Глава 29

Валенсия

Елена сложила ручку чемодана и окинула взглядом номер: светлый, просторный, с двумя односпальными кроватями, шкафом, плазменным телевизором, журнальным столиком и небольшим балконом.

– Ну что, Саш, нравится?

– Угу, – промычал парень, оторвавшись от гаджета, и бросил рюкзак на кровать. – А здесь бассейн есть?

– Есть, – усмехнулась Зимина и потрепала его по волосам. Порой она удивлялась, как мало нужно сыну для счастья.

– Круто! Сходим?

– Ну, конечно, сходим. Только сначала чемодан свой разбери.

Пятичасовой перелет немного утомил, благо разница во времени с Москвой была незначительной – всего час. Им повезло – отель находился в нескольких минутах ходьбы от моря.

– Интересно, а вайфай здесь ловит? – Зимин порылся в своем телефоне, а затем достал из рюкзака ноутбук.

– Ты отдыхать приехал или в телефоне сидеть? – упрекнула его Лена, но, скорее, для галочки.

– Мам, ну мы с Пашкой договорились в ГТА порубиться.

– Вот хоть бы раз книжку взял почитать, – она недовольно покачала головой и раздвинула шторы.

– Ну мам… Какие книжки? – устало протянул Саша, не желая продолжать разговор в таком ключе.

– Ой, все. Ищи свой вайфай.

Зимина плюхнулась на кровать и блаженно прикрыла глаза. Множество раз она прокручивала в голове встречу с Хабаровым, представляла его реакцию, и в каждой ее вымышленной истории был счастливый конец.

Думать о том, что у Алексея появилась другая женщина, она категорически отказывалась. Боялась разрушить воздушные замки надежды, возведенные ею самой. Не верила, что такие сильные чувства, полыхавшие между ними, могли так быстро угаснуть. Но с другой стороны, понимала, что этот вариант вполне возможен, даже наиболее вероятен. У каждого из них уже началась новая жизнь, и Хабаров имел полное право заводить отношения, ведь никаких обещаний в вечной верности они друг другу не давали. Только Лену не остановило и это – она твердо решила, что должна использовать свой шанс на счастье.

Тула. Городская клиническая больница № 7

Золотая осень уже окончательно обосновалась в городе и раскрасила его множеством ярких красок. Он будто замер, боялся пошевелиться и стряхнуть с себя это радужное великолепие.

Романова медленно брела по парку и любовалась красотой природы. По обе стороны от аллеи росли молодые, но очень пышные деревья. Они роняли разноцветные листья, которые весело подхватывал ветер и кружил в причудливом вальсе, а затем с тихим шепотом опускал на землю.

На нескольких лавочках уже сидели молодые мамы и о чем-то тихо переговаривались, пока их детки весело смеялись, играли и шлепали по лужам, в которых купалось теплое утреннее солнце. Ирина вдохнула свежий воздух и счастливо улыбнулась, на несколько секунд представив себя на их месте. Наконец она ощутила какую-то законченность. Все, чего так страстно желала, исполнилось, осталось только наслаждаться жизнью и благодарить судьбу за подаренные возможности.

В приподнятом настроении Ира вошла в приемное отделение. Поздоровавшись с медсестрами, привычно направилась в вип-палату.

– Доброе утро, – сказала она и осеклась.

Комната была пуста. Озадаченно посмотрев по сторонам, Романова проверила ванную – там тоже никого не было. Неприятный холодок пробежал по спине, заставив вздыбиться каждый волосок. Все еще сохраняя леденящее душу спокойствие, она открыла тумбочку и шкаф, но не нашла никаких следов пребывания здесь Тимура. И только сейчас заметила, что постель заправлена по-другому и в палате царит стерильная чистота.

Нервно сглотнула и опустилась на кровать. Руки мелко дрожали, а в голове бесновались самые невероятные предположения. Верить в плохое не хотелось, но ничего хорошего просто не приходило в голову. Титаническим усилием воли она заставила себя встать и вернуться на пост.

– Где Громов? – спросила без предисловий и, чтобы хоть как-то побороть озноб, пробирающий до самых костей, обхватила себя руками. Боялась услышать ответ, но еще больше боялась остаться в неизвестности.

