Глава 12

Лэйнар и Дезмонд поднялись с земли, как две вывалянных в сухостое несвежих отбивных, и побрели в хижину, прихрамывая и морщась. За пологом мастер поставил на коротконогий столик поднос с тремя крошечными глиняными чашечками. Приподнял крышку заварочного чайника с длинным носиком. По комнате разнёсся мягкий запах трав.

Оба бойца неуклюже опустились на тонкие подушки на полу. Лэйнар глянул с беспокойством на Олю. Она спала, перевернувшись на живот. Подложила руку под голову, светлые волосы разметались, разглядеть можно было лишь аккуратное ушко и порозовевшую щёку. У Лэйнара отлегло на душе, но схватило в боку от неудобного разворота. Таббат фыркнул.

– Что ты хотел рассказать, папа? Только покороче, пожалуйста, я не намерен…

– Расскажу, – кивнул рыжий мастер. – И вот с чего начнём: чего боитесь, братья?

– Ничего. И он не брат мне, – нахмурился Лэйнар. – Оскорбительно даже предположить, что его можно так назвать.

– Я скорее задушусь на собственном хвосте, чем с тобой побратаюсь, – проворчал в ответ Дезмонд.

– О, ненависть! – хмыкнул в рыжую бороду мастер, как бандит на большой дороге с ножом за спиной. – Обратная сторона любви. – Он мотнул головой в сторону спящей Оли: – К ней.

– Я не люблю её! – отчеканил Дезмонд.

Мастер Ши усмехнулся и взболтал в чайнике кипяток перед тем, как разлить его по трём глиняным чашечкам.

– Ну вот и ответ. Дрались из-за девушки. Ты не любишь её, он любит. Его она и выбрала. Где конфликт? Нет конфликта, одна сплошная гармония.

У Таббата расширились глаза.

– Ты что, на его стороне?!

– На его. На твоей. На её. Какая разница, если все едины? – проговорил бандитский монах. – Прими уже, Дез, что кое-что в жизни может пойти не по твоему плану. Тем более, что без него, – он ткнул в Лэйнара чашечкой, – твоим планам не осуществиться.

Лэйнар и Дезмонд вытаращились на мастера. Он невозмутимо спрятал улыбку в бороде и разлил по чашечкам чай, плеснув кипятком на похожий на лягушку чёрный камень в углу подноса. Оба ждали продолжения, но мастер с издевательским спокойствием поднёс чашечку к своему носу, понюхал, покрутил её, затем медленно, смакуя каждый глоток, выпил ароматный чай.

– Гнев, – сказал, наконец, он, – ваш главный враг, который уже зарождается и у тебя, и у тебя в поджилках. Проще его погасить в зачатке, чем потом кататься по хвое, пиная друг друга, как два жука в брачный период. Гнев превращает вас из высших существ в такое… – Мастер подвинул обе чашки к своим гостям. – Внешних врагов победить куда проще, чем гнев. Он вспыхивает и не спрашивает. А откуда он родился? Из недовольства, что вам приходится быть рядом. А недовольство – из страха, что вас тут ждёт ловушка и какая-то дрянь в уши.

– Папа, – теряя терпение, воскликнул Дезмонд, – я не шутки шутить приехал.

– Не шутки, конечно, – кивнул мастер Ши, – мир менять. Это очень важно.

– Мир менять? – с настороженным вниманием посмотрел на Дезмонда Лэйнар. – И в какую же сторону? Вы собрались напасть на Аэранх?

Таббат глянул на него исподлобья, и тут же осклабился. Широко не получилось – схватился за разбитую губу, но из вредности всё равно улыбнулся:

– Страшно?

– У вас ничего не получится, – со злым прищуром ответил Лэйнар и кивком указал на Олю: – И её я впутывать не позволю.

– Она впутана изначально, – заявил мастер Ши. – Скажи Дезу спасибо, что благодаря своим корыстным планам притянул сюда любовь всей твоей жизни.

– Папа! – прорычал Таббат.

– И ты лаэру скажи спасибо за то, что он такой въедливый. Как, кстати, тебя зовут?

– Лэйнар Рамма.

– Очень хорошо, Лэйнар Рамма, что ты пришёл. Тебя мы и ждали, – ласково улыбнулся мастер Ши. – Лет эдак двести.

– Зачем? – нахмурился Лэйнар.

– Затем, что мир в самом деле пора менять. Или Оракул иначе тебе сказал?

– Слова Оракула – моё личное дело, я пришёл искать ответ на один вопрос: что написал мой предок, высший магистр Джередан Рамма в конвенции, подписанной между людьми и лаэрами. Я шёл не к вам и не в монастырь. Думаю, мой путь идёт дальше – к пику горы. Но вас готов выслушать.

