас ее приведу.

Скорей всего, мои слезы проняли мужчину, и он поспешил заверить: – Да не уеду я. Беги, веди немощную.

Уговаривать дважды меня не нужно было. Тут же бросилась в темноту и уже вскоре вернулась, ведя под руку едва переставляющую ноги графиню. Девушка, плача, подвывала. Наверно, посчитала, что я ее бросила. Когда в темноте наткнулась на нее, она сидела посреди дороги и тихонько поскуливала от страха.

После того, как помогла Сианли взобраться на двуколку, присела на сиденье рядом. Вытащив из кармана плаща мешок с золотыми, отдала его кучеру, указав, куда нас необходимо доставить. Обняв вздрагивающие плечи девушки, стала успокаивать бедняжку.

– Ну чего ты, дуреха, плачешь? Неужели подумала, что я могу тебя оставить. Глупенькая. Теперь уже все точно позади. Вот сейчас приедем к моей маме, а уж она тебя в два счета на ноги поставит. Будешь еще краше, чем была, – мои губы разошлись в горькой усмешке. Замолкнув, стала обдумывать, что буду делать дальше.

Под плач графини и тихий стук лошадиных подков о мостовую мы вскоре приехали к моему особняку со стороны заднего двора. Сойдя с повозки, помогла Сианли спуститься на землю и после поспешила к калитке. Дернув за веревку, на которой был подвешен колокольчик, замерла в нетерпении.

Надо отдать должное кучеру. Он дождался, когда к воротам подошел слуга, и лишь после этого отправился дальше. Да так лихо, что диву далась. Видно, окинув добротный особняк, подумав, побоялся, что я передумаю и потребую вернуть золотые.

На мое счастье, к воротам подошел Идонт. Видно, Эром, в очередной раз засидевшись у вдовушки, остался у нее ночевать.

Разглядев при тусклом свете фонаря на столбе тех, кто пожаловал посреди ночи, слуга без промедления стал открывать засовы, приговаривая: – Леди Киара. Ну как же так. Одна посреди ночи. А если лиходеи какие?

Открыв дверь, мужчина, окинув меня взором, с изумлением в глазах замер, смотря на мои босые ноги. Отмер, когда услышал командный голос.

– Идонт. Осторожно, возьми на руки мою попутчицу и неси ее в гостевые покои.

Видно, в этот момент графиня Куварская, осознав, что вырвалась из лап смерти, стала медленно оседать.

Идонт успел подхватить ее на руки, решительно зашагал к дому. Задвинув засов, обогнав слугу, поспешила идти впереди него, по пути стала открывать и придерживать двери.

Положив девушку на кровать, увидев посиневшее от побоев лицо, мужчина в изумлении отшатнулся, а затем, резко повернув голову, посмотрел на меня. Не увидев на моем лице ни одного синяка, с облегчением выдохнул.

– Ваша светлость, это кто же ее так?

– Те, кто это сделал, уже не дышат. Ты иди, отдыхай. Дальше мы сами.

Идонт с неохотой покинул комнату. Пару раз останавливался, оборачивался, окидывал внимательным взглядом покои, словно был не уверен в том, что в этом помещении нам не угрожает опасность.

Едва за ним закрылась дверь, в комнату влетела Ярима.

Скорей всего, мама, услышав шум и разговор, проснулась и, едва успев набросить халат на плечи, выбежала из своих покоев. Завидев в коридоре Идонта, стоящего у дверей гостевой комнаты, почувствовав неладное, мгновенно бросилась в покои. При виде меня живой и невредимой, тяжко вздохнула и лишь после этого обратила взор на постель и замерла в оцепенении.

– Мама… мама! – пыталась я до нее дозваться, но мои попытки не увенчались успехом. Барванскую так потряс внешний вид незнакомой ей девушки, что, онемев, она не реагировала на мой голос. Вывела ее из оцепенения Кавис.

Призрак, проплыв через тело ведьмы, зависнув напротив ее лица, дыхнула на нее дымом.

Вдохнув едкий смог, графиня закашлялась и сразу бросилась к лежащей без сознания девушке. Развязав веревку, трясущимися руками откинув полы плаща, Ярима в испуге отшатнулась от истерзанного девичьего тела, прикрыв рукой рвавшийся из горла крик.

Обняв материнские плечи, поспешила довести до ее ума, что необходимо делать.

– Мам… ну чего ты испугалась? Тебе приходилось уже вытаскивать с того света меня, помоги и этой девушке. Я знаю, что у тебя хватит сил и умения вылечить это изуродованное тело.

Увидев тетушек, обратилась к ним:

– Хамира и Симора, от вас требуется зелье забвения. Да, смотрите, в этот раз не перепутайте ингредиенты. Ба, проследи за родственницами, и с тебя зелье девственности. Родненькие мои. У меня к вам одна просьба, сделайте так, чтобы эта девушка забыла то, что с ней произошло. Верните ей душевное спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Пусть она забудет о каждой минуте кошмара. А я в ванную и спать. Сегодня у меня нет сил, чтобы рассказать вам, что с нами произошло. Скажу лишь одно. Я убила второго насильника... я отомстила за смерть малышек Риан и Ливин.