– В смысле где? – медсестра посмотрела на нее как на умалишенную. – Выписался вчера вечером.

– То есть как выписался? – словно обухом по голове. Земля под ногами зашевелилась, Ирина едва успела схватиться за стойку чтобы не упасть.

– Как все.

– А где он? – еле выдавила из себя. Она окончательно и бесповоротно запуталась. Все происходящее просто не укладывалось в сознании. Почему Тим не сказал ей? Почему не забрал ее с собой? Он не мог забыть о ней, она отказывалась верить в это.

– Так вчера и ушел, – девушка пожала плечами и принялась заниматься своими делами, совершенно потеряв интерес к ее персоне.

– Как ушел? Куда ушел? – Ира едва сдерживала рвущиеся наружу слезы. Ее мир и с таким трудом откалиброванный баланс пошатнулись, лопнули, пронзая сердце миллионом острых осколков. Дышать становилось все труднее, лишь толчки ребенка, чутко почувствовавшего настроение матери, удерживали ее от истерики.

– Слушай, я понятия не имею. Попробуй спросить у Татьяны Ивановны. Она подписывала выписку.

– Спасибо, – Ирина оттолкнулась от стойки и неуверенно, едва переставляя ставшие ватными ноги прошла в кабинет заведующей.

Куликова как ни в чем не бывало суетилась внутри, напевая себе под нос какую-то популярную песню.

– Тань, я ничего не понимаю, – хрипло проговорила Романова и, закрыв рот ладонью, чтобы не зарыдать на всю больницу, опустилась на диван.

– Что случилось? – Таня тут же оказалась рядом и протянула ей стакан воды. – На тебе лица нет.

– Где Тимур? Медсестра сказала, что он выписался…

– Так и есть, – подтвердила она и озадаченно нахмурилась. Была уверена, что Тимур сам все расскажет.

– А почему я узнаю об этом последней? – Ира перешла на крик. Отчаяние отчетливо сквозило в ее голосе.

– Не знаю, почему он тебе не сказал… – Куликова присела рядом и обняла подругу за плечи. – Ир, успокойся. Ничего не случилось. Все живы и здоровы.

– Ничего не понимаю, – та покачала головой и спрятала лицо в ладонях. – Где он сейчас?

– Где-то с Дымовым… Сюрприз тебе готовит, – Таня попыталась хоть как-то успокоить ее, мысленно посылая на голову мужчин всевозможные проклятия.

– Какой еще сюрприз? – Романова подняла воспаленные глаза и повторила единственный интересующий ее вопрос. – Где Тимур?

Куликова достала телефон, нажала несколько кнопок и протянула его Ирине. Та взяла телефон дрожащими руками и прочитала вслух сообщение от Стаса:

Мы на месте, ждем только вас.

Облегченный вздох невольно сорвался с ее губ, и легкая улыбка осветила лицо. Плотные тиски, сжимавшие грудь, разжались, давая ей возможность нормально дышать. Ире стало безумно стыдно за свои мысли. Как она только подумать могла, что Тим способен ее бросить? Они же одно целое, они неделимые.

– Видишь? Все хорошо. Мы сейчас переоденемся и поедем к ним, – Таня тоже улыбнулась и стерла несколько капель с ее щек тыльной стороной ладони.

– Куда поедем? Где ждут? Что вообще происходит?

Романова находилась в прострации, самые ужасные мысли, заполнявшие голову, испарились, оставив после себя пустоту. Она будто только-только отошла от наркоза и не осознавала, где находится и какой сейчас год.

– Не торопи события. Скоро сама все узнаешь, – Куликова подошла к шкафу и выудила из него нежно голубое платье. – А пока на вот, переодевайся.

Она положила наряд на диванчик, сама же взяла другое платье и тоже принялась одеваться.

– Это мне? – искренне удивилась Ирина и провела ладонью по струящейся ткани. Мелкие бусинки, словно капли росы, были рассыпаны у выреза.

– Нет, мне, – засмеялась Таня. – Давай быстрее и так опаздываем.

Расправив складки на юбке, Ира повернулась к подруге.

– Ну вот, – восторженно воскликнула та. – Посмотри, какая красотка.

