Глава 8. В оковах страсти

Глава 8. В оковах страсти

К моему удивлению, два стража, стоявших у главных ворот замка, не потребовали предъявить жетон. Повернувшись, махнула рукой Идонту, давая ему знак, чтобы возвращался домой.

У дверей парадного входа молоденький страж окинул меня полусонным взглядом, затем, резко распахнув глаза, ринулся открыть дверь. Отблагодарив его улыбкой, вошла в гостиную залу. Не увидев камердинера, вздохнула с облегчением и поспешила на шестой этаж, моля лишь об одном, чтобы на лестнице не встретить статс-даму.

Видно, Высшие силы внемли моей просьбе. Я без происшествий и лишних глаз добралась до покоев. Оказавшись в комнате, бросила ридикюль на туалетный столик. Спать совершенно не хотелось. Подойдя к окну, смотря на непроглядную тьму, окутавшую парк, стала обдумывать, какую полуправду преподнести главе Тайной канцелярии? Погрузившись в раздумья от резко открывшейся двери, вздрогнула. Повернувшись за звук, встретилась глазами с уставшим взглядом синих глаз канцлера.

– Киара, – с хрипотцой в голосе вымолвил герцог. – Жива… – бросившись ко мне, с придыханием произнес он.

Его руки стали осторожно ощупывать меня. Встревоженный взгляд блуждал по лицу, возвращался к тем местам на моем теле, где прикасались его руки. Ощупав тело, Аргаир впился в меня одуревшим от страха взглядом.

– Почему ты без корсета? Он бил тебя! Бил! Киара, ответь немедленно! – прорычал герцог.

Не дождавшись ответа, обхватив плечи руками, стал трясти меня, как тряпичную куклу.

Все, что могла в данной ситуации делать, так это качать в отрицании головой. Не думала, что прикосновение мужских рук поднимет во мне волну жара, а затем необузданное желание продолжения.

– Он… – договорить не успела.

Аргаир рванул платье, скорей всего, чтобы убедиться в том, что на моем теле отсутствуют синяки.

А я от шока хватала ртом воздух и не могла вымолвить ни слова. Понимая, что стою перед мужчиной практически обнаженной. Черные атласные шортики с кружевами и чулочки не в счет.

Арвайский обезумевшим взглядом осмотрел меня с ног до головы. Развернув, прошелся пальчиками вдоль позвоночника, скорей всего, не осознавая, как мое тело откликается на его прикосновения. Едва стоя на ногах от накатившей неги, прошептала: – Аргаир.

Его пальцы дрогнули и замерли на мягком выпуклом полушарии. Поразившись, насколько мой голос стал низким и хрипловатым, развернулась, смотря на мужчину помутневшими от желания глазами. Я не собиралась скрывать охватившего меня трепета. Да и зачем? Желала ли я ласк этого мужчины? Сотый тысячный раз да. Мне хотелось забыться, раствориться в нежных и сильных прикосновениях мужских рук. Я знала, какое удовольствие может доставить мужчина женщине. И во что бы то ни стало хотела испытать все прелести удовольствия.

В какой-то момент взгляд синих глаз прояснился. Аргаир теперь уже изучающим жарким взглядом прошелся по моим обнаженным плечам. Задержался на высокой твердой груди, поднимающейся и опускающейся в такт моему учащенному дыханию.

Очертив пальцем розовый ореол, герцог, словно удостоверившись, что я стою перед ним практически обнаженной, задел застывшую в ожидании прикосновений твердую вершинку груди.

– Киар-р-а, – не менее хриплым голосом вымолвил он.

Не удержавшись от соблазна, обхватив ладонью мою грудь, чуть сжав, Аргаир наклонился, прихватив губами напряженный сосок.

Отреагировав, мгновенно запрокинув голову, издала сдавленный стон. От переизбытка сладостных чувств запустила пальцы в жесткие черные волосы и отдалась во власть его языка, ласкающего мою чувствительную бусинку груди.