Лэйнар всё же отхлебнул горячей жидкости из чашки. На вкус было приятно: чуть пряно, но ненавязчиво.

– Можно ещё? – он подвинул чашку ближе к чайнику.

Глиняные стенки чашки ополоснула струя ароматного кипятка.

– Идти дальше тебе не придётся. Джередан Рамма здесь, – заявил мастер Ши и хитро посмотрел на Лэйнара.

* * *

– Никто не живёт триста лет даже среди лаэров, – возразил Лэйнар.

– Ты сам его увидишь, только чуть позже, – ответил мастер Ши.

– Что за Джередан Рамма? – хмуро поинтересовался Дезмонд.

Лэйнар насторожился, уж не собираются ли могулы обвести его вокруг пальца?

– Три сотни лет назад сюда, на древнее место силы, заброшенное после мировой катастрофы пришёл великий маг. Построил хижину и сел в медитацию. Здесь ему никто не мешал. Но светимость от его практики исходила такая, что сюда стали стекаться разные существа. Первыми были люди из дикарских племён…

– Погоди, – совсем сдвинул брови к переносице Дезмонд, – ты разве не о Хранящем Пустоту рассказываешь?

– В миру его звали магистром Джереданом Раммой, и он был пра-пра-прапрадедом Лэйнара Раммы, которому ты только что заехал по рёбрам.

Дезмонд уставился на Лэйнара, как будто впервые увидел. Моргнул и вдруг выдал:

– Вот же мрак!

– В чём дело? – спросил Лэйнар.

– Да ведь похожи… – пробормотал Таббат, придерживая губу. – И как я раньше не заметил?

Лэйнар усмехнулся:

– Я понял. Сцену разыгрываете! Хорошо получилось, я чуть не повёлся.

– Идиот! – подкатил глаза Таббат.

– Закройся, Таббат.

Мастер Ши посмотрел на них таким взглядом, словно сказал: «Оба вы идиоты!».

– Доковылять до храма сможете?

– Я бы предпочёл встретиться с магистром Джереданом один, – сказал Лэйнар.

– Давай, а я ещё раз женюсь, – хмыкнул Таббат.

Лэйнар сжал кулак, провёл пальцем по костяшкам, словно проверяя их на прочность.

– Оба пойдёте, – сказал мастер Ши. – Как только я допью чай.

«Точно издевается! И вроде нехорошо бить старших…» – подумал Лэйнар. Впрочем, пить хотелось, и он подвинул пальцем чашку к старшему могулу.

– Почему мой предок стал учить людей? – спросил Лэйнар, получив очередную порцию пряного напитка.

– А скажи, Лэйнар, ты хорошо знаешь историю рас? Лаэров, например? – хитро сощурился мастер Ши.

– Разумеется. Этому ещё в школе учат. Для того, чтобы учредить порядок на Крайане, где царил хаос, Отец Света послал своих младших сыновей, высших духов, воплотиться. Они выбрали наиболее удобное материальное тело. Так и появились лаэры.

– Угу. А как духи выбирали тела?

– Не думаю, что стоит рассказывать притчи. Вкратце, они решили, что должны и ходить, и летать, и с помощью магии материализовали себе тела.

– С помощью магии были созданы крылья, – поправил мастер Ши, – добавлены к телу человека.

– Что за ерунда?! – буркнул Лэйнар.

– Да не ерунда совсем. Воплотиться можно в нашем мире только через рождение. Одна ваша Оля – исключение. Так что первые лаэры родились у человеческих женщин. Младенцы крупные, сильные, с зачатками крыльев, как было заложено духами изначально. Ведь дух способен менять тело, если достаточно силён.

– Мы не могулы, – рассердился Лэйнар.

Дезмонд хохотнул:

– Разумеется, пернатый, мы куда круче.

– И могулы были рождены от людей, – спокойно заявил мастер Ши. – Тоже духи, созданные отцом Света и матерью Тьмы, только ранее обитавшие в недрах планеты, родились у человеческих женщин. Оттого и зрачок огненный, как плазма. Перед рождением первых могулов духи заложили возможность менять тело. И крылья, и смена личины – только лишь добавление к человеку. Он ваша основа.

Дезмонд и Лэйнар воззрились на рыжебородого мудреца недоуменно.

– Ваша Оля сказала бы, что у вас общее ДНК. Ну, как проснётся, так и скажет, – сказал он, попивая чай с явным удовольствием. – Факт есть факт: люди появились на Крайане первыми из сознательных существ, и они – наши прародители.

Мастер Ши выдержал паузу, словно ему нравилось наблюдать за вытаращенными глазами напротив. Возможно, действительно нравилось.

– Этого не может быть, – наконец, проговорил Лэйнар.