Романова покрутилась перед зеркалом, осматривая себя с головы до ног.

– И правда ничего…

– Да не ничего, а отлично! – убеждала Куликова, придирчиво осмотрев ее, и указала на стул. – Садись. Попробуем слепить подобие прически.

– Да зачем? Расскажи уже мне…

Трепетное предвкушение заполнило до краев, на смену страху пришло любопытство. Ей было дико интересно, что приготовил для нее Тимур.

– Ни за что, – Таня переплела мелкие прядки и скрепила их невидимками. – Все! Красимся и едем. Сама все увидишь.

– Ну ладно. Давай косметичку, – согласилась наконец Ира и включилась в эту игру. Взяла в руки карандаш и замерла на месте.

Память невольно откинула на несколько месяцев назад, туда, где она в первый раз красилась для Громова, инстинктивно старалась ему понравиться. Его взгляд невозможно было забыть, даже сейчас при воспоминании о нем мелкая дрожь прошла по телу. Романова твердо решила повторить свой подвиг и, покрепче сжав карандаш, начала вырисовывать изящные стрелки.

Тула. ЗАГС

Высотное здание с панорамными окнами располагалось в центре Тулы. Счастливые пары в окружении множества гостей толпились возле входа, кто-то фотографировался, кто-то пускал голубей и только двое мужчин в строгих костюмах стояли чуть поодаль и с ужасом наблюдали за происходящим.

– Ты попроще-то не мог ничего подобрать? – Громов искоса поглядывал на очередных молодоженов, шумно выпорхнувших из дворца бракосочетаний.

– Так это не я. Таня все устроила. У нее там какая-то знакомая работает… – Дымов усмехнулся, невольно вспомнив, как они вдвоем приходили на штурм ЗАГСа.

– Ну молодец. Все теперь понятно, – сыронизировал Тим и начал мерить шагами пространство.

Томительное ожидание натягивало нервы до предела. Он уже жалел, что задумал весь этот сюрприз, куда проще было бы взять и расписаться, как нормальные люди.

– И что же тебе понятно?

– То, что мы как два дебила на этом фоне, – Тимур остановился и указал пальцем на толпу в разноцветных одеждах.

Все громко скандировали «горько», а молодожены с удовольствием целовались. Дымов возмущенно фыркнул и начал сокрушаться:

– Как я на все это вообще подписался?

– Тихо ты, не наводи панику. Я и сам боюсь.

– Ты-то придурок, а я-то не такой, – поддел друга Стас. Сам он был уверен, что ни за что не попадется на удочку и не заставит себя пройти все эти пафосные процедуры.

– Поживем, увидим.

– Без вариантов.

– Не зарекайся. Сколько там времени?

Дымов взглянул на часы и нахмурился.

– Опаздывают.

– Ну все, они не приедут, – Громов начинал паниковать.

Сразу вспомнился их недавний разговор с Ирой, где она доходчиво объяснила, что не стремится замуж. И что его только дернуло? Жили бы себе вместе, растили сына, кому нужна эта печать?

– Дурак, что ль? Десять минут всего, – Стас ободряюще похлопал его по плечу и посмотрел вдаль. – Вот, кажется, и они.

Тимур засуетился, достал из салона букет цветов и пошел встречать.

Красный автомобиль ловко вырулил с проспекта и остановился недалеко от них.

Ирина заметила Тима издалека и сразу ощутила, как перехватило дыхание. В темно-синем костюме он был великолепен. Брюки и пиджак сидели, как влитые, выгодно подчеркивая достоинства его массивной фигуры. Если бы она не знала Громова раньше – сейчас влюбилась бы без памяти.

Он открыл пассажирскую дверь и улыбнулся. Ирина несколько секунд смотрела в его горящие огнем глаза и не шевелилась, затем уверенно протянула руку и с легкостью выпорхнула из салона. Тим с восхищением оглядел ее с ног до головы и вынес свой окончательный вердикт.

– Ты потрясающе выглядишь, – хриплый голос выдавал нешуточное волнение. Ира всегда поражала своей красотой, но сегодня превзошла все ожидания. Он завидовал сам себе и не замечал никого вокруг. Весь мир сузился до бездонных голубых глаз, светившихся искренней любовью.