Опустившись передо мной на колени, Аргаир уткнулся мне в живот, шепча: – Киара, если можешь, останови меня. Сам я не смогу.

– Не останавливайся, – попросила я, вцепившись пальцами в его плечи. Погружаясь в жаркие касания его горячих губ к моему плоскому животу, ямке пупка. Порой забывала дышать, а когда легкие начинали гореть от нехватки кислорода, хватала ртом воздух и вновь тонула в нежных прикосновениях. По телу бежал огонь наслаждения, концентрируясь внизу живота, сладко пульсируя, вызывал во всем теле одно единственное желание: почувствовать этого мужчину в себе.

– Аргаир, – шепчу я и жестко схватываю его черную гриву волос.

Герцог мгновенно откликается. Встав с колен, подхватив на руки, несет на кровать, на ходу снимая с меня чулки и шортики.

Положив меня на кровать, Арвайский нервно снимает с себя одежду, а я лежу и любуюсь его широкими плечами, обнаженным торсом. При виде напряженной плоти я уже изнываю в нетерпении и сама впиваюсь в мужские губы.

Его язык властно проникает в мой рот, ласково касается чувствительных мест и кончика языка. И именно в это момент Аргаир делает движения бедрами и входит в меня. Простонав, я выгибаюсь ему навстречу, концентрируя внимание на его плавных движениях во мне. Тону, растворяюсь в охватившем тело вожделении. Учащенно дыша, прижимаюсь сильней к оголенному телу в одном единственном желании – ощутить яркую волну мучительной сладости. Впившись ногтями в сильные мужские плечи, теряя рассудок, закручиваюсь все сильней в его учащенных движениях, доводящих нас все ближе к пику удовольствия. И сдавленно кричу, чуть не теряя сознание от одновременно захлестывающего наслаждения.

– Это было крышесносно, – едва отдышавшись, вымолвила я.

Медленно разжав пальчики на спине герцога, открыв глаза, встретилась с затуманенной синевой глаз Аргаира. Улыбнувшись ему, высвободилась из объятий, потянулась, словно кошка. Наслаждаясь жадным горящим взглядом желания, блуждающим по моему оголенному телу.

– Ты восхитительна. У тебя есть любовник?

Вопрос Аргаира отдался неприятным толчком в груди.

– С чего ты взял?

– Порой ты ведешь себя как опытная женщина. Вот я и подумал.

– Меньше нужно думать.

Настроение вмиг улетучилось. Хотелось расставить все точки.

– После изнасилования у меня не было ни одного мужчины. Я испытываю к тебе чуть больше, чем симпатию. Поэтому ты оказался со мной в постели. Если о чем-то сожалеешь, я никого не держу.

– Прости.

Обхватив рукой мой затылок, Аргаир требовательно впился в мои губы, но у меня все желание схлынуло. Так и не дождавшись от меня ответной реакции, герцог с неохотой разорвал поцелуй. Прикоснувшись с нежностью к уголку губ, прошептал: – Прости. В последнее время ты занимаешь все мои мысли. Когда ты пропала, я чуть с ума не сошел. Никогда в жизни ни к одной женщине я не испытывал тех чувств, что испытываю к тебе. Сегодня ты устала, отдыхай. Как выспишься, придешь в мой кабинет и расскажешь мне, как тебе удалось вырваться из лап преступника? А сейчас тебе нужно принять капли от зачатия.

От последнего заявления я в удивлении привстала. Подхватив край покрывала, прикрыв им голое тело, наблюдала за Арвайским.

Подхватив с пола камзол, Аргаир вынул из кармана маленький плоский флакон. Открутив крышку, обвел комнату беглым взглядом. Задержав его на графине, направился к столу. Налив воды в стакан, капнул в него из флакона три капли. Дождавшись, когда жидкость окраситься в розовый цвет, взяв стакан, принес его мне. Увидев мой злой взгляд, присел на край кровати.

– Киара. Пойми. Мы должны лучше разобраться в своих чувствах. Не хочу, чтобы ты забеременела раньше времени. Пересуды и сплетни нам ни к чему.