– И вправду, как это возможно? Сказал дракон, который влюбился в антилопу, – рассмеялся Дезмонд и мотнул головой в Олину сторону. – То есть ты сейчас официально признаёшь, что извращенец.

Лэйнар посмотрел на того уничижительно. А могул издевательски зацокал языком:

– А казался таким правильным, народный герой, спасатель, из хорошей семьи, а сам-то… Ай-яй-яй!

– Заткнись, умник. Она отличается от других людей, – парировал Лэйнар.

– Да особенно не отличается, – произнёс мастер Ши, – просто ты людей не знаешь. Хотя куда лаэру их узнать, если под вашим колпаком они как рабочие животные используются? Однако в реальности, люди способны быть очень крутыми магами. Гораздо круче вас обоих, потому что непредсказуемы, и их магия может быть очень разной.

– Почему тогда в диких землях люди настолько примитивны? – спросил с прищуром Лэйнар.

– После глобального катаклизма, в котором осталась лишь горстка выживших? Когда выживаешь, не до высших материй. Хочешь – не хочешь, будешь палкой махать.

– Мы тоже пережили катастрофу.

– Весь вопрос: кто именно выжил и что сохранилось. Тебе напомнить, где лаэры окопались сразу? – спросил мастер Ши.

– Возле Тела Света, – жёстко вставил Дезмонд. – И всем перекрыли к нему доступ.

– Мы выживали! Создавали новый мир!

– Ну да, а другие пусть мрут, – ответил Дезмонд. – Пофиг на них.

– Вы сами весьма неплохо себя чувствуете, – заметил Лэйнар.

– Потому что Мриттан-Суон глобальный взрыв не затронул – экранировала горная гряда в Сансте. И да, мы там черпали магию, – говорил, будто бил наотмашь, Дезмонд, мгновенно растеряв свой шутовской тон. – Но боковой пик Санста проснулся, произошло извержение, и аномалия разрастается. Могулы все средства задействовали, чтобы оградить источник и столицу. Но сдерживать получается всё хуже и хуже. Мы не исключаем, что соседние пики начнут просыпаться, и тогда просто придётся эвакуировать всех. Королевская семья уже готовится. Наша миссия сообщила о природном кризисе вашему правительству и попросила о помощи. А вы что сделали, замечательные носители добра, лаэры? Подарили нам рухлядь для спасения, которая вам самим не нужна. Вместо того, чтобы открыть Тело Света!

– При чём здесь Тело Света? – не выдержал Лэйнар.

– При том, что именно его Крайану для равновесия и не хватает! – рыкнул Дезмонд. – Отчего вулканы беснуются, земля трескается и выплёвывает огонь? Отчего аномалии рвутся из подмира не только у нас, но и в Медаторе, не понимаешь?!

– Ну давай, выкладывай свою версию, – хмуро скрестил руки на груди Лэйнар.

– Оттого, что нет равновесия. Вибрации магии света, вибрации магии тьмы на планете должны уравновешиваться. А свет шпарит только в одном, ограниченном направлении – в ваших границах! Не заметил, что у вас ни хрена не происходит? Идиллия, мать её за ногу!

Лэйнар хотел было возразить, но вдруг вспомнил последний разговор с отцом.

– Маги действительно предрекают увеличение зоны аномалий… – пробормотал он.

– А ты не думал, умник, что если мир превратится в сплошное жерло вулкана и вывернется наизнанку, если за вашими границами не динозавры и хищные твари будут рыскать, а демоны из подмира, такие, с какими мы сегодня с тобой боролись, ни хрена хорошего в вашей искусственной идиллии не будет?

Лэйнар застыл, потому что как не хотелось послать могула подальше, здравое зерно в его высказываниях было. Мир менялся на глазах, и из трещин аномалий что только не появлялось. Лэйнар взглянул на мастера Ши. Тот тоже смотрел на него. В отличие от Дезмонда, пышущего гневом, тот был спокоен.

– Но ведь Пакт о равновесии, – проговорил Лэйнар, – заключён между людьми, лаэрами и могулами по доброй воле.

– До того, как лаэры перекрыли границу, – ответил мастер Ши.

Брови Лэйнара взлетели на лоб.

– В каком смысле?

– В прямом. Это загадка, как лаэры смогли зациклить энергию Тела Света на своих семи башнях, но это тоже факт.

У Лэйнара перехватило дыхание. Что-то не сходилось. Мрак! Да всё не сходилось! Лаэры ведь соблюдают договоры! Лаэры защищают равновесие, в этом их первичное и главное предназначение!

Но с другой стороны, логика в словах собеседников была. И невозможно было закрыть глаза на то, что происходило в мире. Только разум отказывался принимать. Внутренний голос напомнил: «Послушай могула и не поверь ни единому слову».

– Я должен поговорить с Джереданом Рамма, – хмуро сказал Лэйнар. – Сам.