– Громов, я тебя убью, – прошептала Романова ему на ухо и коснулась гладкой щеки губами. Аромат его парфюма тут же проник в легкие, будоража тайные, известные только им двоим желания.

– Пойдем? – не прерывая зрительного контакта, тихо спросил Тимур и почти коснулся ее губ своими. Так хотелось послать все эти церемонии к чертям, взвалить ее на плечо и унести куда-нибудь, где они будут только вдвоем.

– Куда?

– Жениться.

Ответ застал ее врасплох. Ирина до последнего думала, что они сейчас просто пойдут в ресторан. Наличие ЗАГСа на заднем фоне не смутило ее, точнее, она даже не сразу заметила его – Тимур привлек все внимание на себя.

– Тим, ты серьезно? – с сомнением спросила Ира и осмотрелась по сторонам. Бежать было некуда, да и не зачем. Громов все решил сам, так, как посчитал нужным. Она даже не успела понять, рада этому или нет.

– Более чем.

Он ощутил легкий мандраж. На одну секунду ему показалось, что Ирина сейчас откажет ему. Просто развернется и уйдет.

– Я не знаю, что сказать…

– Ты выйдешь за меня замуж?

В таких обстоятельствах его предложение руки и сердца звучало комично. Она невольно заулыбалась.

– Ты вдруг решил спросить мое мнение?

– Нет, – уверенно ответил Тимур. – Ты выйдешь за меня замуж, – положил ее руку себе на локоть и повел в ЗАГС. Дымов и Таня пошли следом.

* * *

Церемония не заняла много времени. В малом зале без пафоса и громких речей регистраторша задала необходимые по протоколу вопросы, заверила свидетельство подписями и, когда Тимур и Ирина надели друг другу кольца, торжественно объявила их мужем и женой.

Первый супружеский поцелуй получился немного скомканным. Громов нервничал и боялся сделать что-то не так. Стас и Таня искренне поздравили молодых, и все вместе, весело смеясь, они вышли на улицу.

– Держите наш вам свадебный подарок, – Дымов извлек из кармана джинс цветной буклет и отдал ключи от своей машины. – На выходные коттедж в вашем распоряжении.

– И в багажнике полно еды… – дополнила его речь Куликова.

– Ничего себе, – удивленно воскликнул Тимур, сам он забронировал номер в гостинице. – А вы как же?

– Отдыхайте, – Таня улыбнулась и обняла их обоих по очереди. – Мы не хотим вам мешать.

– Поэтому приедем завтра, – засмеялся Стас, пожал руку Громову и легко поцеловал Иру в щеку.

– Спасибо, – Романова расчувствовалась и зашмыгала носом. Этот день обещал быть одним из самых счастливых в ее жизни.

– Да езжайте уже! – не выдержала Куликова, тоже ощущая, как в глазах защипало. Не каждый день ей приходилось отдавать лучшую подругу замуж. Она давно перестала верить в сказки, но их история заставила ее убедиться в том, что в мире еще есть место чуду.

* * *

– Ну что, жена? Как тебе? – поинтересовался Громов, вырулив на оживленный проспект. Он давно не сидел за рулем и управлял автомобилем предельно аккуратно.

– Недолго я была свободной, – Ира нежно улыбнулась, лаская взглядом его сосредоточенный профиль.

Она выходила замуж во второй раз, но эмоции были совершенно другие. Непринужденная камерная обстановка церемонии добавила своей прелести. В этот день ей и самой не хотелось бы видеть никого постороннего, только родные и близкие, и Тимур, угадав ее желание, с точностью исполнил его. Романова была безмерно благодарна ему за все.

– Как ты это провернул за моей спиной?

– Дымов помог, – с радостью поделился Тим.

– А паспорт?

– Таня…

– Прям мафия. А чья идея сменить мою фамилию? – единственный спорный вопрос. При других обстоятельствах, если бы ее спросили, Ирина ни за что не согласилась бы менять фамилию – не понаслышке знала, сколько мороки с документами.

– В смысле чья? – возмущенно воскликнул Тимур и сердито сдвинул брови. – Это даже не обсуждалось.

Романова улыбнулась его грозному виду и бережно потрепала по волосам.