В чем-то Аргаир был прав. Но меня напряг сам факт нахождения флакона в кармане камзола. Выходит, Арвайский уже думал о нашей близости или всегда носит при себе противозачаточное зелье. Как говорят: на всякий случай, а случаи разные бывают. Ревность царапнула лапой сердце. Стараясь скрыть свое состояние, взяв стакан, выпила до последней капли его содержимое. Перевернув емкость, дождалась, когда последняя капля упадет на покрывало, и только после этого отдала стакан.

– Умница. А сейчас ложись, отдыхай.

Арвайский потянулся к моим губам, но я, повернув голову, дала ему понять, что не желаю продолжения.

Одевшись, герцог подхватил мое разорванное платье со словами: – Это я заберу, а в обмен пришлю новое.

Ничего не ответив, проводила взглядом уходящего канцлера. Дождавшись, когда за ним закроется дверь, упала на подушки и, закинув руки под голову, стала раздумывать над произошедшими событиями.

«Весь кайф обломал со своими розовыми каплями. Упыреныш недобитый. Если детей не хочет, взял бы сам и принял на грудь весь бутылек. Прошел бы стерилизацию и никаких проблем. Так нет. Ему лучше меня всякой дрянью травить. И неизвестно, как эта гадость на организм повлияет? Вдруг у меня вообще больше детей не будет?».

Уфа внутри меня зашевелилась. Приподняв голову, с холодным прищуром посмотрела на дверь.

«И я про то же, моя красавица. Но убивать мы его не будем. Меня тянет к этому мужчине. Да и как партнер по сексу он мне подходит. Хотелось бы продолжения. А может, даже и не этого. А прилечь на мужское плечо, пройтись пальчиками по твердой сильной груди, а от чувства защищенности забыться в сладком сне».

– Так… отдаться сновидениям было бы прекрасно, но сначала нужно сходить помыться. Правда, моя хорошая, – обратилась я к змее.

Я видела, как Уфа, повернув голову, посмотрела прямо мне в глаза. Сложно описать это действо. Перед твоими глазами всплывает чешуйчатый аспид, и укор черных бусинок-глаз красноречиво выражает его настроение.

– Не сердись, моя хорошая, – уговаривала помощницу.

Встав с кровати, направилась в ванную. Сделав дела, вернулась назад. Разбросанные на полу вещи напомнили, чем занималась несколько минут назад. Подхватив чулки и короткие шелковые панталончики, отнесла их в гардеробную. «Эмилия – девушка ушлая, может сразу задаться вопросом… а лишние сплетни мне ни к чему». Вернувшись на кровать, продолжала вести диалог со своей подружкой.

– Ты у меня самая лучшая и смелая защитница. Но мир устроен так, что женщина всегда стремится найти себе пару по сердцу и завести с ним семью. Свить гнездо и отложить яйца. Если так понятней. Из яиц вылупятся детки. Хорошенькие такие мальчики и девочки. Мы бы за ними ухаживали и до безумия любили. А я ни в том мире не познала счастья материнства, да и в этом, видно, не светит обзавестись малютками».

Представив черноволосого синеглазого мальчишку, шмыгнув носом, вытерла сбежавшие со щек слезы и, тяжко вздохнув, укуталась в одеяло. Мысли о детях никак не хотели покидать голову. Скорей всего, Аргаир разбередил старую душевную рану. Я обожала детей, но завести их без мужа не решалась.

«Может, в чем-то герцог и прав. Связь до брака считается порочной. И если от главы Тайной канцелярии забеременеет незамужняя девушка, то позор ляжет не только на нее, но и на него. Такой поступок подорвет авторитет, а этого допустить никак нельзя. Что же, буду принимать капли. Эх, Ливия, Ливия, запала ты на мужика, да и он признался в своих чувствах. Так, не будем усугублять ситуацию и торопить события, а доставим друг другу удовольствие».

На этой мысли я сладко зевнула и мгновенно уснула.