– Ну ты наглец, конечно…

Он перехватил ее руку и притянул к губам.

– Зато ты теперь официально только моя.

– Но и ты официально только мой, – напомнила она условия сделки. Их шутливый разговор нравился обоим и помогал скрасить время в пути.

– Да, тут не поспоришь, – согласился Громов и плавно перестроился в правый ряд. – Везде есть свои минусы.

– А еще много обязанностей: в горе и в радости, в болезни и в здравии, – начала перечислять Ира, загибая пальцы.

– А сколько долгов, – Тимур резко свернул на обочину и, остановив машину, притянул ее к себе. – Супружеский, например…

Ирина смеясь пыталась вырваться из тесных объятий, но вскоре сдалась и позволила ему завладеть своими губами.

Насытившись жаркими поцелуями, она первая пришла в себя.

– Тим, поехали, иначе к ночи не доберемся…

– Уговорила, – Громов нехотя выпустил ее из объятий и вырулил на трассу.

Тула

Черный джип скрылся в потоке автомобилей, и Дымов с сожалением проводил его взглядом. Он никогда не был сентиментальным, но сегодня искренне переживал за друга. С одной стороны, понимал, что штамп в паспорте – простая формальность, не меняющая в отношениях ровным счетом ничего. Но с другой стороны, видел, как Тимур одержим Ириной, как изменила его любовь.

– Все, охомутали Громова. А такой хороший был мужик, – сокрушался Стас, глядя на происходящие вокруг свадебные обряды.

– Лучше бы порадовался за друга, – возразила Таня и посмотрела на него с легким укором.

Она восхищалась историей Иры и Тима, их яркими чувствами, силой духа и непреодолимым желанием быть вместе, несмотря ни на какие трудности. Свадьба стала лишь связующим звеном в цепочке их крепкой любви.

– Какой же вы, женщины, все-таки коварный народ… – саркастично заметил Дымов и усмехнулся.

– Это почему? Его никто не заставлял. Насколько я знаю, это была его инициатива, – парировала Куликова, отстаивая женскую честь.

– Все вы так говорите.

– Не переживай, тебя я в ЗАГС тащить не собираюсь. Поехали, – рассмеялась она и, вложив Стасу в руку ключи, направилась к автомобилю.

Хотя тон ее и был шутливый, говорила Таня правду. Побывав единожды замужем, больше туда она не стремилась. Не потому, что боялась снова обжечься или хотела насладиться свободой, а потому, что поняла одну простую истину: не скрепить любовь подписями в бланке и не привязать человека обручальным кольцом.

Дымов покрутил в руках брелок и мысленно чертыхнулся.

– Блядь, надо было им твою машину отдать, – эта идея пришла ему в голову слишком поздно. Во всеобщей предсвадебной суете он даже не подумал, как будет обходиться без своего автомобиля, и только сейчас осознал, что проще было арендовать какой-нибудь внедорожник на пару-тройку дней.

– А что не так? – Куликова смутилась и непонимающе посмотрела на Стаса.

– Я не сяду за руль бабской тачки, – безапелляционно заявил он, окинув «Инфинити» пренебрежительным взглядом.

– Обычная машина.

Таня бесстрастно пожала плечами: считала, что его претензии надуманные и необоснованные, потому что не разделяла автомобили на женские и мужские.

– Да она у тебя какая-то красная и маленькая…

– Между прочим, ты сам выбирал!

Она забрала у Дымова все те же ключи, и щелкнув брелоком, открыла водительскую дверцу. Не выдержала и решила сесть за руль сама.

– Ты едешь или как?

Он пробурчал что-то невнятное себе под нос и, тяжело вздохнув, нехотя опустился на пассажирское сиденье. Боялся даже представить, каким идиотом он будет выглядеть со стороны.

– Мы домой? – спросила Куликова, выезжая на проспект. Она уверенно чувствовала себя на дороге и гордо носила звание водителя.

– Нет. В ресторан.

– Отмечать свадьбу без молодых?

– У нас есть другой повод… – будто между делом заметил Стас. Не хотел распространяться раньше времени, но от Тани скрывать не мог.

– Да-а? И какой же?

Таня была явно заинтригована: задорный блеск в глазах и легкая полуулыбка выдавали ее интерес.

– Там и узнаешь.

Когда они остановились на светофоре, Дымов не удержался и сделал ей замечание:

– Тормоз плавнее выжимай и скорость заранее снижать начинай.

Как водитель с большим стажем, он сразу увидел все недочеты, пусть даже и незначительные, и решил поделиться своим опытом.

– Я смотрю, кто-то хочет поменяться местами? – Куликова повернулась к нему лицом и хитро сощурила глаза.

– Просто совет…

– Будешь умничать, в ресторан пешком пойдешь, – отрезала она и, дождавшись зеленого сигнала, нарочито резко тронулась с места.

В ресторане их выбор пал на небольшой столик у окна. Официант любезно предоставил меню и принял заказ.

– Ну, я вся во внимании, – Таня демонстративно сложила руки перед собой и приготовилась слушать.

– Вчера пришел приказ, – серьезно начал Стас и, выдержав паузу, добавил: – Меня переводят в тайгу. Поедешь со мной?

– Чего? – Куликова округлила глаза от удивления. – В какую еще тайгу? – сказанное не укладывалось в голове.

– Да полковника мне дали. Скоро освободится должность начальника, и я займу его кресло.

– Ничего себе, вот это новость! Поздравляю, Стас!

Она была искренне рада за своего мужчину. Знала, как важна для него карьера, и всячески старалась поддерживать.

– Спасибо, – Дымов расщедрился на улыбку.

Звездочки он обмыл еще вчера со своими сослуживцами, а сегодня хотел просто отметить это событие в узком кругу. Полковника ему должны были дать в лучшем случае только через год. Но безупречный послужной список и пара громких дел ускорили процесс.

– За это надо выпить, – Таня подняла бокал и, чокнувшись со Стасом, сделала глоток.

– А что там у тебя слышно? – поинтересовался тот, разрезая ножом сочный стейк.

– Ты о чем?

– Громова ты выписала. Пора в Москву перебираться.

– Как только мне найдут замену, я сразу уйду.

Куликова вспомнила, с каким трудом ей дался разговор с главврачом, и устало выдохнула. Главврач вошел в ее положение и пообещал не затягивать поиски нового сотрудника.

– Отлично. Я поговорил с одним товарищем. В общем, тебя ждут в первой хирургии в Склифе.

– Хорошо, постараюсь уладить все побыстрее, – заверила она Дымова и принялась за овощной салат.

Тульская область

Черный «Инфинити» мчался по проселочной дороге, поднимая за собой клубы пыли. Громов очень устал и хотел как можно скорее добраться до места и размять затекшие мышцы. Свернув в указанном месте, он вскоре увидел деревянные ворота.

– Кажется, приехали, – заглушил двигатель и, откинувшись на спинку, прикрыл веки, чтобы немного прийти в себя.

Ира не стала его трогать, неуклюже выбралась из машины и с интересом оглянулась по сторонам.

Небольшой двухэтажный домик утопал в зелени. На клумбах неподалеку росли разноцветные цветы, их аромат ощущался даже на расстоянии.

– Как тут красиво.

Восторг в ее голосе заставил Тимура улыбнуться и открыть глаза. Она восхищенно рассматривала окрестности, а он ее.

– А главное, за много километров ни души, – Громов неслышно подошел сзади и обнял ее за талию, крепко прижимая к себе.

– Ой, смотри там и озеро есть, – она указала на блестящую сквозь березовую рощу воду. – Может, сходим?

– Обязательно сходим, – пообещал Тимур и нежно коснулся губами ее щеки. – Только сначала давай вещи разберем.

– Хорошо, – тут же согласилась Ирина и, вывернувшись из крепких объятий, направилась к дому.

Тим проследовал за ней. Каждый жест, каждое движение будоражили его сознание. Закатное солнце светило так, что под тонкой тканью ее платья с легкостью угадывались женственные изгибы. Он жадно всматривался в желанное тело и едва сдерживал животные инстинкты.

Романова резко обернулась и подозрительно прищурилась. Все его намерения крупными буквами были написаны на лбу.

– Громов, ты что задумал?

– Ничего, – невинно ответил тот и подошел ближе.

– Даже не думай…

– Кажется, есть какой-то обычай… Кто-то кого-то должен на руки взять и пронести через порог.

– Ты с ума сошел? Тебе нельзя тяжести поднимать!

– Почему мне-то? – Тимур притворно округлил глаза и подошел вплотную, вдыхая нежный аромат ее кожи.

– Действительно.

Больше не говоря ни слова, поднял ее на руки и шагнул в дом. Ира прильнула к нему и обвила шею руками. Она чувствовала, как он напряжен, и знала причину, от этого трепетные мурашки забегали по коже.

– Отпускай, – выдохнула на ухо, сумев справиться со своими эмоциями.

– Не хочу, – прошептал он и втянул ее мочку в рот. Наконец они остались одни: никаких запретов, никаких преград.

– Не сейчас… Ну, пожалуйста, – взмолилась Ирина, начиная сдавать свои позиции, прекрасно понимала, что не устоит перед его напором.

– Вот она, супружеская жизнь, – пожаловался Громов и опустил ее на пол. – Только расписались, а я уже без секса.

Романова рассмеялась, оценив его шутку, и отправилась осматривать владения.

* * *

Огонь мерно потрескивал в камине, освещая пространство вокруг мягким теплым светом. Множество горящих свечей, расставленных по периметру комнаты, добавляли обстановки романтичности. Громов поправил дрова, выпустив на волю ворох красных искр, налил шампанское в два фужера и оставил их на столике в ожидании Ирины.

Весь день, как они и хотели, провели вместе: много гуляли, любуясь красотой природы; готовили ужин, точнее, Ира готовила, а Тим всеми силами мешал ей это делать; отдыхали на берегу озера, наблюдая за причудливой формой облаков. Они были поглощены друг другом и совершенно не интересовались тем, что происходит за границами их мира.

Услышав шаги наверху, Тимур обернулся к лестнице и потерял дар речи.

Романова осторожно спускалась по ступеням, тонкий шелк пеньюара, призванного не скрывать женские прелести, а будоражить мужское воображение, легким дождем струился по телу. Изящное кружево игриво просвечивалось сквозь прозрачную ткань и мешало разглядеть подробности, а чулки и туфли на высоком каблуке дополняли картину.

Он смотрел на бесконечно длинные ноги и ощущал, как голова кружится от смеси возбуждения и восхищения. Дерзкая, соблазнительная и опасная искусительница – эта Ира не имела ничего общего с невинной овечкой, что он узнал несколько месяцев назад. Но Громов даже не мог подумать, что именно он сделал ее такой, увидел скрытую сущность, разбудил в ней настоящую женщину.

Романова нервничала, как в первый раз. Заметив на дне сумки с вещами, которую собрала ей Таня, этот комплект, долго думала, стоит ли его надевать – он казался слишком открытым и непристойным. Все же решилась примерить и не смогла устоять, белье сидело идеально и выгодно подчеркивало все достоинства ее фигуры. А сейчас, видя горящие желанием глаза Тимура, Ира нисколько не жалела о своем решении и была благодарна подруге за такой подарок.

Все мышцы сковало от перенапряжения. Громов мучительно сглотнул и, сделав шаг навстречу, подал ей руку. Ира лукаво прикусила губу, приняла его помощь и тут же оказалась в сильных объятиях.

– Как тебе мой подарок?

Она вопросительно изогнула бровь и провела ладонью по его обнаженной груди, чувствуя, как мурашки разбегаются от ее прикосновений.

Тим не нашелся с ответом, слова застряли в горле, утонули в хриплом стоне, вырвавшемся наружу. Он повернулся к столику, поднял фужеры и передал один Ире.

– За самую лучшую жену на свете, – прошептал, не сводя с нее глаз.

Множество отблесков свечей запутались в ее волосах и переливались на все лады, добавляя образу очарования. Его тост прозвучал слишком пафосно, но так хотелось сказать что-то приятное.

Романова довольно рассмеялась и, чокнувшись с его фужером, немного пригубила шампанское. Чувствовала себя королевой, Тим собственноручно возвел ее на престол и слепо поклонялся.

– Иди сюда, – еле слышно проговорил он и потянул ее за собой.

Ира не сопротивлялась, наоборот, с нетерпением ждала продолжения. Ей нравилась та обстановка, которую устроил для нее муж. Эта ночь, их первая брачная ночь, обещала быть незабываемой.

Дрожащими от нетерпения руками Громов снял с нее пеньюар и шумно выдохнул, наслаждаясь открывшимся видом. Высокая упругая грудь, придерживаемая тонким кружевом, тяжело вздымалась. Он не смог устоять перед этим искушением и нежно коснулся обоих полушарий губами.

Ирина чуть слышно застонала и призывно выгнулась навстречу, жадно зарылась в его волосах пальцами, притягивая к себе ближе. Тим подчинился и в следующую секунду исполнил ее желание – припал к сочным губами в поисках насыщения.

Страсть ослепляла, желание разгоралось в крови со скоростью лесного пожара. Руки беспорядочно метались по телу, нежно лаская и яростно сжимая все, до чего могли добраться. Легкие нестерпимо жгло от нехватки кислорода, но оторваться друг от друга было выше их сил.

Тимур почувствовал, что сейчас взорвется, если не прекратит эту пытку. Насилу оторвался от Иры и принялся лихорадочно стягивать с себя остатки одежды. Она хотела последовать его примеру, но он не позволил.

– Я сам, – попросил, не прерывая зрительный контакт. Затем опустился перед ней на колени, стянул крохотные стринги и припал к вожделенной плоти, одержимо лаская горячим языком.

Лавина наслаждения чуть не сбила с ног. Ирина с трудом сохраняла равновесие, в нетерпении кусая губы. Неукротимый и яростный, он беспрепятственно врывался в ее лоно, даря все больше удовольствия. Перед глазами плыли цветные круги, мозг отказывался нормально функционировать, весь мир сузился до жадных, обжигающих губ и фееричных ощущений. Волны наслаждения набегали одна за другой, земля плыла под ногами, колени подкашивались. Ира понимала, что надо что-то предпринять, чтобы устоять, но тело, попав в сладкую истому, отказывалось подчиняться.

Громов спас ситуацию, почувствовал ее дрожь и, вовремя обхватив за бедра, одним ловким движением посадил на себя. Вошел резко, заполняя собой до основания. Романова благодарно прогнулась, позволяя увеличить глубину проникновения и начала мерно двигаться в такт его толчкам.

Тим лихорадочно скользил ладонями по плечам и спине, неуклюже справился с застежкой и выпустил на волю тяжелую грудь, сорвав хриплый стон. Жадно припал к ней губами, без устали ласкал языком соски, поочередно засасывая то один, то другой. Ее запах, неповторимый вкус кожи лишал способности мыслить здраво. С ней он всегда терял голову, не мог контролировать себя, слепо доверял ощущениям.

Сознание отключилось, остались только инстинкты и желание. Неконтролируемое, всеобъемлющее, срывающее крышу. Хотелось двигаться резче, проникать еще глубже, полностью заполняя собой, но в такой позе это было нереально.

Поддавшись порыву, перевернул Ирину на спину и вонзился в разгоряченное лоно, закинув ее ноги себе на плечи.

Она задохнулась от остроты ощущений, давно потерялась в пространстве и зависла где-то между небом и землей. Каждое движение сладкой дрожью вибрировало в мышцах, каждый стон гулким эхом отдавался в ушах. Его яростный напор невозможно было остановить, он входил в нее на всю длину, как сумасшедший, ласкал каждый сантиметр ее кожи, нежным шепотом проникал во все нейроны сознания.

Мощный водоворот чувственного наслаждения захлестнул ее всю, без остатка. Солнце раскалилось до предела и взорвалось на миллионы разноцветных искр. Ира вздрогнула всем телом, неосознанно впившись в крепкие плечи острыми ногтями, и резко замерла в агонии оргазма.

Громов сдерживался, как мог, продлевая ее ощущения, но тонкая грань давно была пройдена. Тело напряглось до боли в мускулах. Доли секунд отделяли его от падения в сладкую бездну.

Почувствовав лихорадочные сокращения ее внутренних мышц, он гортанно зарычал и ослабил контроль. Несколько выверенных, четких движений, и его подхватил ураган неземного блаженства.